Готовый перевод Clear Heart Orchid / Ясный разум, чистый дух: Глава 9

Долгое время человек, стоявший на коленях во дворе, не шевелился.

Ши Шэн нетвердой походкой поднялась на ноги. Видимо, она простояла на коленях слишком долго, и ноги затекли, поэтому при попытке встать она пошатнулась и едва не рухнула обратно.

Прятавшийся в тени Инь Цзюэмин вздрогнул и сделал шаг вперед, явно желая поддержать её, но Ван Хань крепко ухватил его за рукав:

— Брат Цзюэмин! Старший брат! Брат Инь! Только что ты сдержался, когда её избивали, а теперь, когда она просто идет, ты уж не вздумай совершить глупость!

Инь Цзюэмин замер, в душе его шевельнулось разочарование. Он оглянулся и пробормотал:

— Я просто хотел помочь ей. Как-никак она девушка, к тому же раненая.

Когда он снова посмотрел во двор, Ши Шэн уже и след простыл. Инь Цзюэмин в досаде нахмурился, раздраженно бросил косой взгляд на Ван Ханя, тряхнул рукавами и зашагал прочь той же дорогой, которой они пришли.

Ван Хань потер нос, чувствуя себя ущемленным:

— Да я-то что сделал? С чего он вдруг разозлился?

Он недовольно скривил губы и поспешил следом. Двор Цингу в Башне Разбитых Душ примыкал к южным передним воротам, которые закрылись сразу после танца Ши Шэн. Сейчас был открыт лишь двор Хуннян, у которого имелся свой широкий вход с северной стороны. Оттуда доносились томные мелодии, но они не вызывали у Инь Цзюэмина ни малейшего отклика. Ван Хань же и вовсе не смел ни о чем думать — этот молодой господин был в ярости, и нужно было вести себя тише воды, чтобы гнев не перекинулся на него.

В конце концов, если этот парень устроит скандал, даже императору придется несладко!

Они обошли Башню и тайком перелезли через забор в укромном углу двора Цингу.

Только они спрыгнули на землю, как раздался суровый окрик:

— Кто здесь?

Оба вздрогнули и, не раздумывая, приготовились бежать, но стоило сделать шаг, как к их горлам приставили сверкающие клинки.

Инь Цзюэмин про себя взвыл от отчаяния: ну надо же, словно в гороскопе было написано — при первом же выходе в свет угодить в такую ловушку!

— Повернуться! — раздался строгий, до боли знакомый голос.

Оба разом содрогнулись. Чему быть, того не миновать!

Смирившись, они повернулись.

Инь Цзюэмин выдавил улыбку, которая выглядела хуже, чем плач:

— Брат, какая встреча! Ха-ха...

Ван Хань тоже уныло пробормотал:

— Брат Цзыко...

Перед ними стоял человек в серебряных доспехах, которые отливали холодным светом в ночной мгле. Его лицо, обычно мягкое, сейчас казалось ледяным и суровым. Это был старший брат Инь Цзюэмина, заместитель военачальника Инь Фэн, известный как Инь Цзыко.

Увидев брата и Ван Ханя, Инь Фэн на мгновение опешил:

— Амин? Ахань? Глубокая ночь, что вы здесь делаете?

Спросив, он вспомнил, как они перелезали через забор, огляделся и мгновенно всё понял. На его лице отразилось негодование:

— Амин, Ахань, вы понимаете, что виноваты?

Оба тут же покорно опустили головы и пропищали, словно комары:

— Виноваты. Больше так не будем.

Инь Фэн покачал головой, привыкший к их неизменным обещаниям:

— Ладно. Сейчас вас проводят обратно, а когда вернусь из патруля, я с вами еще разберусь.

Друзья, понурив головы, поплелись следом за двумя дюжими солдатами, которые взяли их в кольцо. Ван Хань украдкой дернул Инь Цзюэмина за рукав и прошептал:

— Брат Цзюэмин, почему ты не сказал, что твой брат сегодня в ночном патруле?

Инь Цзюэмин раздраженно дернул рукавом:

— А я разве помнил? Если бы я помнил, стал бы я с тобой связываться? И уж точно держался бы подальше от брата, как бы я мог попасться ему на глаза?

Ван Хань лишь молча вздохнул, с тяжелым сердцем плетясь следом. Он молил богов, чтобы Инь Фэн не доложил о случившемся генералу Иню, иначе ему придется собирать вещи и катиться обратно в столицу.

Ши Шэн, стиснув зубы от боли в спине, нетвердой походкой добралась до своей Обители Белой Цапли.

Как только дверь захлопнулась, она обессиленно осела на пол.

В темной комнате не было ни огонька. Ши Шэн сорвала с глаз белую повязку, сжала её в кулаке и, свернувшись калачиком в узкой полоске лунного света, пробивавшегося сквозь окно, замерла.

Пусть будет так. Просто посплю, а завтра всё пройдет. Она часто утешала себя этими словами.

Снег продолжал беззвучно падать, словно пытаясь укрыть этот нелепый и печальный вечер.

***

Резиденция дувэя.

Ван Хань, встревоженный не на шутку, мерил шагами залу:

— Всё, пропали! Это конец! Как думаешь, брат Цзыко не прикажет выпороть нас армейскими палками? Ой, моя спина, она же превратится в кровавое месиво! Брат Цзюэмин, ну скажи хоть что-нибудь! Как ты можешь спокойно пить чай в такое время?

Ван Хань причитал добрую половину часа, но, обернувшись, увидел, что Инь Цзюэмин невозмутимо попивает чай, и пришел в еще большее бешенство.

Инь Цзюэмин сделал еще глоток и спокойно произнес:

— Чего суетиться? Страх не поможет. Если бить — то побьют, от этого не спрячешься.

Ван Хань от этих слов пришел в еще больший ужас: раз он так говорит, значит, порка неминуема!

— Нет, я лучше пойду спрячусь в Обители Заблудшего Гостя! — воскликнул он и бросился к выходу.

Инь Цзюэмин прикрыл лицо рукой. Неужели он труслив, как мышь? Подумаешь, какая беда!

В этот самый момент дверь распахнулась, и Инь Фэн столкнулся с выбегающим Ван Ханем.

Инь Фэн подхватил его, чтобы тот не упал, и с удивлением спросил:

— Ахань? Куда это ты так спешишь?

Ван Хань, схватившись за ушибленный о доспехи лоб, виновато улыбнулся:

— Ха-ха, брат Цзыко, ты вернулся!

— Да, — ответил Инь Фэн и нахмурился. — Вы...

— Заместитель, преступник доставлен. Прикажете допросить сейчас? — прервал его голос снаружи.

Инь Фэн сухо ответил:

— Отведите в темницу, я сейчас приду.

— Слушаюсь!

Когда солдат удалился, Инь Фэн посмотрел на двух парней, с любопытством выглядывавших из комнаты:

— Чего уставились? Я еще с вами не разобрался! Есть время по сторонам глазеть?

Инь Цзюэмин поспешно вжался в стул, а Ван Хань втянул голову в плечи:

— Брат Цзыко, я правда осознал свою вину...

Инь Фэн посмотрел на него:

— Раз осознал — хорошо.

Затем он перевел взгляд на Инь Цзюэмина:

— А ты! Только из лагеря вернулся и снова за старое? Что ты мне обещал? Думаешь, я не могу тебя приструнить?

Инь Цзюэмин послушно опустил голову:

— Брат, я правда всё понял. Да и ничего особенного я не сделал, просто пошел музыку послушать...

— Еще смеешь спорить! — рявкнул Инь Фэн. — Завтра оба отправитесь в лагерь к дяде Шэню.

— Что? Опять? — Инь Цзюэмин широко раскрыл глаза. Снова к Шэнь Чжэнхаю? Он же только полдня как оттуда выбрался!

Он с мукой на лице попытался договориться:

— Может, кого-нибудь другого отправишь?

Инь Фэн был непреклонен:

— Никаких обсуждений! Если завтра вас там не будет, я всё расскажу отцу.

— Хорошо-хорошо, брат Цзыко, не волнуйся! Завтра будем как штык! — поспешно заверил Ван Хань. Он готов был отправиться куда угодно, лишь бы не предстать перед суровым генералом Инем.

Инь Цзюэмин про себя проклял Ван Ханя последними словами.

Инь Фэн бросил на них последний взгляд, еще раз пожурил и поспешно ушел. Видимо, пойманный преступник был очень важен, раз он так легко их отпустил.

Как только Инь Фэн скрылся, Инь Цзюэмин бессильно распластался на полу. Всё, пропали. Снова этот упрямый пень дядя Шэнь. Ну и влипли же они...

http://bllate.org/book/23723/2648967