Чу И поднялась, подошла к столу, расстелила лист рисовой бумаги и взяла кисть.
Писала она быстро.
Что касается расчистки дорог, она предложила использовать соль для растапливания снега и в первую очередь открыть пути к отрезанным от мира деревням. Расход соли невелик, гарнизоны вполне могут себе это позволить.
В вопросе распределения ресурсов она рекомендовала перевозить зерно, древесный уголь и ватные вещи из города Ючжоу на санях. На снегу сани куда быстрее и устойчивее повозок.
Для размещения пострадавших она предложила перевести людей из разрушенных домов в казармы местных гарнизонов, где им и будут выдавать всё необходимое.
Что касается предотвращения эпидемий, она расписала методы лечения обморожений и способы защиты источников воды.
Закончив, она добавила еще один пункт: строго запретить местным чиновникам под предлогом помощи собирать с населения деньги, а нарушителей — казнить.
Чу И передала готовую стратегию Нань Сюй. На пяти листах был плотный, убористый текст.
Нань Сюй приняла бумаги и начала вчитываться. Ее взгляд двигался медленно, она внимательно изучала каждую строчку, и с каждой страницей ее брови, поначалу сурово сдвинутые, расправлялись.
Когда она дошла до пункта о санях, ее пальцы на мгновение замерли.
— Сани? — Нань Сюй подняла взгляд. — Ты видела их раньше?
— В детстве, в Цинчжоу, — ответила Чу И. — Зимой местные охотники перевозят на них добычу, это быстрее, чем на повозках. Я набросала эскиз и приложила его в конце.
Нань Сюй перелистнула на последнюю страницу, взглянула на рисунок и через несколько секунд едва заметно тронула уголком губ.
Увидев последний пункт о запрете на поборы, она снова посерьезнела.
— Это отличное дополнение.
Чу И кивнула.
— Я велю сделать два списка с этого плана: один отправим в гарнизон Ючжоу, другой — местным властям, — Нань Сюй отложила киноварную кисть. — Сегодня вечером… напиши подробную инструкцию. Распиши все детали по каждому пункту и завтра утром доставь в Императорский кабинет.
— Слушаюсь, — ответила Чу И.
Нань Сюй взглянула на нее, задержав взгляд на лице.
— Придется посидеть всю ночь, — произнесла она с ноткой неопределенного чувства в голосе.
Чу И улыбнулась:
— Я привыкла.
Нань Сюй больше ничего не сказала и, взяв кисть, вернулась к другим докладам. Чу И тоже вернулась к столу, расстелила бумагу и принялась за работу.
В Императорском кабинете воцарилась тишина. Слышалось лишь шуршание кисти по бумаге да изредка доносился легкий треск углей в жаровне.
Чу И писала сосредоточенно. Она четко распределила обязанности между гарнизоном и местными чиновниками, составила списки ресурсов — откуда брать зерно, откуда везти уголь, откуда снимать запасы одежды. Все было прописано до мелочей. Отдельный лист она посвятила способу изготовления саней.
Она писала два часа. Когда закончила, почувствовала, как затекла шея. Подняв голову, она невольно посмотрела на Нань Сюй.
Та работала без перерыва с самого полудня, выпив лишь чашку успокаивающего чая.
— Ваше Величество, — тихо позвала Чу И, — пора ужинать.
Нань Сюй отозвалась невнятным звуком, но не сдвинулась с места.
Чу И поднялась, подошла к дверям и негромко распорядилась слугам. Вскоре те принесли ужин: два блюда и суп, всё просто и скромно.
— Ваше Величество, поешьте, — Чу И расставила посуду.
Нань Сюй отложила кисть, потерла виски, пересела за стол и взяла палочки. Она ела медленно, словно все еще обдумывала государственные дела.
Чу И стояла рядом, не садясь.
— Садись, — не глядя на нее, сказала Нань Сюй.
— Я не голодна.
— Садись.
Голос Нань Сюй стал строже.
Чу И помедлила, затем села напротив. Они ели в тишине. Нань Сюй сделала несколько глотков, отложила палочки и пригубила чай.
— Та инструкция, — вдруг спросила Нань Сюй, — закончена?
— Почти. Я допишу, когда вернусь.
— Пиши здесь, — отрезала Нань Сюй. — Как закончишь, положи прямо мне на стол.
Чу И кивнула и вернулась к работе. Она успела вывести лишь несколько строк, когда заметила, что напротив стало подозрительно тихо — перелистывание страниц прекратилось.
Чу И подняла глаза и увидела, что Нань Сюй уснула, откинувшись на спинку стула. Ее глаза были закрыты, дыхание ровное и глубокое, а в руке она все еще сжимала кисть, отчего на документе расплылось чернильное пятно.
Чу И отложила свою кисть, на цыпочках подошла к императрице, осторожно поправила ее позу, чтобы было удобнее, и, взяв со стойки плащ, накинула ей на плечи.
Затем она вернулась к столу и продолжила писать.
Теперь она торопилась, чтобы инструкция была готова к моменту, когда Нань Сюй проснется, и та сразу могла бы ее увидеть.
Угли в жаровне разгорелись сильнее, в зале стало тепло. За окном неизвестно когда пошел снег — густой, мелкий, он бесшумно оседал на оконных рамах.
Когда Чу И закончила последнюю страницу, было уже около десяти часов вечера.
Она сложила листы, положила их на стол Нань Сюй и прижала пресс-папье. Взглянув на спящую императрицу — плащ все так же уютно укрывал ее плечи, хотя на лбу залегла легкая тень беспокойства, — Чу И постояла несколько секунд и на цыпочках направилась к выходу.
— Чу И.
Позади раздался хриплый голос Нань Сюй.
Она проснулась, опираясь на спинку стула, плащ съехал с плеча. Ее глаза были полуоткрыты, а уголки век слегка покраснели.
— Закончила? — голос звучал уже не по-обычному холодно, а с сонной мягкостью.
— Да, — ответила Чу И. — Оставила на столе Вашего Величества.
Нань Сюй ответила глухим звуком и умолкла.
— Отдыхайте, Ваше Величество, — сказала Чу И. — Я пойду.
Она развернулась и пошла к дверям.
— Чу И.
Она снова остановилась.
Нань Сюй помолчала, словно подбирая слова.
— Императрице нужно беречь себя, — тихо сказала она, как будто сомневаясь, стоит ли это произносить. — Если ты свалишься… что мне делать с моим успокаивающим чаем?
И надо же такому случиться: вроде бы беспокоится о здоровье, а перевела все на чай — какая же странная императрица.
— Не беспокойтесь, — голос Чу И стал мягче обычного. — Я не свалюсь. Вернусь и сразу лягу спать.
Нань Сюй коротко ответила, голос ее звучал глухо.
Чу И вышла из Императорского кабинета.
Навстречу ей дохнуло ночной прохладой и снегом. Стоя на ступенях, Чу И глубоко вдохнула. В груди что-то медленно расширялось. Она прижала ладонь к сердцу, дождалась, пока дыхание выровняется, и широким шагом зашагала по снегу — ее походка была куда легче, чем обычно.
В Императорском кабинете Нань Сюй сидела на троне, глядя, как закрываются двери за Чу И.
Она взяла оставленную стопку бумаг. Почерк у Чу И был аккуратный, каждая строчка — словно старательно выписанная. Дойдя до страницы с санями, она остановилась и долго смотрела на эскиз.
Рисунок был грубоватым, но структура понятна: каждый элемент помечен размерами. Нань Сюй провела кончиком пальца по чертежу, и уголки ее губ едва заметно приподнялись.
Нарисовано не слишком красиво, но куда лучше, чем та вышивка.
За окном снег валил все сильнее. Вспомнив, что Чу И за ужином выпила лишь чашку супа, Нань Сюй велела слуге:
— Завтра утром подайте завтрак на двоих, одну порцию отнесите во Дворец Фэнъи.
Слуга опешил, но тут же поклонился.
Нань Сюй снова закрыла глаза и прошептала:
— Упрямица.
Снег за окном падал на ветки цветущей сливы, пригибая лепестки к земле, но не ломая их.
На следующее утро, проснувшись, Чу И обнаружила на столе корзинку с едой. Циндай сказала, что завтрак прислала императрица.
На душе стало тепло. Позавтракав и переодевшись, Чу И направилась в Императорский кабинет — нужно было уточнить детали инструкции и обсудить дальнейшие донесения по ситуации со снегом.
Нань Сюй уже была на месте. Услышав шаги, она подняла голову и на мгновение задержала взгляд на лице Чу И.
— Позавтракала? — сухо спросила она.
— Да, — ответила Чу И. — Благодарю, Ваше Величество.
Нань Сюй ответила коротким звуком и уткнулась в документы.
Чу И подошла к столу, села рядом, достала инструкцию и открыла страницу с распределением ресурсов.
— Ваше Величество, запасы зерна в городе Ючжоу… — она начала уточнять пункт за пунктом.
Нань Сюй отложила бумаги, приняла инструкцию и принялась внимательно изучать.
Они обсудили детали — от логистики до разделения труда, от графиков до планов на случай чрезвычайных ситуаций. Сотрудничество шло гладко и эффективно.
За окном снег прекратился, из-за облаков выглянуло солнце и залило подоконники Императорского кабинета.
— Чу И, — Нань Сюй, не поднимая головы, потирала пальцами кисточку, — эта инструкция… написана отлично.
Чу И посмотрела на слегка покрасневшие кончики ее ушей и улыбнулась.
— Благодарю, Ваше Величество.
Глава 14: Нарушение баланса феромонов
Двенадцатого числа двенадцатого месяца снег перестал.
Чу И с самого утра отправилась в Министерство ремесел.
Министр Чжоу доложил, что сани по ее чертежам уже готовы, и предложил испытать их на замерзшей реке за городом.
— Ваше Величество, в верховьях реки Люхэ есть широкий участок с толстым слоем льда, и от города недалеко. Погода сегодня ясная, самое время попробовать, — министр Чжоу держал в руках модель саней, и его старые, мутные глаза блестели от восторга.
Чу И кивнула:
— Хорошо, сегодня же и попробуем. Подготовьтесь, я поеду лично.
Министр Чжоу замялся, на его лице отразилось беспокойство:
— Ваше Величество, за городом сейчас стужа, лед скользкий. Ваше тело драгоценно, вдруг что случится… Может быть, позволите мне с мастерами съездить? Мы все проверим и доложим вам.
— Господин Чжоу, — Чу И отставила чашку, ее тон был спокойным, но не допускал возражений, — чертежи саней составляла я. Полозья, пазы, железная обивка — все эти изменения предложила я. Если при испытании возникнут проблемы, а меня не будет на месте, мастера не поймут, как их исправить, и на передачу слов уйдет куча времени. Я поеду лично, там, где возникнут трудности, смогу внести коррективы на месте.
Министр Чжоу открыл рот, собираясь возразить:
— Но, Ваше Величество, Его Величество только что присылал спросить, где вы. Если он узнает, что вы отправились на лед…
http://bllate.org/book/24283/2820957
Готово:
