Сян Лю привычным, уверенным шагом направился в самую глубь пещеры.
Разумеется, в том самом «старом месте» он увидел Е Хуана, который предавался лунным ваннам. Тот был почти целиком, за исключением головы, зарыт в землю, глаза его были плотно закрыты — казалось, он уже погрузился в глубокий сон. Рядом с ним, свернувшись клубком, тоже безмятежно спал Фейфэй.
Сян Лю осторожно подавил свою ауру и, стараясь ступать как можно тише, медленно приблизился, не издав ни звука. Однако, дойдя до места, он, даже не изменившись в лице, протянул руку и ухватил Фейфэя за загривок. Фейфэй тут же распахнул глаза и в ужасе хотел было взвизгнуть, но Сян Лю стремительно зажал ему пасть, так что бедняге оставалось лишь жалобно скулить. Бедный Фейфэй вытаращил глаза, полные страха и беспомощности: ну почему спутник хозяина такой пугающий! Не зря он Великий ёкай — одного его взгляда хватило, чтобы Фейфэй ощутил подавляющую мощь и мастерски притворился мертвым.
Сян Лю потащил Фейфэя к выходу из пещеры и холодно бросил:
— Пикнешь — убью. Ступай к входу и сторожи, сиди тихо.
Сказав это, он небрежным жестом отшвырнул зверька, словно мусор. Все это было проделано с такой легкостью и плавностью, словно он занимался этим каждый день. Фейфэй прокувыркался в воздухе несколько раз и тяжело приземлился на землю. Только теперь он обнаружил, что сторожит не один — рядом был его заклятый враг Маоцю. Увидев вкатившегося Фейфэя, Маоцю приподнял птичью голову и фыркнул, что означало приветствие. Фейфэй, дрожа, поднялся на лапы и посмотрел вслед удаляющемуся Сян Лю; в его глазах читались обида и страх. Но ослушаться приказа он не посмел и поплелся к выходу, чтобы вместе с Маоцю нести бдительную вахту.
К любому, кто осмеливался приблизиться к месту отдыха Е Хуана, Сян Лю относился с безжалостностью зимней стужи.
Когда Сян Лю вернулся в пещеру, Е Хуан уже выбрался из земли и отряхивал одежду от пыли. Услышав приближающиеся шаги, он обернулся и с удивлением заметил, что Сян Лю смотрит на него с предельной сосредоточенностью. Е Хуан пару раз моргнул, притворяясь невозмутимым, и с улыбкой поддразнил его:
— Чего ты так на меня смотришь? Надеешься, что у меня на голове цветы распустятся?
Сян Лю подошел к нему, словно желая в чем-то убедиться, и спросил:
— Почему ты внезапно решил восстанавливать силы здесь, в пещере? Случилось что-то?
Сердце Е Хуана сжалось: неужели Сян Лю и вправду что-то заподозрил?
— Целыми днями собираю травы, варю отвары, прислуживаю больному, вот и вымотался. Пришел сюда отдохнуть, дух восстановить, вот и всё.
Сян Лю подошел ближе, крепко схватил Е Хуана за руки и с силой закатал его рукава, внимательно осматривая кожу. Та была гладкой и нежной, без единой царапины. Увидев это, Сян Лю наконец выдохнул, про себя подумав: Хорошо, что это я лишь зря себя накручивал! Но тогда откуда в горшке с лекарством исходил такой сильный запах крови? Этот вопрос не давал ему покоя.
Е Хуан, делая вид, что озадачен, посмотрел на Сян Лю и спросил:
— Что с тобой? Пару дней тебя не было, а вернулся — сам не свой.
Сян Лю не стал отвечать. Вместо этого он перевел разговор на другое:
— С травами вопрос решен, пора возвращаться. — С этими словами он потянул Е Хуана к выходу из пещеры.
На обратном пути Маоцю летел очень плавно, не издав ни звука; он спокойно и тихо парил в небе. Ветер обдувал их по бокам, но Е Хуан не чувствовал ни холода, ни дискомфорта. Оглядевшись по сторонам, он понял, что Сян Лю, опасаясь, как бы он не простудился на ветру, специально окружил их защитным полем из духовной энергии, отсекающим ледяные потоки воздуха.
— Скоро будем, аккуратнее при спуске. — Сян Лю вовремя подхватил Е Хуана, который чуть не соскользнул с края, и прижал его к себе.
Окружающие считали Сян Лю холодным, жестоким и безжалостным, но на деле он был нежен и предан тем, кто ему дорог — конечно, если знать, к кому именно.
Чернота окутала мир, луна светила тускло, тени деревьев подрагивали. В ночном небе мерцали слабые звезды. Вдалеке, глубоко в лесу, виднелся лагерь Армии Чэньжун, где еще теплились костры.
Е Хуан слегка привалился к Сян Лю и спустя долгое время тихо проговорил:
— Ты так спешил найти меня, не боялся, что Вэнь Сяолю сбежит?
— Она связана крепко, не убежит. К тому же, ради Тушань Цзина она и не станет этого делать.
Сян Лю похлопал Маоцю, приказывая готовиться к посадке. Е Хуан поднялся:
— Вэнь Сяолю и правда верная, жаль только, что она из божественного рода.
Сян Лю видел, что Е Хуан вовсе не испытывает к Вэнь Сяолю неприязни, наоборот, даже ценит ее. Его смущало лишь то, что она принадлежала к божествам.
http://bllate.org/book/23619/2589199
Готово:
