Чи Чэн почти не притрагивался к еде, большую часть времени глядя на него. На кончиках его пальцев покачивался бокал с вином, а свет в глубине глаз был теплее, чем отражения фонарей за окном.
— Ты обдумал насчет выставки? — внезапно заговорил Чи Чэн.
— Выставки? — У Со Вэй поднял голову, пережевывая крабовое мясо. — Той самой, о которой вы говорили утром?
— Угу. На дизайн-неделе в следующем месяце за тобой зарезервировали место по центру.
Чи Чэн положил ему в тарелку кусочек копченой рыбы:
— Только площадка оказалась чуть больше, придется добавить пару выставочных витрин. Расходы я беру на себя.
Палочки У Со Вэя замерли на полпути, глаза округлились:
— По центру? Разве такие места не для известных брендов? Я же...
— Твои светильники этого заслуживают, — перебил его Чи Чэн, и в его тоне не было ни капли шутки. — С той дикой энергетикой, что заложена в твоем дизайне, куда ни поставь — везде будут бросаться в глаза.
Последние слова он произнес тихо, словно перышком коснулся мочки уха. Лицо У Со Вэя мгновенно вспыхнуло, он опустил голову и принялся ковырять палочками рис в пиале:
— Спасибо вам, генеральный директор Чи.
Брови Чи Чэна слегка приподнялись. Он отставил бокал и постучал пальцами по столу:
— Всё еще «генеральный директор Чи»? К чему такие формальности со мной?
— А? — У Со Вэй растерянно моргнул и поднял взгляд, прямо столкнувшись с его глазами. Во взгляде сквозила легкая дерзость и какое-то неопределимое тепло, от которого у него на мгновение пропустило удар сердце. — Тогда... как вас звать?
— Чи Чэн. — Чи Чэн смотрел на него, отчетливо выговаривая каждый слог, а уголки его губ тронула улыбка. — Всё зовешь меня директором, как чужие прямо.
У Со Вэй приоткрыл рот, но долго не мог издать ни звука. Назвать по имени — «Чи Чэн»? Он покрепче сжал палочки, и его выступающие зубы оставили легкий след на губе.
— Хорошо, Чи Чэн.
Голос звучал тихо, как жужжание комара, но Чи Чэн всё же расслышал его. Он тихо рассмеялся, и свет в глубине его глаз стал мягким, словно растаявшая карамель:
— Вот так-то лучше.
Остальной ужин прошел на редкость гладко. У Со Вэй постепенно расслабился и принялся рассказывать Чи Чэну, как мастера в его мастерской умеют работать ночи напролет. Рассказал, как в прошлый раз ради того, чтобы успеть закончить ширму, старик Чжан три дня не появлялся дома, а в итоге заснул прямо на куче досок. Чи Чэн в ответ поделился историей о том, как однажды за рубежом на выставке откопал в блошином рынке старую настольную лампу, узор на ножке которой был очень похож на тот, что придумал У Со Вэй, только ее, к сожалению, сгрызла змея, которую держал Ван Шо.
— Ван Шо еще и змей держит? — изумленно переспросил У Со Вэй. — Утром столкнулся с ним в лифте, а у него на руке обвилась золотисто-желтая змея, я аж испугался.
— Этот человек вечно заводит всякую мертвецкую пакость.
В голосе Чи Чэна проскользнуло легкое брезгливое презрение, но особого раздражения не было.
— В следующий раз увидишь — держись подальше. Он со своими змеями шутить мастер без оглядки.
— Угу, — кивнул У Со Вэй, внезапно поймав себя на мысли, что вести такую беседу очень комфортно. Ни сдержанности «генерального директора Чи», ни чуждости «деловых партнеров» — они просто болтали о всякой всячине, как старые знакомые.
Под конец ужина У Со Вэй погладил округлившийся живот и довольно отрыгнул. Заметив соус, прилипший в уголке его рта, Чи Чэн не стал, как утром, тянуться, чтобы вытереть его, а лишь протянул салфетку и с улыбкой поддразнил:
— Не думал, что у тебя такой отменный аппетит.
— Если хорошо не поешь, откуда силы рисовать? — У Со Вэй взял салфетку, вытерся и расплылся в улыбке, сощурив глаза. — Чи Чэн, место здесь больно дорогое. В следующий раз я угощу тебя шашлыками у входа в наш хутун, обещаю, они куда вкуснее и ароматнее.
— Идет, — легко согласился Чи Чэн. Поднимаясь из-за стола, он мимоходом подхватил его холщовую сумку. — Пойдем, я тебя подброшу.
У Со Вэй вышел за ним из ресторана. Ветер со стороны крепостного рва повеял сыростью, он втянул голову в плечи, и тут же вспомнил про кашемировый свитер на своих ногах.
— Да, насчет этой одежды...
— Надевай. — Чи Чэн сунул ему в руки сумку и привычным движением вытянул оттуда кашемировый свитер. — Ночью прохладно, не хватало еще застудиться.
Его пальцы случайно коснулись запястья У Со Вэя, и тот отдернул руку, словно ошпаренный, но послушно натянул свитер. Кашемир прижался к коже, согревая так, будто за пазухой спрятали маленькое солнышко, и от этого на сердце стало горячо-горячо.
Сидя в машине, У Со Вэй смотрел на проносящиеся за окном виды и вдруг вспомнил их первую встречу: тот человек сидел за рабочим столом, и взгляд его был холодным, как лед, а сам он назвал его дизайн «мягким, как комок ваты».
Кто бы мог подумать, что теперь этот самый человек угостит его таким дорогим ужином, подарит такую шикарную вещь да еще и разрешит звать себя по имени.
— О чем задумался? — раздался рядом голос Чи Чэна.
— Ни о чем, — У Со Вэй повернул голову, заглянув в его полные улыбки глаза, и вдруг подумал, что этот надменный и необузданный мужчина вовсе не так уж сложен в общении.
По крайней мере, он помнит, в какой старой рубашке ты пришел, греет для тебя вино и улыбается так, будто в глазах рассыпались звезды, когда ты произносишь его имя.
У Со Вэй отвернулся к окну, не в силах сдержать улыбку, которая сама собой расцвела на губах. Даже само имя — «Чи Чэн» — отзывалось в сердце сладким теплом.
Наступила суббота. Дел в компании не было, контракт с корпорацией «Юаньчэн» тоже подписали. Впереди ждали два выходных, и У Со Вэй написал Юэ Юэ, что завтра свободен. Они договорились о времени и о том, что встретятся на следующий день.
Утреннее солнце субботы только-только перевалило за старую софору у входа в хутун. У Со Вэй доел последнюю ложку каши, бросил палочки на край пиалы:
— Мам, я ушел!
— Постой! — мама У выбежала следом за ним из кухни, сжимая в руке пакет с вымытыми помидорами черри, и засунула его в его холщовую сумку. — Отдашь девушке, нечего с пустыми руками по парку гулять. Придете — купи ей попить чего-нибудь.
Она одернула воротник рубашки У Со Вэя, пальцем смахнув потертый краешек:
— Сяо Юэ — корпоративный ассистент, она виды повидала, так что не мямли. Раз уж девушка согласилась пойти с тобой гулять, она делает тебе одолжение...
— Знаю, знаю я, — У Со Вэй схватил сумку и бросился к выходу. Лямки впились в плечи, заставляя их покраснеть, а помидоры в пакете глухо застучали о стенки. — Я побежал!
— Смотри по сторонам дорогу переходи! — донесся вдогонку голос мамы У, смешиваясь с криками утреннего разносчика: «Сахарные лепешки, горячие!» — такими же теплыми и пышными, только что со сковороды.
Ивы в парке только выпустили первые побеги, сочно-зеленые и нежные. Легкий верок качал ветви, заставляя их скользить по глади озера и рассыпать круги мелкой ряби. У Со Вэй стоял под аркой моста в ожидании, сжимая в руке пакет с помидорами так, что на пластике оставались складки.
Юэ Юэ была в молочно-белом тренче, длинные волосы собраны в низкий хвост, в руке — холщовая сумка. Она приближалась издалека, и подол ее плаща, вздымаемый ветром, напоминал легкую бабочку.
— Давно ждешь? — Юэ Юэ улыбнулась, обнажив две неглубокие ямочки на щеках, и перевела взгляд на пакет в его руках. — Даже это принес?
— Сами вырастили, попробуй, — У Со Вэй протянул пакет, чувствуя, как у него горят кончики ушей. — Только помыл, очень сладкие.
Они неторопливо пошли вдоль озера. Юэ Юэ заговорила о забавных случаях на работе:
— На прошлой неделе босс заставил меня разбирать отчеты за три года. У меня от этого Excel в глазах рябило, так коллега Сяо Ван тайком подсунул мне капли для глаз. Оказалось — просроченные, от них глаза так защипало, что слезы ручьями текли.
Она скосила на него взгляд:
— У вас в мастерской ведь не нужно заниматься подобной ерундой?
— Мы только учет материалов ведем. Старик Чжан за это отвечает, у него амбарная книга чище собственной физиономии.
У Со Вэй слушал очень внимательно, машинально проводя пальцами по перилам набережной:
— В прошлый раз, когда покупали ткань с узором в виде облаков, он с полчаса торговался с продавцом, а в итоге выпросил в подарок два лоскута и вернулся довольный, будто сокровище нашел.
Юэ Юэ рассмеялась. Солнечный свет упал на ее лицо, а ресницы отбросили легкую тень:
— Интересно у вас в мастерской.
У Со Вэй почесал затылок и ничего не ответил. Глядя на ее улыбающееся лицо, он почему-то почувствовал странную пустоту в груди. Стоявшая перед ним девушка была красивой, деловой — именно такой тип женщин, что умеют «вести хозяйство», в представлении мамы У. Но глядя на нее, он ощущал себя так, будто разглядывает аккуратный традиционный свиток: изысканно, но без малейшей ряби на воде. Вовсе не так, как при воспоминании об одном конкретном человеке, от которого сердце мгновенно начинает отбивать чечетку.
В полдень они свернули в закусочную на углу за лапшой малатанг. Пластиковые табуретки жалобно скрипнули под ними, в кастрюле с бульоном задорно забурлил красный острый жир, щедро присыпанный кунжутом, источая аппетитный аромат, от которого во рту невольно собиралась слюна.
У Со Вэй наперегонки поспешил расплатиться — тридцать пять юаней, куда дешевле вчерашнего ужина с Чи Чэном, но когда купюры перекочевали в чужие руки, на душе почему-то стало на редкость спокойно.
— Здесь и впрямь очень вкусно готовят, — Юэ Юэ втянула порцию фунчозы и подняла на него взгляд. — Кунжутная паста как раз в меру, не пересолено.
Пальцы У Со Вэя крепче сжали палочки, и, словно решаясь на что-то, он произнес:
— Юэ Юэ, я хотел тебе кое в чем признаться.
Юэ Юэ подняла глаза, в них мелькнуло понимание, но она все же улыбнулась:
— Говори.
— Мне кажется... мы, пожалуй, не подходим друг другу.
Голос У Со Вэя звучал немного сухо. Он избегал ее взгляда, уставившись на плавающие в бульоне рыбные шарики:
— Ты работаешь ассистентом в крупной компании, повидала много людей, обладаешь способностями, а я тебя совсем не стою. Я не хочу портить тебе жизнь...
— Только из-за этого? — Юэ Юэ перебила его, улыбка на ее губах слегка померкла. — А я думала, я тебе хотя бы немного нравлюсь.
— Нравишься, ты очень хорошая, — поспешно заговорил У Со Вэй, густо покраснев. — Но это не то... не то чувство, с которым хочется заводить отношения. Мы бы отлично ладили как друзья, честно.
Юэ Юэ помолчала немного, помешивая суп в пиале, и вдруг рассмеялась:
— У Со Вэй, а ты ведь и впрямь простодушный малый.
Она подняла глаза, и во взгляде промелькнуло сожаление:
— Ладно, раз друзья, так друзья. Но, если честно, с такой внешностью, как у тебя, не заводить отношения — просто преступление.
Добавив с легкой шутливой ноткой:
— А вдруг притремся друг к другу, и я передумаю?
У Со Вэй невольно улыбнулся от ее слов, и тяжесть вины на сердце немного рассеялась:
— Тогда... давай сначала побудем друзьями.
Обед прошел вполне непринужденно. Расставаясь, Юэ Юэ направилась к входу в метро, обернулась и махнула ему рукой:
— Еще увидимся! Если понадобится помощь с чертежами — обращайся в любое время.
— До встречи! — У Со Вэй стоял на месте, провожая взглядом ее силуэт, исчезающий за углом, и шумно выдохнул, чувствуя себя так, будто с плеч свалился камень, давивший долгое время.
http://bllate.org/book/23812/2694389
Готово:
