Су Янь сдержался и не стал открывать только что полученное пособие по трудным темам в общей столовой.
Он дождался, пока вернётся в общежитие, разложил рядом конспекты, которые вёл на уроке, и только тогда нажал, чтобы открыть «красный конверт».
На экране современного мессенджера появилась новенькая книга. На её однотонной обложке чётким шрифтом было выведено: «Пособие по трудным темам — Университетский курс». Броско и лаконично.
Этот знакомый шрифт... как давно он его не видел.
Су Янь снова коснулся экрана и открыл книгу.
Первой шло оглавление — судя по виду, автоматически сгенерированное. Пока там была только первая глава, по которой только что прошли занятие.
После оглавления шла ментальная карта урока — огромная схема на развороте, которая связывала все понятия воедино, выстраивая их в стройную систему.
Су Янь внимательно изучил её. Ну и ну... он бы и сам не смог сделать лучше.
После ментальной карты шло несколько таблиц, где по категориям был разобран материал лекции Фуцзы Юя — наглядно и понятно.
Дальше начинался постраничный разбор текста: на страницах разными цветами были выделены оригинал и толкование, размер шрифта, межстрочные интервалы и поля — всё было выверено с безупречным вкусом.
Но самое приятное ждало впереди: пособие содержало дополнительные материалы — комментарии учёных-конфуцианцев разных эпох. Эти знания выходили за пределы того, что могла дать династия Да Вэй.
Далее шли отдельные списки ключевых и сложных моментов, которые следовало запомнить и осмыслить.
Вердикт системы — гарантия качества.
Су Янь был на седьмом небе.
Это пособие — просто конспект лучшего ученика!
Всё, экзамен по распределению в кармане.
Су Янь слегка возгордился, но тут его взгляд случайно упал на собственные конспекты, и он тут же остыл.
Эх, раньше он думал, что его записи вполне приличны — их ведь даже Фуцзы Юй хвалил.
Но стоило увидеть пособие от системы, как стало ясно: в его конспектах полно пробелов и недочётов.
Су Янь терпеливо достал ещё одну новую тетрадь и принялся сводить воедино утренние записи и материалы пособия.
Он писал и одновременно запоминал.
Перед дневными занятиями Су Янь передал получившийся сводный конспект Се Линьфэну.
У Се Линьфэна была хорошая память, и он с любопытством посмотрел на тетрадь в руках. Он знал, что дядюшка Су Яня подарил тому много специальных блокнотов для записей угольным грифелем, но ему казалось, что утром Яньгэ пользовался тетрадью другого цвета?
С лёгким недоумением Се Линьфэн взял тетрадь, открыл её — и ахнул.
Вот это да! Гений оказался прямо рядом с ним!
Се Линьфэн с горящими глазами пролистал конспект, глубоко вздохнул, прижал тетрадь обеими руками к груди и с чувством произнёс:
— Я чувствую непомерную тяжесть.
Су Янь удивлённо посмотрел на него.
Чего? Обычная же тетрадь.
— Сила знаний тяжелее горы Тайшань! — изобразил Се Линьфэн немощь и слабость.
— Яньгэ, ты что, в обед переписал конспект? — с благоговением спросил он.
Су Яню не хотелось раскрывать существование системы, поэтому он просто кивнул.
Чжоу Юньвэнь и Сун Цзысюй тоже заинтересовались. Они взяли тетрадь, пролистали — и оба оцепенели от изумления.
Они сидели в одном классе, слушали одного учителя, один и тот же урок — а младший собрат умудрился не только досконально усвоить каждую мелочь, но и провести параллели, вывести следствия!
Поразительно до жути!
Чжоу Юньвэнь был глубоко впечатлён. Талант младшего собрата, похоже, не уступает Лу Сяньчжи! А может, со временем младший собрат и вовсе станет единственным в своём роде — обладателем всех шести высших учёных степеней!
При этой мысли Чжоу Юньвэнь взволнованно посмотрел на Су Яня, словно видел перед собой восходящую звезду словесности.
Сун Цзысюй тоже был потрясён. Голова его приятеля — просто чудо! Как он всё знает и всё помнит?
Хотя Сун Цзысюй не горел желанием сдавать экзамены, он считал себя неглупым. Но теперь, видя, насколько Су Янь преуспевает, он лишь сильнее убедился: не зря тот в столь юном возрасте уже вёл с ним переписку и сыпал невероятными идеями.
Су Янь и не подозревал, что благодаря системному пособию он в глазах друзей превратился в гения, почти равного Лу Сяньчжи.
Он щедро разрешил приятелям копировать конспекты и отдельно велел Се Линьфэну как следует с ними ознакомиться.
Благодаря записям Су Яня все трое теперь гораздо увереннее смотрели на предстоящий экзамен.
***
Солнце за окном скользило меж пальцев, тени цветов перед скамьями переползали с места на место.
Неделя пролетела быстро.
Новобранцы познакомились со всеми наставниками, оценили их разные манеры преподавания и личное обаяние.
Одни наставники были строги и пунктуальны, дотошны в обучении; другие — пылки и открыты, в пылу лекции ходили ходуном и размахивали руками; третьи — учтивы и мягки, воплощение истинного благородства; встречались и те, кто жил чувствами, не щадя чужих самолюбий...
Ученики постепенно привыкали к такому напряжённому ритму.
Су Янь видел, как после ужина кое-кто снова бежал в Вэньцзиньгэ читать, и втайне восхищался их упорством.
Сам он методично ходил на лекции, систематизировал записи, вникал в материал.
Остальные трое тоже пользовались конспектами Су Яня — с такими записями никакие другие пособия были не нужны!
К утру пятницы настроение у всех заметно улучшилось, шаги к аудитории стали легче.
— Хе-хе, осталась последняя пара — и два выходных! — Се Линьфэн помахал двумя пальцами, голос его звучал беззаботно.
Су Янь искренне восхищался его жизнерадостностью. Почему-то именно Се Линьфэн стал любимцем всех наставников — его то и дело вызывали отвечать. Каждый раз, видя, как тот мучительно подбирает слова, Су Янь переживал за него. А ещё он боялся, что если Се Линьфэн не ответит, то наставники, как это делали учителя в его прошлой жизни, заставят отвечать его, соседа по парте.
К счастью, наставники обычно просто хотели встряхнуть аудиторию — когда половина урока уже прошла и внимание учеников начинало рассеиваться, — и не применяли серьёзных наказаний.
Су Янь и его друзья пришли в знакомую аудиторию и увидели, что Чи Сымяо уже сидит на переднем деревянном стуле, а перед ним на столе лежит стопка перевязанных бумажных свёртков.
Наставник Чи сегодня пришёл так рано? Су Янь удивился.
Они поприветствовали Чи Сымяо и сели на свои места.
По правде говоря, Су Янь с нетерпением ждал первого урока этого знаменитого таланта из префектуры Хусянь — ведь до сих пор Чи Сымяо отличался оригинальными поступками.
Интересно, как он ведёт занятия? — гадал Су Янь. Обладатель степени третьего места на императорском экзамене, наверняка эрудит, к тому же много путешествовал — должно быть, у него множество необычных суждений.
Но когда все собрались, Чи Сымяо неторопливо хлопнул в ладоши, привлекая всеобщее внимание.
Его узкие глаза лениво скользнули по лицам учеников, и только после этого он медленно заговорил:
— Как раз сегодня праздник Двойной девятки. Вы, новички, наверняка ещё не успели осмотреть вершину горы Юньшань. Вот и отведу вас сегодня на её макушку.
Едва он договорил, аудитория взорвалась радостными криками.
Новобранцы, по сути, ещё дети. После недели изнурительных занятий при мысли, что можно пойти гулять, их лица засияли улыбками.
— Я назначаю наставника Чи своим самым любимым учителем! — взволнованно воскликнул Се Линьфэн.
Наконец-то никаких уроков, никаких вопросов! Воздух в аудитории сразу показался свежее.
Взять учеников в горы на праздник Двойной девятки — какой благородный порыв!
Су Янь действительно ещё не поднимался на Юньшань. Раньше он думал на выходных попросить второго брата сводить его на вершину, но не успел и словом обмолвиться, как Чи Сымяо сам это предложил.
Идти в горы с одноклассниками — почти как на осеннюю прогулку.
Но Сун Цзысюй, услышав про горы, побелел. Как маленький господин, предпочитавший ездить в карете, а не ходить пешком, сидеть, а не стоять, он вовсе не рвался куда-то карабкаться. Неужели нельзя просто остаться в общежитии и насладиться покоем?
Чжоу Юньвэнь, заметив его кислую мину, вспомнил, как Су Янь уговаривал Сун Цзысюя учиться в Академии Юньшань, и, похлопав его по плечу, глубокомысленно изрёк:
— Вспомни про академические романы!
Сун Цзысюй надул щёки. Увы, ради этих историй ему пришлось слишком многим пожертвовать!
Чи Сымяо терпеливо дождался, пока ученики успокоятся, и указал на свёртки на столе перед собой.
Лениво он произнёс:
— Думаю, к спуску настанет уже после полудня. Я специально попросил поваров приготовить вам угощение и сказал, чтобы обед сегодня подали попозже: как сойдёте, так сразу и поедите.
Ученики снова радостно зашумели.
Наставник Чи оказался таким заботливым! Выходит, не стоит судить по внешности.
Каждый получил свёрток с угощением. Учебники и письменные принадлежности оставили в аудитории, взяли только фляги с водой и направились к главным воротам Академии Юньшань.
По пути они проходили мимо других аудиторий, где ученики всё ещё послушно сидели на занятиях, — и на душе становилось ещё радостнее.
Есть с чем сравнить, есть чему радоваться!
Чи Сымяо подвёл новобранцев к воротам. Привратники удивились, увидев целую толпу новичков. Заметив Чи Сымяо, они поспешили поклониться, а затем распахнули ворота.
И тут:
— О! Кошка! — крикнул кто-то из учеников.
— Правда! Кошка бежит сюда! — подхватил другой, зоркий.
Су Янь был особенно чувствителен к слову «кошка». Он не знал, водятся ли в Академии Юньшань ещё какие-нибудь котята, но за эти дни видел только одного — Сяобая. Услышав про кошку, он обернулся туда, откуда донёсся голос.
Сяобай был необычайно смышлён и не любил, когда его держали взаперти. Раньше Су Янь не держал кошек, поэтому относился к Сяобаю свободно — отпускал его на все четыре стороны. Кормить Сяобая он поручил слуге Цзи Ши.
Обычно, возвращаясь с занятий, Су Янь заставал Сяобая в какой-нибудь части общежития. Но он подозревал, что во время уроков котёнок удирал гулять, — от него часто пахло цветами и травой.
— Сяобай! — крикнул Сун Цзысюй, указывая на белый комочек, бегущий издалека.
Увидев, что котёнок мчится к нему, Су Янь присел на корточки, готовясь принять его в объятия.
Сяобай, словно с радаром, безошибочно нашёл в толпе своего кормильца и проворно, кругленьким тельцем, прыгнул к нему в руки.
Зачем Сяобай выбежал именно сейчас? — озадаченно подумал Су Янь. Если идти в горы, что делать с котёнком? Относить его обратно в общежитие уже некогда. Может, взять с собой?
Чи Сымяо заметил суматоху и, приподняв бровь, посмотрел на кота, который с чрезвычайно гордым видом устроился на руках Су Яня.
— Твой кот? — спокойно спросил он.
— Да, я его уже несколько лет держу! Сяобай очень послушный! — Су Янь не заметил на лице Чи Сымяо неудовольствия — тот выглядел всё таким же безучастным. Поэтому он осмелился спросить: — Наставник, можно мне взять его в горы?
Его красивые миндалевидные глаза с надеждой смотрели на Чи Сымяо. Кот в его руках по-прежнему вёл себя как важный барин.
— Кот, судя по всему, нелёгкий? — Чи Сымяо прищурился, глядя на Сяобая, и уголок его губ дрогнул. — Ты уверен, что у тебя хватит сил нести его наверх?
Тут... похоже, и правда нет.
Су Янь с беспомощностью посмотрел на пухлого Сяобая. Кота отлично баловали — шерсть лоснилась, но и веса было немало, причём кот имел тенденцию к округлению.
— Не проблема! Я помогу! Будем нести его по очереди! — Се Линьфэн хлопнул себя по груди с видом «пустяки».
— И я хочу нести! — не удержался один из наблюдавших учеников.
Другие тоже закивали — они тоже попали под обаяние пушистого красавца.
Всеобщий любимец — Сяобай... Су Янь покосился на горящие взгляды окружающих и не знал, смеяться ему или плакать.
Он не заметил, что среди стоявших поодаль Чэнь Ююнь тоже наблюдал за ними.
Чэнь Ююнь не отрываясь смотрел на Сяобая, в его маленьких глазках читалось желание. Но когда он перевёл взгляд на Су Яня, к желанию примешались злость и недовольство: почему у этого Су Яня такой милый кот?!
Су Янь посмотрел на только что отозвавшегося ученика.
Этот парень был высок и крепок, среди тщедушных книжников выглядел как журавль среди кур. Было видно, что он часто тренируется — от него веяло жизнерадостной энергией молодого спортсмена.
Су Янь попытался вспомнить, как тот представлялся на первом уроке. Кажется, это был Юй Синкай из префектуры Чуань, второе имя — Юаньшу.
— Юаньшу, — обратился к нему Су Янь, заметив, что тот старше на несколько лет.
На лице Юй Синкая смешались робость и восторг. Он смотрел на Сяобая в руках Су Яня.
— Можно мне его подержать? — спросил Юй Синкай. Голос у него оказался энергичный, мужественный.
Если бы не эта просьба, его можно было бы принять за конвоира, готового схватить преступника.
Су Янь кивнул, но вдруг вспомнил, что Сяобай не любит чужих. Он замешкался и неловко добавил:
— Сяобай немного дичится. Не знаю, захочет ли он к вам на руки?
Юй Синкай понимающе кивнул.
— Осторожно, не поцарапает, — предупредил Су Янь и, осторожно приподняв Сяобая, увидев, что тот не сопротивляется, передал его Юй Синкаю.
Юй Синкай тоже бережно принял кота. Заметив, что морда маленького зверя не выражает недовольства, он выдохнул. Затем его лицо озарилось нежностью, и он погладил котёнка по пушистому, как облачко, телу своей широкой смуглой ладонью.
Да чтоб тебя! Какой же он милый! — мысленно взвизгнул Юй Синкай, изо всех сил сдерживая эмоции.
Но, очевидно, управлять лицом молодой человек ещё не научился — мгновение его физиономия была искажена.
Вскоре Юй Синкай окончательно перестал себя контролировать.
Су Янь смотрел, как здоровяк Юй Синкай держит Сяобая, словно младенца, и на его лице — умиление и полное удовлетворение. Ему хотелось смеяться.
Какая-то странная смесь нежности и грубой силы.
Эх, тискать котёнка — вот что должен делать настоящий мужчина.
Видя, что кошачий владыка вполне доволен на руках у Юй Синкая, Су Янь успокоился. Сильный и крепкий парень, наверняка без труда присмотрит за Сяобаем в горах.
После этого небольшого происшествия Чи Сымяо повёл учеников дальше, к вершине.
Тропа, по которой он их вёл, была самой обычной, главной среди множества дорог в гору.
Дорога была довольно широкой — можно идти вчетвером в ряд.
Сорняки повыдёрганы, утоптанная земля под ногами была плотной.
Утро в горах — воздух необычайно свежий.
Закрыв глаза и глубоко вздохнув, чувствовал прилив сил и ясность ума.
Солнце осенним утром было прохладным, освещало пышные кроны деревьев, накладывая на пейзаж нежный, словно отфильтрованный оттенок.
Чистый свет просачивался сквозь листву, пятнами ложился на землю; пёстрые тени деревьев напоминали абстрактные картины.
Гора Юньшань была невысокой и не слишком крутой. Су Яню казалось, что карабкаться на неё не так тяжело, как на гору Хэшань в городе Янчжоу.
Чи Сымяо шёл не быстро, прогулочным шагом, словно размышляя о жизни, и медленно продвигался вперёд, не обращая внимания на учеников позади.
Видя такую расслабленность наставника, ученики тоже не торопились. Сначала они притихли, но потом осмелели и начали переговариваться: кто парами, кто тройками — болтали, смеялись, дурачились.
Кое-кто уже распаковал свёртки с угощением и принялся жевать.
Прямо как школьники на осенней экскурсии, усмехнулся про себя Су Янь.
Сун Цзысюй тоже заметил, что на этот раз подъём, кажется, не кажется таким мучительным?
Он даже умудрялся на ходу делиться с Су Янем новыми идеями для своих романов.
Юй Синкай нёс Сяобая и переговаривался с Чжоу Юньвэнем и Се Линьфэном, время от времени заглядывая в свои объятия. На поворотах или на крутых участках он аккуратно менял положение кота.
Этот образ заботливого папаши заставил Су Яня почувствовать себя неполноценным.
...
— Эй! Пришли! — воскликнул кто-то из учеников, заметив, что Чи Сымяо остановился. Несколько человек ускорились и, обогнав наставника, вышли на небольшую ровную площадку.
Вот и вершина.
— Юньшань и правда невысокая, — пожаловался кто-то.
— Гора не славна высотой, а славна учёным духом, — возразил другой.
— Верно! Юньшань ведь прославилась благодаря нашей Академии! — гордо рассмеялся третий.
— Ага! Академия Юньшань — первая в Поднебесной!
Все почувствовали прилив сил и гордости от того, что поднялись на вершину.
Они учатся в лучшей академии мира, и будущее их безгранично!
Несмотря на то что гора была невысока, вид с вершины открывался прекрасный.
Осень выдалась ясная, небо — чистое, высокое, открытое. Никаких облаков — всё видно как на ладони.
Ближе — волнистые гряды гор, ещё не тронутые осенью, сочные и зелёные. Дальше — редкие низкие домики, разбросанные среди больших полей.
Горы молчат, но не безмолвствуют. Прохладный осенний ветер ласкал их, и вся зелень вокруг, казалось, откликалась мягким шелестом листвы.
Ученики разбрелись, осторожно приближаясь к краю, чтобы полюбоваться видом.
Сяобай тоже шевельнулся, давая понять, что хочет пойти осмотреть окрестности. Юй Синкай аккуратно присел, поставил кота на землю, и тот, ступая чинно, медленно отправился в путь.
Юй Синкай некоторое время следил за ним, убедившись, что тот держится в безопасной зоне, и успокоился. Затем он повернулся к рядом стоявшему однокурснику, который тянул его полюбоваться видами, и тоже устремил взгляд вдаль.
Никто из компании Су Яня не заметил, что Сяобай подошёл к Чэнь Ююню.
Чэнь Ююнь как раз нашёл на краю выступающий большой камень и собирался встать на него, чтобы лучше видеть пейзаж.
Краем глаза он заметил Сяобая. Украдкой оглянувшись на Су Яня и других — те были далеко и не смотрели в его сторону, — Чэнь Ююнь как можно тише поманил кота:
— Кис-кис, кис-кис, иди сюда!
http://bllate.org/book/23113/2473755
Готово: