Чжоу Чжэнке слегка нахмурился, его лицо приняло озабоченное выражение:
— Этим вопросом занимался не я лично. Если нужно, я могу предоставить контактные данные доверенного лица, возможно, здесь кроется какое-то недоразумение. Капитан Цзян, вы, вероятно, не в курсе, что я последние несколько лет жил за границей и вернулся совсем недавно. Многие внутренние дела страны мне не до конца ясны.
— А требовали ли вы от Ван Чжэня управлять школой согласно вашим указаниям? — спросил Цзян Чэньюнь.
Чжоу Чжэнке задумался, вновь нахмурив брови:
— Капитан Цзян, я лишь инвестировал в старшую школу Аньчэн, но это вовсе не означает, что я вмешиваюсь в управление или даю какие-либо распоряжения директору.
Сделав глубокий вдох, он добавил:
— Я слышал о недавних событиях в школе, это повергло меня в шок и вызвало глубокое сожаление. Перед тем как прийти сюда, я связался с отцом, и мы решили от имени компании Фэнхэ Интернэшнл основать фонд по борьбе с травлей в школах, чтобы оказывать финансовую и материальную помощь пострадавшим детям. Как предприниматель, я сделаю всё, что в моих силах, но прошу не приписывать мне того, чего я не совершал.
Цзян Чэньюнь пристально посмотрел на него, читая в его глазах искренность:
— Благодарю за сотрудничество.
— Не стоит благодарности, капитан, это мой долг.
Выйдя из комнаты допросов, Чжоу Чжэнке заметил стоявшего в коридоре Цяо Юйчуаня. На его лице появилась улыбка, он направился к нему и протянул руку:
— Профессор Цяо, наслышан о вас.
Цяо Юйчуань обменялся с ним взглядом и пожал протянутую руку, сохраняя подчеркнуто вежливую дистанцию:
— Здравствуйте.
Когда он попытался отстраниться, Чжоу Чжэнке крепче сжал его ладонь:
— Профессор Цяо, вы мой кумир, я искренне вами восхищаюсь. В этом году я планирую поступать в магистратуру, и психология, которой вы занимаетесь, — моя главная цель.
Он сделал шаг вперед, сокращая дистанцию, и негромко произнес:
— Надеюсь, в будущем мы станем учителем и учеником.
Брови Цяо Юйчуаня едва заметно дрогнули:
— Что ж, желаю вам успеха.
Чжоу Чжэнке разжал руку, сохраняя на лице умеренную улыбку, и перевел взгляд на стоявшего за спиной Цяо Юйчуаня капитана:
— Капитан Цзян, если я понадоблюсь для следствия, я всегда готов помочь.
Проводив Чжоу Чжэнке взглядом, Цзян Чэньюнь подошел к Цяо Юйчуаню и внимательно осмотрел его руку — он с трудом сдержался, чтобы не вырвать её из хватки того человека. Заметив его беспокойство, Цяо Юйчуань тихо произнес:
— Всё в порядке.
— У тебя травмировано запястье, будь осторожнее, — проворчал Цзян Чэньюнь, скрипнув зубами. Неизвестно, что у того на уме было. — Хэ Лан, немедленно проверь Чжоу Чжэнке, выясни, контактировал ли он с Ван Чжэнем или Сунь Цзэхао.
— Есть!
Подошедший Ли Можань, увидев, как Цзян Чэньюнь держит профессора за руку, скривился и протянул отчет:
— Результаты экспертизы: почерк на обеих записках идентичен, писал один и тот же человек.
Цзян Чэньюнь мельком взглянул на отчет и передал его Цяо Юйчуаню:
— Расследование Пэн Жаня займет ещё немного времени.
Цяо Юйчуань кивнул:
— Тогда давай сначала навестим Ван Жаня в больнице.
— Хорошо.
Оставленный без внимания Ли Можань сердито закусил губу, а увидев в дверях судмедэкспертизы Чжао Сяохэ, просто закатил глаза и ушел.
В больнице выяснилось, что состояние Ван Жаня крайне нестабильно. Лечащий врач передал им документы:
— Мы наблюдаем за пациентом, есть подозрения, что из-за сильного потрясения у него развилось психическое расстройство.
— Психическое расстройство? — нахмурился Цзян Чэньюнь.
— Да, родители уже подали прошение на проведение психиатрической экспертизы.
Заглянув через окно в палату, они увидели Ван Жаня, который сидел на кровати с пустым взглядом, пока мать чистила рядом апельсин.
— Несколько дней назад мать пациента неосторожно взяла нож для фруктов, это спровоцировало приступ, — пояснил врач. — Теперь в палате запрещены любые опасные предметы.
— Можно мне поговорить с ним? — спросил Цяо Юйчуань.
Врач замялся, но после того, как он переговорил с матерью пациента, та вышла в коридор:
— Офицеры, мой сын сошел с ума, он перестал узнавать даже меня! Оставьте его в покое. Он ведь просто ребенок, даже если совершил ошибку, он уже сполна за неё расплатился. Вместо того чтобы преследовать его, лучше найдите настоящего убийцу, того демона, который совершил преступление в школе.
Цзян Чэньюнь нахмурился, но Цяо Юйчуань, мягко коснувшись его руки, спокойно ответил женщине:
— Каждый должен отвечать за свои поступки. Возможно, вы считаете сына невинным, но те, кому он причинил боль, пострадали гораздо сильнее. То, что он совершил преступление в здравом уме, не отменяет его вины, даже если сейчас он невменяем. Мы доведем дело до конца, и в зависимости от результатов экспертизы будем действовать по закону.
Выйдя из больницы, они переглянулись. Внезапное безумие Ван Жаня было крайне невыгодно для следствия.
— Как думаешь, он действительно сошел с ума? — прищурившись, спросил Цзян Чэньюнь.
— Экспертизу будет проводить профессор У Гуанчэн, это авторитетный специалист, так что результаты будут достоверными, — ответил Цяо Юйчуань.
В этот момент зазвонил телефон капитана. Это был Хэ Лан:
— Шеф, Чжоу Чжэнке приехал в управление.
Вернувшись в участок, они встретили Чжоу Чжэнке, который привел с собой человека.
— Капитан Цзян, вы упоминали финансовые вопросы, я во всем разобрался, — Чжоу Чжэнке указал на сопровождаемого им Ли Шу. — Этот человек отвечал за связь с Ван Чжэнем. Деньги, предназначавшиеся для школы, он переводил на личный счет Ван Чжэня, присваивая часть средств себе.
Цзян Чэньюнь посмотрел на понурого Ли Шу и кивнул Хэ Лану, чтобы того увели.
— Благодарю за помощь, господин Чжоу.
— Не стоит, капитан. Вы и ваши сотрудники проделали огромную работу. Надеюсь, однажды смогу пригласить вас на ужин, чтобы выразить свою признательность.
Цзян Чэньюнь вежливо улыбнулся:
— Вы слишком любезны, но у нас очень плотный график, боюсь, времени не найдется.
Чжоу Чжэнке понимающе кивнул и удалился.
На следующее утро Пэн Жань наконец взломал систему и получил доступ к анонимным зарубежным счетам Чжао Кэтао. Одновременно с этим Хэ Лан предоставил отчет по Ли Шу. Цзян Чэньюнь и Цяо Юйчуань внимательно изучили бумаги и переглянулись.
В семь утра в комнате допросов Сунь Цзэхао, выглядевший измученным, раздраженно бросил:
— Сколько можно спрашивать? Я же всё сказал!
— Всё сказал? — прищурился Цзян Чэньюнь. — Тогда объясни, почему ты передал Сунь Пину эту записку.
Сунь Цзэхао вздрогнул, увидев клочок бумаги:
— Я не знаю, это не я!
Цзян Чэньюнь усмехнулся:
— Не знаешь? А техническая экспертиза утверждает, что почерк на этой записке принадлежит именно тебе.
http://bllate.org/book/23376/2514133
Готово:
