Если бы это было в прошлом, я бы наверняка подумал, что Сухолицый подхватил какое-то психическое заболевание и несет бред, но он упомянул Абсолют — о нем знают только избранные вроде нас.
Если он не из семьи Ван или Девяти Врат, то в прошлом был тесно связан с Мэньюпином или моим Вторым дядей.
Что такое Мать-Дракон? Я начал размышлять над его словами. Раньше в змеиных болотах мы встречали Мать-Змей; неужели Мать-Дракон — это нечто еще более грандиозное, чем Мать-Змей, и неужели в этом мире и правда существуют драконы?
— Кто ты в конце концов такой? — холодно спросил я его.
Сухолицый лишь усмехнулся в ответ, но ничего не сказал.
Дождь шел все сильнее. Мы стояли под ливнем, и в мгновение ока вымокли до нитки. Моя кораллово-флисовая пижама намокла, стала тяжелой и тяжелым грузом повисла на теле, поэтому я скомандовал:
— Больше не ждем. Сначала свяжем его, а потом найдем другое место.
Каньчзянь взял ремень и скрутил пленника. Мы уже собирались уходить, когда Панцзы обернулся и с некоторой нерешительностью в голосе спросил:
— А она? Что с ней делать?
Я посмотрел на Чэнь Цзюэ. Ее бабушку уже отвели в мансарду переждать дождь, а до внучки никому не было дела — она так и стояла одна-одинешенек вдали под дождем.
Взять ее с собой? — мысленно спросил я себя.
Раньше я бы без раздумий взял ее с нами, но теперь я понятия не имел, что произойдет дальше. Она ведь еще совсем девчонка, такая маленькая, в том возрасте, когда положено учиться в школе. Станет ли она таскаться за толпой взрослых дядек, и сможем ли мы как следует о ней позаботиться?
Панцзы молчал. Я знал, о чем он думает: если эту девочку оставить здесь, то даже если сегодня она избежит беды, в будущем бабушка вполне может бросить ее по какой-нибудь другой причине.
Ее бабушку уже не исправить — дожив до столь преклонных лет, она давным-давно увязла в собственных предрассудках.
Мне хотелось забрать ее с собой, но тогда мне пришлось бы отвечать за ее жизнь. Я и так проводил в последний путь слишком многих и чувствовал, что у меня больше нет сил взваливать на себя чужие судьбы.Если бы это был Мэньюпин... Если бы он находился здесь, как бы он поступил? Верно, он спасает лишь тех, кто хочет спасти себя сам. С этой мыслью я посмотрел на Чэнь Цзюэ. Она стояла под дождём, опустив голову, и жадно, огромными кусками уплетала предложенный мной шашлычок из кальмара. Её рот был набит до отказа, а из глаз текли слёзы.
Я замер на секунду.
Неужели она боялась, что мы от неё откажемся? Но она не произнесла ни слова, ничего не попробовала просить — лишь пыталась проглотить слёзы вместе с едой, яростно пережёвывая и проталкивая куски. Я подошёл к ней и сказал:
— Этот шашлык уже остыл, не ешь его. Пусть Панцзы купит тебе новый. Пойдёшь с нами?
Она переводя взгляд с меня на Панцзы, с усилием проглотила кусок и робко произнесла:
— Я не стану вам обузой... Можете отвезти меня к моей маме?
Мы с Панцзы переглянулись и тут же приняли решение. Слепцы снял свою куртку, Панцзы взял её, накинул на голову Чэнь Цзюэ, похлопал девочку по плечу и сказал:
— Сначала идём домой. А если хочешь увидеться с мамой, завтра толстяк-дядюшка отвезет тебя к ней.
...
Вернувшись, я слёг с лихорадкой.
Мне приснился долгий сон, в котором я увидел множество людей.
Я видел А-Нин, Панцзы и Юньцай. Они сидели за столом для маджонга, и костяшки звонко стучали друг о друга, но сами они не двигались — лишь сидели и с улыбкой смотрели на меня, с теми же неподвижными лицами, что были днём.
Я заглянул на этот стол и вдруг заметил, что в самом центре зияет пустота, а внизу плещется прозрачная вода. Она хлынула из середины стола и заточила всю комнату.
Я изо всех сил отчаянно барахтался, пытаясь выплыть ко дну, но когда опустился на самое дно, то увидел Бронзовые Врата. Панцзы и Мэньюпин стояли перед ними. Врата были приоткрыты, источая тусклый белый свет.Панцзы возбужденно посмотрел на меня:
— Скорее иди сюда, Тяньчжэнь, разве ты не хотел давно узнать, что на самом деле скрывается в самом конце?
Мое тело не подчинялось мне, следуя за ними в эту узкую щель в двери.
Перед глазами возник огромный горный пещерный зал, воздух вокруг стал заметно искажаться прямо на глазах, а прямо перед нами находился бездонный горячий источник.
Панцзы и Мэньюпин уверенно шагали прямо в воду источника, не оборачиваясь, как бы я их ни звал.
Мое сознание затуманивалось все сильнее. Я видел, как с каждым их шагом вперед промежуток между их ногами становился все меньше, пока они постепенно не срослись, превратившись в один хвост — то ли змеиный, то ли какой-то другой.
В голове зашумело, накатила волна головокружения, и я воочияв смотрел, как Панцзы и Мэньюпин вошли в горячий источник и медленно погрузились на дно.
Вдруг раздался грохот, вода в источнике взорвалась фонтаном, снова залив мне нос, в груди отозвалась тупая боль, и я почувствовал, что не могу дышать.
— Ха-а...
Я резко очнулся. Панцзы как раз вытирал мне лицо салфеткой и от неожиданности аж подпрыгнул.
Я провел рукой по лицу и обнаружил, что оно всё в воде, после чего спросил Панцзы:
— Что случилось?
— Да так, воду наливал и случайно тебе на лицо плеснул, — виновато усмехнулся Панцзы, протягивая мне салфетку. — Проснулся — так проходи, Сухолицый хочет кое о чем поговорить, тебя только и ждали.
Я похлопал себя по щекам, постепенно приходя в себя, и вслед за Панцзы вошел в комнату.
Сухолицый сидел у окна, привязанный Каньцзянем к стулу кожаным ремнем. Панцзы вошел внутрь и уселся на кровать:
— У Се проснулся, разговор начинается.
Сухолицый посмотрел на меня и усмехнулся:
— Сначала я должен кое в чем убедиться. Маленький Третий господин, какие у вас отношения с Чжан Цилингом?
— Какое отношение? — я нахмурился и перебросил вопрос обратно ему: — А какие отношения между нами ты надеешься увидеть?
— Нет-нет, — Сухолицый покачал головой, его лицо выражало полную издевку. — Я не о том. Я имею в виду, что мне нужны гарантии, и я хочу знать, можешь ли ты прямо здесь и сейчас принимать за него решения? Конечно, при условии, что он уже в курсе, зачем именно он мне понадобился.
Без долгих раздумий я понял, какую игру он затевает, и покачал головой:
— Если так, то я тоже хотел бы сначала кое в чем с тобой разобраться. То, зачем ты пытаешься его отыскать на этот раз — как это связано с остальными? С чего это моему Второму дяде помогать тебе в этой затее?
Сухолицый больше не церемонился:
— У Се, когда мы с ним познакомились, ты еще даже не родился. А что до моих дел с У Эрбаем — еще чего, перед каким-то сопляком из младшего поколения отчитываться.
— Ну ладно, Панцзы, собирай вещи, возвращаемся в Юйцунь, — я потянулся и с улыбкой сказал Сухолицкому: — Можете спокойно ждать его здесь, глядишь, в какой-то день у него будет хорошее настроение, приедет поглазеть на достопримечательности, тут-то вы случайно и столкнетесь.
— Ты!
Я вышел из комнаты, и Панцзы тут же последовал за мной, но в этот момент Сухолицый внезапно окликнул Сяо Хуа по имени:
— Глава Се, а мой подарок вы получили?
Я тут же обернулся и увидел, как Сухолицый холодно усмехается. Он кивнул мне:
— Маленький Третий господин, поймите правильно: когда крутишься в Цзянху, всегда нужно иметь запасной план разбега. Раз уж Чжан Цилинг не держит слово, то глава Се — человек деловой, наверняка ведь согласится обсудить условия?
С этими словами он перевел взгляд на Сяо Хуа, а затем бросил взгляд на Слепца:
— Бумажный гроб — кто из вас его заполучил? Ну как? Разве он уже не начал расползаться наружу прямо от области сердца?
Сяо Хуа среагировал мгновенно — едва тот договорил, как его бабочка-нож стремительно полоснула по одежде Слепца.
После чего мы увидели, что на левой стороне груди Слепца отчетливо выделяется черное пятно размером с ногтей.
http://bllate.org/book/23785/2685047
Готово:
