Слухи о том, что номер 68 — бывший фаворит турниров — вернулся в Яньчан, быстро разлетелись по всему периметру.
В тот вечер, когда Пэй Цзинь вышел на арену, трибуны были забиты до отказа. Стоило ему появиться в полумаске, скрывающей часть лица, как зал взорвался оглушительным ревом.
— Номер 68! Прикончи его!
— Он правда вернулся! Черт возьми, 68-й! Я поставил на тебя все, что у меня было! Только попробуй проиграть!
— Ты все еще ставишь на него? Слышал, его прибрал к рукам какой-то мажор из богатой семейки. А вдруг он вернулся только ради того, чтобы покрасоваться перед своим спонсором?
— Точно! Его же купили за огромные деньги. Видал, что у него на шее? Собачий ошейник! А теперь еще и лицо спрятал, не дает разглядеть. Наверняка хозяин не хочет, чтобы его игрушка слишком сильно пострадала. Не буду на него ставить.
— Плевать на все это! 68-й, сделай их!
Гул толпы нарастал. Пэй Цзинь едва заметно нахмурился.
— Слишком шумно.
В закрепленном наушнике, который он надел перед выходом, раздалось недовольное ворчание Вэнь Яня. Пэй Цзинь опустил взгляд и беззвучно усмехнулся, и раздражение, только что закипевшее в его глазах, немного улеглось.
— Молодой господин, в подпольных боях всегда так.
Пэй Цзинь бросил быстрый взгляд на соперника, уже принявшего боевую стойку, и понизил голос:
— Если вам это интересно, придется привыкнуть к шуму.
В ответ из наушника донеслось лишь холодное фырканье Вэнь Яня.
В этот момент над ареной раздался голос диктора, отсчитывающего последние секунды до начала. Пэй Цзинь стер с губ усмешку и впился ледяным взглядом в противника.
Не прошло и минуты, как он одним ударом ноги отправил мужчину в полет за пределы ринга. Под бешеный рев и свист толпы Пэй Цзинь стоял у края арены, равнодушно наблюдая за тем, как поверженный враг корчится на полу, обхватив живот.
С бесстрастным видом он опустил веки и начал неторопливо закатывать рукава. На его простой футболке не было ни единой складки.
— Так быстро закончил?
Раздался недовольный голос Вэнь Яня. Пэй Цзинь на секунду замер.
— Молодому господину показалось недостаточно? — он слегка приподнял бровь. — Или вы разочарованы, что не увидели, как бьют меня?
— И то, и другое.
Вэнь Янь на том конце провода даже разочарованно вздохнул.
Пэй Цзинь тоже вздохнул в ответ:
— Вы еще успеете насмотреться. В первых раундах всегда идут разминочные бои. Яньчан требует, чтобы рабы контролировали время поединка, действовали постепенно, чтобы подогреть толпу и заставить их делать ставки.
Он терпеливо объяснял своему молодому господину:
— Здесь бои идут на выбывание. Нужно победить пятнадцать раз подряд без перерыва, чтобы получить право выйти в финал.
Едва он договорил, как начался второй раунд. Пэй Цзинь развернулся и вернулся в центр арены. Как он и предсказывал, в течение пяти раундов противники были до того слабыми, что ему не приходилось даже прилагать усилий для победы.
Но с шестого раунда все изменилось.
Уставившись на Сюн Лаосаня, который уверенно шагнул на арену, Пэй Цзинь нахмурился, остро почувствовав неладное. По правилам жеребьевки, такой фаворит, как Сюн Лаосань, не мог встретиться ему раньше десятого раунда. Даже если за время его отсутствия навыки Сюн Лаосаня не ухудшились, он не должен был появиться так рано.
Очевидно, кто-то подстроил для него ловушку.
Предчувствие Пэй Цзиня не обмануло. Начиная с Сюн Лаосаня, уровень его противников стал резко расти, а к десятому раунду на арену вышли сразу трое против одного. Впрочем, в Яньчане это было обычным делом: если кто-то из богатых спонсоров готов был заплатить, организаторы без колебаний добавляли бойцов. Но все знали, что Пэй Цзинь — раб, у которого уже есть хозяин. А те, кто покупает рабов в Яньчане, не из простых людей, и никому не хотелось наживать себе врагов без веской причины.
Когда маску на его лице разбили, в глазах Пэй Цзиня застыл холод. Он вытер кровь с губ и, обводя ледяным взглядом окруживших его троих бойцов, почувствовал, как внутри поднимается яростная жажда убийства.
— Ты проигрываешь?
Именно в этот момент Вэнь Янь, как ни в чем не бывало, насмешливо произнес:
— Если проиграешь, я просто оставлю тебя здесь, в Яньчане.
Пэй Цзинь отвлекся, замешкался на долю секунды и пропустил удар в голень. Он с досадой вздохнул, отступил, уходя от атаки двоих, и, резко развернувшись, чисто и жестко ударил третьего, пытавшегося напасть со спины, прямо в область сердца. Тот рухнул на пол и тут же потерял сознание.
— Хороший удар.
Один из оставшихся противников бросился вперед, но Пэй Цзинь, ожидавший этого, пригнулся и сбил его с ног подсечкой.
— Неплохо увернулся.
Пэй Цзинь замер, едва не пропустив кулак третьего бойца. Он уклонился и в спешке ударил противника в живот.
— А этот удар был так себе.
Пэй Цзинь: …
У него на лбу забилась жилка. Сохраняя невозмутимое выражение лица, он беззвучно выдохнул. Только когда динамики объявили о десятой победе подряд, он наконец отошел в угол и медленно перевел дух.
— Молодой господин, вы…
Слова о том, не мог бы он помолчать, он вовремя проглотил. Пэй Цзинь снова тяжело вздохнул и сменил тон на более вежливый:
— Вы знаете, что ваши комментарии мешают вашему рабу побеждать?
Его голос охрип и был пропитан бессилием.
— Знаю, — ответил Вэнь Янь. — Но мне весело. Что ты собираешься с этим делать?
Голос его оставался спокойным и отстраненным, но в нем отчетливо слышалась уверенность в собственной правоте. Кадык Пэй Цзиня дернулся.
— Конечно, я буду слушаться вас.
Он опустил глаза и глухо усмехнулся:
— Раз вам весело, то пусть так и будет.
Вэнь Янь действительно не знал границ. В последующих четырех раундах противники становились все сильнее, но даже сквозь шум боя в ушах Пэй Цзиня постоянно раздавался отвлекающий голос молодого господина. В конце концов, Пэй Цзинь привык. Даже пропуская удар и слыша в наушнике холодный смешок Вэнь Яня, он лишь слегка кривил губы в ответ.
После четырнадцатой победы рев толпы стал оглушительным. Новые раны наслаивались на старые, знакомая боль пронзала все тело. Пэй Цзинь молча вытер кровь с губ, и в его взгляде все труднее было сдерживать ледяную ярость. Даже спустя год в этом проклятом месте он не мог привыкнуть. Он всей душой ненавидел эту грязную, шумную дыру.
Холодно глядя на противника, вышедшего на пятнадцатый раунд, Пэй Цзинь приподнял бровь. Это было знакомое лицо.
— Цзян Ваннань.
В наушнике раздался насмешливый голос Вэнь Яня:
— Если бы ты не вмешался в тот вечер, он был бы моим рабом.
Пэй Цзинь промолчал. Цзян Ваннань медленно подошел и встал напротив. В отличие от Пэй Цзиня, покрытого боевыми шрамами, он выглядел довольно свежо, на лице остались лишь легкие ссадины.
— Давно не виделись.
Увидев Пэй Цзиня, он прищурился и улыбнулся:
— Не ожидал, что мы снова встретимся.
Пэй Цзинь не ответил. Привыкший к его холодности, Цзян Ваннань не обиделся. Он подошел на два шага ближе и понизил голос:
— Брат Чэн сказал: если я не покалечу тебя сегодня, он покалечит меня. Как думаешь, что мне делать?
Его взгляд случайно упал на ошейник Пэй Цзиня, и, заметив ярко-красную точку в центре устройства, Цзян Ваннань осекся. Он быстро отступил, выпрямился и для вида дважды кашлянул.
Пэй Цзинь бросил на него ледяной взгляд.
— Ты все слышал, кашель не поможет. Мой покупатель отдал приказ, у меня нет времени с тобой играть.
Цзян Ваннань равнодушно хмыкнул:
— Твой покупатель, а не мой. Какое мне дело? — он пожал плечами. — Я отдыхал несколько дней. Если проиграю тебе, Брат Чэн сломает мне ноги.
— Я нашел твоего брата, — почти сразу после слов Цзян Ваннаня невозмутимо произнес Пэй Цзинь.
Цзян Ваннань: ?
Улыбка мгновенно исчезла с его лица.
— Что ты сказал? — переспросил он, не в силах поверить своим ушам.
Пэй Цзинь слегка улыбнулся ему, а затем, под ошарашенным взглядом Цзян Ваннаня, развернулся и отошел к своей позиции.
— Эй, ты…
— Просим номер 134 вернуться на позицию, подготовка к бою начинается!
Голос диктора прозвучал в самый нужный момент, прервав Цзян Ваннаня на полуслове.
Цзян Ваннань: …Черт!
Он несколько секунд смотрел на невозмутимого Пэй Цзиня, не сдержал ругательство, а затем, полный злости, вернулся на место.
Последний бой закончился быстрее всех предыдущих. Цзян Ваннань поддавался настолько явно, что Пэй Цзинь даже не успел толком начать атаку: во время «попытки отступления» Цзян Ваннань якобы запутался в собственных ногах и под возгласы изумленной толпы кубарем вылетел с ринга.
…
Зал погрузился в короткую тишину. Только когда Пэй Цзинь выпрямился, а из динамиков начало звучать «Победитель — номер 68», зрители будто очнулись. Арену накрыла волна яростных криков.
— Черт! Что творит 134-й?!
— Когда 68-й был здесь, 134-й сражался с ним почти на равных! За пару дней так сдал?!
— Ты куда смотришь?! Это же явная подстава! Он даже не пытается играть! Верните мои деньги!
— Черт возьми! Что за договорной матч! Верните деньги!
Зрители, и без того взвинченные, окончательно потеряли голову. Некоторые, не сдерживаясь, начали кидать на арену все, что попадалось под руку. Пустая пачка из-под сигарет легко ударила Пэй Цзиня в плечо.
Он не шелохнулся, глядя вниз, как несколько громил прижимают Цзян Ваннаня к полу и заковывают в цепи.
Цзян Ваннань тоже смотрел на него. Их взгляды встретились, и Цзян Ваннань даже одарил Пэй Цзиня дерзкой улыбкой.
http://bllate.org/book/23381/2514835
Готово:
