Смотрю на это и не могу вынести, отворачиваюсь и ухожу. Лицо такое прохладное... неужели это я плачу? Нет, я больше не могу плачевно раскисать: раньше у меня не было ни сил, ни власти, и моя судьба принадлежала другим. Но теперь чужие судьбы буду вершить я сама.
Вернувшись в море, я внезапно погрузилась в тяжелые раздумья... Погодите-ка, а где мне теперь вообще спать? В прежний Подводный храм уже не вернуться, и что делать дальше? Ночевать на улице, что ли? Я ведь только-только стала Четырехликим Морским Богом, меня почти никто не знает, не говоря уж о собственном храме. Понт и Нерей просто исчезли, но хоть намекнули бы, как жить дальше! Даже если требовалось запечатать Офиона, могли бы сперва выделить местечко, где можно нормально выспаться!
— Старший брат.
Обернувшись, я увидела доброжелательного старика — это был благосклонный к морю Нерей, который по привычке являлся в облике старца. Он это серьезно, ко мне обращается? Глаза у него наверняка дергаются от скрытого тика, но он-то не видит подергивания в уголках моих глаз. И ладно бы то, что раньше, в бытность Пасифеей, он доводился мне отцом, но сейчас мы стоим рядом, и он вполне мог бы сойти мне за дедушку — называть меня старшим братом... это уже слишком. Я изо всех сил старалась сохранять невозмутимость: в конце концов, греческие мифы славятся своей безумной путаницей, так что подобное вполне в порядке вещей.
Меня совершенно неожиданно сменили полом, и с этим оставалось только мириться. К счастью, богам не нужно заботиться о человеческих физиологических потребностях, иначе, поступись я всеми принципами, я бы во что бы то ни стало заставила Понта вернуть мне женское тело. В этом патриархальном мире куда проще быть мужчиной! Взять хотя бы верховную богиню Геру — разве и над ней не властвуют боги-мужчины?
Нерей привел меня в мои собственные покои. Кто бы мог подумать, что у меня и впрямь появится собственный храм! Внутри царило ослепительное великолепие, а в свиту досталось множество младших богов второго и третьего рангов. С тех пор как я стала морским божеством, мои дни заполнились бесконечной суетой — я и не подозревала, сколько всего нужно решать в Царстве Морей. Теперь мне до безумия любопытно, где же Зевс вечно находит столько свободного времени, чтобы увиваться за девушками. Обладая важнейшими полномочиями четырех морских стихий, я заставила уважать себя даже самого Владыку Морей Посейдона, а заодно получила право посещать собрания и пиры на Олимпе. Лишь теперь я узнала, что среди божеств моря три ипостаси — Чудо Океана, Мощь Океана и Опасность Океана — силой и властью порой даже негласно превосходят самого Владыку Морей. Но что всё это значит в сравнении с тем, что я потеряла? Когда-то я страстно жаждала власти и силы, и теперь всё это у меня есть — вот только ценой стала потеря Гипноза. Иронично: я, некогда сетовавшая на отсутствие читерских способностей, получила божественный дар и превратилась в типичного... главного героя какого-нибудь романа. Но лишь теперь я осознала, что вовсе не жажду всего этого. Пусть положение морской нимфы было ничтожным, а жизнь — смертной, зато та радость была подлинной.
— Это... — я заметила, как Нерей почтительно протягивает мне серебряный посох. Под завершением в виде бушующих волн сиял глубокий синий сапфир, в глубине которого словно мерцал огонек буйной красноты.
— Это ваш посох, Форкук, олицетворяющий ярость морей, старший брат.
Слышать обращение старший брат от собственного бывшего отца было крайне странно... Сколько бы раз ни повторялось это слово, чувство неловкости никуда не девалось. Ну ладно, пускай так, думаю, у меня будет достаточно времени, чтобы привыкнуть.
Я больше не могла часами стоять на прибрежных скалах, вдыхая соленый ветер и распевая песни, и со мной больше не резвились морские нимфы — меня вдруг охчала тоска по тем беззаботным дням, проведенным с сестрами. Все вокруг выказывали мне глубочайшее почтение, из-за чего мне приходилось целыми днями искать себе хоть какое-то занятие. Внешне я казалась ужасно занятой, но на душе зияла пустота.
Я не смела ни навестить Гипноза, ни снова ступить на землю Подземного Мира. Мне хотелось просто предать прошлое забвению и последовать долгу Эвриномы ради запечатывания Офиона, но в снах мне неизменно виделись те дни — безмятежные и радостные. Я сидела на кровати в пустом просторном спальном покое и в раздражении трепала себя за волосы. Это уже не смешно! О чем я вообще думаю? Не собираюсь же я крутить романы, застряв в этом теле? Или, чего доброго, искать себе девчонку для любовных утех? Простите, но ни то, ни другое для меня неприемлемо.
— Хи-хи-хи-хи, никогда бы не подумал, что ты, Эвринома, окажешься такой сентиментальной.
Лишь в этот момент я ощутила волну силы, сопутствующую этому голосу. Раньше, кроме раздражения, он ничего во мне не вызывал, и я даже не подозревала, что за ним кроется мощь, исторгаемая бездной Тартара.
— Чего тебе снова нужно? — неизбежный и удручающий факт заключался в том, что моих нынешних сил было недостаточно, чтобы полностью его запечатать, но и он в своем нынешнем состоянии уже не мог причинить мне вреда. Мы застряли в хрупком равновесии.
— Просто удивительно, как столь бессердечная особа способна так цепляться за прошлое.
Понятия не имею, что между ним и Эвриномой происходило раньше, но бессердечной и черствой была точно не я, так какое мне до этого дело? Я уже собиралась дать ему отпор, но этот тип, к моему удивлению, тут же улизнул.
Пожалуй, единственным приятным событием за последнее время стало завершение Троянской войны. Война приносит лишь разрушения и боль, и в ней никогда нет истинной радости победы.
До меня дошли слухи, что сын сестрицы Фетиды Ахилл пал в Трое, и мое сердце невольно сжалось от жалости к ней — в те времена, когда я еще была Пасифеей, она часто проявляла ко мне заботу. Вот только в моем нынешнем статусе я уже не могла держаться с ней так же близко, как прежде. В глубоких раздумьях я решила отправиться в ее храм и проведать ее.
— Для нас великая честь принимать ваше высочество.
Заметив, как былые знакомые опускаются передо мной на колени, я поспешно велела им подняться.
Лицо Фетиды по-прежнему было прекрасно, но явственно виднелось, что она сильно осунулась от переживаний.
— Прошу прощения за этот неприглядный вид, вати высочество, слишком много тяжких утрат выпало на мою долю в последнее время, — Фетида смахнула с глаз слезу.
— Война всегда идет рука об руку с жертвами, — утешила я ее.
Фетида отвела взгляд — вероятно, подумав о том, кому вообще есть дело до жизней каких-то морских нимф.
— Примите мои соболезнования.
Больше я не смогла подобрать ни единого слова, ведь утешать людей я никогда не умела.
Я упорно не решалась навести справки о Гипнозе. Не смела. Я лишь надеялась, что он сумел меня позабыть, хотя в это верилось с трудом.
Попрощавшись с сестрицей Фетидой, я вернулась в свои покои и сразу же столкнулась с Нереем. Рядом с ним стояла женщина с нежно-голубыми волосами, облаченная в длинное белое платье.
— Это ваша новая подчиненная богиня морей Халия, а заодно и ваша младшая сестра, — представил ее Нерей.
— Приветствую вас, владыка океана! — Халия склонилась в поклоне.
— Что до вашего святилища и ритуалов жертвоприношения, я уже обо всем позаботился, вам не о чем беспокоиться, а с прочими храмовыми делами вам поможет Халия. Великий мастер кузнечного дела Гефест уже занялся созданием ваших Божественных Доспехов, так что через три дня прошу вас подняться на Олимп, чтобы окропить их своей кровью. А послезавтра состоится пир у Владыки Морей Посейдона, он лично пригласил вас, — монотонно перечислил Нерей. Ух... вот это уровень... Впрочем, иметь таких брата и сестру — настоящее спасение, хлопот определенно меньше.
Когда Нерей удалился, я принялась за дела Царства Морей, пока Халия, немного робея, стояла в стороне.
— Когда мы одни, можешь звать меня братом, — бросила я ей. Не хватало еще выстраивать между нами такую сухую дистанцию.
— Хорошо! — радостно отозвалась Халия.
Вскоре выяснилось, что Халия — на редкость живая и энергичная девушка, и все дела в храме она содержала в идеальном порядке. По дороге к дворцу Посейдона Халия на ходу вводила меня в курс нынешней обстановки в подводном мире.
— Хоть Посейдон и носит титул Владыки Морей, вы — старший сын самого изначального океана Понта, владеющий четырьмя древнейшими морскими божественными ипостасями: Чуда, Мощи, Опасности и Ярости Морей. Многие боги морской стихии предпочли бы следовать за вами, а не за Посейдоном, — делилась она. В ее голосе отчетливо сквозило недовольство правлением Посейдона, да и сама божественная стихия водного простора, надо признать, штука исключительно практичная.
— Попридержи язык, я вовсе не горю желанием взваливать на себя лишние заботы, — горько усмехнулась я. По правде говоря, подарок Понта в виде четырех первородных божественных санов мигом сделал меня мишенью для всех подряд. Стоило мне объявиться из ниоткуда и так громко заявить о себе, как это неминуемо должно было породить подозрения, особенно учитывая, что мое положение уже начало угрожать власти самого Посейдона.
— И все же будьте осторожны, владыка. Посейдон внешне может казаться таким же ветреным хлыщом, как Зевс, но на деле он невероятно амбициозен, — серьезно предостерегла Халия.
Владыка Морей? Он приглашает меня впервые в жизни, и вряд ли за этим скрываются добрые намерения. Наверняка хочет прощупать почву — как-никак, из ниоткуда объявился старший сын Понта.
Дворец Владыки Морей встретил нас ослепительной роскошью. Среди приглашенных оказалось немало других морских божеств и нимф, так что атмосфера царила оживленная.
— Приветствую Владыку Морей и супругу его, — я слегка склонила голову в знак уважения, ведь на людях он по-прежнему оставался верховным владыкой. Посейдон улыбался во весь рот, а сидевшая рядом с ним Амфитрита отвечала ему столь же вежливой улыбкой.
— Мы оба морские боги, к чему эти церемонии, прошу, занимайте место! — приветливо отозвался Посейдон.
Пир шел своим чередом, гости непринужденно беседовали. Я заметила, что все морские нимфы толпятся поодаль: одни играли на музыкальных инструментах, другие сновали туда-сюда с кубками. Атмосфера за столом царила вполне сносная, если не считать того, что Посейдон раз за разом пытался завести разговор, будто вытягивая из меня правду о прошлом.
— До сей поры я вечно скитался повсюду, а когда привык к праздности, отец вдруг притащил меня сюда разгребать дела, — я заранее приготовилась к подобным расспросам. Понт никому и никогда не распространялся о своем первенце, так что сойдет версия, будто я бесцельно слонялась по смертному миру. По крайней мере, проверить это никто не сможет.
Что за удручающая... я тяжело вздохнула про себя. Мужские игры за власть ничуть не лучше тех змеиных интриг, что плетут между собой богини.
На обратном пути Халия шепнула мне:
— Господин, вы и сами видели, как сильно Посейдон опасается вас. Я советую поскорее обзавестись верными воинами и основать собственный удел. Не забывайте, что в сердцах людей вы пользуетесь куда большим уважением.
Раз уж Халия перешла на обращение господин, значит, дело принимало серьезный оборот. И она была права: для прибрежных жителей божество, в чьей власти находятся опасности и ярость пучины, вызывает гораздо больше трепета.
Воины? Пожалуй, об этом и впрямь стоило задуматься всерьез. Пока я жду действий Офиона и восстановления собственных сил, мне необходимы и союзники, и расширение собственного влияния. Зевс — далеко не лучший из верховных богов, по крайней мере, его любвеобильность вызывает у меня глухое раздражение. Что до Посейдона... он уже смотрит на меня волком, о каком союзе тут может идти речь. До меня давно доходили слухи, что Афина уже основала Святилище, а судя по тому, как раньше ее интересовала сила Офиона, она кажется идеальным кандидатом для заключения союза.
А вот Подземный Мир пока лучше не трогать — я морально совершенно не готова возвращаться туда.
— Брат? — заметив, что я погрузилась в задумчивость, Халия осторожно окликнула меня.
— А? Ничего, поручаю это дело тебе, — распорядилась я.
http://bllate.org/book/23270/2499578
Готово:
