Готовый перевод Villain Becomes Abusive Novel Heroine / Злодейка в мире страданий: Путь к возлюбленному: Глава 6

Ну и щедрость. Транжира. Инь Фэнсюань покосилась на него. — Не нужно. Я подписала с ней контракт, теперь она в моем студии, и я сама устрою ее жилье. Можешь идти, ты здесь больше не нужен.

Обойдя Инь Цзымина, она направилась прямо к выходу. В этот момент дверь как раз открыла Нин Юньцин:

— Фэнсюань, ты вернулась? Я как раз готовлю, скоро можно будет садиться за стол.

— Хорошо. — Инь Фэнсюань ответила улыбкой.

Обе словно не замечали его присутствия. Лицо Инь Цзымина окаменело, ему стало не по себе, и он молча ушел. На душе скребли кошки: когда-то и Нин Юньцин встречала его вот так же, с теплой улыбкой и ласковым голосом, почему же теперь всё изменилось? Инь Цзымин яростно ударил по рулю и до боли стиснул зубы.

— Почему? Почему она может обойтись без меня! Не верю, она же просто соплячка из нищей семьи. Верно, у нее же есть отец-подонок...

На губах Инь Цзымина заиграла зловещая усмешка, ему уже чудилось, как Нин Юньцин прибежит к нему молить о помощи:

— Нин Юньцин, я не верю, что на этот раз ты не придешь.

Наступил июнь, неумолимо приближались выпускные экзамены. Нин Юньцин не горбилась над учебниками, заучивая материал: в конце концов, для обычных детей экзамены — это поворотный пункт судьбы, а для нее всего лишь инструмент, простое средство щелкнуть по носу любителей совать нос не в свои дела и заставить их замолкнуть. Сейчас она листала кулинарную книгу, размышляя, что бы приготовить Инь Фэнсюань на ужин.

— Свиные ребрышки в кисло-сладком соусе, вишневое мясо, суп из белых грибов и лилий. Не слишком ли приторно? — Нин Юньцин помедлила, задумалась и с улыбкой произнесла: — Фэнсюань любит сладкое, ей должно понравиться, но в сочетании получится немного жирновато, пожалуй, сделаю еще дисаньсянь и тофу с крабовым желтком, чтобы сбалансировать вкус.

Закрыв поваренную книгу, она уже собиралась выйти за покупками, как в комнате зазвонил домашний телефон. Нин Юньцин машинально сняла трубку, и до нее донесся незнакомый голос:

— Нин Юньцин, твой папаша у нас! Хочешь, чтобы он остался жив, тащи десять миллионов!

Выпалив это на одном дыхании, на другом конце провода с грохотом бросили трубку.

Нин Юньцин даже растерялась: адрес не назвали — и куда ей, по-ихнему, нести деньги? Тихонько положив трубку на рычаг, она с улыбкой вышла из дома. Когда она вернулась, телефон снова звонил. Нин Юньцин подошла, взглянула на дисплей — тот же самый номер. Улыбка не сходила с ее лица, она просто сдвинула трубку в сторону и, с добычей из овощной лавки в руках, направилась на кухню.

Едва ужин был готов, вернулась Инь Фэнсюань. Выражение ее лица оставляло желать лучшего, и едва переступив порог, она с порога принялась допытываться:

— Этот ублюдок опять к тебе приходил?

Нин Юньцин покачала головой. Заметив на столе четыре блюда и суп, Инь Фэнсюань чуть заметно улыбнулась. Увидев, что Нин Юньцин спешит к ней за похвалой, она молча ушла в спальню переодеться в домашнее. Краем глаза заметив, что телефонная трубка на столе лежит не на месте, она наконец поняла, почему раньше не могла дозвониться домой — из-за этого линия была занята. Инь Фэнсюань еще испугалась, что тот мерзавец Инь Цзымин снова докучал ей, а оказалось, что девчонка просто была рассеянной. Она привычным движением водрузила трубку на место, но едва та щелкнула, как раздался звонок.

— Не бери трубку, — выглянула из кухни Нин Юньцин, но было уже поздно: Инь Фэнсюань уже схватила аппарат и холодно бросила: — Кто?

На том конце замялись, но, сообразив в чем дело, выругались:

— Нин Юньцин, ты что, в полицию позвонила? Говорю тебе, если заявишь копам, мы прикончим заложника!

Раздался шум ветра, а следом послышался испуганный голос другого мужчины:

— Юньцин, Юньцин, спаси папу! Если ты не принесешь деньги, папа умрет!

Брови Инь Фэнсюань нахмурились. Она посмотрела на Нин Юньцин, а та сделала жест, призывающий повесить трубку. Инь Фэнсюань хоть и сомневалась, но всё же поступила так, как хотела Нин Юньцин: голос по ту сторону телефона, пытавшийся назвать адрес, резко оборвался. Нин Юньцин невольно улыбнулась, представляя себе лица этих похитителей в данную секунду.

— У тебя еще хватает духу улыбаться? — Инь Фэнсюань слегка приподняла подбородок, глядя на нее. — В полицию заявила?

Нин Юньцин ответила честно:

— Нет. Давай сначала поужинаем, а то еда совсем остынет.

Инь Фэнсюань бросила взгляд на кулинарные изыски на столе и села на стул, который для нее придвинула Нин Юньцин. Подумав, она спросила:

— Ты думаешь, это розыгрыш?

Нин Юньцин кивнула и с улыбкой положила в тарелку Инь Фэнсюань угощение:

— Каких глупых похитителей ни встретишь! Похожа я на человека, у которого есть десять миллионов? К тому же, Нин Эрбай только что орал в трубку во всю мочь, разве похоже, что его истязают? Спорим, у него просто кончились деньги, вот он и решил вытянуть из меня кругленькую сумму таким способом.

Всё это были лишь догадки Нин Юньцин: она не знала наверняка, правда это или нет, да ее это особо и не волновало. Будь Нин Эрбай таким никчемным отцом, Нин Юньцин предпочла бы, чтобы его действительно прикончили.

Но стоило этой мысли промелькнуть в голове, как раздался предупреждающий сигнал системы:

Предупреждение! Предупреждение! Задета главная черта характера героини, проявите осмотрительность!

Нин Юньцин раздраженно закусила губу. Ее мелкие движения, конечно же, не укрылись от взгляда сидевшей напротив девушки. Инь Фэнсюань подумала, что девчонка все-таки добрая и просто не может смириться с мыслью, что ее отец погибнет. Она встала, подошла к Нин Юньцин, нежно прижала к себе и похлопала по спине, утешая:

— Не переживай, я во всем разберусь.Вы работаете?! Где Нин Юньцин?! — в здании Шихуа Инь Цзымин ревел в трубку. Он прождал Нин Юньцин целый день, так и не дождавшись, пока она, плача, приникнет к его груди с мольбами. Его просто снедало нетерпение.

Голос в телефоне звучал неуверенно:

— Генеральный директор Инь, мы звонили Нин Юньцин целый день, но она ответила только два раза, и оба раза сказала лишь одно слово: «Кто?». Стоило нам пригрозить, как она тут же вешала трубку. Мы ничего не можем поделать.

Инь Цзымин нахмурился, погрузившись в раздумья. Чтобы поймать Нин Юньцин на крючок, он навёл справки о Нин Эрбае. Узнав, что тот падок на азартные игры и любит деньги, Инь Цзымин подкупил его, чтобы тот подыграл ему в спектакле. Кто бы мог подумать, что Нин Юньцин не клюнет? В чём дело? Неужели ей плевать на жизнь собственного отца? Или те люди сыграли слишком бездарно и не смогли её обмануть?

Не успел он всё обдумать, как из трубки снова донёсся робкий голос:

— Генеральный директор Инь, как вы думаете... а вдруг Нин Юньцин уже заявила в полицию?

— Заявила в полицию? — Инь Цзымин с досадой заскрежетал зубами. Хоть у него и не было ума, но, как главный герой этого мира, он всё же должен был придерживаться моральных принципов: кроме изнасилования главной героини, он не марал руки ни в каких других противозаконных делах! Но стоило ему вспомнить, сколько всего он сделал, а Нин Юньцин так и не склонила перед ним голову, как его затрясло от злости, зубы застучали: — Хр-р-р.

— Генеральный директор Инь, не стоит включать кондиционер так сильно, смотрите, как бы не простудиться.

— ... — Заботливые слова на том конце провода прозвучали как насмешка. Инь Цзымин рявкнул:

— Идиот! Сунь этому мужику немного денег и пусть убирается! Боишься, что он посчитает сумму слишком маленькой и не уйдёт? Если он не уходит, убирайся сам!

Швырнув телефон об пол, Инь Цзымин обессиленно рухнул на стул и бормотал себе под нос:

— Нин Юньцин, Юньцин...

Дулая о том, что завтра наступает день государственных экзаменов, Инь Фэнсюань переживала, что Нин Юньцин будет слишком нервничать и не сможет уснуть, поэтому специально пришла навестить её. Всё оказалось именно так, как она и предполагала: девчонка явно восприняла всё как сиюминутную прихоть и ни капли не беспокоилась о вступительных экзаменах, иначе с чего бы ей в такой момент сидеть за изучением кулинарных рецептов? Тихо вздохнув, она поставила на стол принесённый стакан тёплого молока, устроилась на первом попавшемся месте и произнесла:

— Ты всё ещё читаешь рецепты? В чём дело? Собираешься поступать в высшую кулинарную академию Америки?

Нин Юньцин взяла молоко обеими руками, с улыбкой покачала головой и кривя душой ответила:

— Фэнсюань, я нервничаю, а чтение рецептов помогает мне успокоиться.

Инь Фэнсюань улыбнулась: её девочка даже успокаивалась совсем не так, как все остальные. Протянув руку, она заправила за ухо прядь длинных волос Нин Юньцин и ласково произнесла:

— Умница, ложись спать. О Нин Эрбае можешь не беспокоиться — мне донесли, что кто-то видел его в игорном доме. К тому же с того момента, как ты решила сдавать экзамены, прошло всего около четырёх месяцев. Не дави на себя так сильно и не обращай внимания на завтрашних зевак, любящих посудачить. Считай это просто ещё одним жизненным опытом для съёмок в кино.

— Угу. Спасибо тебе, Фэнсюань. — Нин Юньцин послушно кивнула, не став вдаваться в оправдания, но вместо этого с сомнением спросила: — Фэнсюань, ты говоришь, завтра придут репортёры? Тогда... ты ведь не сможешь отвезти меня к месту сдачи экзамена?

Судя по всему, тамошние дети привыкли, что на экзамены их провожают родители, а некоторые даже неотступно дежурят у ворот. Никчёмный папаша этой девчонки точно не поедет, а сама Инь Фэнсюань не сможет появиться на публике, чтобы избежать лишних слухов, — как же обделили вниманием бедную девочку! Инь Фэнсюань почувствовала укол совести. Глядя на скрывающее надежду лицо девушки, она мягко извинилась:

— Я отправлю с тобой людей.

Нин Юньцин опустила ресницы, и на её лице отчётливо проступило разочарование. Сердце Инь Фэнсюань тревожно ёкнуло; она протянула руки, заключив огорчённую девушку в объятия, и попыталась поднять её на руки, как невесту, чтобы отнести в постель. Но сил не хватило, поэтому пришлось полушутя-полуобнимая довести её до кровати:

— Малышка, не думай об этом. Как только сдашь экзамены, я возьму тебя с собой на кинофестиваль Золотой Медведь.

— Хорошо, — тихо ответила Нин Юньцин. Её слегка опущенная голова всё ещё хранила следы обиды. Она тихо прошептала: — Фэнсюань, я бы хотела...

Голос был слишком тихим, и Инь Фэнсюань не расслышала. Наклонившись ближе, она переспросила:

— Что?

В этот момент Нин Юньцин подняла голову и прижалась губами к губам Инь Фэнсюань. Добившись своего, она нежно улыбнулась, невероятно послушная и милая:

— Получив поцелуй Фэнсюань, я завтра обязательно сдам экзамены на отлично.

Такой вид девушки был до того очаровательным, что у Инь Фэнсюань пропали все слова. Хмыкнув, она поправила ей одеяло, повернулась и выключила свет:

— Что ж, буду ждать результатов.

Чжаолу? — человек с микрофоном подошёл к Нин Юньцин и с улыбкой поприветствовал её. — Здравствуйте. Я репортёр вечерних новостей, могу задать вам пару вопросов?

Нин Юньцин вежливо кивнула и слегка с застенчивой улыбкой посмотрела в объектив:

— Можно, только мне скоро заходить на экзамен, так что долго разговаривать не получится.

Репортёр наигранно удивился:

— Вы пришли сдавать экзамены, собираетесь поступать в киноакадемию?

Нин Юньцин покачала головой, и репортёр задал следующий вопрос:

— Тогда у вас уже есть цель?

С улыбкой ответила Нин Юньцин:

— У меня есть маленькая цель.— Это вы в Цинбэй направляетесь? — пошутил репортер, следуя за ней.

Нин Юньцин озорно улыбнулась, помахала репортеру рукой:

— Пускать начинают, мне пора внутрь.

Репортер, очарованный улыбкой Нин Юньцин, на мгновение замер, а затем поднял руку и легко взмахнул ею:

— Спасибо за сотрудничество. Трейлер Росы на рассвете потрясающий, желаю вам добиться отличных результатов и достичь своей маленькой цели.

— Спасибо, до свидания. — Нин Юньцин слегка поклонилась и повернулась, направляясь к экзаменационному входу.

Это был отрывок из видео в сегодняшних трендах под названием Нин Юньцин сдает гаокао. Помимо восторгов по поводу красоты Нин Юньцин, ее привлекательности и хороших манер, под роликом, разумеется, нашлось место и для парочки недоброжелательных комментариев. Например: Маленькая цель? В Цинбэй? Выспаться не забыла? Кастинг пропустила, а еще в кинематографический метит? Цинбэй, ха-ха, красиво сказано. Нынче люди просто красивы и потому делают что хотят, бросили школу, а маленькой целью ставят лучший в стране университет Цинбэй. Мысленно машу ручкой.

— И правда куча скучных людей. — Инь Фэнсюань закрыла вкладку браузера, мысленно решив на ближайшие дни забрать у своей девочки всю электронику, чтобы та не поддалась влиянию пустых сплетен и не сорвала свою маленькую цель.

— Цинбэй. — При мысли об этой маленькой цели на лице Инь Фэнсюань невольно заиграла улыбка: ее девочка и вправду смела мечтать. Впрочем, молодежи свойственно мечтать, и ей очень хотелось, чтобы произошло чудо и желание ее девочки исполнилось.

***

Спустя полмесяца Инь Фэнсюань, как и обещала, взяла Нин Юньцин с собой за границу на Золотой медвежий кинофестиваль.

Как актриса, которой предстояло пройти по красной дорожке, Нин Юньцин выглядела великолепно: тонкие шпильки, черное платье со шлейфом, длинные волосы распущены по плечам, прикрывая почти полностью открытую спину — в ее образе элегантность сочеталась с легкой ноткой соблазнительности. Актер из той же съемочной группы не удержался от восхищенного цыканья:

— Юньцин сегодня просто прекрасна.

Нин Юньцин вежливо поблагодарила — к старшим коллегам она всегда относилась с неизменным уважением. Сцена была самой обыденной, но Инь Фэнсюань почему-то ощутила укол ревности. Она заметила, что ее собственническое чувство по отношению к Нин Юньцин становится все сильнее: ее раздражало даже то, что знакомый актер то и дело задерживал взгляд на лице Нин Юньцин. Потем S*W лицем, она под первым попавшимся предлогом позвала Нин Юньцин в сторону.

— Что такое? — деланно удивилась Нин Юньцин.

Инь Фэнсюань покосилась на ее слегка приоткрытое декольте и тихо фыркнула:

— В следующий раз смени стилиста.

Нин Юньцин мысленно захихикала, послушно кивнула и уже собиралась в шутку подразнить режиссера, как за спиной раздался голос Инь Цзицмина:

— Юньцин.

Нин Юньцин поморщилась от досады. Она ради вида попыталась прощупать реакцию Инь Фэнсюань, но та лишь громко фыркнула и, схватив Нин Юньцин за руку, потащила обратно. Однако Инь Цзицмин уже подбежал к ним, волоча за собой Дин Сяояо:

— Юньцин, ты сегодня потрясающе выглядишь.

Дин Сяояо выдавила из себя подобие комплимента, но улыбка ее была фальшивой.

Если бы это был роман про властного генерального директора, влюбившегося в меня, то по законам жанра Нин Юньцин должна была застенчиво покраснеть, а затем забыть прошлые обиды и воссоединиться с молодыми господином. Поэтому Нин Юньцин, исполнив роль главной героини, улыбнулась молодому господину:

— Простите, нашей съемочной группе пора на красную дорожку.

С этими словами она последовала за тянувшей ее Инь Фэнсюань обратно к своим.

Инь Цзицмин растерянно смотрел ей вслед, а Дин Сяояо скрежетала зубами от злости: да как она смеет отбивать у нее спонсора? Нин Юньцин, ну погоди!

11. Мир шоу-бизнеса

На каждом кинофестивале фотографии актрис с красной дорожки неизменно становились главной темой для обсуждений следом за самими наградами. Даже за полмира от места событий эта тема в тот же вечер вырвалась в топ трендов. А сравнение Нин Юньцин и Дин Сяояо, как новичков кинофестиваля, и вовсе пробилось в первую пятерку.

Для Дин Сяояо это был первый выход в тренды, и по идее она должна была радоваться, но от прочитанных комментариев в ее душе поднялась буря, которую никак не удавалось унять. Кто такая Дин Сяояо? Звездочка-однодневка, пришедшая попиариться на чужой дорожке? Посмотрите на ее платье, вырез такой глубокий, что грудь вот-вот выпадет. Рядом с молодым господином Инь... Ого, у нас тут грандиозная мыльная опера: молодой господин Инь, Нин Юньцин и Дин Сяояо! По сравнению с любимицей Сюаньнюй и истинной главной героиней Нин Юньцин, эта выскочка с дорожки потерпела полное поражение.

С чего это она потерпела поражение! Она студентка престижного профессионального актерского вуза, почему она должна проигрывать какой-то самозванке, бросившей школу?! Дин Сяояо яростно фыркала. Заметив это, подошел Инь Цзицмин и обнял ее:

— В чем дело? Разве я не говорил, что просто иду поздороваться?

Одно лишь упоминание об этом взбесило Дин Сяояо. Она сжала кулаки, а в следующую секунду обвилась вокруг Инь Цзицмина, словно змейка, и принялась капризничать:

— Цзицмин, я приехала сюда вместе с тобою, а они все говорят, что я пришла лишь ради дорожки.

Она поднесла к самому лицу Инь Цзицмина экран телефона с комментариями про выскочку. Увидев, как Инь Цзицмин нахмурил брови, она тут же скорчила жалобное выражение лица:

— Наверное, мне лучше вернуться назад. Вот появятся у меня свои работы — тогда и составлю тебе компанию.

У Инь Цзицмина был образ безмозглого хвастуна, и слова Дин Сяояо немедленно поймали его на крючок:

— Не нужно! Разве у Шихуа мало ресурсов, неужто для тебя фильма не найдется?

Взглянув на экран, где унижали Дин Сяояо и превозносили Нин Юньцин, и вспомнив сегодняшнее холодное отношение последней, он фыркнул:

— Вернусь — сразу же запущу в производство крупнобюджетный проект специально для тебя, выпустим до новогодних кинофестивалей в стране! Не обращай внимания на этих тупиц, кто такая эта Нин Юньцин, какая-то самозванка! Ха! Я заставлю ее играть у тебя на подтанцовке!

— Цзицмин, ты лучший. — Дин Сяояо прижалась к груди Инь Цзицмина, фальшиво улыбаясь.

***

День закрытия кинофестиваля совпал с днем объявления результатов гаокао. Будучи восходящей звездой, привлекающей к себе всеобщее внимание в последнее время, Нин Юньцин со своими баллами оказалась в центре бурных обсуждений. Репортеры с самого утра дежурили у площадки, и едва завидев Нин Юньцин и остальных, вихрем бросились к ним:

— Сегодня публикуют результаты гаокао, Нин Юньцин, вы уже проверяли баллы?

— Переживаете?

— Как сдали?

Инь Фэнсюань бросила взгляд на стоявшую рядом охрану, и те оттеснили назойливых репортеров своими телами, создав для Нин Юньцин и остальных безопасное пространство. Нин Юньцин мягко улыбнулась:

— Вы же все знаете, я очень бедная, у меня нет гаджетов.

Репортеры на секунду остолбенели. Видя, что Нин Юньцин сохраняет невозмутимый вид, они украдкой покосились на Инь Фэнсюань:

— Режиссер Инь, поговаривают, что Нин Юньцин подписала контракт с вашей студией, неужели вы даже электронным устройством ее не обеспечили?

Инь Фэнсюань искоса глянула на Нин Юньцин и промолчала: эта вредная девчонка мало того что на жалобы не поскупилась, так еще и посторонним жалуется, будто она тут тиранствует!

Нин Юньцин сделала вид, будто ничего не заметила, и обратилась к репортерам:

— Ну хорошо, раз так... Я смотрю, у некоторых из вас есть телефоны, не найдется ли добровольца, готового помочь мне проверить результаты?

Инь Фэнсюань снова бросила на Нин Юньцин косой взгляд, опасаясь позора и намереваясь ее остановить, но услужливые репортеры уже дружно замахали телефонами:

— Мы все готовы!

Нин Юньцин ближе всех пододвинула протянутый телефон, потянулась, чтобы ввести необходимые данные, но в самый момент проверки вдруг отдернула руку и смущенно посмотрела на репортеров:

— Внезапно стало страшновато.

— Не переживайте. Мы все желаем вам высоких баллов. Если боитесь, я сам посмотрю. — Репортеры протянули руки, готовые едва ли не вырвать телефон обратно.

Нин Юньцин помедлила, палец так и замер над экраном. Стоявшая рядом Инь Фэнсюань решила, что девчонка наконец одумалась, фыркнула и выхватила телефон из ее рук. Изначально она планировала взглянуть первой: если баллы высокие — показать репортерам, если низкие — молча закрыть и вернуть владельцу. Однако, кликнув на результаты, она остолбенела. Этот балл? Неужели он принадлежит Нин Юньцин? Ошеломленно уставившись на девушку рядом, она увидела, как та с невинной и слегка взволнованной улыбкой произнесла:

— Режиссер Инь?

Репортеры тут же набросились с расспросами:

— Режиссер Инь, сколько баллов набрала Нин Юньцин?

Инь Фэнсюань ничего не ответила, а просто развернула экран телефона к ним лицом.

— Шестьсот шестьдесят шесть баллов! — Мать моя женщина! Ни баллом больше, ни баллом меньше — ровно 666! Просто мистика какая-то!

Репортеры почувствовали себя ослепленными. Хозяин телефона даже забрал его обратно, чтобы тщательно сверить имя и фамилию: и вправду Нин Юньцин! Та самая девушка, о которой ходили слухи, что она бросила школу и готовилась дома всего три-четыре месяца, набрала 666 баллов? Да они сами в свое время пахали как проклятые по три-четыре года, и то о таких результатах только мечтали!

— Ой. — Нин Юньцин, судя по всему, тоже была слегка удивлена. Она ведь специально сбавила обороты на экзамене, а в итоге получилась такая счастливая комбинация. Довольно забавно.

Бросив взгляд на стоявшую рядом женщину, она всем своим видом дала понять, что ждет заслуженной награды.

Инь Фэнсюань искренне улыбнулась:

— Ну вот, результаты вы узнали, а теперь нам пора входить внутрь. Надеюсь на вашу поддержку нашего нового фильма Роса на рассвете.

— Обязательно, непременно. — Репортеры все еще пребывали в оцепенении, провожая взглядом удаляющиеся фигуры и не в силах прийти в себя. Шестьсот шестьдесят шесть баллов... Интересно, какими в этом году будут проходные баллы? Сможет ли Нин Юньцин достичь своей маленькой цели?

***

В тот же вечер результаты Нин Юньцин вновь взлетели на вершину трендов. Абитуриенты со всей страны поспешили выразить свое восхищение, а те, кто раньше называл ее глупой, кто-то извинялись, кто-то молча затыкался, а кто-то продолжал брызгать желчью и возмущаться: Училась пару месяцев и сдала на такие баллы, наверняка наняла подставное лицо, чтобы за нее писали! Но что бы ни говорили хейтеры, унизительное прозвище Богиня умственной отсталости навсегда перестало липнуть к имени Нин Юньцин.

Шумиха вокруг результатов утихла спустя несколько дней, но Нин Юньцин снова оказалась в трендах. На этот раз тема звучала так: Достигла ли Нин Юньцин своей маленькой цели?

Этот вопрос задавали ей чаще всего в те дни, когда Нин Юньцин вместе с Инь Фэнсюань и другими членами команды участвовала в промокампании фильма. На все вопросы Нин Юньцин лишь выражала благодарность за проявленный интерес и отшучивалась, мол, официальное извещение о зачислении еще не пришло, так что ничего определенного сказать нельзя, и все в таком духе.

Видя ее такой, Инь Фэнсюань порой ловила себя на мысли, что перестает понимать эту девушку. Актерский талант, превоísima успеваемость, безупречная внешность... Если бы она не стояла перед ней из плоти и крови, Инь Фэнсюань решила бы, что эта девчонка — не иначе как главная героиня какого-то любовного романа из разряда Мэри Сью.

Сможет ли такая потрясающая девушка со временем отдалиться от нее? Эта мысль вызывала у Инь Фэнсюань странную тревогу.

***

Фэнсюань.

http://bllate.org/book/24008/2752185