Таро состоит из семидесяти восьми карт: двадцати двух Старших арканов и пятидесяти шести Младших.
Старшие арканы: ноль — Шут, один — Маг, два — Верховная жрица, три — Императрица, четыре — Император, пять — Иерофант, шесть — Влюбленные, семь — Колесница, восемь — Сила, девять — Отшельник, десять — Колесо Фортуны, одиннадцать — Справедливость, двенадцать — Повешенный, тринадцать — Смерть, четырнадцать — Умеренность, пятнадцать — Дьявол, шестнадцать — Башня, семнадцать — Звезда, восемнадцать — Луна, девятнадцать — Солнце, двадцать — Суд, двадцать один — Мир.
Младшие арканы включают четыре масти: Жезлы, Пентакли, Мечи и Кубки — по десять карт в каждой, а также четыре придворные карты: Паж, Рыцарь, Королева и Король.
Разобравшись с составом колоды, Чи Яо почувствовал себя гораздо увереннее. Он принялся внимательно изучать описание каждого Старшего аркана. Книга была богато иллюстрирована, но Чи Яо не покидало странное ощущение: ему казалось, будто изображения на картах движутся.
Особенно это чувство обострилось на странице с Колесом Фортуны. Огромное, сложное и таинственное колесо парило в пустоте. В самом центре пульсировало хаотичное сияние, а вокруг него вращались три кольца, переливающиеся звездным светом. Они кружились бесконечно, испуская ослепительное, завораживающее сияние.
Чи Яо завороженно смотрел в книгу: в его глазах Колесо Фортуны безостановочно вращалось. Казалось, все существа, изображенные на нем, ожили. Он явственно услышал доносящееся издалека шипение и шорох когтей, трущихся о спицы. Звук нарастал, становясь все отчетливее, словно вот-вот должен был вырваться за пределы книжных страниц.
— Что ты видишь?
Низкий голос прозвучал как ледяная вода, вырвав его из оцепенения. Чи Яо снова сфокусировал взгляд на книге: Колесо Фортуны замерло, никакого движения не было и в помине. Все произошедшее показалось сном.
Он поднял глаза и увидел, что стоявший за стойкой регистрации NPC бесшумно подошел к нему. Серебристо-серые глаза незнакомца казались бездонными.
— Ничего особенного, — небрежно ответил Чи Яо.
NPC усмехнулся. Заметив, что взгляд юноши все еще прикован к странице с Колесом Фортуны, он неожиданно спросил:
— Ты знаешь легенду об этом колесе?
Он пристально смотрел на Чи Яо, и в его тихом голосе сквозила странная, манящая сила.
— Не знаю, — Чи Яо встретился с ним взглядом. — Расскажешь?
Мужчина отвел глаза и на мгновение умолк. На его холодном, как лунный свет, лице промелькнуло сомнение, но затем он заговорил:
— Легенда гласит, что у истоков реки времени существовало древнее государство Фантия. В нем находилось Колесо Жизни — вечный двигатель, который никогда не останавливался. Оно было словно божество-хранитель, направлявшее каждого жителя Фантии через бесконечный цикл перерождений.
Голос мужчины стал ниже, наполняясь тяжестью прожитых веков.
— Но потом соседнее государство, Хородан, окрепло и возвысилось. Из-за борьбы за территории между странами вспыхнула затяжная война. Фантия потерпела сокрушительное поражение, страна была разорена, а ее земли залиты кровью. Бесчисленные души, жаждущие мести и перемен, устремились в Колесо Жизни. Они хотели вернуться, чтобы все исправить, но, к несчастью, после перерождения никто из них не помнил о прошлой жизни. Итог был неизменен: их снова вырезали, а накопленная ими ненависть лишь множилась. Колесо судьбы вращалось в крови и слезах, превратившись в бесконечный цикл отчаяния.
— Что-то не так? — мужчина заметил, как Чи Яо нахмурился, и замолчал.
— Ты говоришь, что каждый раз их уничтожали? Но даже при перерождении время движется вперед, это же не откат назад, — Чи Яо склонил голову, и его серебристые волосы, словно лунный свет, скользнули по плечам. — Даже если душа возрождается, мировая хронология продолжает идти своим чередом. Исторический контекст, соотношение сил — все должно меняться. Как финал может быть каждый раз абсолютно одинаковым?
— Потому что перерождается жизнь, но не судьба. Судьба того государства была предрешена заранее, поэтому даже спустя десять тысяч перерождений финал всегда был один — гибель страны, — равнодушно ответил мужчина.
Чи Яо задумчиво кивнул, призывая его продолжать.
— С каждым новым циклом Колесо Жизни тускнело, пока наконец не выдержало и не разлетелось на тысячи осколков. Когда Фантию уничтожили в последний раз, канал перерождений закрылся навсегда. На руинах скопилось столько ненависти, что она породила нечто ужасное — Колесо Фортуны. Теперь оно правит судьбой мира, а судьба того мира — разрушение. После гибели всего сущего Колесо Фортуны погрузилось в вечный сон в пустоте. Но предсказатели говорили: когда оно снова начнет вращаться, придет новое разрушение.
— Странно, — Чи Яо поджал губы. — Колесо Фортуны символизирует разрушение?
Мужчина покачал головой, и в его серебристо-серых глазах промелькнуло сложное чувство:
— Разрушение часто порождает нечто новое. Возможно, оно означает не окончательную смерть, а лишь временный конец чего-то, намекая на то, что впереди ждут новые начинания и призрачная надежда.
Чи Яо, не до конца поняв сказанное, неожиданно спросил:
— Сколько раз перерождалось то государство?
Мужчина слегка опешил:
— ...раз. Почему ты спрашиваешь?
Чи Яо широко распахнул глаза и подался вперед, пристально глядя на него:
— Откуда ты так много знаешь?
— А ты как думаешь? — мужчина не захотел продолжать разговор и лишь загадочно улыбнулся.
Про себя он изумлялся: как он, всегда такой холодный и отстраненный, мог сегодня так много наговорить какому-то игроку? Хотя, надо признать, этот игрок был очень красив. И белые волосы ему идут, и глаза, и талия такая тонкая...
Мужчина резко оборвал свои мысли и снова принял бесстрастный вид.
— Спасибо... тебе, я пойду наверх. — Чи Яо хотел назвать его по имени, но понял, что не знает, как к нему обратиться.
— Меня зовут Лин. А тебя? — Лин сразу понял, о чем подумал Чи Яо.
— Чи Яо. Чи — как в Чи Ю, Яо — как в слове далекий.
На самом деле Лин давно это знал. Он все время сидел за стойкой, наблюдая за происходящим, и слышал, как игрок представлялся остальным. Но ему хотелось услышать свое имя из уст самого Чи Яо.
— Тогда я пойду, пока!
— Хорошо. — Лин счел одно слово слишком холодным и добавил: — ...пока.
Попрощавшись, Чи Яо направился к лифту: он хотел осмотреть другие этажи и поискать подсказки. Интересно, как там дела у остальных, удалось ли им что-нибудь найти за эти десять минут?
Лин провожал его взглядом, пока юноша не скрылся из виду. Затем он перевел взгляд на оставшихся в зоне отдыха игроков, и его глаза мгновенно похолодели.
— Наверху есть комнаты. Не толпитесь здесь, глаза мозолите.
Не дожидаясь реакции, он вернулся на свое место за стойкой. Игроки, услышав это приглашение, по тону не сильно отличавшееся от приказа проваливать, пока их не прикончили, поспешно поднялись с мест и двинулись к лифтам.
— Ха. — Хуа Сань, который все это время лениво сидел в кресле, дожидаясь чего-то, тихо усмехнулся и обратился к сидевшему рядом Шэнь Сы, который дремал, скрестив руки на груди: — Пойдем, а то босс подземелья еще выйдет из себя.
Шэнь Сы медленно открыл глаза, выпрямился и вместе с Хуа Санем направился к лифту. Глядя в спину идущего впереди Хуа Саня, он лихорадочно соображал: как бы половчее избавиться от этого назойливого типа и найти того самого юношу, что сидел между ними?
http://bllate.org/book/23763/2675322
Готово:
