Яо Чуньхуа корчилась на полу, её лицо исказилось от боли, тело безвольно распласталось по земле. Се Ху впился взглядом в спину уходящего Се Сяо, даже не глядя на женщину, и, пытаясь скрыть страх за напускной яростью, закричал:
— Се Сяо! Я твой дядя! Какое же это незаконное проникновение или порча имущества, если я вернулся в собственный дом?! Не смей возводить на меня напраслину!
Се Сяо, с помрачневшим лицом, лишь бросил на него равнодушный взгляд и зашагал дальше.
— Се Сяо!
Се Ху в бешенстве заорал, пытаясь вскочить и броситься следом, но не успел он и шагу ступить, как двое телохранителей схватили его под руки, лишив возможности пошевелиться. Он был уверен, что Се Сяо непременно воспользуется своими связями, чтобы упечь его за решетку на пару лет. Стоит ли напоминать, что вся родня Се Сяо по материнской линии — это сплошь...
Люди, играющие в большую политику!
— Се Сяо! С такой черствостью и бессердечием ты думаешь, долго усидишь в кресле главы семьи?
Как только Се Сяо ушел, большинство тетушек последовали за ним внутрь. Помощник Чжун, уходя, вежливо обратился к Линь Хэну:
— Дальнейшие дела оставляю на вас, управляющий Линь.
Яо Чуньхуа, свернувшись калачиком от боли, беспомощно наблюдала, как Се Ху, даже не взглянув на нее, перешел от угроз к мольбам о пощаде. В душе воцарилось безграничное отчаяние, а физические страдания терзали тело.
Матушка была права: нет на свете хороших мужчин...
Неужели она умирает?
А ведь ее младший брат только пошел в старшую школу.
Чуньшу, сестренка...
Больше не увидит, как ты вырастешь.
— Вызовите ей скорую.
Услышав этот голос, Яо Чуньхуа с трудом перевела взгляд и увидела молодого человека, которого все называли управляющим. Он распорядился:
— Тетушка Тянь, принесите плед, накройте ее.
— Хорошо. — Тетушка Тянь взглянула на женщину, лежащую в луже крови, и почувствовала противоречивые эмоции: этот человек был одновременно и ненавистным, и жалким.
— Спасибо... вам...
Слезы хлынули из глаз Яо Чуньхуа. Ее слабый голос никто не услышал, а кровь смешивалась с горькими слезами, растекаясь по полу.
Се Чэн был недоволен. Он не понимал, зачем Линь Хэн проявляет доброту к этой женщине, которая была так противна всем:
— Зачем давать ей плед? Она такая гадкая, столько вещей в доме перебила.
Линь Хэн, глядя на этого болезненного и вечно недовольного юношу, ответил:
— Возможно, ее ошибка не настолько велика, чтобы платить за нее ценой жизни. Этот пустяковый жест ничем нам не повредит.
Он улыбнулся:
— Конечно, за этот плед я заплачу сам.
Се Чэн смотрел на него с недоумением. Видя вокруг суматоху, Линь Хэн отправил Се Чэна прочь.
Заметив, что Се Ху продолжает пререкаться с телохранителями, Линь Хэн подошел к нему:
— Господин Се, не тратьте силы зря. Просто дождитесь полиции.
Се Ху гневно сверкнул глазами:
— Проваливай! Тебя здесь никто не спрашивал!
Хм!
Видя, что тот по-прежнему ведет себя вызывающе, Линь Хэн усмехнулся и «любезно» напомнил:
— Не стоит упираться. У вас с молодым господином Се нет никаких родственных связей, так что ваше поведение — это просто бессмысленное хулиганство.
— Чушь! Я его родной дядя! — парировал Се Ху.
Линь Хэн отступил на шаг, чтобы на него не попали брызги слюны, лениво скрестил руки на груди и нанес сокрушительный удар:
— Вы записаны с ним в одной домовой книге? Или когда-нибудь были вписаны туда вместе?
Зеваки замерли:
— ...
Что за дьявольски прямолинейный вопрос?
Се Ху запнулся:
— ...
Черт возьми!
Он действительно никогда не был записан в одной домовой книге с Се Сяо!
На самом деле, Се Ху не только не состоял в одной книге с Се Сяо, но даже с отцом Се Сяо они никогда не были записаны вместе. Все внебрачные дети проходили по документам матерей, а в графе отец либо стоял прочерк, либо случайное имя.
Юридически они не имели ни малейшего отношения к семье Се.
Мало того, даже Се Цзэ, рожденный во втором браке отца Се Сяо, не был вписан в одну домовую книгу с наследником — он шел по документам своей матери.
В одной книге с Се Сяо числились только его отец и старик Се.
Более того, все отчеты о тестах на отцовство внебрачных детей были давно и тщательно уничтожены. Все это делалось для того, чтобы активы семьи Се ни при каких обстоятельствах не достались никому, кроме законного наследника — Се Сяо.
Эти аристократические семьи мыслят гораздо глубже, чем кажется на первый взгляд, и прекрасно умеют идти в ногу со временем.
— ...Да пошел ты! — Се Ху долго пыхтел, его лицо налилось кровью, пока он не выдавил из себя эту фразу.
Линь Хэн даже не взглянул на человека, которому предстояло отправиться в тюрьму. Он достал телефон и отошел в сторону вместе с Сяо Ваном:
— Как успехи?
Сяо Ван смышлено отрапортовал:
— Все подтверждено!
— Отлично. — Линь Хэн довольно кивнул. Проявив качества настоящего босса, он тут же перевел Сяо Вану премию в десять тысяч юаней.
Сяо Ван расплылся в широкой улыбке и поднял большой палец вверх:
— Помощник Линь, вы щедры!
— Я схожу, принесу тебе стул, присядешь.
Линь Хэн наблюдал, как Сяо Ван, словно на крыльях, помчался обратно в поместье, и про себя усмехнулся: вот она, магия денег.
Когда приедет полиция, можно будет без проблем забрать этого садовника Чи Тана.
Машина скорой помощи приехала быстро. Врачи сразу уложили Яо Чуньхуа на носилки и по протоколу спросили:
— Где родственники беременной?
Се Ху тут же выскочил вперед:
— Я, я, я! Я поеду с вами!
Никто не знал, беспокоится ли он за ребенка или просто хочет поскорее сбежать отсюда.
— Поехали!
Проводив взглядом удаляющихся Се Ху и Яо Чуньхуа, Линь Хэн не спеша попивал чай с красными финиками и ягодами годжи, любуясь красивым закатом. Присутствие Се Ху уже ничего не меняло — доказательства с камер наблюдения были на руках.
Полиция прибыла вскоре после скорой, они даже разминулись на въезде.
Вой сирен и гудки машин переплетались в сумерках, залитых багровым светом уходящего солнца.
Двадцать минут спустя.
Когда садовника Чи Тана публично вывели в наручниках как подозреваемого в крупной краже, зеваки были в шоке.
— Не думал, что он такой... руки загребущие. Интересно, как он вообще прошел собеседование?
— А ты не знал? Его ведь вторая госпожа по доброте душевной наняла, мол, жалко парня было.
— О-о, тогда понятно...
— Младший управляющий Линь — вылитый старый управляющий Линь. Умеет брать на себя ответственность, все у него четко и по полочкам. Настоящий лидер, весь в отца.
— Да! И в деда тоже!
— Сын продолжает дело отца! Младшему управляющему Линь самой судьбой предначертано быть главным в доме Се!
Линь Хэн отправился в полицейский участок, сопровождая три группы лиц.
Первая — Ян Сюй, так, попутно.
Вторая — Се Ху и Яо Чуньхуа, основная цель.
Третья — Чи Тан, скрытая цель.
Последний, столкнувшись с неопровержимыми уликами, не мог вымолвить ни слова. По дороге он бросал на Линь Хэна мрачные взгляды, словно ядовитая змея, притаившаяся в темном углу в ожидании возможности нанести смертельный удар.
http://bllate.org/book/23119/2474742
Готово:
