Готовый перевод Heaven Official's Blessing: A Fireworks Journey / Благословение Небесного Чиновника: Вместе сквозь огни вечности: Глава 14

Всадники быстро приблизились, подняв облако пыли. Мужчина в парчовом халате, ехавший впереди, натянул поводья. Его взгляд скользнул по стонущим на земле мужчинам и по стоящим перед хижиной Се Ляню и Хуа Чэну, и он тут же нахмурился.

— Что здесь происходит? — в голосе Чжан Ваньцзиня сквозило нетерпение. Он перевел взгляд на коренастого верзилу, стоявшего во главе отряда. — Я разве не приказал вам присматривать за этим местом? Почему здесь такой беспорядок?

Верзила, едва не кувыркаясь, бросился к лошади и запричитал:

— Господин Чжан! Вы наконец-то приехали! Эти двое ворвались сюда, мало того что избили нас, так еще и грозятся сорвать ваше важное дело!

Только теперь Чжан Ваньцзинь по-настоящему посмотрел на Се Ляня и Хуа Чэна. Одежда на них была самой обычной, но держались они уверенно и спокойно. Особенно Хуа Чэн: его взгляд, холодный, словно закаленный в ледяной воде, заставил Чжан Ваньцзиня невольно содрогнуться. Однако, полагаясь на численное превосходство, он быстро выпрямился и надменно бросил:

— Кто вы такие? Как посмели вмешиваться в мои дела?

Се Лянь шагнул вперед. Его голос звучал спокойно, но в нем чувствовалась неоспоримая сила:

— Господин Чжан? Мы всего лишь случайные путники. Мы наткнулись на то, как вы незаконно вырубаете лес, добываете железную руду, похищаете сельских жителей и ни во что не ставите человеческие жизни. Разве подобные вещи не заслуживают того, чтобы в них вмешались?

Лицо Чжан Ваньцзиня изменилось, но он тут же усмехнулся:

— Чушь собачья! Я просто приказал им осмотреть лес на предмет древесины. Разве я когда-нибудь совершал подобные злодеяния? Хватит тут возводить на меня напраслину!

— А правда ли это напраслина, можно легко проверить, заглянув внутрь, — Хуа Чэн указал на хижину. — Руда, останки в погребе и эта девушка, которую вы похитили, — все это неопровержимые доказательства.

Глаза Чжан Ваньцзиня сузились. Очевидно, он не ожидал, что путники узнали так много. В его взгляде промелькнула злоба, и он яростно махнул рукой:

— Вранье! Они клевещут на меня! Схватить этих двоих, которые суют нос не в свое дело! А девчонку тоже уберите, чтобы не оставлять следов!

Слуги тут же выхватили клинки и окружили Се Ляня и Хуа Чэна. Эти люди были куда искуснее в драке, чем те, что встретились им ранее, и действовали гораздо агрессивнее.

Однако перед Се Лянем и Хуа Чэном их мастерства было недостаточно.

В руке Се Ляня невесть откуда взялась подобранная на земле ветка. Он взмахивал ею, казалось, совершенно небрежно, но при этом неизменно точно отражал удары клинков, а легким движением заставлял нападавших терять равновесие. Его движения были плавными и текучими, словно он не сражался, а танцевал.

Хуа Чэн действовал быстро и решительно. Он двигался, словно призрачная тень, проскальзывая сквозь толпу. Там, где проходили его пальцы, слуги с криками валились с ног: одни замирали, лишившись возможности пошевелиться из-за нажатых точек, другие корчились от боли с вывернутыми руками. Не прошло и минуты, как на земле лежали и стонали еще с десяток человек.

Увидев это, Чжан Ваньцзинь побледнел, а его ноги задрожали. Он никак не мог ожидать, что эти двое, выглядевшие как самые заурядные странники, обладают столь грозными навыками.

— Кто... кто вы такие? — пролепетал он, пытаясь развернуть лошадь, чтобы сбежать.

Хуа Чэн мгновенно переместился и оказался перед его конем, положив руку на голову животного. Конь, словно скованный невидимой силой, застыл на месте, как бы ни пытался вырваться, лишь беспокойно переступал копытами.

— Куда собрался? — голос Хуа Чэна был холодным, как лед. — Твои дела еще не закончены.

Чжан Ваньцзинь от страха вывалился из седла и, упав на землю, принялся ползать и умолять о пощаде:

— Герои, помилуйте! У меня не хватило ума разглядеть в вас великих мастеров! Я виноват! Я больше никогда так не буду! Прошу, отпустите меня!

Се Лянь подошел ближе и, глядя на его жалкий вид, холодно произнес:

— Отпустить тебя? А как же те, кого ты погубил? Кто отпустит их?

Чжан Ваньцзинь лишился дара речи и лишь продолжал бить поклоны:

— Я... я заплачу! Я выплачу компенсацию их семьям! Сколько угодно! Только умоляю, не отдавайте меня в руки правосудия...

— Закон страны суров, разве можно откупиться деньгами? — ответил Се Лянь. — Незаконная вырубка леса и добыча руды — уже преступление, а лишение людей жизни — тем более. Тебя должны судить по всей строгости закона.

В этот момент издалека послышались торопливые шаги и крики. Оказалось, что деревенские старейшины, обеспокоенные тем, что Се Лянь и остальные долго не возвращаются, собрали охотников и отправились в ближайший город за помощью. В этот момент они как раз возвращались вместе с городскими стражниками.

Увидев открывшуюся картину, стражники были поражены и поспешили выяснить обстоятельства дела.

Се Лянь вкратце объяснил суть произошедшего, показал стражникам руду в хижине, останки в погребе, а также представил пойманных бандитов и слуг в качестве свидетелей. Вина Чжан Ваньцзиня стала очевидна.

Командир стражи немедленно отдал приказ заковать Чжан Ваньцзиня и всех его сообщников в кандалы и забрать с собой.

— Благодарю вас, благородные воины, за то, что избавили нас от этой напасти! — старейшина деревни, полный благодарности, низко кланялся Се Ляню и Хуа Чэну. Остальные жители тоже принялись благодарить их, а А-Чжу, плача, кланялась им в ноги, говоря, что если бы не они, она бы уже давно погибла.

Се Лянь помог старейшине подняться и мягко сказал:

— Это сущая мелочь, не стоит благодарности. Лучше будьте впредь осторожнее, и если заметите что-то подозрительное, немедленно сообщайте властям.

Старейшина согласно закивал.

Разобравшись с делами, Се Лянь и Хуа Чэн вместе с жителями спустились с горы. Селяне были настолько признательны, что настойчиво пригласили их остаться. Отказать в такой доброте было сложно, поэтому путники провели в деревне ночь.

На следующее утро, попрощавшись с жителями, они продолжили путь на юг.

Идя по горной тропе, Се Лянь обернулся и взглянул на гору Хэйму:

— Не ожидал, что в первой же точке нашего путешествия на юг мы столкнемся с подобным.

Хуа Чэн ответил:

— Мир многогранен, так устроена жизнь. В нем есть и добро, и зло, и свет, и тьма.

— Это верно, — кивнул Се Лянь. — Но хорошо, что в этот раз добро восторжествовало, а зло получило по заслугам.

Солнечные лучи пробивались сквозь листву, мягко согревая их. Вдоль горной тропы цвели дикие цветы, в воздухе порхали бабочки, а вокруг разливался свежий аромат трав.

— Куда теперь? — спросил Хуа Чэн, глядя на Се Ляня с едва заметной нежностью.

Се Лянь немного подумал и улыбнулся:

— Слышал, впереди есть древнее селение, где проводят очень необычные праздники. Может, заглянем?

— Хорошо, — уголки губ Хуа Чэна слегка приподнялись. — Куда бы ты ни захотел отправиться, я везде буду рядом.

Они обменялись улыбками и зашагали вперед, плечом к плечу. Путь впереди был еще долгим, но пока они были вместе, им ничего не было страшно. Их история продолжалась.

http://bllate.org/book/24347/2835736