Возможно, отвесив сыну пощёчину, отец Ло Цзе почувствовал некоторое облегчение. Теперь его уже не интересовало, почему Второй молодой господин Жун ударил его сына, — он хотел лишь поскорее узнать, чьего Цилиня тот задел, чтобы немедленно притащить отпрыска с повинной.
— О, это тот самый Жун Ань, — невозмутимо ответил заведующий учебной частью, наблюдая, как лица отца и сына Ло сменяются с бледных на черные. Видите ли, не только он один был напуган — эти двое перепугались куда сильнее. — Он вырос на окраинной планете и считал себя зверолюдом, а плоды в своем Пространстве принимал за обычные фрукты.
Как только прозвучали эти слова, отец Ло Цзе сразу во всем разобрался. Он давно был наслышан о том, насколько ненадежен Второй молодой господин Жун, поэтому неудивительно, что тот мог вырастить сына-Цилиня, который воображает себя зверолюдом. Вот только яма, которую вырыл Второй молодой господин Жун, оказалась слишком глубокой — в ней погребло немало людей.
— Плод Цилиня был его! — дошло наконец до Ло Цзе. — Тогда я возьму на себя ответственность, я женюсь на нем!
Заведующий учебной частью едва не поперхнулся чаем. Неужели у этого парня проблемы с головой?
— Да кто тебе позволит! — отец Ло Цзе действительно хотел, чтобы сын женился на Цилине, но ударить чужого Цилиня, а потом еще и свататься? Кто сказал его сыну, что в этом мире всё так просто? Еще легко отделались, что Ассоциация защиты Цилиней не устроила публичную выволочку. — Немедленно иди и извинись…
— Пусть посидит дома пару дней, — посоветовал заведующий. — В клане Жун за последние поколения родился всего один Цилинь.
Если не хочешь получить побои — лучше пережди, это был добрый совет от заведующего.
Отец Ло Цзе мгновенно смекнул, почему Второй молодой господин Жун не избил его сына в тот же день, когда случилась драка. Вероятно, он только потом узнал, что Жун Ань — Цилинь. Отец Ло Цзе не мог сказать вслух, что, мол, спасибо этому избиению, ведь только благодаря ему клан Жун понял, что Жун Ань не зверолюд, — иначе его бы тут же заплевали от возмущения.
Не успели отец и сын Ло выйти из кабинета, как в дверях появилась Госпожа Жун, бережно прижимая к себе маленького Цилиня.
— Специализацию сменили? — Госпожа Жун с гордостью посмотрела на маленького Цилиня. — Он из нашего клана Жун.
Да, он из вашего клана, заведующий уже всё понял. Госпожа Жун пришла сюда, чтобы они официально подтвердили перевод, а заодно и похвастаться. Клан Жун, в котором несколько поколений не рождалось самок, явно сошел с ума, так что лучше их не злить.
А Ло Цзе, стоя в стороне, ошарашенно смотрел на маленького Цилиня в руках Госпожи Жун. Такой крошечный, такой милый.
Заметив Ло Цзе, Жун Ань машинально уткнулся носом в объятия Госпожи Жун. Смешно! Его и так уже избили до полусмерти, разве хватит совести смотреть на обидчика? Позор-то какой.
Жун Ань явно не догадывался, что пришедший в себя Ло Цзе считал, что именно он опозорился по полной программе. Зверолюд, избивший Цилиня, — это уже не вопрос того, найдет он себе жену или нет. Его будет презирать вся звездная система, вот уж позор так позор.
Быстро расти
Поскольку в последние дни трансформация была нестабильной, Жун Ань не решался принимать человеческий облик, боясь, что войдет в кабинет на двух ногах, а выйдет — на четырех лапах.
Жун Ань прижался к Госпожи Жун и молчал. Почему бабушка не могла подождать, пока он стабилизирует форму, прежде чем тащить его сюда?
— Факультет мехов, — твердо произнесла Госпожа Жун.
Жун Ци, только переступивший порог кабинета, услышал слова бабушки. И так было ясно, что это выбор самого младшего кузена. А вот навязанный ранее факультет боевых искусств выбрал второй дядя, и Жун Ци не хотел лишний раз комментировать ненадежность Второго молодого господина Жун.
— Это… — заведующий уже получил заявку на перевод от клана Жун, но действительно ли стоит отправлять редкого и драгоценного Цилиня на факультет мехов? Не будут ли его там обижать грубые зверолюды? Конечно, они не посмеют причинить вред самке, но наверняка будут тайком пытаться приударить за Цилинем.
Школа была крайне заинтересована в студентах-Цилинях: не говоря уже о престиже, один лишь вид Цилиня мог привлечь на обучение множество сильных зверолюдов. Но разве Цилини не должны отсиживаться на факультете растениеводства? Ой, то есть, быть окруженными всеобщим почитанием. С чего вдруг ему понадобилось на факультет мехов?
«Именно на факультет мехов!» — Жун Ань, опасаясь, что перевод отменят, протянул лапку, пытаясь ухватиться за стол, но материал был слишком твердым, и на нем не осталось ни следа. Молча взглянув на гладкую поверхность, Жун Ань решил не вставать на задние лапы — только позориться зря.
Заведующий, увидев, как маленький Цилинь тянет лапку, не удержался и взял его за нее. В ответ он поймал на себе гневные взгляды двух представителей клана Жун и поспешно отдернул руку. Лапки Цилиня оказались гораздо мягче, чем лапы зверолюдов в звериной форме, — неудивительно, что так много зверолюдов мечтают жениться на Цилинях.
— Это личное желание Жун Аня? — серьезно спросил заведующий. В прошлый раз Второй молодой господин Жун единолично решил отправить его на боевые искусства, и он надеялся, что в этот раз обойдется без странных требований.
Боясь, что выбранная специальность ускользнет, Жун Ань спрыгнул с рук Госпожи Жун на пол.
— Осторожно! — Госпожа Жун испугалась, что с такой высоты — меньше пятидесяти сантиметров — он может пораниться.
Оказавшись на полу, Жун Ань попытался принять человеческий облик, но после нескольких тщетных попыток поник.
Жун Ци подхватил его на руки и спокойно произнес:
— Оптический компьютер.
Стоявшие рядом отец и сын Ло только и думали: почему члены клана Жун всё время держат Цилиня на руках? Нельзя ли поставить его на стол, чтобы можно было рассмотреть в полный рост?
Услышав про оптический компьютер, Жун Ань едва не закрыл лицо лапками. Он уже давно не терял контроль над формой и на мгновение растерялся. На сенсорном экране компьютера острыми когтями не поработаешь, приходилось использовать только подушечки лап. Жун Ань каждый раз уставал: печатать по одному символу — это так утомительно.
Через две минуты заведующий наконец увидел набранный текст: «Я хочу на факультет мехов!»
Он посмотрел на маленького Цилиня, который гордо задрал голову, и уголки его губ дернулись. Не спрашивайте, почему он понял выражение мордочки малыша — если не чувствуешь такую очевидную атмосферу, то лучше вообще не встречаться с самками.
— Иди, иди, иди, — рассмеялась Госпожа Жун. — Маленький Ань может идти на любую специальность, какую захочет!
Раз они так сказали, что оставалось школе? Заведующий молча поставил печать и уведомил куратора факультета мехов: Цилинь прибывает, пожалуйста, примите.
Вскоре Жун Ци собрался уходить, но Госпожа Жун быстро подошла к нему и ловко забрала Цилиня из его рук. Жун Ци посмотрел на свои пустые руки и опустил их: на людях еще можно было подержать младшего кузена, а дома к Цилиню уже не пробиться.
Не смотрите, что эти зверолюды обычно такие суровые и холодные, на самом деле они души не чают в Цилинях.
— Цилиня забрали, чего ты еще уставился?! — отец Ло Цзе снова отвесил сыну подзатыльник. У этого парня действительно есть талант — подраться с Цилинем, приехать в школу, получить побои от отца Цилиня и снова приехать сюда. Отец Ло Цзе больше не хотел посещать учебную часть: если так пойдет и дальше, все узнают, насколько глупого сына он вырастил.
Раньше он хотел поставить клан Жун в неловкое положение, а теперь чувствовал лишь, что его сын — никчемный зверолюд. Единственным утешением было то, что он не побежал скандалить прямо в клан Жун.
Разобравшись со специальностью, Госпожа Жун и Жун Ци повезли маленького Цилиня к куратору — без этого они не могли спокойно доверить своего Цилиня изучению мехов.
Жун Ань лишь молча позволял носить себя туда-сюда. Он не хотел верить в оправдания бабушки, что они якобы экономят время, чтобы быстрее закончить дела. Но ему всё равно казалось это странным: почему ему казалось, что они привели его сюда только ради того, чтобы похвастаться? Мол, смотрите, это Цилинь нашего клана.
Так, лежа на руках, Жун Ань и уснул. А когда проснулся, обнаружил, что находится уже не в клане Жун, а в Императорском дворце.
Да чтоб тебя, Жун Ань не понимал, почему так происходит — каждый раз, просыпаясь, он обнаруживал, что его перенесли в другое место.
— Нужно получше кормить, — Моци Фэн счел, что маленький Цилинь слишком легкий. Он явно хотел, чтобы тот был потяжелее. Самое главное — малыш, конечно, милый, но нельзя же вечно не видеть человеческую форму своего Маленького Короля-консорта, иначе как им потом весело заводить детей?
Учуяв запах мяса зверя гугу, Жун Ань повернул голову к столу и только тогда понял, что его держит Моци Фэн. В последние дни его постоянно кто-то носил на руках, и он уже начал к этому привыкать — только так Жун Ань мог себя утешить.
Заметив, что Цилинь хочет забраться на стол, Моци Фэн нахмурился, но всё же опустил его на поверхность. Почему его Маленький Король-консорт не хочет сидеть у него на руках? Еда явно привлекает его больше, чем он сам. Не может же он сам начать источать аромат еды.
На столе стояла специальная мисочка для Цилиня, и Жун Ань, подбежав к ней, начал лакать.
О, нет, а что еще остается делать? Поднять мисочку он не может, Жун Ань уже махнул рукой на приличия. Элегантность пусть оставят другим, тем более что он сейчас даже не в человеческом облике.
— Медленно! — Моци Фэн не хотел его задевать, это вырвалось само собой. Он испугался, что Цилинь расстроится, но тот даже не посмотрел на него, продолжая уткнуться в еду. Моци Фэн беспомощно покачал головой. Теперь он понял, почему клан Жун так легко согласился отпустить Цилиня в Императорский дворец на ужин: они наверняка рассчитали, что Жун Ань всё еще не может принять человеческий облик. Так они не смогут поговорить, а ему самому будет жаль, если его Маленький Король-консорт будет вечно печатать текст крошечными подушечками лап — это же так утомительно.
Поэтому теперь, кроме наблюдения за тем, как его будущий супруг ест, ему оставалось только смотреть, как тот сворачивается калачиком и засыпает, обняв хвост. Моци Фэн чувствовал легкую досаду, но раз уж Цилинь молчит, придется говорить ему.
После ужина Моци Фэн взял Цилиня на прогулку и всю дорогу рассказывал о своих великих подвигах: на какой планете он победил пришельцев, с кем соревновался и прочее.
Жун Ань любил такие захватывающие истории, но в последнее время он получил слишком много ударов по самолюбию. Его шкала моральных сил была на нуле, и сейчас у него не было настроения слушать это — такие рассказы лишь напоминали ему о собственной бесполезности. Почему он не может быть сильнее? Почему не покорил всю галактику?
— Жаль, что сегодня вечером тебя придется вернуть обратно, — Моци Фэн был крайне недоволен тем, что должен отправить будущего супруга в клан Жун. Этот Цилинь должен спать рядом с ним. Он достал из Пространства ожерелье с синим драгоценным камнем — такие камни были невероятно редкими, их было не купить даже за огромные деньги. Моци Фэн случайно наткнулся на этот камень и лично надел его на Жун Аня. — Теперь привязано.
В облике Цилиня, да еще и с ожерельем на шее… В голове Жун Аня всплыл образ современного домашнего питомца с колокольчиком на ошейнике. Сходство было пугающим. Он поспешно замотал головой: он не питомец! Абсолютно точно не питомец!
— Похоже, тебе нравится, — Великий Император всегда любил искажать намерения маленького Цилиня, решив, что тот мотает головой, чтобы почувствовать ожерелье и услышать звон камня.
«Да чтоб вас всех!» — Жун Ань был в отчаянии. Почему зверолюды, превращаясь в животных, могут общаться друг с другом, а Цилинь — нет? Почему мир так несправедлив к нему, пришельцу с Земли?
— Не тряси головой слишком сильно, шею потянешь, — Моци Фэн вздохнул. Такой крошечный Цилинь — это же так хрупко. — Если тебя не станет, я останусь одинок на всю жизнь, и этой галактике тоже конец.
Почему ему показалось, что фраза «останусь одинок на всю жизнь» прозвучала куда серьезнее, чем последняя часть? Казалось, судьба галактики волновала его меньше, чем собственное личное счастье. Жун Ань захлопал глазами, глядя на Моци Фэна. Жаль, что он до сих пор не знает, как выглядит моргание Цилиня — надо будет как-нибудь посмотреть в зеркало.
— Когда вернешься вечером спать, иди в Пространство, — подумал Моци Фэн. — Тогда они не смогут тебя обнимать.
«В Пространстве нет дома, спать под открытым небом?» — Жун Ань помахал лапкой, но не зная языка жестов, он явно не мог выразить свою мысль.
— Может, стоит поскорее заключить контракт? — задумался Моци Фэн. — Иначе я не смогу найти тебя в Пространстве.
После заключения брачного контракта зверолюд-муж мог входить в Пространство жены. Это был не просто брачный союз, но и клятва жизни и смерти: стороны не могли предать друг друга. Если зверолюд предаст Цилиня, его способности будут постепенно угасать, а сам он — стремительно стареть, в то время как Цилинь останется невредим. Случаев предательства со стороны Цилиня не существовало — они были невероятно верны в любви.
Жун Ань пока не знал, что это за контракт, но, услышав, что тот сможет войти в его Пространство, он тут же съежился. Никто из этих злодеев не должен попадать в его Пространство, иначе где ему потом прятаться?
Заметив реакцию маленького Цилиня, Моци Фэн понял: его Король-консорт еще слишком мал, придется подождать.
— Расти быстрее, — Моци Фэн прижал его к себе еще крепче. — Меньше пей питательных смесей, это не полезно для роста.
В прошлом некоторые специалисты считали, что людям не нужно есть другую пищу, достаточно питательных смесей. Однако факты доказали: постоянное употребление только смесей ослабляет организм, нужно есть нормальную еду.
Моци Фэн сам учился в школе и знал, что некоторые студенты пьют смеси ради экономии времени. Он не хотел, чтобы его Король-консорт поступал так же.
В конечном счете, у великого Императора было лишь одно желание: чтобы его Маленький Король-консорт поскорее вырос. А то он вечно сворачивается в комочек — так неинтересно, не созреет, а значит, и «съесть» не получится.
Жун Ань притворился мертвым. Сейчас он просто плюшевая игрушка, не мешайте ему.
Вернись обратно
Моци Фэн ткнул пальцем в голову маленького Цилиня, но тот даже не шелохнулся и не выказал никакой реакции — шерстка лишь примялась, а потом медленно распушилась. Моци Фэн осторожно подцепил пальцем переднюю лапку малыша, опустил, снова подцепил, опустил — Цилинь не поднял головы, глаза не дрогнули.
Чтобы быть качественной плюшевой игрушкой, Жун Ань выкладывался на полную. Если бы он мог перестать дышать, он бы наверняка и это сделал.
Моци Фэн чувствовал, что его Маленький Король-консорт просто играет с ним, и решил подыграть.
Время летело быстро, близилось полдевятого. Моци Фэн ужасно не хотел отпускать маленького Цилиня, но пришлось везти его обратно в клан Жун. Не успел он двинуться с места, как пришло сообщение: Жун Ци уже прибыл во дворец, чтобы забрать его.
Лицо Моци Фэна окаменело. Он ведь не собирался оставлять Цилиня у себя, к чему такой надзор? Ему ужасно не хотелось встречаться с ним, хотелось просто проехать мимо и вернуть малыша, но он помнил, что Жун Ань из клана Жун. Если обидеть Жун Ци, а потом тот начнет вставлять палки в колеса, когда он будет ухаживать за будущим Королем-консортом?
С мрачным видом Моци Фэн вышел к Жун Ци.
— Пошли.
Не передавая маленького Цилиня в руки Жун Ци, Моци Фэн решил лично отвезти его в клан Жун.
— Оставьте его мне, — Жун Ци был одного возраста с Моци Фэном, они считались друзьями, поэтому он хотел забрать младшего кузена из рук Императора.
Моци Фэн обошел его и направился к гравикару: если уж нести, то только самому.
Хотя подержать младшего кузена не удалось, Жун Ци увидел, как Жун Ань притворяется мертвым — издалека он был похож на игрушечного Цилиня, висящего в витрине магазина. Актерское мастерство младшего кузена достигло высшего уровня.
— Подождите, — окликнул его Жун Ци. — Вы не подменили кузена на игрушку?
Столь прямой вопрос нанес Моци Фэну мощный удар. Почему он сам до этого не додумался? Использовать игрушку вместо Маленького Короля-консорта, оставить его во дворце, а клану Жун отдать куклу.
Заметив, что Моци Фэн остановился, Жун Ци засомневался и подошел к нему, чтобы ткнуть маленького Цилиня в голову. Никакой реакции? Ткнул еще раз. В ответ Цилинь больно укусил его за палец.
«Твою мать, хватит тыкать! Если продолжить, я совсем отупею, у меня и так интеллекта не хватает!» — недовольный Жун Ань укусил изо всех сил, но для зверолюда это было почти неощутимо.
Зубки такие маленькие, тупые… Жун Ци подумал, что неудивительно, почему Цилини едят только мягкую пищу, которую нужно тщательно разваривать.
— Зубы сломаешь, — Жун Ци другой рукой погладил маленького Цилиня по голове.
Жун Ань вынужден был разжать челюсти. Ему хотелось биться головой о стену — почему он всегда остается в проигрыше?
Моци Фэн оттолкнул руку Жун Ци.
— Сломаешь.
В глазах Жун Ци мелькнул свет: сейчас Император не выглядел суровым, он казался куда более «человечным».
— Он из клана Жун! — подчеркнул Жун Ци.
Из клана Жун — это фраза, которую члены клана Жун повторяли последние два дня чаще всего. Жун Ци не был исключением: Цилинь принадлежит им, они будут его защищать, и никто не имеет права им указывать.
Моци Фэн чувствовал себя ущемленным. Жун Ань, конечно, из клана Жун, но он также и его будущий Король-консорт. Не надо подчеркивать установленный факт, они даже не задумываются о том, что он еще не помолвлен с Жун Анем, а это ведь дело государственной важности для всей галактики.
Нет, нужно связаться с Советом старейшин, поскорее всё уладить и объявить всей галактике. Может, тогда удастся забрать малыша к себе. Моци Фэн думал, что если не получится забрать Короля-консорта во дворец, то самому почаще бывать в клане Жун — тоже отличный вариант.
Прижав маленького Цилиня покрепче, Моци Фэн двинулся вперед. Пусть члены клана Жун пока говорят что хотят, Цилинь рано или поздно станет его.
Наблюдая за неловкими движениями Моци Фэна, Жун Ци едва заметно усмехнулся. Раньше он слышал от деда, как бесстыдно вел себя Всепожирающий питон, когда ухаживал за своей женой, но не верил. Всепожирающий питон — правитель галактики, всегда держался уверенно и достойно, совсем не похожий на мелочного человека. Жун Ци считал его мудрым правителем, который трудится на благо страны. Теперь же он видел, что Император всё тот же, но в то же время совсем другой.
Всю дорогу маленький Цилинь провел в руках Моци Фэна. Жун Ань сдался: если он будет притворяться игрушкой, Император максимум погладит его по голове или поднимет лапку, но не будет бесконечно болтать о своих прошлых подвигах. Вспоминая, как молчалив Император перед старшим кузеном, Жун Ань очень хотел, чтобы тот вел себя так же и наедине с ним.
Даже если водитель вел гравикар медленно, через полчаса они прибыли в клан Жун.
— Беспокою вас… — Жун Ци хотел сказать, что раз доставили до дверей, то можно и возвращаться, но не ожидал, что тот бесцеремонно выйдет из машины и направится в дом.
В конце концов, Моци Фэн донес Жун Аня до самой комнаты, но на этом всё не закончилось.
— Нужно помыть.
Жун Ци понял, что его снова проигнорировали. Император так быстро донес маленького Цилиня до ванной, что они не успели даже отреагировать. Что это вообще такое? Это же домогательство к младшему кузену! Какой бесстыдный Император.
Он не хотел, чтобы к кузену приставали, и поспешил в ванную, но увидел, что Император очень серьезно моет маленького Цилиня. Эти нежные движения заставили его остолбенеть. Вспомнив, что кузен — самка, он понял, что ему, самцу-зверолюду, здесь не место, даже если в форме Цилиня вопросы «видеть/не видеть» не стоят.
Второй молодой господин Жун, узнав, что младшего сына привезли обратно, поспешил к нему. Он хотел поговорить с сыном — он ведь хороший отец, просто случайно не заметил, что сын — Цилинь.
Когда Второй молодой господин Жун ворвался в комнату младшего сына, он увидел, что Госпожа Жун сидит там с крайне недовольным видом.
http://bllate.org/book/23372/2513869
Готово:
