Гавань Лиюэ — Снежная ночь
— Вы... вы не подскажете... можно ли у вас переночевать?
Голос девушки едва заметно дрожал, замирая у заснеженных дверей. Когда хозяин дома открыл их, первое, что бросилось ему в глаза, — это её волосы, подернутые инеем. Снежинки, застрявшие в редкой челке, таяли, превращаясь в капли, которые дорожками стекали по щекам.
Пар от её дыхания окутывал лицо, обнажая ясные, словно янтарь, миндалевидные глаза. Под изящным носом виднелись бескровные, потрескавшиеся губы, отчего овальное лицо казалось еще бледнее. Было очевидно, что она провела на морозе слишком много времени и не получала ни тепла, ни еды.
Хозяин дома помолчал, затем развернулся, вошел в дом и вскоре вернулся с толстым ватником и кружкой дымящейся воды. Он протянул ей чашку и виновато произнес:
— Прошу прощения, но сегодня у меня гости, свободных комнат совсем не осталось.
Сказав это, он бережно накинул ватник на плечи девушки.
Она была невысокой, и широкая одежда укрыла её застывшие колени, мгновенно окутав тело теплом. Девушка сделала несколько маленьких глотков, и на бледных щеках наконец проступил слабый румянец. Она уже собиралась поблагодарить хозяина, но почувствовала, как ей в руки сунули тяжелый мешочек.
— Здесь немного моры, этого хватит, чтобы снять комнату на пару дней.
Не успела она отказаться, как дверь тихо захлопнулась.
Девушка сжала теплый мешочек с морой, переполненная благодарностью, но, подняв голову, увидела лишь бескрайнюю снежную пелену. Все дома вокруг стояли с наглухо закрытыми ставнями, а окна были дополнительно заклеены бумагой — хозяева явно спасались от пронизывающего ветра. В такую погоду разве найдешь открытый постоялый двор?
Она, пошатываясь, ступила на деревянный мост. Тяжесть в груди становилась невыносимой, в ушах стоял гул, а участившееся сердцебиение отсчитывало последние секунды жизни.
— Откуда эта дурнота? Почему я оказалась в этой незнакомой глуши? С трудом добралась до города, и тут этот буран... Бабушка все еще ждет, что я позабочусь о ней, я так скучаю... Неужели я правда здесь умру?
В отчаянии она заметила на другом берегу еще один дом. Фонарь под крышей раскачивался на ветру, то вспыхивая, то угасая — словно единственный огонек во тьме.
— Попробую еще раз. В последний раз.
Стиснув зубы, она из последних сил направилась к свету. Подойдя ближе, она разглядела вывеску с тремя иероглифами: Ритуальное бюро Ваншэн. Старинная надпись слабо мерцала в свете фонаря.
Гавань Лиюэ — Ритуальное бюро Ваншэн
— Эй, гость-консультант! Помоги-ка! Подбрось дров в кабинет!
Звонкий голос донесся из глубины зала. Девушка в розовой накидке, чей красно-белый наряд выглядел особенно ярко, весело помахивала темными кончиками волос.
Чжун Ли, которого она назвала гостем-консультантом, неспешно подошел, неся на деревянном подносе несколько сухих поленьев. Он спокойно положил их в камин, слегка дунул, и пламя весело затрещало, мгновенно наполняя комнату теплом.
— Хозяйка бюро, чем вы опять заняты?
— Ой, скоро же Праздник морских фонарей! Я вот решила написать парные надписи, чтобы добавить нашему бюро праздничного настроения! — Ху Тао моргнула своими выразительными глазами, и в её голосе зазвучали детские нотки восторга.
Едва закончив, она размашисто протянула Чжун Ли только что написанный свиток.
Чжун Ли опустил взгляд. На красной бумаге красовались легкие, но уверенные иероглифы. В каждом штрихе чувствовалась грация, удивительно похожая на характер самой Ху Тао — словно молодая ива ранней весной, гибкая, но крепкая. Писала она и правда неплохо. Однако, прочитав содержание, он тут же нахмурился.
Верхняя строка: Процветание бизнеса охватит все четыре моря.
Нижняя строка: Богатство и доходы достигнут всех трех рек.
Центральная надпись: Грандиозные свершения.
— С точки зрения здравого смысла, эта надпись совершенно не подходит для ритуального бюро, — с легким вздохом заметил Чжун Ли.
— А? Почему это не подходит? — Ху Тао надула губы. — Смотри, охватить моря и достичь рек — это же значит, что бизнес процветает повсюду! Как раз для такого торгового места, как наше! А центральная надпись только подчеркивает блестящие перспективы развития бюро, разве не здорово?
Не успела она договорить, как получила легкий щелчок по лбу. Чжун Ли бросил на неё взгляд, который ясно говорил: если ты посмеешь это приклеить, я лично отлуплю тебя от имени твоего деда.
— Ой, ладно-ладно, ошиблась! — Ху Тао показала язык. — Конечно, я знаю, что не подходит, просто дразню тебя! Ты вечно такой серьезный, гость-консультант. Держи, я уже написала нормальный вариант!
Она достала из-за спины три красных свитка с высохшими чернилами и развернула их перед Чжун Ли.
Верхняя строка: Красная слива в снегу возвещает рассвет тысячи домов.
Нижняя строка: Зеленая ива встречает весну, обновляя все вокруг.
Центральная надпись: Весна возвращается на землю.
— Ну как тебе? — Ху Тао победно вскинула подбородок. — Красная слива и зеленая ива как раз перекликаются с моей одеждой, да и почерк мой тут хорош! А что до рассвета в тысяче домов... ну, ты же понимаешь, я ведь каждый день рекламирую услугу вторая могила за полцены, так что о нас и так все знают!
Чжун Ли посмотрел на её лукавое лицо и промолчал. Ху Тао, заметив это, довольно кивнула:
— Знаю, что хорошо! Жди, сейчас приклею!
Схватив надписи, она вприпрыжку побежала к выходу.
Гавань Лиюэ — Ритуальное бюро Ваншэн
Тянь И стояла у входа. Удушье в груди не давало вздохнуть, сил поднять голову, чтобы прочесть вывеску, почти не осталось.
— Еще раз... в последний раз...
Она дрожащей рукой потянулась к двери, но в тот же миг в груди будто что-то взорвалось, и онемение мгновенно разлилось по всему телу. Мир вокруг закружился и поплыл, шум метели в ушах начал стихать.
В этот самый момент Ху Тао потянула дверь на себя, собираясь приклеить надписи. Раздался глухой стук, и чье-то тело повалилось прямо к её ногам — если бы она не открыла дверь в этот миг, девушка просто ударилась бы о дерево.
Ху Тао посмотрела на лежащую без сознания незнакомку, затем перевела взгляд на летящий снег и крикнула вглубь дома:
— Гость-консультант! Чжун Ли! Живо неси гроб! К нам клиент пожаловал!
http://bllate.org/book/23591/2581047
Готово:
