Они опоздали всего на две минуты: Фу Шоухэн только-только встал за трибуну, как они тут же появились на пороге.
Фу Шоухэн не стал устраивать разбирательств, ничего не сказал и лишь молча знаком показал им проходить.
Цзян Юйчжи стыдливо опустил голову и сделал было первый шаг, как вдруг…
— Простите, профессор Фу, я опоздал.
С улыбкой произнес Цзинь Вэйминь — так, словно опоздание было каким-то радостным событием.
Цзян Юйчжи нерешительно взглянул на него, сплошь покрывшисьмятение.
Даже слепому было очевидно, что Фу Шоухэн не намерен преследовать их за это и на первый раз прощает.
Раз так, зачем Цзинь Вэйминь привлек к этому всеобщее внимание?
Уж не глуп ли он как свинья?
Неужели не смог уловить намерений Фу Шоухэна?
Цзинь Вэйминь с безмятежно-веселым выражением лица смотрел на Фу Шоухэна.
Цзян Юйчжи же в полном недоумении уставился на него самого.
В аудитории воцарилась абсолютная тишина.
Сидевшие внизу студенты не смели вымолвить ни единого звука.
Помолчав немного, Фу Шоухэн медленно перевел взгляд. Его светло-голубые глаза вновь остановились на Цзинь Вэймине.
Заметив, что Фу Шоухэн смотрит на него, Цзинь Вэйминь улыбнулся еще шире, и тут же обнажился его фирменный клычок.
Он улыбался.
Фу Шоухэн по-прежнему выглядел совершенно невозмутимым, в его светло-голубых глазах не читалось никаких эмоций, он лишь сухо бросил:
— Я знаю. И что дальше?
Атмосфера мгновенно стала неловкой, и сидевшие в зале студенты разом перестали даже дышать.
Цзинь Вэйминь с улыбкой посмотрел на него и спросил:
— Я опоздал, разве вы меня не накажете?
Его улыбка выглядела несколько зловеще.
Присутствующие в зале растерялись, и среди них — сидевший рядом Цзян Юйчжи.
Кому вообще придет в голову выпрашивать наказание?
Уж не страдает ли он каким-то извращенным отклонением?
Лицо Цзинь Вэйминя излучало весеннее тепло, вид у него был крайне жизнерадостный.
Фу Шоухэн спокойно смотрел на него и долго ничего не отвечал.
Пожалуй, в этот самый момент он и сам не понимал, почему собеседник выдвигает столь странное требование.
Цзинь Вэйминь с улыбкой продолжил:
— Профессор Фу всегда строго соблюдает школьные правила, и я это полностью понимаю. Ведь без правил не построить порядка. Раз уж я опоздал, то постою здесь в качестве наказания, хорошо?
Он по-прежнему сиял улыбкой.
Помолчав еще немного, Фу Шоухэн наконец разомкнул губы и холодно бросил два слова:
— Как знаешь.
Из-за этих слов Цзян Юйчжи, уже занесший было ногу для шага вперед, вынужден был вернуть ее обратно.
В первый же день занятий они опоздали.
И в качестве наказания будут стоять у преподавательского стола, не имея права сесть на места.
Непонимание на лице Цзян Юйчжи грозило смениться гневом.
Студенты в аудитории зашушукались, обсуждая происходящее.
А главный зачинщик всего этого представления стоял рядом и с улыбкой разглядывал собственного дядю.
…
— Моя фамилия Фу, можете звать меня профессор Фу.
Фу Шоухэн вывел мелом на доске крупный иероглиф «Фу», а затем повернулся к собравшимся студентам…
— Этот год я проведу в качестве вашего куратора. Если в дальнейшем у вас возникнут любые вопросы, вы всегда можете подойти и задать их мне.
Его голос, под стать ему самому, звучал холодно и отстраненно.
Говорил он негромко, но в этом голосе всегда чувствовалась властная нотка, подавляющая окружающих.
С тех пор как он поднялся на кафедру, в зале не нашлось ни единого студента, который осмелился бы перешептываться. Все сидели прямо, боясь порой даже вздохнуть лишний раз.
Кто же тут посмеет задавать ему вопросы?
— Профессор Фу!
В этот момент тишину нарушил звонкий оклик.
Фу Шоухэн повернул голову.
Цзинь Вэйминь с сияющей улыбкой тянул руку вверх:
— Можно задать вам вопрос?
Тот молча кивнул.
— Почему вы пишете левой рукой?
И действительно, Фу Шоухэн только что писал именно левой.
Тот самый иероглиф «Фу» был выведен безупречно ровно.
Но разве этот вопрос имел хоть какое-то отношение к лекции?
Цзян Юйчжи не выдержал и гневно зашипел:
— Какую чушь ты спрашиваешь?!
— Профессор Фу только что сказал, что ему можно задавать вопросы. Ты что, лекцию не слушал?
— с улыбкой парировал он.
Цзян Юйчжи мгновенно лишился дар речи от такого ответа:
— Я…?!
— Для развития правого полушария.
Тут же раздался бесстрастный голос Фу Шоухэна с кафедры.
— А профессор Фу может писать правой рукой?
снова поинтересовался Цзинь Вэйминь.
— Могу.
ответил Фу Шоухэн.
— Зачем развивать правое полушарие?
Цзинь Вэйминь сыпал вопросами без остановки.
Услышав это, Фу Шоухэн явно на мгновение задумался. Затем он повернулся к нему и совершенно спокойно произнес:
— Чтобы научные статьи, которые я пишу, не казались слишком глупыми.
И тут же добавил:
— Можешь попробовать на досуге.
Остальные, пожалуй, ничего не поняли.
Но Цзинь Вэйминь-то отлично знал: Фу Шоухэн издевается над ним.
Интересно…
А этот айсберг, оказывается, мастер ранить людей в самое сердце!
— Профессор Фу, почему вы не обнародуете перед всеми ту статью, которую написали на форуме магов?
Цзинь Вэйминь вовсе не разозлился, а лишь зацепился за новую тему, чтобы продолжить битву…
— Эту статью можно назвать шедевром. Неужели профессор Фу боится, что кто-то узнает, что ваш личный иероглиф — всего лишь один знак 【Лед】? Впрочем, Бинбин — тоже весьма мило звучит!
— со смешком произнес он.
На форуме мира магов каждый обязан подтвердить свое настоящее имя. При этом имена чаще всего состоят из «одиночных иероглифов».
Бинбин…?!
Столь милое прозвище разительно контрастировало с образом холодно-отстраненного ледяного глыбы — профессора Фу.
Услышав это, студенты тут же оживленно зашушукались…
— Так у профессора Фу иероглиф — это 【Лед】?
— Бинбин? Какая прелесть, даже забавно!
Фу Шоухэн до сих пор никому не раскрывал свой иероглиф, очевидно, испытывая определенный дискомфорт по этому поводу.
Теперь же Цзинь Вэйминь вынес это на всеобщее обозрение, и профессор наверняка взбешен.
К слову, ему еще не доводилось видеть, как злится эта ледяная глыба.
На лице Цзинь Вэйминя по-прежнему играла невинная улыбка.
Сидевший рядом Цзян Юйчжи больше не мог этого выносить и толкнул его в бок:
— Ты что несешь?!
Цзинь Вэйминь не обратил на него внимания, продолжая упорно сверлить взглядом Фу Шоухэна на возвышении.
Если спросить его, зачем он все это затеял?
То придется вернуться на несколько дней назад, к моменту, когда он только покинул Империю Нудо.
По дороге в Империю Ной он встретил какого-то старика. Тот, казалось, обладал даром предвидения и знал, что юноша направляется в Магическую академию Ной. Старик вытащил откуда-то школьную форму и заявил, что поможет Цзинь Вэйминю скрыть свою истинную личность.
Правда, удастся ли избежать разоблачения, зависло исключительно от его собственной удачи.
Вдобавок старик сообщил ему одну крайне важную деталь.
Магическая академия Ной кардинально отличается от других учебных заведений: здесь под пристальным вниманием преподавателей оказываются не только отличники, но даже те, кто учится средне или ниже среднего. Стоит лишь Цзинь Вэйминю привлечь к себе столь пристальное внимание, как его фальшивая личный документ рассыплется в прах.
А вот двоечники — исключение, особенно те, кто выступает бельмом на глазу у преподавателей.
С отстающими учениками в Магической академии Ной поступают лишь одним способом — отчисляют.
Но… пока оценки Цзинь Вэйминя держатся на грани проходного балла, а количество учебных кредитов не уходит в минус, изгнать его из стен академии они не имеют права.
Поэтому ему необходимо было прослыть двоечником, причем таким, которого люто ненавидят все преподаватели.
И первым учителем на этом пути, судя по всему, выпало стать профессору Фу.
Стоит лишь довести Фу Шоухэна до белого каления, как тот возненавидит его всеми фибрами души…
Хе-хе…
— Тунтун, твой иероглиф тоже неплох.
Однако, к его величайшему удивлению, бурной вспышки гнева от Фу Шоухэна он так и не дождался…
Напротив, тот ответил с поразительным спокойствием.
И еще… что за черт этот Тунтун?!
http://bllate.org/book/23278/2500672
Готово:
