Сегодня финал турнира мехов. В каждой категории определят тройку призеров, а список десяти лучших уже опубликован. Эти люди станут объектом всеобщей зависти и восхищения. Прямо на церемонии представители Имперского военного университета вручат им письма о зачислении.
Бай Юйцзэ моргнул, и в глубине его глаз промелькнули отвращение и гнев.
В списке десяти лучших одной из категорий он увидел ненавистное имя — Хань Чэн из семьи Хань.
Личные способности Хань Чэна были неплохи, так что его попадание в топ не стало сюрпризом. Но хотя разум мог принять тот факт, что этот противный оборотень занял призовое место, сердце смириться не могло. Именно из-за этой семейки, именно из-за Хань Чэна Хань Но лишился права продолжать участие в турнире.
Прищурившись, Бай Юйцзэ скребнул когтями по одеялу, едва не порвав дорогую ткань. Его взгляд невольно упал на Хань Но, который словно отгородился от внешнего мира. В глазах пса отразились сложные чувства, и лишь спустя долгое время он испустил долгий вздох.
На следующий день после завершения турнира Хань Но снова навестили Вэй Цин и Ань Юньмэй.
Как только соревнования закончились, офицеры, выполнявшие свои задачи, должны были вернуться в легионы, на свои посты. Они пришли, чтобы сказать Хань Ци готовиться к отбытию. Разумеется, Хань Ци не собирался оставлять Хань Но одного в Лиду: семейство Хань Чжоу не отличалось мягкосердечием.
Так Хань Но, взяв с собой Бай Юйцзэ, воспользовался преимуществами легиона и отправился в Имперскую столицу.
Хань Но заметил, что с момента посадки на корабль Бай Юйцзэ стал беспокойным. Пес пребывал в состоянии крайнего напряжения: то скреб одеяло в каюте, то метался из угла в угол, то хмурился, глядя на стены и погружаясь в раздумья.
Наблюдая за таким поведением, Хань Но раздраженно бросил:
— Ты можешь угомониться? Ты туда-сюда ходишь, от этого даже мне тошно.
Уши Бай Юйцзэ невольно прижались, он обиженно повернул голову, глядя на хозяина с немым укором.
Хань Но почувствовал себя неловко под этим взглядом, сердито зыркнул на него и отвернулся.
Да делай что хочешь!
Расстояние от Лиду до Имперской столицы было небольшим. Корабль, вылетевший утром, уже на следующее утро прибыл на северную посадочную площадку столицы. Как только они вышли, их встретил шум и гам: всевозможные транспортные средства сновали по земле и воздуху, а взору открылся лес небоскребов — дыхание процветающего мегаполиса нахлынуло сразу.
Хань Ци должен был уйти с Вэй Цином, поэтому не мог отвезти Хань Но в квартиру, которую арендовал в столице. К счастью, Вэй Цин не забыл о юноше, который никогда не жаловал его добрым словом, и распорядился, чтобы Хань Но доставили к дому Хань Ци.
Хань Но бросил на Хань Ци равнодушный взгляд и ушел с людьми Вэй Цина.
Сидя в аэрокаре, Хань Но с любопытством разглядывал сердце Империи. Столичная планета оправдывала свое название — она действительно поражала своим величием. Она отличалась от Лиду: как бы прогрессивен и богат ни был тот город, до столицы ему было далеко.
Если Хань Но испытывал любопытство, то чувства Бай Юйцзэ были куда сложнее.
Прильнув к стеклу, он смотрел золотистыми глазами на проносящиеся внизу здания. Кто бы мог подумать, что он сможет вернуться? Когда всё случилось, он мечтал оказаться здесь, но реальность была неумолима. И вот, когда он уже похоронил эту надежду и был готов смириться с вечной горечью, появился Хань Но. С неудержимым напором он привез его обратно в эту столицу, где под маской роскоши бурлили скрытые течения.
Квартира Хань Ци находилась на окраине центрального района. Маленькое жилье: спальня, совмещенная с гостиной, крошечная ванная и кухня. Даже такая конура в столице была на вес золота, и если бы не знакомство Хань Ци с хозяином, ему бы она не досталась.
Перед отъездом Хань Ци через личный терминал внес Хань Но в список пользователей жилья. Теперь достаточно было приложить терминал к сканеру на двери, чтобы войти.
Войдя в чистую, прибранную квартиру, Хань Но окинул её взглядом, опустил Бай Юйцзэ на пол и сел на кровать.
Бай Юйцзэ выглядел подавленным. Оказавшись на кровати, он растянулся на ней без движения.
Хань Но покосился на него, нахмурившись. Почему эта паршивая собака такая непредсказуемая? То радуется, то хандрит — переменчивее его самого!
Глядя на опущенные уши пса, Хань Но не выдержал, протянул руку, ухватил их и потянул вверх, заставляя стоять торчком. Присев на корточки, он уставился на Бай Юйцзэ:
— А ну, взбодрись. Ходишь весь день как в воду опущенный, смотреть противно.
Бай Юйцзэ поднял глаза и слабо скуляще «у-у» ответил ему.
Уголок рта Хань Но дернулся. И правда, не понять ему мыслей этой паршивой собаки! Женская натура — и та проще, чем этот зверь!
Отпустив уши, Хань Но решил сменить тактику: он принялся активно ерошить голову Бай Юйцзэ, превращая недавно отросшую шерсть в полный беспорядок.
С такой прической Бай Юйцзэ уже не мог предаваться меланхолии — не та была атмосфера.
Растрепав пса, Хань Но сел на пол, прислонившись спиной к кровати, и негромко спросил:
— Где здесь можно раздобыть энергетическую руду?
Бай Юйцзэ, глядя на затылок Хань Но, подошел и положил подбородок ему на голову.
Сверху донеслось скуление. Хань Но помрачнел:
— Даже если ты будешь скулить, я ничего не пойму.
Через мгновение он почувствовал, как голова на его макушке задвигалась из стороны в сторону. Лицо Хань Но стало еще чернее.
Из-за недавнего активного использования запасы духовной энергии в его теле были на исходе. Если он хочет участвовать в отборе для новобранцев, то без энергии с таким тщедушным телом он станет просто мясом для нарезки. Так что самый важный вопрос сейчас — где достать руду.
Бай Юйцзэ, лежа на его голове, чувствовал, как давление вокруг полузверя начинает падать.
Зная характер Хань Но, пес обреченно вздохнул. Из-за проблем с рудой Хань Но снова был не в духе, а когда он не в духе, то обязательно ввяжется в неприятности.
Это вам не приграничная планета Лолбак, где никто не сует нос в чужие дела. Это столица, под самым носом у императора, здесь за каждым следят. Если Хань Но выкинет что-то подобное инциденту с захватом транспорта на Лолбаке, так легко ему не отделаться.
Оттолкнувшись от головы Хань Но, Бай Юйцзэ ловко приземлился перед ним и вцепился когтями в его штанину.
Его золотистые глаза блестели, выглядя на редкость… разумными.
Хань Но решил, что у него точно помутилось в голове: он увидел проблеск разума в глазах уродливой облезлой собаки.
— У тебя есть идея? — Хань Но приподнял бровь, догадываясь, что хочет сказать пес.
Бай Юйцзэ кивнул, пристально глядя на Хань Но, словно выпрашивая похвалу.
Хань Но дернул углом рта:
— Вот когда решишь проблему, тогда и будешь строить такие рожи.
Свет в глазах Бай Юйцзэ мгновенно погас, уши поникли. Вид у него был такой потерянный и обиженный, что у Хань Но дрогнуло сердце, и зародилось слабое чувство вины. Но он тут же решительно подавил его.
Эту паршивую собаку нельзя хвалить! Стоит перехвалить — и хвост сразу задерет до небес!
Проблема с рудой не терпела отлагательств, и уже на следующий день Хань Но, прихватив Бай Юйцзэ, вышел из дома.
Хотя добыча энергетической руды контролировалась Империей, та не могла единолично поглотить всю выгоду, поэтому несколько частных корпораций подписали соглашения с королевской семьей, взяв под контроль часть отрасли.
Официально частная торговля необработанной рудой была запрещена — разрешалось продавать лишь готовые энергетические ячейки классов от F до D. Но запас энергии в них был невелик, а цена кусалась, поэтому их использовали в основном для крупных производств или бытовых мехов D-класса.
Денег Хань Но на восполнение духовных сил явно не хватало.
Бай Юйцзэ водил его кругами по жилым кварталам, пока они не оказались у элитного поселка. Виллы утопали в густом саду, а над ними возвышались воздушные террасы. Сразу было видно — живут здесь одни богачи.
Хань Но с Бай Юйцзэ на руках преградили путь у входа в сад.
Разумеется, их не пустили: то ли из-за правил, запрещающих вход посторонним, то ли из-за того, как они выглядели. Но охранник вел себя крайне вызывающе, его презрение и отвращение заставили лицо Хань Но помрачнеть до предела.
— Проваливайте, проваливайте! Вы хоть знаете, куда пришли? Это не место для всякой нищеты!
Хань Но метнул в него взгляд, как лезвие, прошедшее путь от лба до самого горла.
Бай Юйцзэ, подняв голову, подумал: если бы у Хань Но был настоящий нож, то в горло охранника вонзился бы он, а не взгляд.
Охранник невольно сглотнул, почувствовав, как по спине пробежал холодок, а волосы на затылке встали дыбом. Но он не унимался, продолжая хамить:
— Не слышали, что я сказал?! Оглохли?! Это район для богатых, не мозольте глаза! Напугаете жильцов — мало не покажется!
— Шумный, — Хань Но нахмурился и сделал шаг вперед.
Охранник сидел в будке в пяти метрах, но от медленного приближения Хань Но его сердце забилось чаще. Зародился страх: ему показалось, что к нему идет не худой юноша в простой одежде, а разъяренный хищный зверь, готовый вцепиться в глотку.
— Би-би! — сзади раздался гудок. Хань Но остановился и обернулся.
Позади стоял очень эффектный и вызывающий аэрокар. Плавные линии, новейшая модель — само совершенство, если бы не ярко-красный цвет, от которого Хань Но поморщился.
Бай Юйцзэ в его руках оживился.
Этот выскочка всё так же любил кричащие цвета. Посмотрите на кузов: ярко-желтые розы с зелеными листьями — такой пошлый и причудливый стиль стал визитной карточкой этого типа.
Из окна выглянула красная голова. Под ежиком волос скрывалось лицо с детскими чертами.
— Чего встали? Чего встали? Живо открывай ворота! — юноша недовольно посмотрел на охранника.
Охранник, выдохнув, тут же покрылся холодным потом: с этим господином шутки плохи. Он засуетился, кланяясь:
— Да-да, господин Ци, не гневайтесь, сейчас открою!
Застучав по панели управления, он злобно зыркнул на Хань Но, всем видом показывая: «Я с тобой еще разберусь!»
— Ав! — в отличие от обычного скуления, Бай Юйцзэ издал властный рык. Правда, из-за маленького размера эффект был смазан.
Но это привлекло внимание Ци И, который до этого даже не заметил их присутствия.
— Эй… а этот «ав» звучит знакомо?
Он опустил взгляд и увидел худощавого юношу, державшего уродливого белого пса. Тот смотрел на него золотистыми глазами с таким выражением, будто перед ним полный идиот.
— АВ-В-В!!! — этот рык был куда внушительнее, хотя в нем сквозило изумление.
— Ты… — только начал Ци И, как поймал такой острый взгляд, что проглотил остаток фразы.
Опустив аэрокар, он открыл дверь и крикнул:
— Быстрее, запрыгивайте!
Хань Но прищурился, посмотрел на Бай Юйцзэ, и тот кивнул, призывая садиться.
Терзаемый сомнениями, Хань Но бросил на пса многозначительный холодный взгляд и запрыгнул в машину. Они въехали в элитный район, оставив ошарашенного охранника стоять в будке с отвисшей челюстью.
В технологичном мегаполисе такой сад выглядел необычно. Огромная территория, густой лес — настоящий зеленый оазис посреди города. Хань Но чувствовал, что водитель лихачит: даже поездки с Хань Ци не были такими стремительными.
Вскоре аэрокар резко затормозил перед изысканной… и вызывающе пошлой виллой.
Стиль тот же, что и у машины: издалека видно, чья это территория. Ярко-красные стены, на одной стороне черные розы, на другой — белые, а по центру — белый волк, воющий на луну. Этот жуткий стиль заставлял держаться подальше.
Даже невозмутимый Хань Но начал опасаться за свое зрение.
Бай Юйцзэ мысленно вздохнул. Этот парень точно был найден на помойке! Никакого вкуса от родителей! Имя «Ци И» — «странный», «необычный» — подходило ему идеально.
Ци И выскочил из машины, поспешно открыл дверь, разогнал слуг и впустил гостя с собакой. Хань Но молча взглянул на белого волка на стене, и в голове мелькнула мысль.
Войдя, Ци И начал суетиться, включая систему защиты, будто к нему собирались прорваться дикие звери. Закончив, он подлетел к Хань Но.
Хань Но напрягся, рука непроизвольно дернулась, и если бы Бай Юйцзэ не успел вцепиться в его предплечье, Ци И мог бы улететь в полет.
Ци И не подозревал, что был на волосок от смерти. Его лицо исказилось: радость, гнев, насмешка, жалость — всё смешалось в одну гримасу, на которую было больно смотреть.
Наконец, все чувства вылились в одну фразу:
— Хорошо, что вернулся, хорошо, что вернулся.
Бай Юйцзэ, глядя на такого эмоционального Ци И, почувствовал тепло, смешанное с горечью.
— Садись, садись! — Ци И быстро взял себя в руки и пригласил Хань Но присесть.
Хань Но переводил взгляд с собаки на Ци И. На душе было неприятно, но он не мог понять почему. Он помрачнел, словно Ци И задолжал ему миллионы кредитов.
— У-у, — Бай Юйцзэ потерся мордой о руку Хань Но, инстинктивно желая прижаться к груди, но, вспомнив про Ци И, тут же отстранился и принял вид благовоспитанной дворняги.
Этот резкий жест сделал лицо Хань Но еще темнее. Он стиснул зубы: «Ну и ну, паршивая собака, отношения у вас явно близкие».
Стоп! Какое ему дело до их отношений?!
Его лицо то чернело, то каменело, и даже такой толстокожий тип, как Ци И, заметил неладное.
— Кхм, — Ци И сел прямо, стараясь выглядеть серьезным. — Это… кто?
— Хань Но, — коротко ответил тот.
— Хорошо. Хань, не расскажешь, что с ним? — Ци И указал на пса. — Я его двоюродный брат, Ци И. Около четырех месяцев назад я получил известие, что он… погиб при исполнении.
Глаза Хань Но потемнели: «Погиб?!»
Отлично, значит, с этой дворнягой всё не так просто!
Ци И тяжело вздохнул:
— Я не верил, что он мог погибнуть на поле боя, поэтому искал его по всей галактике, но так и не нашел.
Хань Но слушал вполуха, а потом спросил:
— Имя?
— Что? — Ци И растерялся. — Что ты сказал?
— Его имя, — Хань Но пронзительно смотрел на него.
Ци И открыл рот, но тут поймал взгляд Бай Юйцзэ: «Не говори!»
Увидев, что Ци И замялся, Хань Но проследил за его взглядом и обнаружил, что пес и человек переглядываются, обмениваясь информацией, которую он не мог понять.
— У! — жалобно пискнул Бай Юйцзэ, опуская уши и глядя на Хань Но: «Зачем ты меня щипаешь?»
— Хм! — из горла Хань Но вырвался холодный смешок. Бай Юйцзэ вздрогнул.
Ци И, заметив эту странную, но гармоничную атмосферу, расхохотался:
— Ха-ха-ха-ха! Не могу, уморили! Ты, и чтобы тебя так прижали! Ха-ха-ха!
Его громкий смех заставил обоих — и пса, и человека — метнуть в него испепеляющие взгляды.
— Кх-кх-кх… — от испуга Ци И подавился слюной и начал кашлять.
Отпив воды, он вытер слезы:
— Ладно-ладно, не смеюсь. Скажи лучше, что с твоей детской формой? Раны еще не зажили?
Хань Но снова перевел многозначительный взгляд на Бай Юйцзэ: «Детская форма?»
Бай Юйцзэ под этим взглядом был готов взорваться от напряжения.
http://bllate.org/book/23152/2479542
Готово:
