Первый раз я увидел Гу Люцина, когда ему было всего лет шестнадцать-семнадцать. Он выступал с речью, не подглядывая в шпаргалку, и его сияющие глаза с поволокой — такие по-юношески невинные и в то же время притягательные — заставили сына судьбы Цзи Цзэси, стоявшего в толпе, смотреть на него с нескрываемым вожделением.
Второй раз я увидел Гу Люцина, когда он, опустив взгляд, порхал пальцами по клавишам рояля, с нежностью глядя на мужчину в синем костюме рядом. Зрители вокруг не могли сдержать добрых улыбок, и лишь Цзи Цзэси, одетый в винно-красный костюм, выглядел мрачнее тучи.
В третий раз я встретил его, когда некогда богатая семья Гу разорилась. Гу Люцин беспомощно смотрел на того, кто пришел его провоцировать, и Цзи Цзэси, не выдержав, бросился вперед, чтобы обнять его и приняться за утешения.
Система моргнула — и увидела, как Цзи Цзэси с мукой на лице прощается с Гу Люцином, а тот, еще секунду назад такой мягкий и беззащитный, обернувшись, одарил его зловещей ухмылкой. В этот миг система решила: нужно привязаться именно к нему.
1. Цветы падают, а вода безразлична (часть 1)
Будучи опытной системой, 233 считала себя настоящим профессионалом. Например, другие зовут ее не иначе как Системой сбора персиковых цветов.
Хотя в восьми последних мирах ее ждал провал, и высшее руководство в лице господина К пригрозило лишением баллов, это... это никак не мешает ей оставаться серьезной системой.
Нужно обязательно найти хорошего носителя. Лучше всего — красивого, гибкого, нежного, умного и милого. И ни в коем случае не такого, как прошлый носитель: поначалу усердно выполнял задания, а в конце просто бросил ее и сбежал с другим.
Черт возьми...
Стоило 233 вспомнить об этом, как она не смогла сдержать гнева.
Господин К сказал: если она не найдет носителя сама, он назначит его случайным образом. 233 содрогнулась: неизвестно, что за человек может достаться по воле случая.
Выбрав мир, 233 отправилась туда и сразу же оказалась рядом с сыном судьбы.
Опустив взгляд, она увидела, что сын судьбы еще совсем несмышленыш. Он стоял в толпе и восторженно смотрел на мальчика, выступавшего на трибуне.
Проследив за его взглядом, система встретилась с парой ясных глаз. Поколебавшись, она открыла карточку данных того, кто был на сцене.
Гу Люцин, сын семейства Гу, проживет двадцать пять лет.
Гу Люцин не пользовался бумажкой с текстом. Его ясные глаза были необычайно красивы, полные, розоватые губы плавно двигались, произнося речь. Он был прекрасен, и даже просто стоя, он разительно отличался от окружавших его шестнадцатилетних подростков.
Его красота не была агрессивной — она была мягкой, нежной, располагающей. В каждом его жесте сквозила природная элегантность: сразу видно, что вырос в неге и под надежной защитой.
Это тоже отличало его от других мальчишек, терзаемых кучей проблем. Особенно от сына судьбы, стоявшего прямо подле нее: он пожирал Гу Люцина взглядом, полным голодного желания и неприкрытой агрессии.
233 стало жаль его. Должно быть, он очень завидует такому человеку.
Но ничего, скоро твоя удача попрет как на дрожжах, а этот тепличный цветок вскоре будет извлечен из своей оранжереи.
233 не стала смотреть дальше. Хотя сын судьбы был неплох, возможно, им просто немного везло, но это было не то, что ей нужно.
Она вернулась в штаб, а когда снова прибыла в этот мир искать носителя, прошло восемь лет. Ее снова перенесло к сыну судьбы.
Цзи Цзэси, одетый в безупречный костюм, с бокалом красного вина в руках, наблюдал в толпе за юношей на сцене. Это был все тот же Гу Люцин. Его пальцы порхали над клавишами рояля, мелодия была пронизана любовью, и, играя, он с нежностью смотрел на молодого человека в синем костюме рядом.
Цзи Цзэси стоял неподвижно, словно окаменев. Видя, как Гу Люцин смотрит на того юношу, он с болезненным выражением лица залпом выпил вино, но, подняв голову, все равно не смог отвести взгляд.
233 подозрительно посмотрела на Цзи Цзэси. Почему он так смотрит на Гу Люцина? Ей стало любопытно: согласно сюжету, главный герой должен был вот-вот встретить бедную, но прекрасную героиню, так что это за враждебные взгляды?
233 осталась наблюдать, и, как и ожидалось, вскоре прославленное семейство Гу рухнуло.
Дерево упало — обезьяны разбежались. Дела у Гу Люцина пошли совсем плохо.
Отец Гу попал в больницу, счета за лечение росли, слуги разбежались, остался только дворецкий Бай.
Дворецкий Бай был молод, отец Гу потратил немало денег, чтобы переманить его из престижного вуза. Гу Люцин был с ним в хороших отношениях и часто звал его братец Бай. Но теперь, когда дела семьи Гу пришли в такой упадок, вряд ли он останется.
Гу Люцин не поехал домой на машине, а пошел пешком от самой больницы. Увидев впереди человека, он выпрямил спину и сохранил невозмутимое выражение лица.
— О, неужели это молодой господин Гу? — из-за угла вышел мужчина и, увидев Гу Люцина, усмехнулся. — Молодой господин Гу здесь живет? Не самое подходящее место для вас, не находите?
Гу Люцин снял небольшую квартиру, которая ни в какое сравнение не шла с его прежним особняком. Этот человек когда-то с трудом держался в кругу Гу Люцина, вечно заискивая перед всеми, что выглядело жалко. Раньше он бегал следом за Гу Люцином вместе с остальными, а теперь, видя, что тот разорился, не упустил случая поиздеваться. Его желание ударить лежачего вызывало лишь отвращение.
— Ли, почему вы здесь? — Гу Люцин слегка улыбнулся.
Ли Чжи, переполняемый восторгом и насмешкой, ответил:
— Просто проходил мимо. Но не важно! Ты здесь живешь? Давай, встань у этого домика, сфотографируемся, я выложу в соцсети, пусть все приходят на тебя посмотреть!
Гу Люцин опустил глаза:
— Не стоит.
Видя такую реакцию, Ли Чжи пришел в еще больший восторг. Ты ведь раньше был таким важным, Гу Люцин? Куда бы ты ни пошел, тебя носили на руках. И что с того, что ты виртуозно играл на рояле? Что толку от твоих танцев на балах? Сейчас ты жалок, даже хуже меня!
— Что вы, молодой господин Гу, мы же все друзья! — увидев, что Гу Люцин пытается уйти, Ли Чжи схватил его за руку и стал вести себя еще наглее. — Не уходи! Что, не хочешь оказать мне честь?
В этот момент человек из машины, стоявшей неподалеку, не выдержал. Он вышел, подошел и крепко сжал запястье Ли Чжи — с такой силой, что, казалось, кости вот-вот хрустнут.
— А-а-а! Отпусти! Отпусти, черт возьми! — Ли Чжи исказился от боли.
Цзи Цзэси отшвырнул его руку, лицо его было мрачным.
Ли Чжи, увидев Цзи Цзэси, почувствовал неуверенность:
— Ты... ты чего?
Цзи Цзэси промолчал, просто глядя на него. Под этим взглядом Ли Чжи сник и поспешил ретироваться.
Гу Люцин тихо прошептал спасибо и собрался зайти внутрь.
— Эй, Гу Люцин, — Цзи Цзэси сделал вид, что ему все равно.
Гу Люцин обернулся, недоумевая:
— М? Что такое?
— Я помог тебе разобраться с этим типом, и ты просто уйдешь? — глаза Цзи Цзэси блеснули. Ему было достаточно просто смотреть на него, чтобы чувствовать прилив симпатии.
Гу Люцин поднял голову и улыбнулся:
— Как-нибудь приглашу тебя на ужин.
Сердце Цзи Цзэси радостно подпрыгнуло, но внешне он остался невозмутим:
— Не нужно. Я свободен сегодня.
Гу Люцин замер, прикусив губу:
— Прости, сегодня мне еще нужно на подработку.
Сердце Цзи Цзэси сжалось от боли, в груди стало тесно.
— Гу Люцин, я дам тебе совет по поводу твоей ситуации.
— М? Какой? — Гу Люцин встретился с его серьезным взглядом.
— Предлагаю тебе быть со мной. — Я предлагаю тебе полюбить меня, предлагаю тебе лучше никогда не оставлять меня.
— Ха, не шути так, — Гу Люцин отступил на два шага и беспомощно улыбнулся. — Раньше между нами... было не очень приятно.
Цзи Цзэси занервничал:
— С чего это не очень приятно? С чего ты взял, что мне было неприятно?
Гу Люцин поднял глаза, веки его покраснели:
— Ты был очень зол.
— Сейчас я больше не злюсь. — Увидев его покрасневшие глаза, Цзи Цзэси почувствовал, как у самого защемило в груди.
Гу Люцин закрыл глаза и отвернулся:
— Дай мне подумать.
Цзи Цзэси задрожал от возбуждения:
— Хорошо, хорошо, конечно, подумай как следует.
233 не сдержала вздоха:
— Похоже, у героини нет шансов выйти на сцену.
Этот Гу Люцин, который изначально был лишь малозаметным второстепенным персонажем, вдруг так изменился. Похоже, даже у второстепенного героя с хорошей удачей жизнь может сложиться совсем неплохо.
233 мельком взглянула на Гу Люцина. Тот медленно открыл глаза, и на его лице появилась многозначительная улыбка. Она была совсем не такой, как все предыдущие — скрытая, торжествующая, яркая и зловещая, полная жгучей страсти. Несмотря на эту зловещую нотку, ненавидеть его было невозможно.
233 в шоке перевела взгляд с Гу Люцина на Цзи Цзэси, чувствуя, как бешено колотится ее сердце.
Что здесь происходит?
— Напиши мне, когда вернешься, — Цзи Цзэси замялся и добавил: — У тебя еще остался мой номер?
Гу Люцин, не оборачиваясь, кивнул.
Глядя, как Цзи Цзэси радуется, как полный идиот, 233 с досадой покачала головой. Она не стала больше смотреть на него, догнала Гу Люцина и увидела, как он вошел в комнату.
***
— Приветствую. До конца твоей жизни остался один год и три месяца, — 233 появилась перед ним.
Гу Люцин небрежно моргнул и улыбнулся:
— И что?
— ...Поэтому, не хочешь ли заключить со мной контракт для выполнения заданий? Я подарю тебе перерождение и помогу возродить семейство Гу! — 233 изо всех сил старалась выглядеть мило. Система, которая не умеет быть милой, — плохая система.
Гу Люцин ткнул бледным пальцем в круглый животик 233 и усмехнулся:
— С чего бы мне тебе верить?
233 сразу перенесла его в штаб. Оглядев роскошную комнату, Гу Люцин медленно вошел:
— Это моя комната.
— Верно, это особняк, в котором ты жил раньше. Это виртуальная комната в штабе. Если согласишься, каждый раз, возвращаясь сюда, ты будешь жить здесь, — 233 опустилась ему на плечо. — Ну как? Нравится?
Гу Люцин коснулся стола — ощущение было как настоящее. Наконец он расслабленно улыбнулся:
— Нравится.
233 внимательно присмотрелась к нему: Гу Люцин ничем не отличался от того, каким она видела его раньше. Брови как из черного нефрита, мягкие манеры, худощавое, но атлетичное тело, длинные ноги, скрытые широкими брюками. Каждая деталь его облика казалась тщательно выверенной.
— Но мне любопытно... как ты узнал, что Цзи Цзэси все еще любит тебя... и что он поможет... — 233 с трудом подбирала слова.
— Не только он. Есть и другие, — Гу Люцин посмотрел на 233, его вид был кротким и смиренным, но слова ранили в самое сердце. — Но он подходит лучше всего. Каждый раз, когда я иду в больницу, он следует за мной. Когда я подрабатываю до полуночи, он тоже следует за мной и провожает до дома. Даже если он меняет машину, я все равно его узнаю.
— Носитель, ты, должно быть, очень тронут? — 233 почувствовала, как внутри все затрепетало.
— Конечно, — Гу Люцин слегка улыбнулся, хотя в душе не дрогнул ни один мускул.
233 повела Гу Люцина к господину К. У входа в офис они столкнулись с пухляшом, очень похожим на 233, который сопровождал невероятно красивого мужчину. Увидев 233, тот пухляш приветливо помахал.
233 улыбалась, но внутри у нее все кипело. Этому наивному пухляшу так повезло: привязался к отличному носителю, да еще и переманил к себе ее бывшего подопечного.
— Тот человек тоже носитель? — Гу Люцин небрежно скользнул взглядом по лицу, талии и бедрам Линь Цзысюаня, глаза его блеснули.
233 не заметила этого и кивнула:
— Да, он очень талантлив. Жаль, что у него система — дура, да еще и фанат-сталкер, который постоянно мешает. Последние два задания он выполнил с огромным трудом.
Гу Люцин прищурился, в его голосе проскользнули новые нотки:
— Действительно, очень талантлив.
Линь Цзысюань, проходя мимо, подмигнул ему, но Гу Люцин остался невозмутим. Когда Линь Цзысюань отошел, на его лице медленно расцвела яркая улыбка.
Гу Люцин погладил 233 по круглой головке и удовлетворенно прошептал:
— Забавно.
2. Цветы падают, а вода безразлична (часть 2)
Гу Люцин больше не стал спрашивать о Линь Цзысюане и последовал за 233 в кабинет господина К.
На удачу, господина К не было на месте. 233 пробормотала:
— Наверное, опять на курсах повышения квалификации. Неизвестно, когда вернется.
Только она это подумала, как огромный экран перед ними загорелся, показав спину человека:
— Здравствуйте, господин Гу.
Гу Люцин посмотрел на экран, выражая почтение:
— Здравствуйте, господин К. (Хе-хе, строит из себя важную персону).
233 была в восторге:
— Господин! Это мой новый носитель, он особенный, он обязательно успешно выполнит задание! — Системы штаба всегда питали слепое обожание к господину К, и при виде его глаза 233 светились.
— Очень хорошо, — господин К, стоя спиной к ним, что-то перебирал. — Думаю, 233 уже все объяснила. Твоя жизнь оборвется в двадцать пять лет. Если согласишься, после завершения задания та катастрофа будет предотвращена, и 233 будет следить за твоей безопасностью.
— Я согласен, — без малейшего колебания ответил Гу Люцин.
— А если, вернувшись, ты снова столкнешься с той же разрушенной жизнью, без шанса что-то изменить, ты все равно готов? — таинственно спросил господин К.
Улыбка Гу Люцина не угасла:
— Жизнь — это и есть лучший шанс.
Господин К на мгновение замер:
— Хорошо сказано.
Подписав соглашение о неразглашении и оформив льготы на жилье, Гу Люцин вернулся в особняк вместе с 233. По дороге 233 много говорила:
— Носитель, я почти все рассказала. Недавно у господина К появилось новое правило: ни в коем случае не вступать в отношения с людьми в параллельных мирах.
— А что будет, если это случится? — спросил Гу Люцин.
233 замялась:
— Ничего особенного, просто поймают и вычтут баллы, из-за чего эффективность выполнения задания снизится.
Гу Люцин кивнул:
— Значит, ничего страшного.
— ...Нет-нет-нет, нужно соблюдать правила! Носитель! — поспешно воскликнула 233.
Гу Люцин осторожно взял ее в руки и погладил по голове:
— Хорошо, не волнуйся, я все понял.
233 чуть не расплакалась: новый носитель такой нежный, такой добрый, его движения такие бережные — это просто трогательно.
Гу Люцин был совсем не похож на прошлого носителя, который вечно попадал в неприятности и не считал это чем-то особенным. Он был внимательным, надежным и предусмотрительным, что приводило 233 в восторг.
— Носитель, когда перейдем туда, обязательно слушайся меня... бульк... — 233, глядя на то, как Гу Люцин переодевается, невольно сглотнула.
Системы часто бывают падкими на красоту, особенно старые системы. Ведь они видели бесчисленное множество людей, и чем красивее человек, тем он ценнее.
Такого изящного, статного красавца с длинными ногами, как Гу Люцин, встретишь нечасто.
233 во все глаза смотрела, как Гу Люцин ловко сбросил рубашку, обнажив красивый торс, и, опустившись на колени, стал рыться в вещах. Она была готова расплакаться от умиления:
— Попка... такая красивая...
Комната была обставлена в точности как его прежняя, на месте была даже вся одежда. Гу Люцин вытащил рубашку и небрежно накинул ее.
Услышав слова 233, он, одевшись, протянул руку, подцепил ее пухлое тельце, притянул к себе и нежно поцеловал, улыбаясь:
— Хорошо~ буду во всем тебя слушаться.
Механическое сердце 233 забилось как бешеное: беда, я сейчас сломаюсь. Она изо всех сил прижала руку к груди, а подняв взгляд, снова утонула в очаровательной улыбке Гу Люцина.
— Хорошо... хорошо, хорошо... — 233 не могла устоять перед взглядом носителя. Таким внимательным, словно во всем мире есть только ты один, таким искренним и нежным.
233 попыталась успокоиться:
— Носитель, нужно... нужно соблюдать дистанцию.
В глазах Гу Люцина заиграла улыбка:
— М-м?
— Этот голос! Как... как он может быть таким сладким! — 233 растаяла, ее щечки покраснели. — Носитель... пойдем...
***
Тяжелые шторы не пропускали ни лучика света, в полумраке комнаты было так хорошо спать.
Гу Люцин с трудом разлепил глаза от усталости, но в ушах не утихал голос мужчины. Только когда чьи-то руки начали его толкать, он был вынужден окончательно проснуться.
Прищурившись, он увидел лишь тень. Он был так измотан, что, когда этот человек снова толкнул его, он просто схватил его за руку, затянул под одеяло, а чтобы тот не дергался и не болтал, обвил его ногами и крепко прижал к себе, уткнувшись лицом в шею.
— Не шуми... — Гу Люцин слегка нахмурился и, чтобы подтвердить свои слова, потерся лицом о щеку того, кого обнимал.
Янь Цзин был ошарашен, его тело сковало от напряжения. Этот... этот человек посмел его обнять!
Он слегка повернул голову и увидел профиль Гу Люцина: длинные ресницы опущены на веки, гладкая кожа, как у нефрита, он так покорно прижался к его шее, что Янь Цзин на мгновение не смог пошевелиться.
233 приложила руку ко лбу: начало не задалось, этот тип — не из простых.
Разумеется, придя в себя, Янь Цзин пришел в ярость. Он долго пытался вырваться, но ноги Гу Люцина держали крепко. От его движений у Янь Цзина с самого утра разыгралось совсем другое чувство, которое теперь упиралось прямо в поясницу Гу Люцина.
Гу Люцин, измотанный этой борьбой, немного протрезвел. Ресницы дрогнули, он медленно открыл глаза, и его взгляд был таким затуманенным, что у Янь Цзина перехватило дыхание.
Он протер глаза и улыбнулся Янь Цзину:
— Доброе утро, Янь Цзин.
Янь Цзин стиснул зубы:
— Отпусти меня.
Гу Люцин послушно разжал ноги и выпустил его. Увидев, как тот вскочил и пулей влетел в ванную, он невинно посмотрел на 233:
— Что случилось?
— Положение критическое, — 233 тут же передала ему воспоминания.
Гу Люцин тут же все понял.
Того мужчину звали Янь Цзин, он был участником группы ER. Выглядел он броско, вечно подводил глаза, был красив и порочен. Только вот к прежнему хозяину тела он никогда не питал добрых чувств.
Группа ER дебютировала пять лет назад. Пройдя путь от никому не известных новичков до всенародных любимцев, они пережили немало трудностей. И все это время их сопровождала главная героиня Тан Сусу.
Героиня этого мира, Тан Сусу, обладала самой заурядной внешностью, но огромными мечтами. Она устроилась помощницей по быту в группу ER, когда те только начинали свой путь. Каждый раз, когда возникали проблемы, она решала их с помощью слез, заставляя парней смотреть на нее с восхищением.
http://bllate.org/book/24294/2823443
Готово:
