Готовый перевод Interstellar: Less Talk, More Swords! / Звёздные войны: Меньше слов — вынимай меч!: Глава 6

Транспортные платформы курсировали с интервалом примерно в десять минут. Дорога петляла, огибая восток и запад, и на обоих участках имелись крутые повороты. Западный путь был прикрыт деревьями, тогда как восточный оставался открытым. Казалось бы, западный поворот куда лучше подходил для налета, но охрана рудника прекрасно это понимала, поэтому бдительность там была значительно выше.

Солнце скрылось за горизонтом, наступила ночь.

Хань Но медленно открыл глаза и поднялся.

Бай Юйцзэ резко вскинул голову и вцепился зубами в и без того рваный плащ Хань Но.

— Отпусти, — бросил тот, бросив на него мимолетный взгляд.

Бай Юйцзэ, продолжая жевать край плаща, замотал головой из стороны в сторону. Из его горла вырвалось невнятное скуление, а золотистые глаза упрямо смотрели на Хань Но: я хочу пойти с тобой!

Хань Но нахмурился:

— И что толку от тебя в таком состоянии? Ты станешь обузой, и мне придется тащить тебя обратно! Ты сам не понимаешь, в каком ты положении? Считаешь себя великим воином? Не путайся под ногами, сиди смирно!

Бай Юйцзэ широко распахнул золотистые глаза, в глубине которых мелькнула обида.

На его морде отразилась тоска. Опустив голову, он медленно разжал челюсти. И правда, что он может? Сейчас он даже не в силах принять свой истинный звериный облик. Весь в ранах, он станет лишь обузой… А ведь когда-то Бай Юйцзэ мог сражаться с кем угодно, а теперь он — просто калека.

Хань Но, глядя на пришибленную собаку, сгорбившуюся на земле, поджал губы. В душе шевельнулось раскаяние.

Он знал, насколько важна сила для здешних зверолюдов, и понимал, что его слова наверняка больно задели его.

С досадой стиснув зубы, Хань Но с мрачным видом подхватил пса под живот и прижал к себе.

Бай Юйцзэ замер, поднял морду и увидел напряженную линию подбородка полузверя.

Обида и печаль в его глазах постепенно рассеялись. Бай Юйцзэ потерся о живот Хань Но, издавая невнятное скуление. Почувствовав это, Хань Но весь напрягся: «Да почему я не могу проявить твердость! Зачем я его взял! Этот пес просто давит на жалость!»

Разозлившись, Хань Но крепко ущипнул Бай Юйцзэ за загривок, вызвав в ответ жалобный визг.

Что ж, услышав этот почти ласковый звук, Хань Но разжал пальцы и снова принялся гладить, но на этот раз гораздо мягче.

Бай Юйцзэ мысленно усмехнулся: этот полузверь, похоже, лишь притворяется суровым. На самом деле он довольно милый.

Хань Но быстрым шагом направился к руднику. Гул «г-г-г» становился всё отчетливее — это работали двигатели транспортных платформ.

Взобравшись на толстую ветку, Хань Но осмотрелся.

Платформы двигались друг за другом с интервалом в триста метров. Металлические кузова были набиты до отказа, а по бокам и сверху на каждой стояло по трое вооруженных охранников.

Бай Юйцзэ через прореху в плаще наблюдал за проезжающими мимо платформами. Теперь он понял, что задумал Хань Но.

Он не мог не поразиться дерзости этого полузверя: решиться на ограбление в одиночку! Как это вообще возможно? На платформах наверняка есть отряды охраны, а с ними шутки плохи!

Пока Бай Юйцзэ терзался страхом за Хань Но, тот усадил его на ветку и, нахмурившись, сурово предупредил:

— Сиди здесь.

Бай Юйцзэ открыл пасть, собираясь возразить, но Хань Но едва заметно повел пальцами — и пес замер, не в силах пошевелиться. Его парализовало!

Бай Юйцзэ вытаращил золотистые глаза, понимая, чьих это рук дело, и уставился на Хань Но с немым укором: «Разве так можно? Я ведь такой послушный!»

Хань Но дернул щекой, отвел взгляд, спрыгнул с дерева и даже не оглянулся.

Бай Юйцзэ тяжело вздохнул, провожая взглядом удаляющуюся спину. Чем ближе Хань Но подходил к дороге, тем сильнее становилось волнение. Он никогда раньше не испытывал ничего подобного — даже когда уверенный в себе Бай Юйцзэ сталкивался с могущественными врагами, он не нервничал так сильно.

Хань Но отогнал от себя образ золотистых глаз, сосредоточившись на дороге.

В поле зрения показалась кабина первой платформы.

Как только машина миновала поворот, Хань Но понял: пора!

Он ловко спрыгнул с дерева. Сердце Бай Юйцзэ забилось в такт движениям Хань Но. Золотистые глаза в темноте светились странным светом. Он видел невероятную скорость Хань Но, но его заботило не то, откуда у слабого полузверя такая прыть, а лишь одно: не грозит ли ему опасность.

Хань Но был уже рядом с платформой. Бай Юйцзэ боялся даже моргнуть.

Сверкнув глазами, Хань Но одним прыжком оказался на капоте, а затем — на крыше платформы.

Двое охранников не успели опомниться, как почувствовали резкую боль в запястьях. Хруст костей заглушил шум двигателя, оружие выпало из рук. Хань Но, нахмурившись, резко развернулся и влил порцию духовной энергии прямо в головы противников. Те почувствовали тупую боль и мгновенно потеряли сознание.

Расправившись с ними, Хань Но глубоко вздохнул, но не расслабился. Ухватившись за поручень, он перемахнул на боковой выступ, ногой сбил одного охранника, а другого схватил за руку с оружием и швырнул прочь. Оба полетели в сторону и врезались в деревья.

Оставшиеся охранники наконец поняли, что происходит, и развернули оружие.

Хань Но резко уклонился, сгруппировался и, сблизившись с ними, вцепился в горла. Влив в их тела духовную энергию, он заставил их зрачки расшириться, а затем, ударив по нервным центрам, погрузил в глубокий сон.

Всех четверых он сбросил в лес.

Добравшись до кабины, Хань Но тяжело задышал. Это тело все еще слишком слабое — даже шестерых одолел с трудом, а запас энергии в даньтяне почти иссяк.

— Если хочешь жить, немедленно смени курс, — ледяным тоном произнес он, прижавшись к окну кабины.

Водитель в ужасе уставился на него.

Стекло, сделанное из особого материала, покрылось сетью трещин. Этот звук отозвался в сердце водителя так же, как треснуло стекло.

Как кто-то мог так легко повредить этот материал? Это вообще человек?! К тому же, это ограбление! Это же вызов Империи!

— Быстро! Немедленно! — нетерпеливо повторил Хань Но, видя оцепенение водителя.

Тот, обливаясь холодным потом, поспешно свернул с дороги в лес. Лес был густым, но деревья росли так, что между стволами оставалось достаточно места, чтобы платформа могла проехать, едва задевая ветки.

Хань Но стоял на крыше и смотрел вдаль: на повороте показалась следующая серебристо-серая кабина.

Бай Юйцзэ выдохнул с облегчением, следя за приближающейся машиной.

Когда платформа остановилась, Хань Но спрыгнул, обошел её и, сделав что-то непонятное, заставил водителя потерять сознание.

В мгновение ока он оказался рядом с Бай Юйцзэ. В золотистых глазах пса, помимо беспокойства, читалась глубокая обида.

Хань Но дернул углом рта, снял заклятие оцепенения и спустил с дерева по-прежнему дующегося пса.

В кабине было полно непонятных кнопок и экранов. Хань Но, хоть и получил обрывки памяти этого мира, всё равно чувствовал себя неуютно.

Посмотрев на панель управления и ничего не поняв, он просто врезал по ней кулаком. Инструменты заискрили и вышли из строя.

Бай Юйцзэ открыл пасть от изумления. Зачем ломать управление?! Можно же было подождать! Хань Но не умеет, зато он умеет!

Но Хань Но его не слышал.

Фыркнув, он вышел из кабины и подошел к кузову.

— Бах! — Бай Юйцзэ остолбенел.

Хань Но не стал раздумывать и просто врезал по кузову ногой.

Если бы Бай Юйцзэ мог говорить, он бы сказал: «В таком маленьком теле столько силы и так мало терпения».

Дверь, конечно, не открылась, а Хань Но чуть не растянулся на земле от отдачи.

Нахмурившись, он отошел на несколько шагов.

Разбег, мощный удар ногой — платформу даже качнуло вперед. Бай Юйцзэ скривился, его морда стала выглядеть совсем жалко. Но еще хуже пришлось платформе: этот специальный транспорт для перевозки энергоруды был почти так же прочен, как боевой корабль.

И всё же Хань Но умудрился оставить на нем огромную вмятину. Металл деформировался, но не треснул.

Хань Но тяжело дышал, нога болела — он явно переоценил свои силы и, кажется, получил перелом. Боль лишь разожгла его гнев. Он уже собирался снова броситься на кузов, но Бай Юйцзэ, сделав два прыжка, повис у него на груди, не давая совершить безумство. Хань Но посмотрел вниз, встретился с расширенными золотистыми глазами, и гнев странным образом утих.

Бай Юйцзэ тяжело вздохнул, потерся о грудь Хань Но и посмотрел на деформированный кузов. Хорошо, что они близко к руднику, где и так шумно, иначе эти удары давно бы привлекли внимание.

Хань Но хмурился, чувствуя раздражение. Бай Юйцзэ, ощутив его состояние, спрыгнул и направился к кабине. Надежда, что она еще не окончательно уничтожена.

По экрану бежали искры и хаотичные данные. Бай Юйцзэ быстро застучал лапкой по панели. Хань Но, не мигая, наблюдал за ним.

Кузов был сильно деформирован, поэтому после ввода команды удалось открыть лишь узкую щель, но этого хватило.

Протиснувшись внутрь, Хань Но осмотрелся. Руда не пострадала, но из-за деформации некоторые камни застряло. Забирать всё он не собирался — он не был идиотом.

Окинув взглядом камни, он выбрал три штуки с самой высокой чистотой и содержанием энергии. Прихватив Бай Юйцзэ, он покинул лес. О водителе они не беспокоились.

…

Бай Юйцзэ перебирал лапой огромный кусок энергоруды. Поверхность была покрыта твердой металлической оболочкой, которую не мог вскрыть даже самый сильный зверолюд — для этого требовалось специальное оборудование на заводе.

Хань Но сидел на земле, скрестив ноги. Его глаза мерцали. Он специально выбрал место подальше от города, где не было следов крупных хищников, чтобы поглотить энергию.

— Охраняй меня. Если будет опасность, не лезь, я справлюсь, — проговорил он, глядя в невинные золотистые глаза пса.

Бай Юйцзэ моргнул, делая вид, что ничего не понимает.

Хань Но сверкнул глазами, отпихнул пса в сторону и закрыл глаза, положив руки на руду. Бай Юйцзэ хоть и не понимал, что делает полузверь, знал одно: в таком состоянии тот крайне уязвим. Поэтому, что бы он ни говорил, бросать его он не собирался.

Бай Юйцзэ придвинулся ближе, положил голову на колено Хань Но и прищурился, будто собираясь вздремнуть. Но его уши, которые постоянно подергивались, выдавали крайнюю степень настороженности.

Время шло. Никто их не побеспокоил, и они провели в тишине три дня и три ночи.

На четвертый день золотистые лучи прорезали тьму, и Хань Но медленно открыл глаза.

Почувствовав тепло на ноге, он опустил взгляд и увидел изможденного Бай Юйцзэ. В его золотистых глазах виднелись красные капилляры. Пес зевнул, на что Хань Но лишь сурово посмотрел на него: эта собака явно не слушалась и не спала трое суток!

Бай Юйцзэ, увидев мрачное лицо Хань Но, понял — дело плохо.

Он принялся тереться головой о ногу Хань Но, поскуливая и загребая лапкой штанину, будто говоря: «Не злись, пожалуйста, я виноват, правда!»

Хань Но сжал зубы, подавляя желание схватить пса за загривок.

— Не думай, что это сработает, — холодно сказал он. — Ты сам знаешь свое состояние. Надеюсь, такого больше не повторится.

Бай Юйцзэ закивал, но кто знает, усвоил ли он урок.

…

С восстановившейся энергией Хань Но почувствовал себя увереннее. Это напомнило ему времена, когда он был учеником: старший брат постоянно ворчал, что у него много спеси и мало мастерства, и что он вечно попадает в неприятности. Чтобы спуститься с горы, ему пришлось выдержать триста ударов от брата. Хань Но приложил немало усилий, выстоял, а в придачу разбил любимый нефритовый кулон брата — тогда он почувствовал себя по-настоящему триумфатором.

Сейчас он чувствовал то же самое — половина гнетущего чувства ушла.

Остальное — дело времени: тело не родное, до прежней силы еще далеко, к тому же часть энергии уходит на восстановление пса. Но теперь он определенно может ходить с высоко поднятой головой!

За два дня он почти восстановил меридианы Бай Юйцзэ.

Тем временем город Лорбак стоял на ушах. Пропажу платформы скрыть было невозможно, тем более что водитель был жив. Даже если он не помнил, кто совершил налет, вид искореженной машины говорил сам за себя.

Кто-то так легко ограбил транспорт, не оставив ни следа — это пугало. Власти Лорбака первым делом заподозрили космических пиратов, ведь только они обладали такой дерзостью и нуждались в ресурсах.

Город был на осадном положении, повсюду патрулировали полицейские роботы. Но следов не было. Через пять дней администрация Лорбака с тяжелым сердцем доложила о случившемся в столицу, понимая, что наказания не избежать.

Но Хань Но и Бай Юйцзэ об этом ничего не знали.

Когда они вернулись в город, оцепление как раз сняли, и Лорбак вернулся к своей обычной суете.

Хань Но шел по улице, неся на руках Бай Юйцзэ, и по-прежнему ловил на себе брезгливые взгляды. В рваной и грязной одежде его принимали за бродягу.

Бай Юйцзэ тихо скулил, тычась мордой в живот Хань Но — лишь бы тот не взорвался от гнева.

— Эй, вы знаете, почему в городе последние дни такой переполох?

— А что случилось? Давно в Лорбаке не было такого уровня тревоги, последний раз — при вторжении зверей.

— Да нет, не так серьезно. При вторжении зверей прилетал даже корпус Сюаньу, а в этот раз — нет.

— Но почти то же самое, все работы остановили.

— Ты знаешь, в чем дело?

— Хе-хе, этого вы не знаете.

— Неужели ты знаешь? Власти так всё скрывали.

— Ц-ц-ц, за кого вы меня принимаете? Мой дядя служит в городской страже. Слышал, что в город проникли космические пираты и провернули грандиозное дело, связанное с энергорудой.

— Да ладно, такие дерзкие?! Решились покуситься на руду!

— Ну, это очевидно, пиратам больше всего нужна энергия.

— И что, поймали их? Почему оцепление сняли?

— Говорят… только тихо… что пираты сбежали. Их так и не поймали!

http://bllate.org/book/23152/2479532