Наконец добравшись до празднично украшенного зала, Гу Юнь опустила Цзян Либай на пол, заметив при этом, как та с явным отвращением отодвинулась в сторону.
Исин причмокнул и сухо заметил:
— Генерал, мне кажется, принцесса вас недолюбливает.
Гу Юнь не ответила. Она была занята исполнением свадебного обряда, которому её обучали в последние дни.
Всё шло гладко, но когда пришло время совершить поклон супругов, Седьмая принцесса застыла на месте, не торопясь склонить голову.
Гу Юнь подняла на неё взгляд и увидела, что та, скрытая за жемчужной завесой, слегка закусила губы, выглядя совершенно растерянной. Гу Юнь невольно позвала её вполголоса:
— Принцесса?
Вокруг воцарилась тишина. Все присутствующие с недоумением наблюдали за молодожёнами.
Услышав за спиной приглушённый шёпот, Цзян Либай снова пристально посмотрела на человека напротив.
Даже сейчас ей казалось, что она видит сон — будто всё произошедшее в последние дни было лишь призрачным маревом, не имеющим ничего общего с реальностью...
Она действительно выходит замуж за нелюбимого человека лишь из-за этого ребёнка, которого никак не получается избавиться...
Вспомнив свои прежние расчёты, Цзян Либай закрыла глаза и в конце концов совершила последний поклон.
— Обряд завершён! Проводить в брачные покои!
Под протяжные выкрики распорядителя Гу Юнь повела Цзян Либай в обновлённую спальню.
Едва они переступили порог, как две служанки, пришедшие с Седьмой принцессой, встали на пути у Гу Юнь, глядя на неё с опаской:
— Фума, подождите снаружи.
Гу Юнь не успела даже переступить порог правой ногой, как её вытолкнули прочь.
Смотря на захлопнувшуюся перед носом дверь, она долго не могла прийти в себя.
— Генерал... похоже, принцесса и правда вас не жалует.
Гу Юнь коснулась кончика носа:
— Заметила.
В небе висел серп луны, холодный свет заливал внутренний двор, делая его тихим и светлым.
Гу Юнь уже собиралась уходить, как услышала тяжёлые шаги. Обернувшись, она увидела сваху, а за ней — нескольких особ, по виду напоминавших других принцесс императорского дома.
Сваха прищурилась и улыбнулась:
— Ой! Фума, почему вы всё ещё здесь? Пора бы уже и покрывало приподнять!
С этими словами она постучала в плотно закрытую дверь:
— Ваше Высочество, фума пришёл снять покрывало!
Не дождавшись ответа изнутри, сваха с улыбкой продолжила:
— Ваше Высочество, матушка-наложница ждёт моего возвращения во дворец, если мы упустим время...
Она не успела договорить, как дверь распахнулась. Круглолицая служанка пригласила всех войти:
— Принцесса проголодалась и перекусила пирожными, только сейчас закончили приводить всё в порядок...
Парой фраз она объяснила, почему Седьмая принцесса держала фуму за дверью.
Гу Юнь снова вошла в спальню, и сваха подтолкнула её к кровати:
— Фума, извольте открыть покрывало принцессы!
Взяв весы для снятия покрывала, Гу Юнь под радостные возгласы присутствующих медленно приподняла красную ткань, расшитую фениксами.
Свет свечей дрогнул, отразившись в подёрнутых дымкой глазах Седьмой принцессы, что придало её облику застенчивой и робкой красоты. Щёки, тронутые румянами, казались мягкими и нежными, а выбившиеся у висков пряди волос, слегка колышимые ветром, подчёркивали белизну её кожи.
— Фума, не заглядитесь! Пора пить вино единения! — сваха протянула два нефритовых кубка.
Гу Юнь усадили рядом с Седьмой принцессой, и она взяла один из кубков.
Но сваха ловко отвела руку, заменив кубок на другой:
— У принцессы слабая голова, этот кубок поменьше — для неё...
— Пейте, Ваше Высочество, не бойтесь. После этого вина вы с фумой станете настоящими супругами!
Каждый из них думал о своём, когда они скрестили руки, готовясь выпить.
Вдруг подал голос Исин:
— Генерал, в вине что-то есть.
Гу Юнь замерла:
— Что именно?
Проанализировав аромат, исходящий из кубка, Исин сделал вывод:
— Афродизиак.
Главное, что не яд.
Гу Юнь невозмутимо выпила вино, а затем, вспомнив странное поведение свахи, спросила:
— А что пьёт Седьмая принцесса?
Исин проанализировал и ответил с удивлением:
— Не вино, и без добавок. Просто тёплая вода...
Это что, особое отношение?
Исин был недоволен:
— Почему вам подмешали афродизиак, а принцессе нет?
Гу Юнь незаметно покосилась на живот Седьмой принцессы:
— Беременным нельзя пить вино, а тем более лекарства. Что же до меня... возможно, хотят, чтобы наша брачная ночь прошла более гладко? Учитывая отношение принцессы, без этого зелья мы бы вряд ли провели ночь вместе.
Интересно, кто это подстроил?
Когда все формальности были соблюдены, сваха радостно убрала кубки:
— Желаю Вашему Высочеству и фуме вечного единства и скорейшего рождения наследника! — с этими словами она выпроводила всех из комнаты.
Когда все ушли, в спальне остались только Гу Юнь и Седьмая принцесса.
Под бдительным взглядом принцессы Гу Юнь поднялась, подошла к плевательнице, нажала на несколько точек на груди и извергла выпитое вино с афродизиаком.
Выпрямившись, она обернулась к Седьмой принцессе, чьё лицо уже не выражало смущения:
— Принцесса, я...
Она сделала два шага вперёд, как вдруг Седьмая принцесса выхватила из-под подушки острый кинжал и направила острие на неё:
— Не подходи!
Гу Юнь на мгновение замерла.
— Гу Юнь, верно? — Цзян Либай понизила голос и сурово пригрозила: — Хотя мы поженились и в глазах других стали супругами, кое-что ты должна уяснить!
Гу Юнь послушно подняла руки вверх:
— Например?
Цзян Либай не понимала, зачем та подняла руки, но раз уж начала, продолжила твёрдо:
— Мой брак с тобой был не по моей воле. То, что я втянула тебя в это — моя вина, но я обещаю дать тебе столько свободы, сколько смогу.
— На людях мы — супруги. Но наедине — между нами нет ничего общего.
В комнате стояла тишина, было слышно, как потрескивает фитиль свечи.
Гу Юнь не ожидала, что Седьмая принцесса вышла за неё с такими намерениями.
— Ты поняла? — увидев, что Гу Юнь задумалась, Цзян Либай решила прибегнуть к подкупу: — Я знаю, что здесь тебе приходится несладко, но если будешь хорошо играть роль моего мужа, никто больше не посмеет тебя обидеть, и в еде, и в одежде у тебя будет всё самое лучшее...
Она была уверена, что Гу Юнь, привыкшая к лишениям, согласится. Именно поэтому она настояла на браке, узнав о происхождении Гу Юнь.
Людьми низкого звания легче управлять.
Как и ожидалось, Гу Юнь согласилась.
Цзян Либай тихо выдохнула.
— Тогда насчёт этой ночи...? — Гу Юнь думала о том, что раз уж она взяла её в жёны, то в её сердце Седьмая принцесса теперь — её госпожа, и она будет заботиться о ней и нести за неё ответственность.
А что там на уме у принцессы — это уже не её дело.
В любом случае, жена — своя, и ребёнок — свой.
— Сегодня... сегодня ты спишь на полу, на кровать не смей забираться!
Хорошо, что сейчас не так уж холодно.
Цзян Либай бросила на пол одеяло с вышитыми уточками-мандаринками:
— Вот, спи на этом.
Разобравшись с Гу Юнь, она сняла венец и украшения, села на край кровати, опустила полог и легла, не раздеваясь.
Но стоило ей закрыть глаза, как звук шагов Гу Юнь заставил её вздрогнуть. Она села и снова схватилась за кинжал под подушкой.
Полог приподнялся, и она увидела, что Гу Юнь принесла другое одеяло и положила его на кровать.
— Ночью холодно, укройся как следует.
Увидев, что Гу Юнь опустила полог, Цзян Либай перевела взгляд на одеяло у края кровати.
Сжимая кинжал, она медленно потянула одеяло на себя и укрылась.
Тепло мгновенно окутало её, и на душе стало тревожно.
— Кинжал острый, принцесса, будьте осторожны, не поранитесь, — в темноте, когда свечи были погашены, Цзян Либай услышала тихий, спокойный голос Гу Юнь за пологом: — Я не причиню тебе вреда, спи спокойно.
http://bllate.org/book/23211/2489759
Готово:
