Сяо И, Лань Линфэн и Ли Текуй подошли к горной пещере. Поскольку второй батальон уже прекратил атаку, а вокруг пещеры несли службу часовые на шести смотровых вышках, охрана у входа сильно потеряла бдительность. Они ели жареный арахис и пили вино, и в страшном сне не могли представить, что Сяо И и его бойцы уже тайком пробрались к арсеналу. Этому суждено было стать их последним ужином.
По мере того как Сяо И и остальные подбирались всё ближе, один из опытных солдат, казалось, заметил, как у входа в пещеру мелькнула тень, и испуганно дрожащим голосом бросил:
— Кто там?
На ходу он сдрейфил, но действовал настороже: вскинул винтовку и прицелился в ту сторону, где мелькнула тень.
Другой солдат усмехнулся:
— Цзян Тао, братец, у тебя, должно быть, нервное расстройство. Снаружи частоколом стоят шесть смотровых вышек, на каждой дежурит по два часового. Там не то что человека — зайца, и того пулемётами разобьют.
— Эрлен, не зарекайся, во всём нужен глаз да глаз, — возразил солдат по имени Цзян Тао. — Говорят, коммунисты появляются и исчезают как призраки, я лучше пойду проверю, так спокойнее будет.
С этими словами Цзян Тао отложил палочки для еды, подхватил фонарик и винтовку, собираясь направиться к тому месту, где стояли Сяо И с товарищами. Вдруг — свист-свист — дважды полоснуло из темноты, и два острых метательных ножа легко скользнули по их шеям. Лезвия точно перерезали сонные артерии, и из рваных ран фонтаном хлынула кровь. По мнению Сяо И, с врагами нужно расправляться жестоко, иначе проявленное к неприятелю милосердие обернется жестокостью к себе.
Не успел Сяо И приказать Лань Линфэну и Ли Текую спрятать тела и убрать кровь, как изнутри торопливо выбежал солдат, у которого от съеденного чего-то не того прихватило живот. Придерживая ноющий живот, он громко затянул:
— Цзян Тао, принеси туалетной бумаги, моя закончилась!
— Плохо дело! — мысленно выругался Сяо И.
Заметив, что Цзян Тао не отвечает, солдат страшно обиделся: неужели трудно поделиться бумагой? Но затем он почуял неладное: в прошлый раз, когда у него тоже крутило живот, Цзян Тао не только выдал целую пачку бумаги, но и поделился лекарством от поноса. Выйдя наружу и не обнаружив ни Цзян Тао, ни Эрлена, он увидел на земле лужу крови и понял, что те наверняка погибли. От ужаса у него душа ушла в пятки. Он попытался завопить на весь голос, предупреждая о нападении на арсенал, но стоило ему разинуть рот, как пущенный Сяо И метательный дротик вонзился ему прямо в горло. В тот же миг Сяо И ощутил резкий зловонный запах: штаны солдата вмиг намокли, глаза вылезли из орбит, а во взгляде читались лишь отчаяние и страх. Тело солдата пару раз качнулось и замертво осело на землю.
— Тьфу ты, вонь-то какая! — зажав нос и понизив голос, пробормотал Ли Текуй.
Сяо И хотел было что-то сказать, но промолчал и лишь взмахнул рукой, приказывая Ли Текую утащить тело и спрятать его. Ли Текуй, зажав нос и бросив на Сяо И убийственный взгляд, крайне неохотно согнулся в три погибели и уволок труп.
Вскоре Ли Текуй вернулся, спрятав тело, и обиженно протянул Сяо И:
— Командир батальона, больше никогда не поручай мне такое! Я этого не вынесу, ой, меня сейчас стошнит…
Прикрывая рот рукой, Ли Текуй бросился наружу, где его вывернуло наизнанку.
В этот момент подтянулись товарищи, отвечавшие за устранение часовых. Увидев Ли Жо, Сяо И неожиданно замер:
— Разве я не велел тебе оставаться на месте? Почему вернулся? Где Хай Фэн? — тихо спросил он.
При упоминании Хай Фэна глаза Ли Жо мгновенно покраснели:
— Хай Фэн тяжело ранен, враг отрубил ему левую руку.
— Что? Враг отрубил Хай Фэну левую руку? Тогда почему вы не забрали его с собой? Если оставить его там одного сражаться, он же погибнет! — с болью в голосе воскликнул Сяо И.
— Мы понимали это, но он настоял, чтобы мы уходили. Сказал, что если его жертва позволит уничтожить хотя бы один вражеский дот, оно того стоило! — тихо произнес Сяо Цзинмин.
Сяо И тяжело вздохнул, лицо его помрачнело. Он пробормотал себе под нос:
— Какой прекрасный товарищ! Если мы не возьмем эту позицию, то просто не сможем смотреть им в глаза!
В этот момент подоспели Цинь Чжи и Ли СюэФэн с последней группой. Чуть ранее, заглянув в щель в двери, Сяо И успел рассмотреть главный арсенал противника: там находились две небольшие горные пушки, двенадцать тяжелых пулеметов Максим, двадцать легких пулеметов Цзэке, более двадцати австрийских снайперских винтовок SSG69 калибра 7.62 мм, свыше пятисот стандартных винтовок Чжунчжэн и более тридцати ручных гранат.
Сяо И питапыл особую слабость к снайперским винтовкам. В мыслях он уже прикидывал: если удастся взять Гору Цинлун, он попросит командование передать эти винтовки их батальону — он лично вырастит два десятка первоклассных стрелков. При этой мысли на лице Сяо И расплылась довольная улыбка.
Охрана арсенала располагалась следующим образом: с восточной, южной и западной сторон стояло по пять человек, с северной — четверо. Совершенно очевидно, что тот несчастный с расстройством желудка был как раз из северного дозора. За вычетом шести часовых на вышках, у них оставалось пятнадцать бойцов.
Немного подумав, Сяо И отдал приказ:
— Цзян Бо, Дай Лицюнь, Ли Жо, Сяо Цзинмин — отвечаете за восток; Ли Текуй, Гао Лян, Ло Жун, Ань Сюань, Тун Вэйнин — за юг; Лань Линфэн, Ли Чжигао, Цзяж Чжэн, Ли СюэФэн, Цинь Чжи — за запад; север беру на себя я. Приготовьтесь, выступаем немедленно!
— Командир, а ты один справишься с четверыми? Может, отрядить к тебе Цзя Чжэна? — с беспокойством предложил Лань Линфэн.
Сяо И покачал головой:
— Не нужно, решено. Товарищи, эта операция имеет решающее значение, от неё зависит, возьмем ли мы Гору Цинлун.
Бойцы кивнули:
— Не переживай, командир, мы разобьем их и взорвем их доты!
Внутри арсенала четверо молодых солдат из северного дозора тихо переговаривались:
— Чего это Ли Ми до ветру ушел и пропал? Не провалился же он в нужник!
— Точно. Пойти, что ли, проверить?
— Ладно, беги давай быстрее, а то если начальство узнает, что с поста отлучились двое, нам всем сносить головы!
— Вэнь Цян, давай лучше я схожу, мне как раз тоже приспичило.
Не успел этот солдат договорить, как в помещение ворвался с десяток бойцов компартии. Практически в тот же миг со всех сторон в брови, кадыки и прочие уязвимые места ничего не подозревавших солдат гоминьдана полетели смертоносные дротики, свистящие подобно буре. Застигнутые врасплох солдаты в мгновение ока повалились на землю. Понеся тяжелые потери, уцелевшие, тем не менее, были закаленными в боях профессионалами и не растерялись. Не попавшие под град дротиков солдаты тотчас вскинули пулеметы, но не успели они нажать на гашетки, как авангард коммунистов уже подскочил вплотную и вступил в ближний бой с блестящими на свету штыками наперевес.
Пулеметы оказались бесполезны. В отчаянии гоминьдановские солдаты подбирали с земли штыки и сходились с бойцами компартии в рукопашной. Обе стороны бились насмерть, не желая уступать и проявляя абсолютное бесстрашие. Каждый понимал: исход этой схватки во многом предрешит исход всего сражения.
Хотя Сяо И противостояло четверо врагов, троих из них он уложил еще в момент прорыва. Оставшийся Вэнь Цян обладал выдающимся мастерством боевых искусств. Увидев гибель товарищей, он с безумным криком бросился на Сяо И, пытаясь изрубить его в капусту. Сяо И не собирался отставать: ради захвата Горы Цинлун и Ворот Цинлун он метил исключительно в смертельные точки противника.
Вэнь Цян воевал с тринадцати лет и перебил на веку немало врагов, но еще никогда ему не доводилось встречать столь опасного противника, как Сяо И. Казалось, тот насквозь видел любые его приемы и мгновенно находил противоядие. Сам Сяо И тоже думал о том, что этот враг невероятно силен в боевых искусствах. Поначалу он рассчитывал быстро расправиться с этой четверкой и спешно прийти на выручку Лань Линфэну и остальным. В возможностях Цзян Бо Сяо И был уверен, Ли Текуй тоже неплох — хоть в тактике не силен, но обладает звериной силой. Самым слабым звеном была группа Лань Линфэна.
Сяо И изначально полагал, что раз уж у Лань Линфэна слабейшее звено, он быстро покончит со своей четверкой и поспешит им на помощь. Кто же знал, что Вэнь Цян окажется столь крепким орешком? Порой Сяо И даже бросало в холодный пот от мысли: если бы не та удача с первыми тремя противниками, при их с Вэнь Цяном равных силах да с помощником на подхвате он сам наверняка стал бы легкой добычей.
Впрочем, Сяо И поймал себя на мысли, что даже начинает испытывать невольную симпатию к этому ровеснику и грозному противнику. Он даже на секунду предался наивной фантазии: не будь они по разные стороны баррикад, из них могли бы выйти отличные друзья. Но в этот критический момент нельзя было поддаваться чувствам — врага предстояло уничтожить, иначе смерть ждала его самого.
Еще дюжина обменов ударами — и Вэнь Цян начал заметно уставать, инициатива полностью перешла к Сяо И.
— Одним махом! — пронеслось в голове у Сяо И.
Вдруг он взмыл в воздух, и штык молнией вонзился в горло Вэнь Цяну. Перерезанная лезвием сонная артерия брызнула кровью на добрых полфута вверх. Умирая, Вэнь Цян, похоже, не испытывал сожалений — умереть от руки столь выдающегося мастера было не стыдно. Медленно прикрыв глаза, он безвольно обмяк и повалился на землю.
Хотя Сяо И и пожалел о гибели столь талантливого бойца, он прекрасно понимал: война жестока. Чтобы простой народ зажил счастливо, врага необходимо безжалостно истреблять. Бросив прощальный взгляд на тело Вэнь Цяна, Сяо И бросился на помощь Лань Линфэну. Лань Линфэн, Ли Чжигао, Цзя Чжэн, Ли СюэФэн и Цинь Чжи к тому времени уже получили тяжелые ранения. Завидев спешащего на помощь командира, они просияли — обретя опору, они с удвоенной яростью набросились на врагов.
Вскоре подоспели Цзян Бо с Ли Текуем, зачистившие свой участок, и в считанные минуты трое оставшихся солдат гоминьдана были зарублены совместными усилиями десятка бойцов. Задача по захвату арсенала была успешно выполнена.
В этот же момент неподалеку раздалась яростная стрельба: судя по всему, нападение на арсенал было обнаружено, и часовые на смотровых вышках вступили в бой с противником.
— Быстро, берите легкие пулеметы и гранаты, готовимся взрывать доты! — скомандовал Сяо И, а затем перевел взгляд на любимую снайперскую винтовку. — И снайперки тоже прихватите!
В текущей ситуации первоочередной задачей оставалось незамедлительно взорвать вражеские доты, уничтожить штаб Ду Чжунмина и тем самым выручить товарищей на вышках. Однако, подумав о том, что часть вооружения унести не удастся, Сяо И на миг задумался: «Если товарищи на вышках не выдержат и враг прорвется в арсенал, оставшиеся винтовки, боеприпасы и горные пушки снова попадут к неприятелю. Ударив нам в спину, они поставят нас в крайне опасное положение. Это оружие ни в коем случае нельзя оставлять врагу!»
Наконец Сяо И отдал приказ:
— Ли Текуй, взрывай к чертям этот арсенал!
Едва эти слова сорвались с его губ, бойцы нахмурились — жалко до боли! Но долг военного — беспрекословное подчинение приказам, раз командир решил так, значит, на то есть веские причины.
Следом раздалось несколько мощнейших взрывов: в мгновение ока арсенал объяло пламя, а волны взрывной башни покатились одна за другой...
http://bllate.org/book/24461/2868209
Готово:
