Лу Байе с испуганным лицом выглядел очень забавно: он не вопил и не кричал, а просто вытаращил глаза донельзя, после чего мгновенно взял себя в руки, хотя по тому, как он внимательно всматривался вокруг, было заметно, что осадок у него остался.
Мяо Цзанъюэ нашла это забавным. Сначала она извинилась на языке жестов, затем с широкой душой похвалила рисунок Лу Байе и наконец вежливо спросила, можно ли ей взглянуть.
Конечно, в этом не было ничего секретного, и Лу Байе протянул ей свой блокнот.
Он нарисовал панорамный вид поместья, выбрав ракурс с позиции стоящих у главных ворот и смотрящих вглубь территории. Лу Байе по памяти восстановил всю картину едва ли не в точности, добавив даже кое-какие детали.
Правда, размеры блокнота были ограничены, так что высокой детализации ожидать не стоило, но Мяо Цзанъюэ всё же заметила одну странность.
Чэнь Тун, придвинувшаяся ближе, чтобы тоже посмотреть, тут же уловила это и удивленно спросила:
— А что это за маленькие черные точки на окне?
— Это человек, — ответил Лу Байе. — Когда мы прибыли сюда прошлым ночью, кто-то следил за нами со второго этажа.
У Чэнь Тун побежали мурашки по спине, ей показалось, что волосы на теле встали дыбом.
Через мгновение она перевела взгляд с невозмутимой Мяо Цзанъюэ на Лу Байе:
— Ты... уверен, что тебе не показалось?
— У меня неплохая память и зрение, — тихо ответил он.
Сам он вовсе не находил страшным тот факт, что в поместье кто-то есть. Раз уж они угодили в игру ужасов, присутствие здесь всякой нечисти вполне укладывалось в рамки разумного.
Время в копии, казалось, текло с поразительной быстротой. Бросив взгляд на часы, Лу Байе решил подняться наверх в свою комнату. Мяо Цзанъюэ последовала за ним. Чэнь Тун хоть и хотела бы поискать еще какие-нибудь улики, но оставаться в одиночестве в пустом выставочном зале боялась, поэтому в два-три шага догнала шедших впереди спутников.
Хотя минувшая ночь доказала, что открывание дверей не обязательно ведет к смерти, Мяо Цзанъюэ все же по-доброму предостерегла Лу Байе, посоветовав ему действовать осторожно.
— Спасибо, — тихо поблагодарил Лу Байе. — И тебе тоже. Впрочем, у меня есть вопрос, хочу кое о чем спросить тебя.
В этот момент в коридоре оставались только они вдвоем. Мяо Цзанъюэ качнулась ближе к нему, показывая, что слушает со всем вниманием.
— Ты наверняка тоже заметила, что с Фэн Хэем что-то не так, — тихо произнес Лу Байе. — Но у Ван Ли тоже рыльце в пушку: он был абсолютно уверен в гибели Фэн Хэя. Полагаю, он каким-то образом видит статус Фэн Хэя — пусть даже не в подробностях, но по крайней мере жив тот или мертв, он знает наверняка. В игре можно просматривать чужие панели характеристик?
Взгляд Мяо Цзанъюэ неуловимо изменился.
Глядя на Лу Байе, она неторопливо жестикулировала: «При прохождении копии в составе группы капитан может видеть статус всех ее участников».
— Вот как, — догадался Лу Байе. — Значит, они оба из этого самого гильдии Луны?
Помолчав пару секунд, Мяо Цзанъюэ вдруг материализовала на ладони белый кокон.
«В знак благодарности за информацию», — серьезно пояснила она жестами. «Пожалуйста, не отказывайся. Предыдущие сведения были для меня очень важны».
Она протянула кокон Лу Байе, поясняя: «Это награда за прохождение одной из прошлых копий, предмет с привязкой к владельцу. У меня такого добра много, так что дарю его тебе».
Словно в подтверждение ее слов, из-за пазухи выглянула аккуратно прятавшаяся там крошечная зеленая змейка; ее изумрудные зрачки пристально уставились на Лу Байе.
Эта змея также была добычей из копии. Обладая высокой редкостью и прекрасно сочетаясь с личными характеристиками Мяо Цзанъюэ, она нравилась хозяйке настолько, что та предпочитала носить ее при себе, а не закидывать в игровой инвентарь. Маленькая змейка толщиной всего в большой палец щеголяла чешуей с нефритовым отливом и выглядела исключительно красиво.
Не удержавшись, Лу Байе протянул руку, намереваясь погладить змею.
Обычный человек при виде змеи не то что гладить ее не стал бы — радовался бы, если не подскочил на месте. Таких смельчаков, как Лу Байе, сыскалось бы немного, но Мяо Цзанъюэ просто не успела его остановить.
Эта змея была смертельно ядовитой, к тому же ее присутствие так или иначе подтачивало показатели рассудка. Мысленно вздохнув, она уже собиралась вызвать игровой интерфейс, чтобы презентовать Лу Байе флакон зельдия для восстановления рассудка, как вдруг с изумлением обнаружила, что ее надменная и вредная питомица вовсе не собирается никого кусать и даже позволяет погладить себя по голове.
Ощущение прохладной и гладкой чешуи под пальцами вмиг пробудило у Лу Байе не самые приятные воспоминания, и он, нахмурившись, тут же отдернул руку.
Маленькая змейка высунула раздвоенный язык и, словно уловив настроение Лу Байе, с обиженным видом уползла обратно к шее Мяо Цзанъюэ.
Забыв о капризах собственного питомца из-за того, что до начала установленного комендантского часа оставались считанные минуты, Мяо Цзанъюэ снова протянула вещь вперед.
В игре предметы тоже можно было передавать другим. Стоило Лу Байе принять этот кокон, как передача завершилась.
Мяо Цзанъюэ, кажется, улыбнулась и показала ему жестами: «До завтра».
Ничего не отвечая, Лу Байе с зажатым в пальцах коконом повернулся и направился в свою комнату.
Открыв игровой диспетчер ресурсов, он внимательно изучил описание предмета. Снова неразгаданный предмет неизвестного уровня, требующий привязки. В аннотации значилось, что из него случайным образом может выпасть вещь любого ранга от N до UR.
Нечто вроде гача-игры.
Лу Байе раньше особо не баловался подобными развлечениями, зато у него был знакомый игроман. Когда в играх стартовали новые ивенты с карточками, от него постоянно доносились проклятия в адрес коварного корявого шанса выпадения и жалобы на невезение уровня десять призывов подряд из одних R-карт. Всё это напрочь отбило у Лу Байе охоту связываться с подобной лотереей.
Однако теперь, когда открывать коробку предстояло ему самому, он неожиданно для себя почувствовал азарт.
Внимательно прочитав инструкцию к предмету, он достал из инвентаря низкоуровневый кинжал из стартового набора и без малейшей тени сомнения полоснул себя по указательному палец.
Капли крови упали на кокон. Мгновенно алая жидкость впиталась без остатка, описание предмета медленно изменилось, и именем владельца в графе привязки значился игрок Лу Байе.
Засунув раненый палец в рот и немного помассировав его губами, Лу Байе принялся терпеливо ждать изменений.
Но прошло уже пять минут, а кокон не подавал никаких признаков жизни — казалось, он просто отравился кровью Лу Байе и окочурился.
Лу Байе начал терять терпение.
Еще несколько минут спустя кокон наконец дрогнул.
Под пристальным взглядом Лу Байе на нем появилась трещина, и мгновение спустя перед ним предстала бабочка, какой он отроду не видывал.
Это была инь-ян бабочка: одно крыло черное, другое белое, а узор на них столь причудлив, что напоминал искаженные человеческие лица. Что же до уровня редкости, то он метался между N и UR, пока наконец не замер на трех вопросительных знаках.
Уставившись на эти до боли знакомые знаки вопроса, Лу Байе выдал редкую паузу молчания.
Что ж, бабочка и тот пропуск из тонкой проволоки — ягоды одного поля.
Лу Байе протянул руку. Взмахнув крыльями, бабочка описала круг перед его лицом и опустилась прямо на кончик пальца.
После чего с чувством тяпнула его за многострадальный палец, в котором только-только унялась кровь.
Препятствовать этому Лу Байе не стал. Прикрыв глаза, он ждал, пока бабочка сделает пара глотков его крови, пока та наконец не наелась и послушно не замерла на пальце.
Рана на кончике пальца, хоть ее снова и потревожили, чудесным образом перестала кровоточить, едва бабочка прекратила пить. Лу Байе взглянул на обновившуюся страницу описания инь-ян бабочки.
Обладает сильнейшим ядом, пыльца на крыльях вызывает галлюцинации, а узор заставляет падать показатель рассудка игроков (хотя на владельца это правило не распространяется). В общем и целом вещица довольно полезная.
Именно поэтому, когда она прокусила ему палец, он не прихлопнул эту крылатую гадину в первую же секунду.
— Хочешь в игровой инвентарь — продолжай стоять там, не хочешь — посиди пока сама по себе, — слегка шевельнув пальцем, пробормотал Лу Байе, не находя ничего странного в том, чтобы разговаривать с бабочкой. Та словно поняла его: взмахнув крыльями, она вспорхнула с его пальца, сделала пару кругов по комнате и наконец отыскала идеальную, по ее мнению, точку для приземления.
Как раз посреди огромной картины в масле, висевшей напротив кровати.
На холсте красовался прекрасный розарий: масштабный пейзаж с голубым небом и белыми облаками вверху и усыпанным розами садом внизу, над которым порхали разноцветные бабочки. Яркие и сочные краски производили очень умиротворяющее впечатление.
Вот только это умиротворение выглядело чужеродно: стоило всмотреться в полотно дольше пяти минут, как белые лепестки роз на нем начинали постепенно наливаться алым цветом, напоминая кровь.
Эта картина тоже заставляла рассудок увядать, а теперь на нее еще и уселась инь-ян бабочка, отчего уровень опасности всего произведения взлетел до небес — даже Лу Байе, бросив на нее взгляд, предпочел тут же отвести глаза.
— А местечко-то себе выбрала, — буркнул Лу Байе.
Хотя весь день они провели в поместье, бесконечный ливень делал воздух тяжелым и липким, так что он, не удержавшись, снова распахнул гардероб.
Сегодня внутри висел свежий черный халат, а вчерашний куда-то исчез. Довольный Лу Байе подхватил обновку и шагнул в ванную.
Нормальный человек после вчерашнего — когда посреди мытья погас свет, а нечто невидимое и неосязаемое чуть не придушило его, придавив к дну ванны — обходил бы ванную комнату за версту. Но маниакальная чистоплотность Лу Байе пересилила крошечную искорку страха в его душе.
Возможно, он уже морально подготовился: стоило ему с секундомером в руках быстро смыть пену и выключить душ, как освещение в ванной тут же вырубилось.
Прохладные капли воды стекали с кончиков волос по бледной коже. В темноте Лу Байе мерно дышал, пока не ощутил, как знакомая скользкая хватка вновь обвилась вокруг его щиколотки.
Так и не разобравшись, что за хтоническая тварь к нему цепляется, он кое-как вытерся насуро, набросил халат и постучал пальцем по сережке-клипсе на мочке уха.
Эффективность этого устройства поражала воображение: в следующую секунду в дверь ванной постучали.
Гость проявил исключительную вежливость: тихонько стукнув три раза, он замер на пороге. Лу Байе почувствовал, как странное ощущение на лодыжке исчезло, и когда свет в ванной зажегся вновь, он распахнул дверь.
В лицо пахнуло влажным паром вперемешку с ароматом геля для душа с розовым ароматом. Опасаясь картины с розами в спальне, Лу Байе принципиально не стал пользоваться местным гелем, но в темноте нечаянно задел флакон на полке, и скользкая жидкость разлилась по полу, едва не отправив его в полет.
Включившийся свет позволил Лу Байе заметить лужу на полу: цвет геля до жути напоминал свежую густую кровь, вызывая легкое физическое отвращение.
Откинув мокрые пряди со лба, он холодно бросил:
— У твоего друга дома водятся призраки. Нет, я не против привидений как таковых, но нельзя ли в другой раз? Обязательно устраивать свои нежности, когда люди моются?
Сы Мин рассмеялся:
— Ну, в следующий раз встретишь его — можешь высказать ему лично.
Явился он не с пустыми руками: на столе уже красовался сегодняшний ночной перекус, отчего гнев Лу Байе тут же испарился больше чем наполовину.
— Твой друг такой сговорчивый? — поинтересовался Лу Байе.
— Смотря с кем. С тобой, пожалуй, должно прокатить.
— Понятно. А нельзя ли попросить его открыть служебный ход в копии, чтобы сразу пройти ее?
Сы Мин усмехнулся:
— Боюсь, это вряд ли.
Усевшись на стул напротив Лу Байе, он небрежно закинул ногу на ногу. Из-за прядей темных волос на левом ухе едва заметно мерцала точка голубого света.
— Зато я могу подкинуть тебе маленькую подсказку, — добавил он.
— Мгм, — кивнул Лу Байе. На его лице внезапно появилось выражение сложнейшего внутреннего выбора, но он все же подцепил вилкой клубнику и протянул ее вперед: — Плата за подсказку.
Не успел, моя прелесть, в этой главе еще кое-что есть, нажмите на следующую страницу, чтобы читать дальше!
— Весьма щедрая плата, — слегка склонил голову Сы Мин. Он взял клубнику с вилки и аккуратно вернул ее на пирожное Лу Байе. — Не имею привычки объедать детей.
Словно опасаясь, что тот передумает, Лу Байе тут же подцепил ягоду и отправил ее в рот.
Это была самая крупная, самая красная и самая красивая клубничка, которую он приберег напоследок.
— Подсказка такова: правила абсолютны, — произнес Сы Мин.
В этот момент настенные часы отбили одиннадцать. Уставшая стоять на картине инь-ян бабочка стряхнула крылья, вспорхнула, сделала пару кругов по комнате и опустилась прямо на палец Сы Мина.
— Твой новый питомчик? — спокойно поинтересовался тот.
Непонятно почему, но Лу Байе показалось, что в этот момент настроение собеседника испортилось. Неужели он недолюбливает насекомых?
По идее, их обоих можно отнести к NPC, они вроде как коллеги — с чего бы вдруг смотреть на сослуживцев сквозь призму личной неприязни да еще и тащить эмоции на рабочее место?
Заметив, что крошечная бабочка испуганно затрепетала крылышками, собираясь улететь, но не смея этого сделать, Лу Байе протянул руку.
Их пальцы на миг соприкоснулись, и Сы Мин рефлекторно отдернул руку, но в следующую секунду хозяйская рука уже забрала бабочку.
Устроив питомицу на плече, Лу Байе продолжил расправляться с ночным перекусом, а допив последнюю каплю молока, выдал NPC приглашение на променад:
— Не прогуляться ли нам? Разогнать калории после еды.
В компании NPC прогулка по лестнице вниз вряд ли будет считаться одиночной вылазкой.
Правил он точно не нарушал.
http://bllate.org/book/24101/2775043
Готово:
