Готовый перевод Falling for the Revenge Princess / Принцесса, в которую я влюбился, жаждет мести: Глава 29

Снег лишь слегка утих, и на глазах у изумленной толпы она холодно и изящно смахнула с одежды едва заметную пыль. Ее ангельское лицо исказилось словами, казалось, сошедшими из самого ада.

— Грязь… Тошнотворная баба.

Граф Орсон пришел в себя. Всё это… уже осталось в прошлом. И тем не менее он по-прежнему хранил это в сердце. Тогда Чу так решительно оставила ему Снег, предпочтя умереть в одиночестве и оставив после себя лишь ту картину с фейерверком. Сегодня эта самая картина снова едва не покалечила Снег.

Злая шутка судьбы… Снег уже ничего этого не помнит, она знает лишь одно: ее мать погибла из-за отца. И вся эта погребенная под толстой пылью времен правда как раз записана в дневнике, который Чу оставила своей дочери.

Его взгляд медленно опустился на запертый винно-красный деревянный сундучок… Невольно вырвался вздох.

Ми Нана уперла руки в боки, с гневом уставилась на двоих людей с каменными лицами, но не смогла подобрать слов. Впрочем, говорить было бесполезно! Пока они оставались в доме графа Орсона, им придется терпеть ограничения этой Снег и нести вину за причиненный ей вред.

Бад и Барон с холодными лицами захлопнули дверь, и в коридоре затихли удаляющиеся шаги. Лянь Синьи тяжело вздохнула, на ее красивом лице проступило выражение беспомощности. Поначалу она еще сомневалась, действительно ли Снег — внучка графа Орсона, но теперь?

Перед глазами Лянь Синьи встали лицо графа Орсона, искаженное болью при виде раненой Снег, и его напряженный вид. Всё это не оставляло сомнений: Снег — внучка графа Орсона, и пропасть между ними теперь стала очевидна… до чего же невероятно!

Она молча нанесла на изящные ногти ровный слой защитного покрытия. Разрыв между ней и этой И Жуюэ оказался настолько огромен… Пожалуй, если сложить вместе силы клана Лянь, клана Ян и клана Ми, они всё равно будут бесконечно далеки от влияния даже половины владений графа Орсона.

— Не хочу! Синьи! Разве эта И Жуюэ не зашла слишком далеко?! — Ян Юньюэ с недовольством сдернула покрытые пылью простыни и осторожно присела на краешек кровати. — Завтра, когда мы отсюда уберемся и вернемся в Шэн-Илай, мы обязательно зададим этим гадинам хорошую взбучку!

— Смотри сама не схлопочешь еще одну пощечину от Ян Кэфи, — с издевкой усмехнулась Ми Нана и молча прислонилась к дивану. Ян Юньюэ помрачнела, молча уселась на место и больше не произнесла ни слова.

В воздухе повисла мертвая тишина.

Наконец Ян Юньюэ от скуки выбралась из комнаты, решив немного развеяться, как вдруг из дальнего конца коридора донеслись торопливые шаги. Кого это носит в коридоре посреди ночи?! Она испуганно шмыгнула за тяжелую портьеру и завернулась в нее. Мимо нее промелькнули две черные фигурки и резко остановились прямо перед ней.

Кожа девушки с темными волосами сияла нефритовой белизной в лунном свете, а ее эльфийские глаза были переполнены болью:

— Я не хочу в это верить! Ты же знаешь, рано или поздно я проболтаюсь об этом секрете! И что… что нам тогда делать?!

Секрет?

Уши Ян Юньюэ моментально обратились в слух. Теперь она отчетливо видела: стоящая перед ней девушка — не кто иной, как Ян Кэфи! Та самая Ян Кэфи, что отвесила ей пощечину! А вторая девушка рядом — Ми Синьжуй. То, о чём они говорят… наверняка имеет колоссальную важность. Ян Юньюэ притаилась в укрытии, наблюдая за ними, а Ян Кэфи тем временем отчаянно закрыла лицо руками.

— Зачем дедушка вообще рассказал нам это?! Зачем?! Разве мать Снег не погибла по вине ее отца?! С каких это пор… всё превратилось в самоубийство?!

Самоубийство?!

Ян Юньюэ испуганно прижалась к стене за шторой. Быть не может… Мать Снег покончила с собой! Выходит, если Снег узнает правду, она наверняка бросит мстить и объединится с ними! Тогда расправиться с Ян Кэфи и Ми Синьжуй для них не составит никакого труда!

Ян Кэфи и Ми Синьжуй тяжело побрели прочь, еле волоча ноги. Ян Юньюэ тут же выскочила из-за занавески и на цыпочках вернулась в комнату. Лянь Исинь и Ми Нана уже крепко спали.

Она же принялась строить планы насчет этого секрета, предвкушая, как славно она уничтожит Ян Кэфи и сокрушит Ми Синьжуй. Если Снег в одиночку узнает, что ее мать погубил вовсе не отец, она наверняка откажется от мыслей о мести.

Обязательно откажется.

Ранним утром все собрались в столовой. Граф Орсон по-прежнему встречал всех приветливой улыбкой, Бад и Барон синхронно отодвинули стулья, и монах Цзунь чинно занял свое место.

— Хрусь!

Э...

Взгляд монаха Цзунь невольно упал на девушку с черными волосами и бледным лицом: зажатый в ее руке бокал на ножке разлетелся вдребезги прямо на полу. Сияющие осколки приковывали к себе взгляды:

— Кэфи… — граф Орсон слегка вздохнул, и Ян Кэфи тут же опомнилась:

— Простите, дедушка! Я такая неловкая. — Она в панике бросилась собирать осколки руками!

— Стой! — резко оборвал ее Наньгун Янь, вперив взгляд в руку Ян Кэфи, которую в ту же секунду порезало стеклом. Совсем дура, что ли… — сжав зубы, он сорвал с шеи белый шарф и стал слой за слоем туго обматывать рану.

— Янь, что ты делаешь?! — испуганно выдохнула Ян Кэфи, глядя, как ее руку бережно укутывают в ткань, которая тут же начинает обагряться кровью. Она украдкой покосилась на графа Орсона — на его лице читалась всё та же усталая беспомощность.

Разве мог он не волноваться? И как мог… как мог просто так закрыть глаза на вчерашнее?

— А ты, Ян Кэфи, и правда потеряла всякое лицо.

Что?..

Все ошеломленно уставились на девушку, которая с безупречным изяществом завтракала за столом. Ее соблазнительные глаза с оттенком презрительной насмешки спокойно смотрели на Наньгун Яня и Ян Кэфи. И слова эти произнесла вовсе не кто-нибудь, а Ян Юньюэ!

— Юньюэ, ты что творишь? — Лянь Исинь понимала, что ситуация вновь оборачивается против них, однако Ян Юньюэ, казалось, ничуть не переживала и держалась изнеженно-самоуверенно:

— Ничего особенного. Просто констатирую факт. Потеря самообладания мисс Ян Кэфи выглядит куда заметнее нашей вчерашней оплошности~

Вот же сука! — Наньгун Янь яростно сжал зубы. Почему раньше он не замечал, насколько эта Ян Юньюэ гнилой человек? От одной мысли, что он учится с ней в одной школе и дышит с ней одним воздухом, становилось дурно!

В этот момент двери столовой плавно распахнулись, и в помещение повеяло нежным ароматом цветущей сакуры. Скромное длинное платье волочилось по полу, а растрепанные пряди волос придавали ее облику небрежную, естественную красоту. На лице блуждала ленивая улыбка, но фиолетовые глаза излучали завораживающую, почти удушающую красоту. Ее руку обвивали слои белой марши, завязанные на конце изящным бантом.

Рядом с ней стоял прекрасный юноша с холодным выражением лица и теплым взглядом. Его бледные пальцы нежно сжимали тонкое запястье девушки — вместе они выглядели точь-в-точь как сошедшие со страниц сказки принц и принцесса!

— Потеря лица у Фи уж точно не идет ни в какое сравнение с тем, как ты, Ян Юньюэ, набросилась на нее с расспросами, точно истеричная базарная баба~

Вроде бы прозвучало шутливо, но от этого тона Ян Юньюэ передернуло!

— Ох, И Жуюэ, надеюсь, вчерашнее ранение было не слишком серьезным? Сейчас-то ты уже полностью восстановилась? — хоть Ян Юньюэ и заколебалась от слов Снег, воспоминания о вчерашнем дне заставили ее вновь сорваться на шпильки. И хотя держалась она подчеркнуто элегантно, ее слова выдавали грубость.

— Разумеется, рана пустяковая. Иначе как бы я оказалась здесь и смогла лицезреть столь редкое зрелище? Большое спасибо за беспокойство~ — Снег отвечала в своем репертуаре: внешне безупречно вежливо, но так, что Ян Юньюэ была готова провалиться сквозь землю от стыда.

— Ха-ха… — Ян Юньюэ смогла лишь неловко усмехнуться, затаив лютую обиду. Подумать только: эта И Жуюэ явилась не вовремя! Почему она вчера не пострадала сильнее?!

А Лянь Синьи, наблюдая за тем, как Оуян Е держит Снег за запястье, закипела от еще большей злости и зависти. Мысль о том, почему И Жуюэ вчера не получила увечье посерьезнее — или вовсе не отправилась на тот свет! — полностью затуманила ей разум. Потеряв голову, она перестала себя контролировать. Рука, резавшая еду, невольно сжала нож с такой силой, что лезвие противно заскрежещало о фарфоровую тарелку, издав пронзительный скрежет: «Скрип… скрежет…» Присутствующие невольно скосили на нее глаза.

Мэтродотель Бэнсэнь нахмурился, шагнул вперед и чуть склонился:

— Мисс Лянь Исинь, еда в нашем замке пришлась вам не по вкусу? Или с вашим блюдом что-то не так?

Лянь Синьи, казалось, вовсе не слышала дворецкого. Она продолжала яростно кромсать еду на тарелке, словно перед ней находилась сама Снег, и резкий звук только усилился. Граф тоже с недовольством бросил взгляд на гостью.

— Синьи, прекрати резать, оно уже разрезано, — Ми Синьжуй сидела прямо рядом с Лянь Синьи. Сперва она думала, что та сама остановится, и не стала вмешиваться, но теперь выходки подруги начали выводить из себя даже графа, и Ми Синьжуй поспешила ее остановить, дернув за рукав.

Лянь Синьи резко швырнула столовые приборы на стол, встала и холодно бросила:

— Я наелась, — после чего вышла из столовой. Ее грубое поведение просто возмущало. Даже пятилетний ребенок из простой семьи знает элементарные правила приличия, а она — Лянь Синьи, благородная девица из знатного рода — опускается до такого. Забыла она эти макеты воспитания или принципиально не желала их соблюдать — ответ был очевиден.

Остальные присутствующие, за исключением Ян Кэфи и Ми Синьжуй, хоть и были возмущены выходкой Лянь Синьи, никак этого не показали — включая Бада и Барона. Все они были людьми воспитанными и не стали бы вести себя подобно истеричкам и уличным хулиганам, пренебрегающим приличиями. Ян Кэфи и Ми Синьжуй же оставалось лишь прятать глаза от стыда — в конце концов, они были подругами Лянь Синьи.

Поприветствовав графа, Снег и Оуян Е сели на свои места и принялись за завтрак. Наньгун Янь увел Фи обрабатывать рану, Шангуань Мин вывел Синьжуй прогуляться в сад. Остальные прекрасно понимали, что им здесь делать нечего, и разошлись. Лишь Ян Юньюэ напоследок бросила на Снег свирепый взгляд, самодовольно думая про себя: «Ну погоди, сейчас ты с нами так обращаешься, но как только узнаешь правду, я заставлю тебя ползать на коленях, вымаливая прощение и просясь в нашу компанию. Этот день настанет». Зависть и злоба исказили лицо Ян Юньюэ, обнажая ее уродливую сущность, — жаль только, что никто этого не видел.

После вчерашнего ночного инцидента отношения между ними неуловимо изменились. Больше не было дежурных приветствий — теперь они заботились друг о друге, словно друзья детства. Даже самое обычное утро вдруг стало невероятно сладким…

— Провожать вас не стану, счастливой дороги, — с горькой улыбкой произвел граф Орсон, крепко сжимая руку Снег и слегка подрагивая: — Снег, береги себя, возвращайся, когда будет время. — Снег еще никогда не видела, чтобы граф улыбался так натянуто, и на душе у нее скребли кошки.

Сначала странное поведение Лянь Синьи, теперь дедушка… Украдкой подняв глаза, она окинула взглядом собравшихся: среди них взгляд Ян Юньюэ был прикован исключительно к ней. В голове девушки вновь всплыло то гигантское полотно, и ее фиолетовые глаза сузились.

Всё это… казалось до боли, пугающе знакомым.

— Мисс Снег, прошу на борт. — Бад и Барон почтительно склонили головы. Оуян Е слегка кивнул и повел за руку пострадавшую И Жуюэ. Ян Юньюэ тем временем не спешила подниматься на борт. Ян Кэфи, заметив эту сцену, холодно усмехнулась:

— Что, старшая мадемуазель клана Ян теперь боится даже летать на самолетах?

И без того изящное лицо Ян Юньюэ слегка побледнело. Она закусила пухлые губы, глядя на невозмутимую И Жуюэ. Невыносимо… Эта девчонка вообще не должна была здесь появляться! А она вынуждена стоять здесь под перекрестным огнем насмешек. Лянь Синьи, похоже, тоже почувствовала неладное и окликнула их из другого вертолета:

— Юньюэ, Нана, нам пора выдвигаться, поднимайтесь на борты.

— А, да, секунду! — Ми Нана подхватила сумку и взошла на трап. Ян Юньюэ с досадой поморщилась, но как только она собралась последовать за ними, тишину разорвал знакомый гул. Звук был не слишком громким, но она безошибочно узнала его. Такой ротор могли издавать только вертолеты клана Ян!

Неужели отец прилетел?! С оттенком волнения в глазах она вскинула голову, и действительно — вдали показалась черная точка приближающегося вертолета. Однако в следующий миг лицо Ян Юньюэ побелело еще сильнее, и, вцепившись в сумку, она с паническим криком бросилась внутрь кабины:

— Быстрее!..

Ми Нана остолбенело уставилась на побледневшую подругу:

— Юньюэ, ты о чем вообще? Какое еще быстрее?

— Дура!! Живо улетаем отсюда! — взвизгнула Ян Юньюэ так громко, что пилот испуганно вздрогнул.

— Быстрее в школу, не возвращайтесь домой, сразу в школу…

— Юньюэ, что с тобой? — Лянь Синьи обеспокоенно похлопала ее по плечу. На белом лбу подруги проступил холодный пот! Что бы ни происходило, это явно сулило им огромные неприятности. Лянь Синьи сжала зубы: — Немедленно взлетайте и курс на школу, прямо сейчас.

— Есть…

Вертолет резко взмыл ввысь, и только тогда Ян Юньюэ немного перевела дух. Она была уверена: только что ее глаза ее не обманули. В том вертолете сидел снайпер, а в руках у него было дальнобойное орудие… Зачем они прибыли сюда, объяснять было излишне. Ян Юньюэ невольно передернуло от холода.

Его приказ был прост:

— Уничтожить всех, кто побывал в особняке графа Орсона.

— Посмотри, а замок-то и правда роскошный, — восхищенно высунулась наружу Ми Нана, разглядывая поместье с высоты птичьего полета.

Но в этот самый момент Ян Юньюэ наотмашь толкнула ее, повалив на соседнее кресло вместе с собой!

— Ты чего?.. — Ми Нана не успела договорить, как лобовое стекло прямо перед ними со звоном разлетелось, и пуля впилась в спинку сиденья, источая едкий дым! Ми Нана ошеломленно перевела взгляд на Ян Юньюэ — лицо той было мертвенно-бледным.

— Не высовывайся… убьют.

Ми Нана лишь спустя добрых полминуты осознала, что едва не рассталась с жизнью. Когда до нее дошел весь ужас ситуации, лоб уже покрылся испариной. Она посмотрела на Ян Юньюэ и, дрожащими губами выговаривая слоги, выдавила:

— Э… это… чт… что… было?

Ян Юньюэ не смотрела ни на Ми Нану, ни на то, что творилось внизу, а лишь отрешенно глядела вперед:

— Ничего особенного. Просто считай, что это был кошмарный сон. Сон рассеется — и всё пройдет, исчезнет, включая всё, что здесь было. — На губах Ян Юньюэ мелькнула бледная улыбка. — Сейчас наша задача — спокойно долететь до места, а завтра мы узнаем новости. — Сказав это, она бросила короткий взгляд на пилотское кресло, и вертолет взял курс на столицу.

Ян Юньюэ откинулась на спинку кресла, прикрыв глаза и предвкушая, какие приятные известия ждут ее на следующий день.

Но она забыла одну деталь: если даже объединив усилия они оказались не в силах раскопать хоть что-нибудь на Снег и ее окружение, то вряд ли могли рассчитывать на понимание их истинной мощи. Не говоря уже о результатах…

Перенесемся в другое место.

Снег и остальные заподозрили неладное в ту самую минуту, когда Ян Юньюэ и ее компания вызвали вертолет. Их разведывательная сеть работала на порядок лучше любой другой. Стоило им захотеть узнать что-либо — и информация мгновенно оказывалась у них в руках. В конце концов, среди их подчиненных не было бездарностей: там хватало первоклассных специалистов и внедренных агентов.

Более того, наемники, которых нанял Ян Сюн, на самом деле подчинялись им самим! Получив донесение, Снег отдала приказ: действовать строго по плану, не предпринимать активных шагов до тех пор, пока те сами не раскроют карты, а затем следовать ее указаниям.

Разумеется, всё развивалось ровно по их сценарию. Наемники, нанятые кланом Ян, прибыли точно в срок. К тому же пилота вертолета, на котором улетели Ян Юньюэ и остальные, команда Снег заменила заранее. Как бы те ни отдавали приказы, вертолет мог приземлиться только в одном месте — на главной базе организации Погребение.

Как только вертолет с беглянками скрылся из виду, Снег и ее спутники сорвали с себя маскировку.

И в тот же миг все бойцы организации Погребение, находившиеся на территории, синхронно опустились на одно колено, выказывая преданность и почтение своим Владыкам.

Теперь истинные лица троицы стали известны каждому, и им больше не было нужды прятаться за личинами.

http://bllate.org/book/24277/2818517