Глава 14. Эффект бабочки
Цзи Чжунь не понимал, почему Чэнь Му улыбается ему. Тело его качало из стороны в сторону, он потерял равновесие и снова рухнул на землю, не в силах подняться добрую половину минуты.
Сяо Цзычуань, прятавшийся в тени и уже вызвавший полицию, подбежал и попытался его поднять:
— Ты в порядке?
— В порядке.
Цзи Чжунь покачал головой.
Хотя в глубине души он почему-то недолюбливал этого Сяо Цзычуаня, сейчас явно был не тот момент, чтобы идти на поводу у эмоций. Те парни только что били очень жестоко: хотя он и защищал голову, тело всё равно приняло на себя немало ударов.
Всё тело ныло, словно его разломали на части, болело буквально всё, особенно левая нога. Кто-то пнул его, когда он только попытался встать, и в левой лодыжке вспыхнула пронзительная боль.
Увидев, как Цзи Чжунь задирает штанину и перед ним открывается распухшая, похожая на паровой пампух лодыжка, Сяо Цзычуань испуганно ахнул:
— Сможешь встать? Сначала нужно съездить в больницу, проверить, не повреждены ли кости.
Губы Цзи Чжуня побелели, он покачал головой и произнес:
— Не обращай на меня внимания, лучше сначала позвони в полицию.
— Чэнь Му уже попросил меня вызвать полицию.
Вспомнив, как за Чэнь Му гналось столько людей, Цзи Чжунь невольно начал тревожиться: что, если его поймают, участь же будет жуткой. Опасаясь, что полиция будет ехать слишком медленно, Цзи Чжунь снова достал телефон и позвонил начальнику управления внутренних дел. Его семья была в некоторой степени знакома с главным полицейским, поэтому он сразу назвал свое имя и кратко, по существу изложил свои требования.
Вскоре завыла сирена.
Водитель, заметив, что его молодой господин долго не возвращается, забеспокоился и вышел из машины посмотреть. Увидев, что Цзи Чжуня кто-то поддерживает, он поспешно подбежал расспросить, что случилось. Цзи Чжунь в двух словах описал случившееся, после чего позволил Сяо Цзычуаню и водителю помочь ему забраться в машину.
Оказавшись внутри, Цзи Чжунь вовсе не спешил в больницу. Несмотря на сильную боль в левой ноге, он наотрез настоял, чтобы водитель покатался по окрестностям — вдруг удастся, как и в прошлый раз, вовремя спасти Чэнь Му и посадить его в машину.
Сяо Цзычуань тоже не пошел домой: он катил велосипед Чэнь Му и принялся искать его по дороге, двигаясь в том же направлении, куда тот скрылся.
А главный виновник их тревог в этот момент играл в прятки с той самой шайкой хулиганов.
Чэнь Му знал окрестности как свои пять пальцев. В прошлой жизни хулиганы часто загоняли его в угол, и от частых столкновений у него появился опыт: он прекрасно понимал, как можно оторваться от этих людей. Он водил их за нос, словно мышь в мультфильме Том и Джерри, чтобы потянуть время до прибытия полиции.
Хотя он вполне мог принять благодарность Цзи Чжуня без единой царапины, эта благодарность обрела бы куда большую силу, пострадай он ради самого Цзи Чжуня. Ему нужно было всего лишь разыграть карту горького страдания.
Спереди донеслись перебранки и ругань людей Дай Цзэ. Чэнь Му дернул уголком рта, прикинул время, выскользнул из-за угла и с легким вызовом обвел взглядом собравшихся:
— Тупицы.
Место он выбрал приметное — чтобы полиции было легче его отыскать. Вокруг тоже бродили редкие зеваки, но никто не решался вмешиваться.
Дай Цзэ от злости подпрыгнул на месте:
— Есть смелость — не беги!
— Я тебе не черепаха, прячущаяся в панцирь.
На губах Чэнь Му заиграла насмешливая ухмылка, и он медленно перевел взгляд на главаря с татуировками по всему телу, поманив его указательным пальцем вверх:
— Эй, в прошлый раз я с тебя одежду сорвал. Наверное, ощущения от бега голышом были великолепными?
Парень в татуировках пришел в ярость и яростно выругался:
— Извращенец! — после чего скомандовал остальным: — Братья, фас! Кто снимет с него одежду, того сделаю вторые номером!
Услышав это, парни словно нанюхались возбуждающего порошка и бросились на Чэнь Му.
На мгновение на площадке завязалась потасовка.
Один против десятка — Чэнь Му, разумеется, не смог бы одолеть такую толпу, впрочем, и противники ничего для себя не выиграли.
Прошло около трех минут, когда вдалеке посчастливилось услышать завывания полицейской сирены, приближавшейся от разноголосицы к звуку ближе и ближе. Бандиты испугались, бросили напоследок: Еще встретимся! — и разбежались в разные стороны. Вскоре на место прибыла полиция. Выяснив все обстоятельства, они потребовали, чтобы он проехал с ними в участок для составления протокола, и Чэнь Му послушно подчинился.
Драка была устроена так, чтобы он нарочно не прикрывал лицо: на теле не было никаких серьезных ран, только левая щека заметно припухла, выглядя довольно жутко. Именно такого эффекта он и добивался.
Перед тем как сесть в полицейскую машину, как раз подоспел Цзи Чжунь.
Увидев, что Чэнь Му в полном порядке, нервы Цзи Чжуня, натянутые до предела, наконец расслабились. Он попытался выйти из машины, но стоило левой лодыжке качнуться, как внутри пронзило острой болью. Ему пришлось остаться в сатлоне, опустить стекло и устремить взгляд на припухшую наполовину щеку Чэнь Му. В его вечно равнодушном голосе прозвучала нотка беспокойства:
— Чэнь Му, ты в порядке?
— Пустяки.
Чэнь Му растянул губы в улыбке, но нечаянно задел рану, из-за чего выражение лица получилось несколько странным.
Один из полицейских произнес:
— Сначала съездите в больницу, зафиксируйте побои.
Чэнь Му сел в патрульную машину, а Цзи Чжунь на частном авто отправился в больницу следом. У Чэнь Му не было серьезных травм — стоило лишь приложить мазь к лицу, и всё прошло бы, а вот Цзи Чжуню пришлось куда хуже: у него обнаружились многочисленные ушибы мягких тканей, особенно сильно пострадала левая лодыжка. Вывих оказался тяжелым, вся стопа распухла и посинела, став ровно в два раза больше обычной.
Стоило взглянуть на нахмуренные брови Цзи Чжуня и капли холодной лоба на его лбу, как сразу становилось понятно, насколько это больно.
В душе Чэнь Му испытал мстительное злорадство, однако снаружи выглядел предельно обеспокоенным и виноватым:
— Во всем виноват я. Если бы не я, Дай Цзэ и его компания не стали бы срывать на тебе зло и нападать.
— Ты ни в чем не виноват.
Цзи Чжунь медленно покачал головой, и взгляд его помрачнел:
— С этой шайкой хулиганов действительно пора разобраться.
Завершив дачу показаний в полицейском участке, Чэнь Му вышел на улицу. У входа уже ждал водитель Цзи Чжуня:
— Молодой господин велел отвезти тебя домой.
Участок находился довольно далеко от дома, пешком пришлось бы шагать не меньше часа, поэтому Чэнь Му не стал отказываться и с улыбкой произнес:
— Передай Чзи Чжуню спасибо от меня.
— Я просто делаю свою работу.
Чэнь Му сел в машину, назвал адрес, и, вспомнив кое-что, достал телефон, чтобы набрать Сяо Цзычуаня.
Только вызов соединился, как на том конце полилась целая очередь вопросов:
— Чэнь Му, ты цел? Не ранен? Где ты? — голос дрожал, будто парень был готов заплакать.
Чэнь Му помолчал пару секунд:
— Плакал?
— Нет.
Сяо Цзычуань тут же отбрехался:
— Я просто волновался.
Чэнь Му улыбнулся:
— Я в порядке, сейчас возвращаюсь домой.
— М-м.
На том конце провода Сяо Цзычуань явно с облегчением выдохнул.
— Да, кстати, ты же не бросил там мой велосипед?
Если бы велосипед украли, свободных денег на покупку нового у него не было.
— Нет, я качу его с собой.
Сяо Цзычуань осведомился:
— Когда ты придешь за ним?
Чэнь Му немного подумал, договорился с Сяо Цзычуанем о встрече в определенном месте, а затем попросил водителя сделать там остановку. Примерно через десять минут Чэнь Му поблагодарил водителя, вышел из машины и заприметил в уголке жалко притаившегося Сяо Цзычуаня, который чертил пальцем круги на асфальте. Рядом с ним к стене прислонился его велосипед.
Заметив, как Сяо Цзычуань выводит на земле кирпичом какие-то каракули, Чэнь Му подошел поближе и заглянул через плечо — это были два рисованных человечка в стиле аниме, причем довольно узнаваемых. Тот, что с перевязанным лбом, сигаретой в зубах и наглым видом, безусловно, изображал его самого, а второй, в квадратных очках, глуповатый и простодушный, угадывался без труда — это был Сяо Цзычуань.
Оба анимешных человечка держались за руки, выглядя закадычными друзьями.
Чэнь Му усмехнулся и хлопнул Сяо Цзычуаня по макушке:
— Погнали.
Словно заметая следы преступления, Сяо Цзычуань тут же принялся остервенело затирать кирпичом те две фигурки. Увидев это, Чэнь Му заметил:
— Нарисовано отлично, чего затираешь-то?
Сяо Цзычуань что-то невнятно пробормотал и тут же сменил тему:
— Ты точно в порядке? — он указал на лицо Чэнь Му. — Выглядит жутко.
— Обычные поверхностные царапины.
В прекрасном расположении духа Чэнь Му хлопнул по сиденью велосипеда:
— Садись, подвезу.
— А Дай Цзэ и остальные...
— Не переживай, больше они тебя не тронут.
Судя по его пониманию характера Цзи Чжуня, тот явно не собирался оставлять эту компанию в покое. Ему оставалось лишь дожидаться хороших новостей.
Услышав столь уверенный тон Чэнь Му, любопытство Сяо Цзычуаня всколыхнулось с новой силой. Однако, вспомнив, что Чэнь Му уже говорил нечто подобное ранее, а на его вопросы так и не ответил, он молча подавил свое любопытство в глубине души.
Вечером, когда Бай Мэйлань вернулась с работы, она едва не расплакалась, заметив явные следы побоев на лице Чэнь Му. Впрочем, на этот раз Чэнь Му проявил «благородство и защитил слабого», у него имелась веская причина. И хотя Бай Мэйлань было больно смотреть на сына, она всё же поддержала его поступок.
***
После полученных травм Цзи Чжунь провел в больнице несколько дней.
Пусть его тело и покрывалось синяками и ссадинами, всё это были лишь внешние повреждения, которые заживали быстро. Проблемой оставался лишь тяжелый вывих левой ноги.
Хотя лечение лодыжки уже провели, опухоли требовалось время, чтобы сойти. Первые несколько ночей он из-за боли не смыкал глаз стоило лишь чуть ворохнуться, как по телу катился холодный пот. Врач сказал, что это серьезное растяжение связок: кости, конечно, не задеты, но на восстановление сухожилий уйдут все сто дней, и раньше чем через три-четыре месяца он полностью не поправится.
Цзи Чжунь не считал это чем-то из ряда вон выходящим — не может ходить на левой ноге, воспользуется костылями. А вот его мать Яо Синь восприняла происшествие так, будто рухнули небеса. Она настояла на его госпитализации, заодно притащив с собой целый ворох учебных материалов.
Судя по всему, она намеревалась заставить его повторять материал прямо в больничных стенах.
Учитывая блестящую успеваемость Цзи Чжуня, прочно удерживавшего первое место во всей параллели, Яо Синь почти не пришлось согласовывать это с руководством школы — учителя охотно пошли навстречу ее решению.
В этот день в вип-палату пожаловало множество учеников из класса 2-1 старшей школы. Классный руководитель Чжао Чжиго привел более двух десятков ребят навестить Цзи Чжуня, и палата мгновенно заполнилась горами фруктов и букетами цветов.
Воспользовавшись тем, что Яо Синь с увлечением развлекает гостей, Цзи Чжунь обвел взглядом толпу, осматривая комнату раз три-четыре.
Чэнь Му среди них не было.
На душе у него почему-то стало пусто, а окружающий шум, вливаясь в уши, породил странное раздражение. Заботливые голоса одноклассников и учителя жужжали в голове назойливыми мухами. Цзи Чжунь резко зажмурился и повысил голос:
— Мам, я устал, хочу поспать.
— Ох, хорошо. — Улыбка на лице Яо Синь на мгновение застыла, но тут же сменилась изящным, полным вежливого сожаления тоном: — Спасибо всем, что заглянули навестить Сяо Чжуня. Прошлой ночью он плохо спал и теперь хочет отдохнуть, так что извините.
Она была красивой женщиной, отлично следившей за собой. Возраст ее угадывался с трудом, в каждом движении сквозила природная элегантность и порода, а стоило ей заговорить мягким, обволакивающим голосом, как у никого не оставалось духу обвинить ее в чем-либо.
— Ничего страшного.
Чжао Чжиго с добродушной улыбкой помахал рукой и повел учеников к выходу из палаты.
Яо Синь учтиво проводила гостей до дверей, а когда те удалились, с лучезарной улыбкой вернулась в палату и затворила дверь. Улыбка тут же испарилась с ее лица:
— Сяо Чжунь, что это было? Твой классный руководитель и одноклассники только пришли, а ты сразу прогоняешь их. Где твои манеры?
Цзи Чжунь отвернулся к окне и повторил все тем же тоном:
— Я хочу спать.
Учитывая, что сын пострадал, Яо Синь смягчила тон и поправила ему одеяло:
— Сяо Чжунь, мама требует от тебя не просто так. Ты же знаешь положение в семье: эта стерва Чжао Сянлань и ее сынок точат зубы на наше имущество. Только если ты будешь достаточно хорош во всем — и в учебе, и в умении держаться с людьми, — твой отец сможет без опаски передать компанию тебе.
— Я понял.
Заметив, что Цзи Чжунь по-прежнему демонстративно отворачивается, Яо Синь вздохнула:
— Я совершенно не разбираюсь в делах компании и не могу помочь твоему отцу в бизнесе, вот эта дрянь Чжао Сянлань и нашла лазейку. С каких пор обычная секретарша стала начальником отдела? Какое она имеет право? Всё благодаря ее лисьим штучкам, которыми она охмурила твоего отца.
Чем больше Яо Синь говорила, тем сильнее злилась, и наконец уставилась на затылок сына:
— Сяо Чжунь, ты ни в коем случае не должен проиграть этому ублюдку. Мама в этой жизни надеется только на тебя.
Цзи Чжунь закрыл глаза и ничего не ответил.
— Ты что, оглох? Мама с тобой разговаривает, ты слышишь меня? — голос Яо Синь резко сорвался на визг.
В этот самый момент неожиданный телефонный звонок разорвал напряженную тишину.
Яо Синь поднесла трубку к уху. Что-то услышав на том конце, она вмиг растеряла всю злость и расплылась в медовой улыбке:
— Вышла новая сумочка от LV? Подожди секунду, я сейчас же еду.
С этими словами она сбросила вызов, повернулась к Цзи Чжуню и бросила:
— Мама пойдет по магазинам с подругами, отдыхай тут.
Дождавшись, пока Яо Синь уйдет, Цзи Чжунь повернул голову и уставился на закрытую дверь. Он разжал зубы — на его бледных губах четко отпечатался след от укуса. Раньше его мать была совсем другой: мягкой, улыбчивой, она рассказывала ему сказки перед сном. Но после того как она узнала об измене отца, характер ее стал всё сильнее меняться, становясь капризным и непредсказуемым. Все свои силы она направила на то, чтобы выучить его так, чтобы он мог ублажать отца, а также на покупку предметов роскоши.
Иногда, находясь в том доме, где больше не ощущалось ни капли семейного тепла, он чувствовал, что начинает задыхаться.
Цзи Чжунь тихо выдохнул и уже собирался закрыть глаза, как в дверь раздалось ровно три стука.
Тук-тук-тук.
— Цзи Чжунь, можно войти?
Этот ленивый, низкий с бархатными нотками голос проник в уши Цзи Чжуня. Он вздрогнул всем телом и машинально провел языком по пересохшим губам:
— Войдите.
Произнося это, он не отрывал глаз от двери и увидел, как створка распахивается извне, являя высоко подтянутую фигуру, медленно выступавшую из дверного проема.
Высокий юноша легко улыбнулся — той самой знакомой, беспечной улыбкой:
— Я навестить тебя пришел.
Цзи Чжунь приподнялся на локтях, не зная, что сказать, и выдавил лишь одно слово:
— Садись.
Чэнь Му бросил беглый взгляд на палату, утопающую в цветах и фруктах, небрежно поставил принесенный пакет с фруктами на тумбочку и с шутливой усмешкой бросил:
— Кто не знает, подумает, что это не больница, а фруктовая лавка.
С этими словами он перекинул длинные ноги через корзины с цветами и устроился на диване.
Цзи Чжунь помолчал пару секунд:
— Раньше я тебя здесь не видел.
— А, я не покупал фрукты, по пути заскочил в магазинчик рядом с больницей, — пояснил Чэнь Му. — И то взял самую малость, а обошлось дорого.
— Столько фруктов я всё равно не осилю, потом забери часть с собой.
Чэнь Му рассмеялся:
— Не нужно, если не можешь доесть, отдай своим родственникам.
Цзи Чжунь тихо хмыкнул, его взгляд безмолвно опустился на лицо Чэнь Му. Когда тот улыбался, уголки его губ слегка взмывали вверх, а глаза лучились весельем, отчего он казался еще более притягательным, чем обычно. Цзи Чжунь вспомнил ту улыбку, которой Чэнь Му одарил его, уводя за собой хулиганов: одновременно дерзкую, раскованную, нежную и полную тоски.
Чему тогда улыбался Чэнь Му?
При этой мысли Цзи Чжунь шевельнул губами, колеблясь, стоит ли задать этот вопрос, но в этот момент приоткрытая дверь внезапно распахнулась настежь, и раздался развязный голос:
— Цзи Чжунь, ты как? Живой еще, не искалечили?
Этот голос.
Улыбка на лице Чэнь Му мгновенно застыла, а зрачки на долю секунды сузились.
— Ого, у тебя гости? Одноклассники, что ль?
Голос продолжал звучать, и судя по звукам, его обладатель приближался всё ближе.
Чэнь Му поднял взгляд и столкнулся с любопытными глазами вошедшего. Выражение его лица помрачнело, однако уголки губ тронула едва заметная улыбка.
Прекрасно. После перерождения каждое принятое им решение меняло траекторию судьбы. Словно эффект бабочки: Яо Юаньлян, с которым он по идее должен был встретиться лишь во втором семестре одиннадцатого класса, появился перед ним гораздо раньше положенного срока.
http://bllate.org/book/24583/2886566
Готово:
