Спустя десять часов в руках у Сюй Сяоцзая оказались настоящие, увесистые деньги.
Гу Шэнъэнь накинул плащ и бросил:
— Бери деньги на лечение. О следующей встрече я сообщу.
У Сюй Сяоцзая саднило горло. Он смахнул с уголка рта слюну, развязал галстук на лодыжках, и в мозг хлынул кислород. Он натянул одеяло, скрывая кровавые следы на простынях.
Гу Шэнъэнь дошел до двери, остановился и, не оборачиваясь, холодно произнес:
— Ни с кем не видеться. Иначе я тебя убью.
Сюй Сяоцзай заторможенно кивнул.
Гу Шэнъэнь толкнул дверь, и в лицо ему ударил порыв холодного ветра.
Сюй Сяоцзай был чист, почти при смерти и жаждал его — словно пара одноразовых палочек, предназначенных только для него. Гу Шэнъэнь изначально думал поиграть разок и забыть. Но в самый разгар процесса Сюй Сяоцзай обвил его шею и прошептал, что хочет поцеловаться, что никогда раньше не целовался.
Черт.
С чего бы это мой рот стал тем, что можно целовать по первому желанию?
Сюй Сяоцзай еще говорил: у тебя такие большие глаза, как звездный свет, как у совы, можешь стать моей совой?
Сюй Сяоцзай еще говорил: от тебя пахнет пихтой, можно я буду спать, обнимая дерево?
Гу Шэнъэнь почувствовал такое раздражение, что тут же зажал ему рот и нос. Едва не придушил до смерти.
Вернувшись домой, он лег в круглую ванну и набрал номер телохранителя, Фагэ:
— Пробей историю болезни Сюй Сяоцзая.
На том конце провода воцарилось молчание, после чего Фагэ ответил:
— Хорошо.
— Гу Суну знать об этом не нужно. Понял?
— Да, молодой господин.
Гу Шэнъэнь положил трубку, встал и посмотрел в зеркало: на спине красовались бесчисленные кровавые полосы.
Черт.
Точно сова.
Гу Шэнъэнь лег в постель, обнял две плюшевые птички и впервые за долгое время крепко уснул.
На следующий день Гу Шэнъэнь пребывал в отличном расположении духа, бодро провел утро, изредка вспоминая вчерашний выброс дофамина. Перед обеденным совещанием он достал телефон и переименовал контакт Сюй Сяоцзая в Куриный Макнаггетс.
Едва он закончил, как пришло сообщение.
Куриный Макнаггетс: В следующий раз можно с презервативом?
Сюй Сяоцзай, сидя в больнице с температурой и расстройством желудка, решил, что раз уж вопрос касается здоровья, промолчать нельзя.
Понтующийся банкомат: А когда ты меня током бил, ты с презервативом был?
Сюй: Это лечение.
Понтующийся банкомат: В прошлый раз ты не отказывался.
Сюй: Я был связан!
Понтующийся банкомат: И еще кровоточил?
Сюй: Уже зажило.
Понтующийся банкомат: Сегодня вечером, на старом месте.
Сюй: Не могу.
Понтующийся банкомат: Почему это?
Сюй: У меня температура. Попрактикуй осознанную медитацию, я же тебя учил. Чистота помыслов и отсутствие желаний — залог долгой жизни.
Гу Шэнъэнь выругался и изменил подпись на Хрупкий Куриный Макнаггетс.
Понтующийся банкомат: Ты решил меня довести до ручки? Чтобы через три дня был в строю!
Сюй Сяоцзай уставился в экран. Этот псих после тридцати шести ударов током еще такой бодрый? Похоже, его болезнь снова обостряется...
Сюй: Ты принимал леденцы для подавления влечения? Не пей алкоголь, когда их принимаешь, иначе лекарство не подействует.
Понтующийся банкомат: Если я буду принимать тебя, то леденцы не понадобятся. Решай эту проблему.
Сюй: Что значит я должен решить? Если электрошок не помог, значит, это уже вне сферы медицинской психологии. Наука не шагнула так далеко, к тому же я всего лишь выпускник университета, а не доктор Гарварда и не глава научного центра!
Понтующийся банкомат: Трахну тебя — считай, что принял лекарство.
Сюй: Ты решил забросить лечение?
Понтующийся банкомат: Если бы это лечилось, ты бы до сих пор был геем?
Сюй: Гомосексуальность и зависимость — разные вещи. Гомосексуальность — не болезнь, а вот сексоголизм — болезнь. Нам нельзя частить, это мешает твоему восстановлению.
Понтующийся банкомат: Ты не забыл, кто ты? Ты не врач, проводящий терапию, ты — шлюха, понял?
Сюй Сяоцзай замер, глядя на экран. Сглотнул, стиснул зубы и ответил:
Сюй: Десять тысяч — это слишком мало. Пятнадцать тысяч за раз.
Понтующийся банкомат: Решил нажиться? Ты что за птица? Истребитель?
Сюй: Шлюха, которая знает твои секреты. Я могу пересказать твою медкарту по памяти. Я знаю, как твой папаша Гу Сун расправляется с любовниками. Сближаясь с тобой, я в любую секунду рискую жизнью. Кто не рискует, тот не пьет шампанского, я ведь тоже иду на риск, как будто меня в Мьянму отправляют, босс.
Понтующийся банкомат: У тебя есть сертификат психолога?
Сюй: Есть.
Понтующийся банкомат: Я устрою тебя в отдел психологического консультирования нашего филиала.
Сюй: Ты хочешь предложить мне работу?
Понтующийся банкомат: Временную.
Понтующийся банкомат: Дам тебе гнездо.
Понтующийся банкомат: Мне так будет удобнее.
Понтующийся банкомат: Не хочешь?
Сюй Сяоцзай пришел в возбуждение и усмехнулся.
Сюй: Хорошо, босс.
Гу: Жди вестей!
Гу Шэнъэнь погасил экран и перевел взгляд на презентацию на мониторе.
Перед экраном Сунь Цзиньпин из отдела маркетинга с лазерной указкой в руках, бледный как полотно, отчитывался о квартальных показателях.
Сунь Цзиньпин, обливаясь потом, дрожащим голосом докладывал:
— Группа компаний Гулин инвестировала в триста двадцать элитных курортов в Юго-Восточной Азии, охватывающих Таиланд, Индонезию, Малайзию, Вьетнам и другие популярные туристические направления. Наша доля рынка в этом квартале упала на 5%. Основные причины: во-первых, изменение политики. Правительства стран Юго-Восточной Азии недавно ввели строгие экологические нормы, ограничивающие расширение и эксплуатацию курортов. Во-вторых, агрессивное вмешательство конкурентов. Местная корпорация Хэнъюань в последние годы стремительно развивается и отхватывает значительную долю рынка. В-третьих, изменение рыночного спроса. Из-за замедления мировой экономики спрос на элитные курорты падает, туристы предпочитают более выгодные отели среднего класса. В-четвертых...
Гу Шэнъэнь внезапно помрачнел, перестал барабанить пальцами по столу и оборвал его:
— Сунь Цзиньпин, мне нужно четкое решение, а не оправдания.
В конференц-зале мгновенно воцарилась тишина, стало слышно, как дышат люди.
Сунь Цзиньпин, с которого градом катился пот, заикаясь, пояснил:
— Мы сделали все возможное, но конкуренты ведут слишком жесткую ценовую войну, нам трудно...
— Ценовую войну? — перебил его Гу Шэнъэнь. — Вы сидите сложа руки и просто смотрите, как у вас отбирают рынок? Группе Гулин не нужны некомпетентные руководители.
Он поднялся, опираясь руками о стол:
— Сегодня же создать специальную группу по работе с государственной политикой, которая займется переговорами с правительствами стран Юго-Восточной Азии для получения поддержки. Через три дня я хочу видеть подробное досье на корпорацию Хэнъюань.
— Хорошо, хорошо... — закивал Сунь Цзиньпин.
Гу Шэнъэнь холодно добавил:
— Передайте отделу маркетинга, что целевой показатель роста на рынке Юго-Восточной Азии повышается до 15%. Если в следующем квартале результат будет таким же, заменим людей.
Сунь Цзиньпин возразил:
— Господин Гу, это... 15% — не слишком ли высокий показатель? В конце концов...
Гу Шэнъэнь ледяным тоном оборвал его:
— Ли На!
Ли На из отдела кадров тут же вскочила с заднего ряда:
— Слушаю вас.
— После совещания останьтесь.
— Хорошо, господин президент.
...
Совещание закончилось, топ-менеджеры, обливаясь холодным потом, поспешно удалились. Ли На сжала руки и выдавила улыбку:
— Господин президент, что прикажете?
Гу Шэнъэнь многозначительно спросил:
— В последнее время у всех большой стресс. Как работает наш отдел психологического консультирования?
— Все отлично, господин президент. По результатам ежегодного медосмотра 98% сотрудников психически здоровы.
— Остальные 2% взять на особый контроль.
— Слушаюсь, господин президент.
Гу Шэнъэнь прочистил горло, достал из ящика стола резюме и положил на стол:
— Психолог Сюй Сяоцзай. Найдите для него должность. Отдельный кабинет, хороший ремонт, звукоизоляция должна быть на уровне. Я буду периодически встречаться с ним для медитаций.
http://bllate.org/book/23596/2583337
Готово:
