Готовый перевод The Wandering Journey Back / Путь сквозь пустошь: Пробуждение в темнице: Глава 11

На следующий вечер они прибыли в T-12 сектор.

Луны на ночном небусклоне не было, тьма сгущалась, а бескрайний и далекий Млечный Путь сиял, окутывая просторы пустыни и создавая рябь серебристых волн. T-12 сектор походил на изолированный от всего мира остров, сурово возвышающийся посреди этого песчаного моря.

В абсолютной тишине мчащийся на всех парах базовый автомобиль был единственным источником звука. Город приближался, вырастая издали: руины зданий с обнаженной арматурой и бетоном вздымались вверх, напоминая теснящиеся ряды гигантских надгробий, что оплакивали не нашедшие упокоения тела живых мертвецов. От этой удушающей атмосферы безысходности и распада перехватывало дыхание.

Линь Чжиинь расположилась в самом хвосте салона и заснула еще раньше.

Гу Сяо все-таки поделился своей подушкой, однако Фэн Яо не спешил уступать свою раскладушку. Му Хань произнес: — Фэн Яо, одолжи кровать.

Фэн Яо по-прежнему сидел на пассажирском сиденье и сканировал местность с помощью оптического зума G: — Предлагать девушке спать на сиденье, а самому занимасться кроватью — не слишком красиво с твоей стороны.

Му Хань призадумался: — И то верно. — И ему пришлось улечься прямо на кресле.

Вглядываясь вдаль, Фэн Яо сказал Гу Сяо: — Вокруг T-12 сектора натянута колючая проволока. Слева есть брешь, на одиннадцать часов.

Гу Сяо плавно повернул руль.

Базовый автомобиль проскочил через проем и пронесся мимо. Зомби у дороги спохватились слишком поздно и, неуклюже попытавшись пуститься в погоню, лишь глотнули выхлопных газов.

Улицы выглядели уныло. Перенесший несколько разрушительных ударов город лежал в полнейших руинах, но в них все еще угадавались черты прежних времен. Фэн Яо подстроил линзы, переключился в режим сканирования жизненных показателей и посмотрел в окно.

В янтарных зрачках отражались проносящиеся мимо световые пятна: в радиуде ста метров все вокруг пестрило холодным зеленым цветом — в этом городе, кроме них четверых, не осталось ни единого живого существа, обладающего телесным теплом.

С древнейших времен человеческое общество росло и трансформировалось через столкновения, технологии развивались семимильными шагами, и люди вооружались все более совершенными методами защиты, но в конце концов тела под прочной броней оставались такими же хрупкими и уязвимыми.

Глядя на разрушенный город и вспоминая DIN1, Фэн Яо безо всякой видимой причины предался раздумьям и тихо проговорил: — Сколько лет прошло, а человеческая жизнь все такая же хрупкая.

— Именно поэтому у технологий и есть стимул развиваться.

Глубокий и низкий мужской голос звучал отчетливо; в его бесчувственной холодности слышались мягкие нотки. Ответившим был G.

Фэн Яо усмехнулся, оставив реплику без ответа.

Му Хань поинтересовался: — Ты снова разговариваешь со своим искусственным интеллектом?

Фэн Яо утвердительно хмыкнул, и Му Хань скучающе спросил: — Почему он называется G?

Фэн Яо ответил: — Наверное, G — это кто-то очень важный для меня.

Услышав это, Гу Сяо внезапно замер, тут же перевел взгляд на Фэн Яо и, столкнувшись с ним глазами, поспешно отвел их в сторону.

Фэн Яо: — ?

Му Хань: — Почему ты говоришь «наверное»?

Фэн Яо с недоумением посмотрел на Гу Сяо и продолжил: — Я терял память.

Му Хань заинтересовался: — Как это случилось?

Фэн Яо пояснил: — Тогда, чтобы кое-кого отыскать, я какое-то время провел в Море Изгнанников. Чудом выжив после пережитого кошмара, я повредил голову и забыл все прошлое. Многие вещи я узнал уже позже, когда поднимал архивы.

Море Изгнанников примыкало к Бескрайнему Морю и находилось в труднодоступной пограничной зоне. По слухам, облака там висели невероятно низко и густо, а ясные дни, когда небо прояснялось, выдавались крайне редко. Весь город тонул в угнетающей серой дымке, индекс пригодности для жизни был ничтожно мал, но обитателей в Море Изгнанников хватало — его населяли сплошь изгнанные и выброшенные на обочину зараженные и мутанты. Мир отвергал их, а они люто ненавидели весь мир. Смертоносный вирус носился в воздухе, и порожденные ненавистью насилие и бойня не знали преград. Для обычных людей Море Изгнанников было смертельной ловушкой, из которой невозможно выбраться живым.

Му Хань замолчал и со сложным выражением лица покосился на Фэн Яо.

Атмосфера заметно потяжелела, в салоне воцарилась тишина. Спустя мгновение Гу Сяо заговорил вновь. Голос его звучал странно, слегка дрожа, хотя он явно пытался сдерживаться: — Помнишь человека, которого искал?

Фэн Яо медленно и неуверенно покачал головой.

Гу Сяо: — Больше не ищешь?

Разум, утративший часть воспоминаний, напоминал спокойную морскую гладь, по которой от коротких вопросов Му Хань и Гу Сяо побежала рябь. Взгляд Фэн Яо затуманился, и он невнятно произнес: — Ищу. Все это время ищу. Ищу уже… пять лет.

Гу Сяо нахмурил брови, в его глазах мелькнул невыразимый блеск, и он допытывался: — Разве ты не помнишь? Как же ты ищешь?

Это были те немногие обрывки воспоминаний, что хранились в самых дальних уголках разума Фэн Яо. К ним так долго не прикасались, что они стали далекими и размытыми. Фэн Яо с трудом попытался восстановить их в памяти и почувствовал, как рябь в его мыслях превращается в шторм. Приливы и отливы воспоминаний накатывали и отступали, бушующие под шквальным ветром и проливным дождем волны готовы были поглотить и стереть все живое. Он словно провалился на дно океана, едва не задыхаясь от пробирающего до костей холода. Помассировав переносицу и тяжело задышав, он ощутил, как сухой воздух наполняет легкие, и это немного помогло унять внезапное головокружение, однако пальцы, сжимавшие переносицу, так и не расслабились.

— Человек, которого я ищу… — Фэн Яо постепенно успокоился и устало прикрыл глаза. Его безэмоциональный голос обрел прежнюю прохладцу: — На его надбровной дуге должен быть шрам, а на пояснице — татуировка… Точных деталей я уже не припомню, но при новой встрече я обязательно его узнаю.

Гу Сяо продолжал вести машину, однако его взгляд намертво прилип к зеркалу заднего вида. Отражение поймало фигуру Фэн Яо, и Гу Сяо не мог оторвать глаз. Помолчав добрую минуту и выслушав последние слова Фэн Яо, он вдруг тихо рассмеялся. В этом смехе сквозило что-то двусмысленное и самокритичное, но если присмотреться, в нем таилась и какая-то необъяснимая горечь. Гу Сяо спросил: — А что, если он уже мертв?

Хотя это и был худший из исходов, которого Фэн Яо боялся больше всего, за эти пять лет бесплодных поисков он успел мысленно представить его бесчисленное количество раз. Поэтому, когда Гу Сяо завел об этом речь, выражение лица Фэн Яо осталось обычным, ничуть не дрогнув. Все эти годы он отправлялся в самые опасные места ради призрачной надежды и колесил по всему свету, когда надежды не оставалось вовсе. Время оказалось безжалостным и потрепало его, но он продолжит идти до конца. Это было проявлением его упрямства, и он уже давно решил потратить на это всю свою жизнь.

http://bllate.org/book/24558/2880866