Система тоже была в отчаянии. Она существовала лишь в сознании Шэнь И, и теперь, когда мозг хозяина был на грани обморожения, она неизбежно пострадала, ощущая невыносимый холод.
Дрожащим голосом система объяснила:
— Твоя… твоя духовная энергия… она была заблокирована, как только ты вошел в Цинцю. Снять печать можно, только покинув эти земли. Сейчас ты… ты самый обычный человек…
Шэнь И с трудом выговорил:
— Ты… ты как?
— Я… мне просто очень холодно, — отозвалась система. — Если температура твоего тела упадет еще ниже, я перейду в спящий режим… Скорее, убирайся отсюда, иначе случится непоправимое!
Слова системы повергли Шэнь И в ужас. Шутки в сторону, если она уснет, что же с ним будет?!
Он заставил себя ускорить шаг и наконец выбрался наружу вслед за Сун Нин. Однако место за древним лесом, где раньше никого не было, теперь оказалось оцеплено.
Сун Нин остолбенела, не в силах сразу осознать происходящее. Лишь увидев ледяное лицо Хуа Лина, она пришла в себя и поспешно поклонилась:
— Приветствую Владыку!
Хуа Лин едва заметно махнул рукой, не сводя пронзительного, пугающе острого взгляда с Шэнь И, чье тело покрылось сосульками.
Сун Нин хотела было поддержать Шэнь И, но, не зная, снято ли проклятие Туманного демона, обратилась к Хуа Лину:
— Владыка, прошу, спасите господина Шэня! Ему совсем плохо, мы подверглись нападению Туманного демона!
Не дожидаясь ответа, Шэнь И, словно почуяв источник тепла, поднял голову. Не раздумывая, он нетвердой походкой бросился вперед и, протянув руки, крепко обнял Хуа Лина!
Челюсти окружающих дружно отвисли. А, так вот он какой, этот Лисий императрица, о котором в Цинцю судачили последние два дня!
Шэнь И вцепился в Хуа Лина так, словно хотел повиснуть на нем всем телом. В тот же миг ледяные наросты на его одежде растаяли, превратившись в легкий туман, который тут же рассеялся.
Сун Нин с изумлением наблюдала, как легендарный, избегающий близости с женщинами Хуа Лин не отстранился, а позволил Шэнь И так себя обнимать. Она подумала, что чувства этих двоих поистине глубоки. Как же они подходят друг другу!
Тем временем Хуа Лин приобнял обмякшее тело Шэнь И и, склонившись к самому его уху, тихо прошептал:
— А у тебя храбрости не занимать. Еще пару дней назад радостно твердил, что любишь меня, а сегодня уже тайком от меня пробираешься в запретную зону с другой женщиной? Так ты меня любишь? М?
Шэнь И притворился мертвым. Он ничего не слышит, совсем ничего… Он не понимает, о чем говорит Хуа Лин… и даже не помнит, как его самого зовут…
О боже, почему он ведет себя так постыдно в таком невменяемом состоянии! Он ведь только что на глазах у всех… обнял Хуа Лина, обнял Хуа Лина…
А-а-а! Это был не он, в тот момент его телом точно завладели инопланетяне! Да, именно так! Шэнь И решил притворяться мертвым лет сто и больше не приходить в себя.
Хуа Лин снял свою верхнюю одежду, накинул на него и подхватил на руки. Движения его были естественными и плавными, словно он проделывал это тысячи раз, хотя на самом деле ни с кем, кроме Шэнь И, он не был так близок.
Сун Нин, глядя на эту сцену, невольно покраснела. Как же Владыка добр к господину Шэню…
Хуа Лин внезапно холодно посмотрел на Сун Нин и негромко спросил:
— Как тебя зовут?
Не ожидая, что Лис-правитель поинтересуется её именем, Сун Нин замерла от неожиданности и поспешно ответила:
— Сун Нин.
Хуа Лин медленно подошел к ней, окинул взглядом её красивое лицо и спокойно произнес:
— Ты должна понимать, чей человек Шэнь Цзинъань.
Сун Нин была неглупа и сразу поняла намек, поэтому закивала:
— Сун Нин понимает. Он человек Владыки.
Хуа Лин с бесстрастным лицом спросил:
— Раз понимаешь, зачем привела его сюда?
Сун Нин была девушкой порядочной и, даже несмотря на то, что это Шэнь Цзинъань умолял её показать путь, склонила голову:
— Я виновата. Прошу Владыку наказать меня.
Хуа Лин чуть тронул губы усмешкой, голос его стал еще холоднее:
— Сознательно идти на нарушение — больше всего ненавижу таких людей. Что ж, накажу тебя…
Не успел он закончить фразу, как Шэнь И, до этого притворявшийся спящим, вовремя очнулся. Он уцепился за рукав Хуа Лина, демонстративно закашлялся и произнес:
— Это я попросил Сун Нин привезти меня сюда.
Хуа Лин, не собираясь выпускать его из рук, слегка приподнял бровь:
— О?
Шэнь И, чувствуя на себе колючий взгляд, не дрогнув, дернул Хуа Лина за рукав, намекая, чтобы его спустили на землю. Но тот словно не заметил сигнала и остался безучастен.
Шэнь И ничего не оставалось, кроме как остаться в объятиях Хуа Лина. Глядя в его бесподобно красивое лицо, он мягко проговорил:
— Я всегда восхищался Священным цветком Цинцю. Думал, раз уж выдалась такая возможность, решил взглянуть.
Лицо Хуа Лина помрачнело:
— Знаешь ли ты, что в эту запретную зону могут входить только влюбленные? Если бы я опоздал хоть на миг, ты бы погиб в той чаще!
Испугавшись его сурового тона, Шэнь И втянул голову в плечи и тихо пробормотал:
— Ну… я же не погиб.
Видя, что Хуа Лин все еще недоволен, он смягчил голос:
— Хорошо-хорошо, я больше никогда не буду приходить сюда без спроса. Не злись.
Этот мягкий, вкрадчивый голос в сочетании с невинным выражением лица создавал полное ощущение кокетства. Хуа Лин насмешливо фыркнул и перевел взгляд на дрожащую Сун Нин.
Шэнь И дернул его за одежду и, прильнув к нему, сказал:
— Я устал. Пойдем домой.
Хуа Лин посмотрел на человека в своих руках, помолчал три секунды, развернулся и ушел, так и не выпустив Шэнь И.
Вернувшись в поместье Хуа, Шэнь И снова стал решительным мужчиной. Он вежливо попросил поставить его на ноги, заявив, что может идти сам, и Хуа Лин послушался.
Шэнь И сделал несколько движений, почувствовал, что полон сил, и с лучезарной улыбкой произнес:
— Благодарю тебя.
Хуа Лин, небрежно расположившись на кушетке в гостиной, прищурился:
— Шэнь Цзинъань, подойди.
Шэнь И вздрогнул, лицо его слегка побледнело. Он отлично помнил: вчера, когда Хуа Лин произнес эти слова, он прижал его к себе и поцеловал!
Видя, что тот не двигается, Хуа Лин не стал торопить, а лишь полулежал, спокойно наблюдая за ним.
Шэнь И медленно подошел, закусил губу и опустил голову. Его вид был таким, что так и хотелось его как следует подразнить.
Хуа Лин похлопал по месту рядом с собой:
— Садись.
Шэнь И подумал: сяду, ну и что? Мы оба мужчины, неужели я должен бояться, что он что-то сделает? Он совершенно забыл о том, как секунду назад переживал за свою честь.
Шэнь И чинно сел рядом, глядя прямо перед собой и сохраняя максимально серьезный вид.
Хуа Лин искоса взглянул на него и негромко спросил:
— Слышал, у тебя неплохие отношения с Сун Нин?
Шэнь И задумался, какой ответ от него хотят услышать. Мысли Владыки неисповедимы, Хуа Лин для него был словно черная дыра, дна которой не видно.
Поскольку это касалось единственного человека в Цинцю, с которым он мог нормально общаться, Шэнь И решил выбирать слова осторожно. Вспомнив о полученном артефакте, он спросил систему:
— Я могу сейчас использовать эту штуку… Зеркало чтения мыслей?
Система:
— Можешь, но только один раз. Действует всего час.
Шэнь И:
— Ладно, давай.
Едва он договорил, как над головой Хуа Лина возникло сияние, очертившее призрачный силуэт зеркала. На нем появилась надпись: Шэнь Цзинъань — мой, я не позволю ему иметь связи с кем-то еще!
Шэнь И со сложным выражением лица перевел взгляд на бесстрастного Хуа Лина. Спустя мгновение он искренне ответил:
— У нас с ней обычные отношения. Просто встретились на рынке и перекинулись парой фраз, не бери в голову.
Собравшись с духом, он взял Хуа Лина за руку и добавил с предельной убежденностью:
— В моем сердце только ты, а не она. Хуа Лин, раз ты привез меня в Цинцю, я теперь твой человек.
Хуа Лин не изменился в лице, все так же оставаясь невозмутимым. Он протянул руку и погладил Шэнь И по щеке:
— Мне всегда нравились люди, знающие свое место. Ты понимаешь, о чем я?
Шэнь И на самом деле не понимал, но это было неважно — у него был козырь. Он снова взглянул на голову Хуа Лина. Там высветилась новая строка: Если он будет послушным, можно и оставить его при себе.
Шэнь И: ...Значит, он считает его кем-то вроде наложницы?
Уголок его рта дернулся, и он, кривя душой, кивнул:
— Понимаю, понимаю.
Хуа Лин прищурился и медленно улыбнулся. Эта улыбка отличалась от прежних — она светилась удовольствием изнутри, глаза его изогнулись, и это выглядело невероятно соблазнительно.
Сердце Шэнь И пропустило удар. Такое трепетное чувство, словно у юной девушки, заставило его кожу покрыться мурашками! Он поспешно прижал руку к груди, заставляя себя успокоиться. Нельзя позволить этому тысячелетнему лису себя околдовать!
Надо помнить, что он — натурал!!!
Хуа Лин наклонился и прижался к его щеке, но не стал предпринимать ничего больше. Шэнь И почувствовал, как кожа в месте касания словно воспламенилась! По телу пробежали электрические разряды!
Но что было еще невыносимее — кто-нибудь может объяснить, что это за поза? Хуа Лин одной рукой гладит его, всем телом навалился и почти заключил в объятия!
К чему такая двусмысленность?!
http://bllate.org/book/23161/2480457
Готово:
