Прошло двадцать минут…
У Шаньшань всё это время ломала голову над тем, с чего начать разговор. Внезапно дверь щёлкнула замком и распахнулась, а за ней хором прозвучало от официантов: «Добро пожаловать!»
У Шаньшань радостно обернулась — и тут же остолбенела. Улыбка застыла у неё на лице, будто её намертво приклеили, и ни один мускул больше не слушался.
— У Шаньшань?
— Си Юй?
Встреча заклятых врагов всегда полна ярости. У Шаньшань и в голову не могло прийти, что таинственный гость, которого она так ждала весь вечер, окажется именно Си Юй!
А Си Юй, спустя пару секунд растерянности, наконец осознала истинную цель Лэн Хаоминя, пригласившего У Шаньшань на ужин: он хотел дать ей возможность отомстить!
— Си Юй… Ты пришла? Всё блюдо только что подали…
Си Юй непринуждённо села за стол.
— Правда? Тогда налей мне миску супа.
Налить ей суп?
У Шаньшань замерла. Она увидела, как Си Юй прижалась к Лэн Хаоминю, сидя с видом королевы. В душе у неё вспыхнуло чувство глубокого унижения!
У Шаньшань не ожидала, что попадётся в ловушку Лэн Хаоминя. Только сейчас она поняла: он вовсе не собирался угощать её ужином — он хотел наказать её за то, что в тот день она подстроила падение Си Юй в воду!
— Так ты не собираешься наливать? — приподняла бровь Си Юй, бросив на неё угрожающий взгляд. — Хочешь разозлить меня?
Она прекрасно знала: если бы не Лэн Хаоминь, У Шаньшань никогда бы не стояла перед ней, униженно сгибая колени!
Но раз уж так вышло — она непременно отплатит той за старое!
У Шаньшань сглотнула обиду. Если она угодит Си Юй — её карьера в индустрии развлечений пойдёт в гору. А если рассердит — Лэн Хаоминь уничтожит её без пощады!
Лишь на мгновение замешкавшись, У Шаньшань тут же расцвела улыбкой:
— Какой именно суп тебе налить? Здесь всего четыре вида.
— Как я пойму, какой выбрать, если ты не назовёшь их все?
— Госпожа Си велела перечислить все — так чего же стоишь?! — рявкнул вдруг Сы Чэ.
С ней он говорил так, будто она — провинившаяся служанка.
У Шаньшань поспешно протянула руку:
— Это «Небесный цветок», это «Тысяча оттенков», третье — «Золото и нефрит», а четвёртое — «Весенний свет»…
Закончив перечисление, она невольно подумала про себя: эти блюда готовят самые знаменитые повара Х-сити. Даже ей, звезде, чтобы попробовать их, пришлось бы заранее бронировать за месяц! А официанты только что поменяли всё меню на этом столе четыре-пять раз подряд…
Ясно, насколько высок статус Лэн Хаоминя в этом городе!
Ради Си Юй он тратит деньги, будто у него их бесконечно много!
Какая женщина не мечтает носить лучшие наряды и есть изысканные блюда? Но Си Юй — исключение. Ей не нужны бренды, да и знаменитые деликатесы её не прельщают. Для неё важно лишь одно — чтобы вещь подходила лично ей.
Однако сегодня она решила, что можно и попробовать.
— Си Юй, какой суп ты хочешь попробовать? — заискивающе спросила У Шаньшань.
— Дай второй.
Си Юй не церемонилась. Они обе — из одного мира шоу-бизнеса, но статус их так сильно различается, что у У Шаньшань чуть сердце не разорвалось от злости.
Си Юй подумала: любой человек с каплей стыда на её месте просто развернулся бы и ушёл. Но У Шаньшань разочаровала её — она осталась.
Си Юй аккуратно зачерпнула несколько ложек супа, подержала миску перед кондиционером, чтобы остудить, и подала Си Юй:
— Си Юй, прости меня… Всё, что случилось раньше — это моя вина. Я не должна была…
— У Шаньшань, налей-ка мне первый суп.
— Но… ты ещё не попробовала этот…
— Вдруг передумала. Разве нельзя? — холодно уставилась на неё Си Юй.
У Шаньшань тут же заулыбалась:
— Конечно, конечно! Ты же сама решаешь, Си Юй! Сейчас же налью. Какой хочешь?
— Четвёртый.
— Хорошо, хорошо!
У Шаньшань поспешно наполнила миску и подала её с покорной улыбкой:
— Попробуй, Си Юй. Вкусный ли? Только осторожно — горячий!
Си Юй уже протянула руку, чтобы взять миску, но в тот самый момент, когда её пальцы коснулись края, посуда внезапно выскользнула и упала.
— Осторожно! — Лэн Хаоминь мгновенно подхватил её на руки.
Горячий суп облил руку У Шаньшань. От боли она скривилась, едва сдерживая слёзы.
— А-а… больно… очень горячо! — всхлипывала она.
— С тобой всё в порядке? — обеспокоенно спросил Лэн Хаоминь, бережно взяв руки Си Юй и внимательно осмотрев их. Убедившись, что ни капли супа на ней нет, он перевёл дух и пересадил её на другое кресло.
— Неуклюжая! Ты вообще хочешь работать?! — вдруг рявкнул он на У Шаньшань.
У Шаньшань чуть не расплакалась:
— Молодой господин Лэн… это не моя вина… Я подавала суп Си Юй, но, наверное, она не удержала…
— То есть это вина Си Юй?
— Нет… я не это имела в виду…
Лэн Хаоминь холодно усмехнулся. Даже сейчас эта женщина пытается посеять раздор между ним и Си Юй!
Он своими глазами видел: У Шаньшань подала миску и нарочно первой отпустила ручку, чтобы создать видимость несчастного случая и вызвать его сочувствие!
Какая коварная особа!
Си Юй с отвращением смотрела на эту сцену. Она изначально не собиралась мучить У Шаньшань — хотела просто выпить суп и попросить Лэн Хаоминя дать той шанс. Но теперь, увидев, как та пытается оклеветать её даже в такой момент, она по-настоящему разочаровалась.
— Уходи, — с презрением сказала Си Юй.
Одного взгляда на лицо У Шаньшань было достаточно, чтобы у неё возникло желание разорвать его в клочья.
Перед глазами всплыли прошлые события. Си Юй всё больше убеждалась: как же она была наивна, доверяя этой женщине!
Услышав приказ уйти, У Шаньшань в отчаянии заплакала и бросилась на колени перед Си Юй:
— Си Юй, не делай так со мной… Я знаю, что всё — моя вина. Я неуклюжая… Я, наверное, тебя напугала? Прости, правда прости! Мои руки совсем не болят, правда!
Она спрятала покрасневшие, распухшие руки за спину.
Такое актёрское мастерство, такой плач — если бы Си Юй не знала, какая У Шаньшань на самом деле, она бы поверила, что всё это искренне. Она играла так убедительно, что слёзы катились, как настоящие, и вся её фигура выражала жалость и боль.
Но именно потому, что Си Юй знала — всё это притворство, — ей стало отвратительно.
— Си Юй, ради всего святого… мы же коллеги, да и раньше дружили… Умоляю, не будь такой жестокой…
— Я знаю, что в тот день поступила плохо. Я притворилась, будто подвернула ногу, но на самом деле у меня была простуда, и мне не хотелось снимать сцену в такую стужу. Я и не думала, что ты упадёшь в воду! Если бы я знала, что с тобой случится беда, никогда бы не просила тебя заменить меня… Я никогда не хотела тебе зла! Для меня ты всегда была лучшей подругой…
Настоящая актриса! Эмоции, выражение лица, слёзы — всё под контролем, всё отточено до совершенства.
Но Си Юй давно привыкла к её уловкам.
Видя, что Си Юй не смягчается, У Шаньшань бросилась на колени перед Лэн Хаоминем:
— Молодой господин Лэн! Си Юй действительно неправильно меня поняла! Прошу, поговори с ней! Я не хотела причинить ей вреда! Пусть она успокоится — я готова на всё, лишь бы она простила меня…
Официанты, наблюдавшие за происходящим, начали шептаться между собой. Им казалось, что Си Юй чересчур высокомерна: она, пользуясь любовью Лэн Хаоминя, безжалостно крушит чужую жизнь.
И ведь эта «чужая» — недавно раскрутившаяся звезда У Шаньшань!
«Си Юй — настоящая злюка!» — думали они, бросая на неё презрительные взгляды.
— Си Юй, если бы я была такой злой, как ты думаешь, разве я стояла бы сейчас на коленях и умоляла бы тебя? Разве…
— Хватит изображать передо мной! Мы обе — актрисы. То есть, окружающие могут и не видеть, но я-то тебя вижу насквозь!
— Си Юй, ты действительно меня неправильно поняла…
У Шаньшань умела так подать себя, что все вокруг считали её жертвой.
А Си Юй, по своей натуре никогда не унижавшаяся перед другими, из-за этого приобрела репутацию холодной и надменной. Именно из-за такого впечатления многие и считали её злой.
— У тебя есть ровно минута, чтобы исчезнуть из моего поля зрения.
— Си Юй…
— Не волнуйся. Твой статус в индустрии развлечений останется прежним.
— Правда?! — У Шаньшань вдруг озарила радость.
Но тут вмешался Лэн Хаоминь:
— Невозможно.
Си Юй удивлённо посмотрела на него.
Лэн Хаоминь нежно погладил её по волосам и мягко сказал:
— Пока ты не простишь её, она не сможет работать в этой индустрии ни дня.
Его тон звучал так властно, что все замерли.
У Шаньшань онемела от ужаса и с надеждой уставилась на Си Юй.
— Я больше не хочу ворошить прошлое. Пусть уходит, — сказала Си Юй. Она не ожидала, что Лэн Хаоминь окажется на её стороне, и в груди вдруг разлилось тёплое чувство. Это было похоже на то, будто тебя поддерживает тот, кому ты безгранично доверяешь: даже если небо рухнет, рядом есть надёжная опора!
— Ты должна сама сказать, простишь ли её.
— Во всяком случае, я не хочу её видеть! Уведи её немедленно!
Лэн Хаоминь кивнул Сы Чэ, и тот тут же вытолкнул У Шаньшань за дверь.
— Стоит мне лишь сказать слово — не только в индустрии развлечений, но и во всём мире ей не будет места.
— Мои дела — не твоё дело.
— Я терпеть не могу женщин, которые любят играть роли, — неожиданно сказал Лэн Хаоминь.
— Ты тоже заметил, что она притворяется?
— Я повидал на своём веку немало людей, — ответил он, глядя на неё так, будто она — наивный ребёнок. — У меня опыта больше, чем у тебя. Поэтому я сразу раскусил её игру. Она слишком наивна для таких уловок.
— В общем, впредь не вмешивайся в это дело.
— Боюсь, не получится.
— Почему?
— Она поставила тебя в смертельную опасность! Как я могу легко её простить? — Лэн Хаоминь излучал ауру настоящего правителя. — Пусть усвоит урок: впредь, стоит ей увидеть мою женщину, пусть обходит стороной.
— … — Си Юй была поражена его высокомерным тоном. — Кто сказал, что я твоя женщина?
— Не хочешь быть?
— Кто вообще этого захотел?
После того как У Шаньшань вышвырнули из ресторана, она всё пыталась вернуться и поговорить с Лэн Хаоминем. Она была уверена: её игра была убедительной! Дай ей ещё одну встречу — и она точно заставит его поверить в свою искренность!
Но Сы Чэ не давал ей и шагу сделать вперёд, а в конце концов его люди просто выкинули её на проезжую часть.
Прохожие и водители машин обходили её стороной, полагая, что она навлекла на себя гнев кого-то очень влиятельного.
Дзынь-дзынь! Дзынь-дзынь!
Внезапно зазвонил её телефон.
У Шаньшань обрадовалась: неужели Лэн Хаоминь передумал? Может, он наконец понял, какая Си Юй на самом деле, и звонит ей?
Не обращая внимания на свой жалкий вид, она поспешно вытащила телефон из сумочки —
Это была агент Чэнь!
— Ты что натворила этим вечером, дурёха?! Из-за тебя вся наша компания обанкротилась! Проклятая дрянь! Как я только решила сделать из тебя звезду?! Я же сколько раз тебе повторяла: угоди таинственному гостю! А ты не только не угодила, но ещё и рассердила молодого господина Лэна! Ты понимаешь, что из-за твоей глупости тысячи людей остались без работы, а у компании разорваны контракты на миллиарды?! Я тебя задушу!..
— Агент Чэнь, что вы говорите…
Чэнь Минцзяо с яростью бросила трубку.
У Шаньшань словно громом поразило. Она так много сил вложила, чтобы попасть в эту компанию… А теперь одно слово Лэн Хаоминя уничтожило всё!
Сердце её облилось ледяной водой.
Она поднялась с земли и с ненавистью уставилась на вход в ресторан.
«Си Юй, раз ты первой проявила жестокость — не вини меня, если я отвечу тебе тем же! Сегодня ты унизила меня до невозможного… В следующий раз я обязательно верну тебе всё сполна!»
На следующий день, в доме Лэней.
Си Юй только проснулась, как тут же заурчал живот. Лэн Хаоминь подошёл:
— Пойдём, поешь. Потом отвезу на съёмочную площадку.
— Но я ещё не умылась и не почистила зубы, — сказала она, намекая на свою привычку тянуть время.
Лэн Хаоминь понял её уловку, но, странное дело, она ему не раздражала. Напротив — он находил её милой.
Ему нравилось, когда она на него полагалась.
Он поднял её на руки и вышел из комнаты. У двери им навстречу шли две горничные. Лэн Хаоминь приказал:
— Уберите комнату Си Юй. Пусть кухня приготовит те блюда, которые она любит. И подготовьте ей одежду нового сезона, косметику и все необходимые предметы обихода. Всё должно быть в её комнате до её возвращения с площадки.
Слуги были поражены до глубины души — у них чуть челюсти не отвисли.
http://bllate.org/book/2321/256883
Готово:
