Увидев, что Цзян Хунвэнь уже собирается уходить, едва не задыхаясь от нахлынувшего чувства удушья, Су Цзиньюань на грани срыва торопливо окликнул его:
— Цзян, Цзян Хунвэнь, подожди минутку!
Услышав оклик, Цзян Хунвэнь остановился, обернулся и тут же произнес:
— Что прикажете, жена наследного принца?
Лицо Су Цзиньюаня побелело от тревоги, и он поспешно пояснил:
— Эм, мне не нужно, чтобы кто-то прислуживал.
Если оставить вокруг столько людей, ему проще было бы вернуться к Янь Чжао.
Цзян Хунвэнь, очевидно, истолковал его слова по-своему и в ответ задал встречный вопрос:
— Жена наследного принца считает, что они не смогут хорошо услужить, и хочет сменить людей?
Су Цзиньюань торопливо затряс головой:
— Нет, ты всё не так понял.
Затем он поспешно подчеркнул:
— Мне действительно не нужны слуги! Я могу сам о себе позаботиться.
Су Цзиньюань редко говорил так много за один раз, но на сей раз его вынудили обстоятельства.
На этотме раз на лице Цзян Хунвэня наконец промелькнуло какое-то выражение, однако он нахмурился и произнес:
— Жена наследного принца, это не по правилам. Если больше нет распоряжений, этот раб удалится.
— Нет, погоди, то... тогда я... — Су Цзиньюань нервничал так сильно, что чувствовал себя словно муравей на раскаленной сковородке, а от услышанного запаниковал еще больше.
Видя, что Цзян Хунвэнь снова собирается уйти, а в комнате по-прежнему на коленях замерла целая толпа евнухов и служанок, он, охваченный отчаянием, снова поспешно заговорил, пытаясь договориться:
— Ладно, если нельзя совсем без них, пусть останется один. Одного человека хватит.
Цзян Хунвэнь повторил то же самое:
— Жена наследного принца, это действительно не по правилам.
Подогнанный безвыходным положением, Су Цзиньюань решил сделать еще один шаг назад и, побледнев, вымолвил:
— То... тогда пусть останутся два евнуха и две служанки.
С этими словами он тревожно подчеркнул:
— Больше точно нельзя!
От такого количества народа в комнате он просто сойдет с ума!
Цзян Хунвэнь пока не мог до конца понять отношение Его Высочества наследного принца к этой жене наследного принца, а потому, услышав это, все же не ушел сразу. Поколебавшись мгновение, он тихо произнес:
— Этому рабу нужно испросить дозволения у Его Высочества наследного принца.
Су Цзиньюань закивал без остановки:
— Хорошо, хорошо, ступай скорее спроси.
— Слушаюсь. — Цзян Хунвэнь кивнул в знак согласия, взял опахало из перьев и быстрыми шагами направился из боковой залы в главную.
Увидев, что тот уходит, Су Цзиньюань бросился за ним к самому входу, ухватился за порог и с полнейшей надеждой устремил взгляд в сторону покоев Янь Чжао.
Умоляю-умоляю, пусть Янь Чжао непременно согласится, иначе, если за ним целыми днями будут следить столько людей, он точно впадет в депрессию.
Цзян Хунвэнь двигался довольно быстро: не прошло и мгновения, как он вышел из главной залы и вернулся к дверям боковой.
Заметив это, Су Цзиньюань тут же с тревогой поинтересовался:
— Его Высочество наследный принц согласился?
Цзян Хунвэнь кивнул:
— Его Высочество дал разрешение.
Сказав это, он обратился к людям, заполнившим боковую залу:
— Сяо Фуцзы останется, служанка, отправленная вместе с женой наследного принца в качестве приданого, тоже останется, евнух и служанка — по одному человеку, остальные — за мной.
— Слушаемся! — в один голос ответили евнухи и служанки.
Услышав, что Янь Чжао дал согласие, Су Цзиньюань наконец с облегчением выдохнул, после чего с некоторым смущением поспешно отошел вглубь боковой залы.
Со стороны это выглядело так, будто он просто прогнал остальных.
Но, но у него не было выбора: он действительно не мог находиться рядом с таким количеством людей.
Послышался звук шагов, и в боковой зале постепенно стало тихо.
Су Цзиньюань обернулся и с облегчением обнаружил, что в помещении и впрямь остались лишь две служанки и два евнуха.
Он перевел дыхание, немного подумал, а затем медленно подошел к ним и тихо произвел:
— Эм, ступайте-ка все на выход.
Ему хотелось побыть одному в тишине.
— Слушаемся. — Люди покорно кивнули в ответ и направились к выходу.
Лишь одна из служанок, дойдя до дверей, внезапно повернула обратно.
Су Цзиньюань с удивлением посмотрел на нее и понял, что это та самая служанка из семьи Су, которую, по словам Цзян Хунвэня, отдали вместе с приданым.
Служанка быстро остановилась перед Су Цзиньюанем, почтительно протянула обеими руками стопку бумаг и с уважением произнесла:
— Жена наследного принца, я, служанка Чжилань, принесла опись вашего приданого.
Су Цзиньюань напряженно кивнул, взял буклет и вновь тихо промолвил:
— Хорошо.
Поразмыслив немного, он добавил едва слышно:
— И еще... впредь без моего разрешения постарайтесь не заходить в жилые комнаты.
— И передай остальным троиим, чтобы тоже имели это в виду.
Хотя разговор с незнакомкой едва не доводил его до удушья, если не озвучить это сейчас, то в дальнейшем все начнут то и дело вламываться во внутренние покои, и он этого просто не вынесет.
— Слушаюсь. — Хотя у Чжилань и возникли вопросы, она быстро подчинилась и вышла за пределы залы.
Только после этого Су Цзиньюань наконец почувствовал себя хоть немного свободно.
Он не удержался от долгого вздоха облегчения, положил опись на стол и первым делом опустил занавеси в боковой зале.
Боковая зала была не такой большой, как покои Янь Чжао, но планировка оставалась примерно той же.
Занавески отделили внутренние покои, создавая крошечное личное пространство. Наслаждаясь моментом уединения, Су Цзиньюань расслабился так сильно, как только мог.
Спустя мгновение он небрежно взял опись приданого и перелистал ее.
Но, к сожалению, понять он смог очень немногое.
Не то чтобы он не знал букв, просто эти иероглифы сильно отличались от тех, что были ему знакомы до попадания в книгу, и лишь малую их часть он смог угадать по смыслу.
Ему смутно приметились упоминания каких-то лавок и земельных наделов.
Но даже ежу было понятно, что Су Хань ни за что не стал бы выделять Су Цзиньюаню по-настоящему ценное приданое.
Подумав об этом, Су Цзиньюань сунул бумагу куда подальше в комод и больше к ней не возвращался.
Затем он растянулся на кушетке.
И позволил себе бессовестно покрутиться и поваляться туда-сюда с десяток раз.
Как же хорошо, эта кровать ему безусловно нравится!
Мягонькая, такая же мягкая, как кровать Его Высочества наследного принца!
В тот момент, когда Су Цзиньюань предавался наслаждению, в дверь внезапно постучали, и снаружи раздался голос Чжилань:
— Жена наследного принца, мы принесли утреннее угощение.
Узнав голос Чжилань, Су Цзиньюань немного ослабил бдительность и тут же отозвался:
— Хорошо, входите.
Он как раз проголодался.
— Слушаюсь. — Чжиланьтельно откликнулась и вошла в боковую залу вместе с другой служанкой, чтобы накрыть на стол.
Су Цзиньюань так и продолжал наблюдать за ними из-за занавесок, а заметив, что они не уходят после того, как еда была подана, ему пришлось снова подать голос:
— Мне не нужны слуги, ступайте вниз.
— Слушаюсь. — Служанки повиновались и удалились.
Су Цзиньюань снова обрел возможность расслабиться, вышел в переднюю комнату и принялся за завтрак.
————
Обретя долгожданное уединение, весь остаток дня Су Цзиньюань не покидал боковую залу ни на шаг.
Несколько служанок и евнухов, похоже, тоже раскусили его характер и редко заходили в залу, чтобы побеспокоить его.
Единственной вещью, которая ввергала Су Цзиньюаня в ступор, был поход в туалет.
Во дворце для этих целей использовались специальные ночные судна, которые евнухи потом уносили и выливали.
Су Цзиньюань терпеть этого не мог, но поскольку во всем Восточном Дворце туалетов попросту не существовало, ему оставалось лишь смириться с неизбежным.
После ужина и омовения, оставшись без всяких дел, Су Цзиньюань рано запер дверь и улегся на кушетку. Оставив гореть лишь одну свечу, он устроился на животе и принялся мысленно раскладывать по полочкам события трех дней, прошедших с момента его попадания в роман.
Эти три дня выдались на редкость опасными и захватывающими.
Его жизнь едва не оборвалась, и лишь благодаря его собственным усилиям катастрофу удалось предотвратить.
Бежать он пока не планировал — да и сбежать вряд ли бы получилось.
Что же до долгосрочных планов, то его желание было донельзя простым: он хотел лишь жить тихой и счастливой жизнью.
Но сейчас, погрязнув в пучине проблем и чувствуя себя подобно брошенной на произвол судьбы травинке на воде, он понятия не имел, как поступить лучше.
Оставалось лишь плыть по течению, шаг за шагом: глядишь, жизнь постепенно и наладится.
Как раз в тот момент, когда Су Цзиньюань валялся на кушетке, от нечего делать крутя в руках подушку и предаваясь пустым мыслям, дверь неожиданно постучали.
Но после стука от посетителя больше не исходило ни звука.
Су Цзиньюань мгновенно напрягся и осторожно поинтересовался:
— Кто там?
Лишь когда голос Су Цзиньюаня стих, из-за двери донеслся ответ:
— Это Юэ Ин. Принес вещь.
Су Цзиньюань опешил от неожиданности, и это показалось ему довольно странным.
Поразмыслив немного, он быстро встал с кушетки, подошел к двери и приоткрыл ее лишь на самую узкую щелочку. И действительно — снаружи стоял Юэ Ин, держа в руках...
Стеклянный светильник.
Глаза Су Цзиньюаня ярко засияли, и он в ту же секунду всё понял.
Однако Юэ Ин вовсе не собирался ничего объяснять и просто молча протянул вещь вперед.
Су Цзиньюань бережно протянул руку, забрал предмет и уже собирался поблагодарить гостя, как перед глазами внезапно никого не осталось.
Заметив это, он не удержался от улыбки.
И хорошо, что ушел, по крайней мере, не придется ломать голову над тем, как получше выразить благодарность.
Су Цзиньюань быстро запер дверь и, аккуратно неся стеклянный светильник, вернулся во внутренние покои.
Зажегши светильник, он потушил оставленную ранее свечу.
Светильник он поставил на тот самый маленький столик у изголовья кушетки, и тот мягко осветил небольшой пятачок вокруг.
К тому моменту Су Цзиньюань уже снова устроился на кушетке на животе и тихо любовался красивым маленьким светильником.
Он думал о том, что тепла в его жизни выпадало совсем немного.
Но теперь Янь Чжао был одним из тех, кто согревал его.
http://bllate.org/book/24140/2786012
Сказали спасибо 0 читателей