— Нет, невозможно! Глупый сын наставника Лоу — дурачок. Но тот самый... тот самый младший брат, что был только что, разве он похож на дурака? Да это вы сами дураки!
Лоу Цзыхань впервые в сознательном состоянии переступил порог Академии Синчэнь, и чувства его были весьма необычны. Он помнил, где жили они с матерью, помнил дом Нин Аня, но вот где находится библиотека... этого он, признаться, не помнил вовсе.
Лоу Цзыхань немного подумал и направился к жилищу Нин Аня.
— Говори! Что еще ты у нас украл? Живо выкладывай!
— Хм! Несколько дней не виделись, а ты и впрямь осмелел! Мало того что драться начал, так еще и воровать научился?
Вдруг спереди донесся шум потасовки, сопровождаемый криками. Звуки ударов по телу перемежались с глухими стонами боли.
Лоу Цзыхань замедлил шаг. Его холодные брови слегка нахмурились, и он поднял взгляд, вглядываясь в ту сторону. Эти двое были ему до боли знакомы, и он испытывал к ним глубокое отвращение — это были те самые люди из семьи Нин, что прежде избивали его и Нин Аня.
Лоу Цзыхань прищурился, достал из кольца хранения некий предмет и двинулся вперед.
— Я ничего не крал... — донесся до него детский голос, срывающийся на всхлипы и обиду. — Этот артефакт с гравировкой мне подарил Цзыхань...
— Цзыхань? Лоу Цзыхань, тот дурачок? Ха-ха-ха-ха! Ты даже врать толком не умеешь, раз решил прикрыться этим идиотом... До чего же смешно!
Люди из семьи Нин разразились издевательским хохотом. Лицо Лоу Цзыханя стало еще мрачнее. Тот, кого окружила эта толпа, был Нин Ань.
— Отойдите.
Он быстро подошел ближе, его черные глаза холодно и безразлично смотрели на обидчиков.
Окружающие, увидев это, на мгновение замерли.
— Кто это такой?
— Какая дерзость, посмел вмешаться в дела семьи Нин?
— Неужели он не знает, что Академия Синчэнь находится под контролем трех великих семей города Цинсюань, и Нин — одна из них?
— Нин Чжан, Нин Пин и Нин Хуэй — сколько учеников в Академии они проучили, и никто не смел перечить. А этот парень решил заступиться? Жить надоело?
— К тому же... он не выглядит так, будто владеет духовной силой. Кажется, он совсем слаб!
— Кто посмел мешать мне?
Только они вошли во вкус, как кто-то прервал их забаву. Троица из семьи Нин была в ярости! Неужели этот человек ни во что их не ставит? Они обернулись, чтобы посмотреть на смельчака.
— ...
— !!!
Стройный юноша в развевающихся синих одеждах стоял перед ними с невозмутимым лицом. Его холодный взгляд, лишенный каких-либо эмоций, смотрел на них так, словно перед ним были ничтожные муравьи. Это невольно вызвало у них чувство стыда.
— Это ты! — вскоре троица пришла в себя после шока, и на их лицах отразилось раздражение. — Ты, дурачок, еще не подох? Ты...
Странно, почему они только сегодня заметили, что этот дурак такой красивый?
— Цзыхань! — Нин Ань, увидев его, сначала обрадовался, но тут же испугался. Он боялся, что история повторится и Лоу Цзыханя будут избивать вместе с ним. — Уходи скорее!
Лоу Цзыхань не проронил ни слова. Он медленно подошел и помог ему подняться. Троица из семьи Нин, до этого застывшая на месте, теперь смотрела на Лоу Цзыханя с еще большим недоумением. Этот дурак... он что, заговорил? Больше не дурак?
После короткого замешательства на их лицах расплылись еще более наглые улыбки. Перестал быть дураком? Тем интереснее, не так ли?
Пока они размышляли об этом, Лоу Цзыхань перевел свой безразличный взгляд на них и спросил Нин Аня:
— Что происходит?
Неизвестно почему, но при виде спокойного и исполненного достоинства Лоу Цзыханя сердце Нин Аня вдруг успокоилось. Он сжал рукава и прошептал:
— Раньше... раньше они издевались надо мной, и я не сдержался, использовал Ветер, сметающий облака, чтобы победить Нин Хэна... А потом они стали требовать, чтобы я отдал им другие гравировки...
В стороне, неспешно проходя мимо, остановился статный юноша в белоснежных одеждах с мягким, благородным лицом. Услышав упоминание Ветра, сметающего облака, он замер. Его взгляд остановился на Лоу Цзыхане, и в глубине глаз промелькнуло задумчивое выражение.
— ...Это ведь ты подарил их мне для годового экзамена... Я не отдам их им, а они теперь обвиняют меня в краже...
— Смешно!
Троица из семьи Нин, оправившись от перемены в Лоу Цзыхане, усмехнулась:
— Ты говоришь, он подарил их тебе? Этот дурак без роду и племени, который сам себя прокормить не может? Он — и вдруг гравировки? Думаю, вы оба их украли!
— Врете! — Нин Ань покраснел от гнева. — Цзыхань не воровал! Он сам их вырезал...
— Нин Ань, — Лоу Цзыхань слегка нахмурился и покачал головой.
Затем он посмотрел на троицу.
— Чего вы хотите?
Те решили, что он испугался, и осклабились:
— Во-первых, вы оба отдадите нам все гравировки! Во-вторых, должны встать на колени, бить поклоны и молить о пощаде. И наконец...
Не успел он договорить...
Свист!
Синяя тень мелькнула перед глазами. Все решили, что им показалось...
Бам!
Раздался оглушительный грохот.
— А-а-а! — взвыл Нин Чжан, который только что говорил.
Его тело отлетело на землю, и, неведомо как, под ним пошли трещины, словно паутина... На нем не было ни царапины, но лицо исказилось от дикой боли, и он закричал, точно увидел призрака среди бела дня.
— Нин Чжан? Что с тобой?
— Нин Чжан? — Нин Пин и Нин Хуэй были в ужасе.
Нин Чжан был главным из них, младшим господином основной ветви семьи Нин. Пусть он и был бестолковым, но его статус был выше, чем у них. Если с ним что-то случится, им обоим не поздоровится!
Все вокруг с изумлением смотрели на троицу, не понимая, что произошло. Лоу Цзыхань стоял бледный, с невозмутимым лицом, равнодушно взирая на эту сцену. Стоящий рядом Нин Ань не успел среагировать, он моргал, гадая: неужели Цзыхань только что ударил его? Или нет?
В стороне юноша в белом, наблюдавший за Лоу Цзыханем, не скрывал странного и сложного выражения в глазах.
— Уходим.
Лоу Цзыхань подавил дурноту и сказал Нин Аню. Использование Метода Поглощения Духа в Земле испытаний Секты Девяти Таинств еще давало о себе знать, а применение техники Мерцающий свет и мимолетная тень отняло последние силы.
— Хорошо...
— Не... не отпускайте их! А-а-а! Это они! Это точно они что-то со мной сделали! Схватить их! Проклятье! Низкий слуга и какой-то дурак посмели... посмели...
Нин Чжан страдал невыносимо, за считанные мгновения он покрылся потом, голос его дрожал от боли и ярости, он указывал на уходящих Лоу Цзыханя и Нин Аня. Нин Пин и Нин Хуэй, услышав это, изменились в лице. Разъяренные, они бросились наперерез:
— Вы, щенки, посмели тронуть господина Нин Чжана! Вы...
— Стоять!
Когда Лоу Цзыхань снова потянулся к кольцу хранения, из толпы вышел тот самый юноша в белом. Его голос звучал спокойно, а с плеч сорвалась мощная аура, словно приливная волна, обрушиваясь на Нин Пина и Нин Хуэя. Те, будучи слабее, застыли на месте под давлением, даже дышать стало трудно, не то что драться.
— Старший брат Шэнь! Это старший брат Шэнь!
Как только он заговорил, ученики Академии Синчэнь узнали его и уставились на него с восхищением.
— Не ожидал, что сегодня так повезет увидеть старшего брата Шэня!
— Это и есть Шэнь Хуайань? Говорят, он не только возглавляет Список Небесных Талантов, но и является личным учеником главы Гильдии артефакторов города Цинсюань! В столь юном возрасте он уже достиг Великого Совершенства Духовного Воина. Пусть он еще не умеет создавать артефакты, но уже способен наносить гравировку! Невероятно!
— Пф! Это все в прошлом! Разве ты не слышал, что месяц назад старший брат Шэнь прорвался на ступень Юаньу? Теперь он мастер ступени Юаньу!
— Что? Юаньу? Если память мне не изменяет, старшему брату Шэню всего восемнадцать? Восемнадцать лет и ступень Юаньу! О боги, настоящий гений!
Восторженные возгласы раздавались со всех сторон. Нин Пин и Нин Хуэй побледнели. Семья Шэнь тоже входила в тройку великих семей, но статус Шэнь Хуайаня был несравненно выше их собственного. Они могли обижать только тех, кто слабее, но Шэнь Хуайань? Даже если он их покалечит, семья Нин не проронит и слова в их защиту.
— Ты, кажется, Нин Чжан? — Шэнь Хуайань подошел к корчащемуся на земле Нин Чжану. — Я знаком с твоим братом.
У Нин Чжана был старший брат, чей талант был лишь немногим хуже, чем у Шэнь Хуайаня, и сейчас он был на стадии Великого Совершенства Духовного Воина, являясь заметной фигурой в Академии. Кроме того, у него была сестра, не только одаренная, но и ослепительно красивая, которая два года назад уехала в окружной город и привлекла внимание сына губернатора. Именно поэтому в последние годы три семьи Цинсюаня негласно признавали первенство семьи Нин.
— Ты... чего ты хочешь? — Нин Чжан настороженно смотрел на него. Три семьи лишь внешне сохраняли мир, втайне конкурируя друг с другом, и в Академии ученики даже разделились на три лагеря. Старшие боролись за должности наставников и ректоров, младшие — за места в Списке Небесных Талантов. Сейчас Шэнь Хуайань был первым в списке, и Нин Чжан, естественно, его боялся.
— Ради знакомства с твоим братом я готов решить твою проблему. Но при одном условии.
— Каком... условии? — сквозь боль спросил Нин Чжан.
— Извинись перед ними.
Шэнь Хуайань указал длинным изящным пальцем на Лоу Цзыханя и Нин Аня. Лоу Цзыхань по-прежнему стоял с невозмутимым лицом, лишь слегка нахмурившись, и опустил взгляд на кольцо хранения на пальце.
— Невозможно! А-а-а! — закричал Нин Чжан, и от сильного волнения боль в теле лишь усилилась.
— Тогда продолжай страдать. Но предупреждаю: эти двое — мои друзья. Надеюсь, в следующий раз вы хорошенько подумаете, прежде чем поднимать на них руку.
Тон его был мягким, но каждый присутствующий услышал в этих словах скрытую угрозу.
http://bllate.org/book/23222/2491376
Готово:
