Это ведь Куньпэн нам уступил!
Чжуньти нетерпеливо встрял в разговор, живо изображая того, кто силен с боязливыми и слаб перед сильными.
Ди Цзян, видя такое его поведение, лишь беспечно развел руками, словно его это вовсе не касалось.
Фух!
Цзэньинь и Чжуньти мысленно с облегчением выдохнули.
Лишь столкнувшись с Двенадцатью Предками-Ведьмаками лицом к лицу, они по-настоящему поняли, насколько те неуступчивые и вредные.
Раньше они, пожалуй, совсем бы их не боялись.
В конце концов, те были не более чем скудоумными дикарями, которых обманут, а они еще и сами чужие деньги пересчитывать будут.
Но кто знает, что произошло в последнее время?
Цзэньинь и Чжуньти отчетливо чувствовали, что эти четверо-пятеро вдруг неожиданно прозрели.
С виду они по-прежнему оставались простодушставымии громилами, у которых вместо мозгов одни сплошные мускулы.
На деле же всё обстояло совершенно иначе!
Как и только что: те изощренные речевые уловки, которыми Юаньши перекладывал вину на чужие плечи, они бы ни за что не смогли повторить, даже если бы их заставили умереть.
Реальность же заключалась в том, что после блестящего выступления Ди Цзяна даже Сан Ццин больше не желали ввязываться в этот спор.
Цзэньинь и Чжуньти не знали, что радовались они слишком рано!
Ди Цзян легко и непринужденно произнес: Цзэньинь, Чжуньти, этот Дворец Цзысяо — личная обитель Хунцзюня. Раз уж сами главные виновники торжества, Хунцзюнь и Куньпэн, согласились уступить, я, разумеется, не имею никаких возражений!
Только вот фултан всего один, а вас двое братьев!
Как только он договорил, лица Цзэньиня и Чжуньти мгновенно окаменели.
И дело было не только в их неестественных выражениях лиц — остальные присутствующие застыли точно так же.
Перемены в лицах Цзэньиня и Чжуньти легко понять.
Ди Цзян говорил чистую правду.
Даже если они и заполучили фултан с помощью подлых ухищрений, о чем тут вообще говорить, если он всего один, и его явно недостаточно на двоих братьев.
На лице Чжуньти промелькнуло решительное выражение: Старший брат, садись на фултан ты!
С этими словами Чжуньти резко толкнул Цзэньиня прямо на фултан.
Вжух!
В этот самый миг стоявшая впереди белофритовая циновка вдруг слегка задрожала, испустив тусклое, невнятное мерцание, и на ней появился Предок Дао Хунцзюнь с волосами цвета снега и лицом младенца.
Приветствуем Предка Дао Хунцзюня!
Приветствуем Предка Дао Хунцзюня!
Поддавшись примеру наиболее сообразительных, почти все присутствующие почтительно поклонились.
Пристроившийся среди толпы Чжэнь Юаньцзы, разумеется, сделал то же самое, не вызвав никаких подозрений.
На во всем Дворце Цзысяо лишь Двенадцать Предков-Ведьмаков не сдвинулись с места.
Хотя нет, нельзя сказать, что они совсем ничего не сделали.
Ведомые Ди Цзяном, Предки-Ведьмаки неожиданно сложили руки в приветственном жесте, принятом среди равных по силе даосов, обращаясь к Претку Дао Хунцзюню.
Тем самым Двенадцать Предков-Ведьмаков незримо для всех поставили себя на ступень выше остальных присутствующих.
Больше всего в этой ситуации пострадали Сан Ццин, чьи души кипели от обиды и унижения!
Перед Дворцом Цзысяо Двенадцать Предков-Ведьмаков признали их статус Истинного Наследия Паньгу.
Сами они приветствовали Предка Дао Хунцзюня как младшие старшего, в то время как Двенадцать Предков-Ведьмаков приветствовали его как равного, — разве это не означало, что они сами себя унижают и выставляют в жалком свете?
Бросив взгляд краем глаза на лица Сан Ццин, которые выглядели так, будто они проглотили живую муху, Чжэнь Юаньцзы тихонько усмехнулся про себя, подумав: так вам и надо.
Вот она, цена отречения от имени Истинного Наследия Паньгу ради вступления во Врата Сюань!
Предок Дао Хунцзюнь хранил молчание, однако его взгляд медленно скользил по лицам каждого из присутствующих.
Когда же он задержался на Двенадцати Предках-Ведьмаках, в глубине его глаз мелькнула острая, леденящая кровожадность.
По правде говоря, только что устроенная Ди Цзяном сцена фактически растоптала весь его авторитет.
Изначально, судя по его первоначальному замыслу, он вовсе не собирался появляться здесь и позориться.
Но Небесный Путь признал Цзэньиня и Чжуньти.
Видя, как Ди Цзян загнал их в угол своими речами, он понимал: если не выйти прямо сейчас, то этот фарс просто невозможно будет продолжать!
Предок Дао Хунцзюнь перевел взгляд на стоявшего в полном одиночестве Чжуньти и с недовольным видом произнес: Раз уж ты вошел сюда, почему не садишься? Или пренебрегаешь убогой обстановкой этого места?!
Хотя это прозвучало как выговор, Предок Дао Хунцзюнь взмахнул рукавой и материализовал еще один фултан, который опустился прямо позади Чжуньти.
Это же...
Чжуньти уже было полностью отчаялся.
Он никак не ожидал, что Предок Дао Хунцзюнь милостиво дарует ему еще один фултан.
Можно сказать, что он только что сполна прочувствовал всю остроту американских горок.
Остальные, заметив, что Чжуньти чудом заполучил собственный фултан, тут же затаили надежду.
Но кем был Предок Дао Хунцзюнь!
Он видел насквозь все тайные помыслы собравшихся.
Поэтому он тут же пресёк любые попытки на корню: Довольно, раз уж рассадка завершена, впредь менять ничего нельзя!
Стоило этим словам прозвучать, как на лицах многих промелькнуло разочарование.
Конечно, среди них нашлись и те, у кого умы работали куда тоньше.
Сопоставив это с недавними словами Ди Цзяна, они задумались куда глубже.
Фултаны не важны?!
Тогда зачем нужно было подставлять Куньпэна и заставлять его уступать фултан Цзэньиню и Чжуньти?
Фултаны важны?!
Тогда почему можно запросто добавить фултан для Чжуньти, но нельзя выделить их для остальных?
Как гласит старая мудрость: беда не в бедности, а в неравенстве!
Поначалу они искренне верили, что Предок Дао Хунцзюнь преследует лишь благие цели и намерен распространить учение об истинном пути по всему миру Хунхуан.
Теперь же, оглядываясь назад, они видели, что в этом деле было немало личного расчёта.
Прямым следствием этого стало то, что чувство искренней благодарности к нему в сердцах людей сильно поблекло.
Предок Дао Хунцзюнь заметил перемены в настроениях собравшихся, и бушевавшая на дне его души ярость была далека от внешнего спокойствия, а скрытая за темным взглядом злоба на Двенадцать Предков-Ведьмаков стала еще более свирепой.
Если уж Цзэньинь и Чжуньти сумели заметить странности в поведении Двенадцати Предков-Ведьмаков, то он-то и подавно всё видел.
Вот только, сколько бы они ни пытались вместе с Небесным Путем заглянуть в будущее с помощью гаданий, в ответ не было абсолютно ничего.
Ощущение было такое, будто за спиной Двенадцати Предков-Ведьмаков скрывалась какая-то великая, неразгаданная тайна!
Неужели это Паньгу?
В голове Предока Дао Хунцзюня промелькнуло сомнение.
Дело было вовсе не в том, что он не хотел подобраться к Двенадцати Предкам-Ведьмакам поближе, — он просто физически не мог этого сделать!
За эту миллениумную эпоху перемены в клане У породили в нем дурное предчувствие, будто всё вот-вот выйдет из-под его контроля, поэтому Предок Дао Хунцзюнь даже пытался тайком проникнуть на Гору Бучжоу.
К сожалению, стоило ему лишь приблизиться к Горе Бучжоу, как его неизменно отбрасывало назад под тяжестью подавляющей воли самого Паньгу.
Более того, он даже не мог вычислить то, что творилось в радиусе десяти тысяч ли вокруг Горы Бучжоу!
Вспомнив упомянутый Двенадцатью Предками-Ведьмаками Дворец Паньгу во время провозглашения клана У, он предположил, что Паньгу оставил для них козырь на крайний случай.
Проклятый Паньгу!
Всякий раз, когда он вспоминал об этом, Предок Дао Хунцзюнь неизменно мысленно чертыхался.
Хунцзюнь, почему ты до сих пор не начинаешь?
Пока мысли Предока Дао Хунцзюня неслись вскачь, сидевший внизу Ди Цзян не преминул подгонить его.
Эм...
Остальные, видя, как непринужденно тот себя ведет, невольно покрылись холодным потом за его судьбу.
Они страшно боялись, что из-за его выходок Предок Дао Хунцзюнь разгневается и вовсе отменит лекцию.
Однако их опасения оказались напрасными.
Двенадцать Предков-Ведьмаков ныне управляли кланом У, что делало их крупнейшим источником ци удачи во всем небесном пространстве и земле Хунхуан.
Если бы их не было здесь, эта лекция во Дворце Цзысяо потеряла бы большую часть своего смысла, поэтому Предок Дао Хунцзюнь не стал обращать внимания на нетерпение Ди Цзяна.
Хорошо, раз уж те, кому положено, прибыли, я начинаю излагать Великий Путь!
Среди Хаоса есть нечто, смутное и безмолвное, стоящее в начале неба и земли, являющееся матерью всего сущего.
Я не знаю его имени, поэтому назову его по принуждению: Дао!
Когда Мудрец читает лекцию, вокруг него неизменно рождаются мириады удивительных знамений.
С небес сыпались пестрые лепестки цветов, из земли пробивались золотые лотосы, а клубящаяся фиолетовая ци окрасила пространство за спиной Предока Дао Хунцзюня в цвет бескрайнего лилового моря.
Погодите-ка!
Когда все вокруг лишь начали погружаться в постижение глубочайшего Великого Пути, вдруг раздался чей-то голос, грубо вырвав их из этого состояния.
Оглянувшись на звук, они увидели, что обладателем этого голоса был никто иной, как пятый среди Двенадцати Предков-Ведьмаков... Чжужун!
Не обращая внимания на полные упрека взгляды остальных, Чжужун невозмутимо задал вопрос: Раз уж Дао является началом неба и земли, матерью всего сущего, то есть ли Дао внутри тел нас, Предков-Ведьмаков?
Предок Дао Хунцзюнь услышал это, и его седые брови сошлись на переносице.
Вопрос Чжужуна действительно попал в самую точку.
Если сказать, что внутри тел Предков-Ведьмаков есть Дао, то почему же они, подверженные влиянию Врожденной ци зла, не способны постичь изначальный дух?
Если же сказать, что внутри тел Предков-Ведьмаков нет Дао, то разве это не противоречит его собственным только что сказанным словам?
Заметив, что Предок Дао Хунцзюнь погрузился в раздумья, Чжужун с победным видом обвел взглядом остальных братьев и сестер.
Лекции Предока Дао Хунцзюня они всё равно не понимали.
План Проказников заключался в том, чтобы доставлять Предоку Дао Хунцзюню как можно больше хлопот!
И вот теперь Чжужун на практике доказал это.
Устраивать беспорядки мы намерены вполне серьезно!
http://bllate.org/book/23319/2507481
Готово:
