Пэй Цзянь потерял прежние воспоминания и был глуповат, не до конца всё понимая, разве Пэй Цзин не видел этого?
То, что он не заводит романтических отношений, еще не значит, будто он глуп и слеп.
Разница между тем, как Пэй Цзянь относился к нему до того, как влюбился, и после, была колоссальной — даже взгляд у него изменился.
Когда они только поступили в первый класс старшей школы, Пэй Цзянь смотрел на Пэй Цзина с чистым восхищением и восторгом. К тому же в душе у него жило желание отплатить за добро, поэтому он и льнул к Пэй Цзину, относясь к нему с особенной теплотой.
Было две причины, из-за которых чувства Пэй Цзяня постепенно переросли в нечто большее.
Первая заключалась в том, что, когда Пэй Цзянь оставался один в общежитии, Пэй Цзин каждый вечер созванивался с ним по видеосвязи и рассказывал перед сном истории, чтобы помочь ему уснуть.
Пэй Цзянь был по-настоящему тронут, ведь Пэй Цзин привык ложиться спать рано. В то время их школа разрешала дневным ученикам не посещать вечерние занятия, поэтому Пэй Цзин каждый день засыпал дома ровно в десять часов, зная, что на следующий день ему нужно вставать в шесть утра, чтобы успеть в школу.
Однако, чтобы составить компанию Пэй Цзяню, в конце каждого месяца Пэй Цзин засиживался до одиннадцати или даже двенадцати часов ночи, а в первый день после окончания каникул всегда выглядел сонным.
Второй причиной стало то, что после смерти приемных родителей Пэй Цзянь переживал не только из-за их ухода, но и из-за мучившего его чувства вины.
Приемные родители Пэй Цзяня были уже в преклонном возрасте и очень сильно любили его. Какое бы желание у него ни возникало, они изо всех сил старались его исполнить.
Если Пэй Цзянь хотел ходить на дополнительные занятия, они находили деньги, чтобы записать его в лучшие преподаватели; если же он не хотел учиться дополнительно, они уважали его мнение и позволяли спокойно отдохнуть дома.
Пэй Цзянь рассчитывал, что, когда поступит в университет, он начнет усердно трудиться и, пусть даже снимая жилье в столице, обязательно перевезут обоих стариков к себе, чтобы жить вместе. А если бы они отказались переезжать, Пэй Цзянь все равно планировал зарабатывать больше денег, чтобы они жили лучше.
Вот только планы рушились от малейших перемен, и катастрофа грянула прежде, чем он успел воплотить задуманное в жизнь.
В тот период Пэй Цзянь был полностью погружен в пучину горя и вины. Пэй Цзин неотлучно находился рядом с ним: боясь, что по вечерам в школе Пэй Цзянь будет тайком плакать, он даже отпросился у Пэй Яня и, укрывшись от коменданта общежития, забирался к Пэй Цзяню на одну кровать, чтобы ночевать вместе с ним.
Именно с того самого момента Пэй Цзянь привязался к Пэй Цзину окончательно и бесповоротно. Каждый день он ходил за ним хвостом, словно верный паж, и Пэй Цзину вообще ни о чем не нужно было беспокоиться, потому что Пэй Цзянь брал на себя абсолютно все заботы.
Тогда одноклассники даже подшучивали, что Пэй Цзин, должно быть, спас Пэй Цзяню жизнь, раз тот готов следовать за ним по пятам с такой преданностью.
Самого Пэй Цзяня эти домыслы казались абсолютно верными, и он искренне верил, что движим лишь чувством благодарности и желанием отплатить за спасение, ни на секунду не допуская никаких иных мыслей.
По правде говоря, Цзю-Цзю тоже ничего такого не подозревал.
Озадаченно он тогда переспросил: — Да неужели? А я-то думал, он просто видит в тебе своего спасителя.
Пэй Цзин приподнял бровь и ответил: — Какой нормальный человек станет каждый день краснеть перед собственным спасителем?
— О? Пожалуй, ты прав, — сообразил наконец Цзю-Цзю. — А я думал, у Пэй Цзяня просто тонкая кожа.
Пэй Цзин бросил взгляд на экран телефона и заметил: — Будь у него тонкая кожа, в этом мире вообще не осталось бы толстокожих людей.
Просто Пэй Цзянь был еще слишком мал, не до конца во всем разобрался, отличался наивностью, а в мыслях его не было ни капли пошлости.
Но стоило Пэй Цзяню подрасти еще на пару лет и вкусить запретный плод любви, Пэй Цзин ни за что бы не поверил, что тот окажется робким.
В конце концов, как бы ни стирались воспоминания, саму суть Ту Чэнье изменить было невозможно.
Дома Пэй Цзин просмотрел варианты авиабилетов, и как только собрался оформить покупку, наконец вернулся Пэй Цзянь.
Но вернулся он вовсе не тихо.
Сидя в гостиной, Пэй Цзин внезапно услышал за дверью шум и гам.
Среди общего гомона смутно улавливался голос Пэй Цзяня?
Пэй Цзин проверил телефон — никаких сообщений от Пэй Цзяня не поступало.
Звукоизоляция в этой квартире действительно оставляла желать лучшего: стоило кому-то заговорить у входа чуть громче, как внутри становилось всё слышно.
Прислушавшись внимательнее, Пэй Цзин убедился, что это и правда Пэй Цзянь.
Он торопливо поднялся с места и распахнул дверь. Стоило створке открыться, как он увидел, что Пэй Цзянь держит какого-то мужчину за воротник и с размаху впечатывает его в стену.
— Матушка моя! — испуганно взвизгнул Цзю-Цзю, взмывая вверх с головы Пэй Цзина. — Что тут происходит?!
— Пэй Цзянь! — Пэй Цзин мгновенно протянул руку и схватил Пэй Цзяня за запястье, останавливая занесенный для удара кулак: — Прекрати! Ты что творишь?!
Пэй Цзянь, не отпуская чужого воротника, свирепо зыркнул на незнакомца: — Брат! Он взломал наш замок! У него явно дурные намерения!
Даже будучи схваченным за шиворот, мужчина продолжал упрямо огрызаться: — Кхе-кхе! Я... я просто перепутал двери! Вы... вы зря клевещете на честного человека!
Пэй Цзянь рявкнул в ответ: — Ты, твою мать, перепутал двери и открываешь их куском проволоки?!
Мужчина закрутил шеей, свирепо глядя на него: — Мой... мой собственный замок сломался, а вызывать мастера мне не хотелось, так почему нельзя было открыть дверь проволокой, а?!
Ярость Пэй Цзяня подступила к самым глазам, и он снова сжал кулак, готовый врезать наглецу по лицу: — Брат, не удерживай меня, я должен проучить ублюдка!
— Пэй Цзянь! — с головной болью выдохнул Пэй Цзин, разжимая пальцы Пэй Цзяня. — Не распускай руки, достаточно просто вызвать полицию!
Было бы еще полбеды, если бы Пэй Цзянь не распускал кулаки — тогда правда оставалась на их стороне. Но стоило Пэй Цзяню нанести удар, как противник мог первым заявить в полицию и вымогать деньги, и тогда ситуация сильно бы усложнилась.
Услышав про полицию, мужчина тут же занервничал: — Полицию? Какую еще полицию? Говорите, я взломал замок — а у вас доказательства есть?
Пэй Цзин отстранил руку Пэй Цзяня, опуская его кулак, и бросил на мужчину леденящий взгляд: — У моей двери висит камера наблюдения, а у тебя в руках курок проволоки. Сломан ли на самом деле замок в твоей квартире и требовалось ли открывать его этой проволокой, полиция во всем разберется, стоит ей только приехать.
Мужчина подавился словами.
Замок в его квартире, разумеется, был цел.
Пэй Цзин достал телефон, собираясь набрать номер, как мужчина в панике протянул руки, пытаясь выхватить аппарат. Пэй Цзянь среагировал мгновенно и перехватил его: — Ты еще смеешь распускать руки? Думаешь, я не вреж...
Хозяин, эта глава еще не закончилась, пожалуйста, нажмите на следующую страницу для продолжения, дальше будет интереснее!
— Ладно-ладно, — поспешил успокоить его Пэй Цзин. — Остынь, я сам звоню.
Поняв, что оказался в проигрышном положении, мужчина тут же сменил тон и принялся заискивающе умолять: — Ой, добрые люди, не нужно полицию, только не полицию. Я... я просто случайно ошибся дверью, правда не со зла. Зачем из-за такой мелочи беспокоить полицию? Я компенсирую ущерб, я заплачу, так пойдет?
— Да кому нужны твои деньги? — холодно фыркнул Пэй Цзянь. — Что, испугался теперь? А только что такой грозный был.
Мужчина закивал, складывая руки в умоляющем жесте: — Простите, простите, я и впрямь не со зла, не стоит тревожить полицию из-за пустяка, я приношу свои извинения, больше такое никогда не повторится.
Пока мужчина молил о пощаде, Пэй Цзин уже набрал номер.
Завершив вызов, он перевел взгляд на незваного гостя и прямо спросил: — Ты ведь потому так заговорил, что услышал мой голос и понял, что я парень, верно?
Мужчина сглотнул слюну и не посмел ответить.
Пэй Цзин продолжил: — Я тебя помню: вчера утром во время пробежки это ты мне свистел вслед. Сегодня утром на пробежке ты увязался следом за мной. Я не обращал на тебя внимания, а поскольку ты не слышал моего голоса, то решил, что я девушка, увязался за мной и выяснил, где я живу.
— Он еще и посмел свистеть тебе вслед?! — глаза Пэй Цзяня округлились, он засучил рукава и снова сжал кулаки.
Пэй Цзин пренебрежительно цыкнул и недовольно посмотрел на него.
Пэй Цзянь тут же сник и послушно опустил руки.
Пэй Цзин протянул руку, уперся ладонью в голову Пэй Цзяня и с силой взъерошил ему волосы: — Сколько раз тебе повторять: не смей распускать руки, не смей! Если ты сейчас полезешь в драку, то, когда приедет полиция, неправым окажешься ты сам, дошло до тебя или нет?
http://bllate.org/book/23837/2703970
Готово: