×
🌤️ А вот и итоги! Лето подходит к концу, а вместе с ним завершился и наш первый большой ивент — победители определены, результаты уже опубликованы.

Готовый перевод Dragon Slaying: The Wang-Xie Bond / Убить дракона: Дружба Вана и Се: Глава 7

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Накануне свадьбы Се Сю отправился вместе с Дуаньмином на пристань встречать старейшин рода, прибывших из Сучжоу, а также всю семью дома Се.

Поездка должна была состояться гораздо раньше, но лишь в прошлом месяце Линь Юй занялась хлопотами по организации сватовства для Се Фэна. Она выбрала девушку из небогатой семьи в Сучжоу — пусть род и не был знатным, зато предки их служили чиновниками, а репутация была безупречной. Дом Се пережил череду траурных событий, из-за чего Се Фэн всё не мог обзавестись семьей, а помолвку приходилось постоянно откладывать. Теперь, когда срок траура истек, Линь Юй поспешила устроить его судьбу.

Из-за зимних холодов здоровье Линь Юй, подорванное еще три года назад, не позволяло ей легко переносить тяготы долгого водного пути. Сопровождавшая её старейшина рода, двоюродная бабушка, которую Се Сю почтительно называл великой тетей, уже много лет была прикована к постели, но на сей раз настояла на поездке, из-за чего путь занял гораздо больше времени, чем планировалось.

Вместе с этой почтенной дамой прибыл и подающий надежды юноша из клана Се по имени Се Жуму — он был на год младше Се Сю, а его вторым именем было Минду. Хотя формально говорили, что он приехал поздравить младшего родственника, присутствие именно этого юноши в свите старейшины выдавало её истинные намерения с головой.

Огромное судно плавно причалило, с грохотом опустился трап. Линь Юй, поддерживая под руки старейшину, медленно сошла на берег, за ними последовали дядья, тетки и Се Хуань с остальными домочадцами. Когда Линь Юй помогла великой тете ступить на пристань, Се Сю быстро шагнул вперед. Их взгляды встретились — в глазах обоих читалось столько чувств, но главным была нескрываемая тоска и тревога о самых близких людях.

Се Сю склонился в глубоком поклоне и почтительно произнес:

— Приветствую вас, великая тетя. Матушка, здравствуйте.

Помутневшие глаза старейшины внимательно оглядели лицо Се Сю. Она про себя отметила, что перед ней человек с судьбой знатного вельможи, чей путь устлан благородным нефритом, и мягко улыбнулась:

— Сю-эр так вырос! Скоро уже и свою семью заведешь!

Се Сю взял у старушки трость и подхватил её под левую руку, покорно ступая рядом. Старейшина расплылась в улыбке и с легкой грустью добавила:

— Помнишь, как твоя бабушка часто держала тебя на руках, когда мы встречались? Она всегда говорила, что Сю-эр рожден для величия, и теперь её слова оказались пророческими. Жаль только, что сама она этого уже не увидит.

Сказав это, старушка невольно прослезилась — в старости люди становятся сентиментальными, и любая мелочь пробуждает воспоминания.

— Думаю, если бабушка видит нас с того света, она очень рада, — утешил её Се Сю, хотя в душе промелькнула мысль: а где сейчас бабушка? В Нанькэ?

— Конечно, она была бы рада. Непременно… — прошептала старейшина, но тут, словно что-то вспомнив, воскликнула: — Ой! — На её лице отразилось раскаяние, она виновато посмотрела на Се Сю: — Прости, я совсем забыла. Ты был так близок с бабушкой, она души в тебе не чаяла, а я завела такие речи и, боюсь, лишь разбередила твою рану.

Старушка искренне расстроилась. С годами сердце стало мягче, но и рассудок — путанее: она так заботилась о младших, но порой невольно делала только хуже. Линь Юй с тревогой посмотрела на сына, но, увидев, что он сохраняет спокойствие, выдохнула. Однако на душе у неё самой стало горько: та покойная бабушка относилась к ней как к родной дочери, и теперь, когда её не стало, Линь Юй, взвалившая на себя управление огромным домом Се, чувствовала лишь пустоту.

— Что вы, великая тетя, не стоит извиняться. То, что вы до сих пор храните память о бабушке, говорит о вашей крепкой дружбе, и это для меня большая честь. Бабушка, если видит нас, непременно почувствует тепло, — искренне ответил Се Сю.

Эти слова вернули старейшине улыбку — ведь они с госпожой Се в свое время были не разлей вода.

Се Сю помог великой тете сесть в карету, в которой он заранее распорядился постелить мягкие подстилки, чтобы уберечь её от тряски. Затем он помог подняться Линь Юй. В тот миг, когда опустилась занавеска, Се Сю увидел в глазах матери глубокую любовь и чувство вины. Он замер, а затем ободряюще улыбнулся ей, отчего на лице Линь Юй отразилась еще большая печаль.

Она знала: уезжая в Сучжоу, чтобы скрыться от столичной суеты, она так и не попрощалась с Се Сю должным образом, оставив его одного нести бремя ответственности за весь дом. Она чувствовала себя виноватой, ведь последние два года не была рядом, чтобы поддержать его в столичных бурях. В Сучжоу она ни на миг не забывала о сыне, но другие дети тоже были её плотью и кровью.

Се Сю обернулся. Дуаньмин уже подвел кареты к остальным. Се Сю подошел к родственникам и поприветствовал каждого с должным почтением, ведя себя спокойно и достойно, чем заслужил немало похвал от дядьев и теток. После приветствий Дуаньмин помог остальным занять места.

Последними вышли Се Хуань и высокий худощавый юноша — Се Жуму. Се Сю слегка кивнул ему, и тот ответил глубоким поклоном, не в силах скрыть восхищения и трепета, глядя на Се Сю.

Се Сю прекрасно понимал намерения клана, но сделал вид, что ничего не замечает, и даже не удостоил Се Жуму лишним взглядом, повернувшись к сестре:

— Матушка писала, что ты устроила целую сцену, лишь бы поехать с ними. Весной тебе исполнится пятнадцать, ты станешь взрослой девушкой, а всё еще ведешь себя как несмышленое дитя.

Се Хуань, глядя на брата, который дразнил её, испытала одновременно и радость, и острую печаль. Бабушки не стало, отец покоится на поле боя, здоровье матери оставляет желать лучшего — она круглый год не расстается с отварами, старший брат стал молчаливым и в день помолвки в его глазах не было ни капли радости, а теперь ему еще и о всей семье заботиться… Второй брат так далеко, в столице, и никто не знает, каково ему приходится. А теперь, увидев его снова, она поняла: он всё тот же, всё так же не умолкает, только вот волосы теперь собраны в пучок под головным убором, и он больше не похож на того беззаботного юношу, что скакал на коне в развевающихся одеждах. Скоро он и сам станет главой семьи.

Се Хуань смотрела на Се Сю и думала о том, как хорошо, что они снова вместе. Она широко улыбнулась и радостно воскликнула:

— Как же я могла не приехать на свадьбу второго брата!

Она бросилась в объятия Се Сю и, как в детстве, уткнулась лицом ему в грудь, прошептав:

— Брат, я так скучала…

В сердце Се Сю шевельнулась грусть. Он обнял сестру в ответ, легонько похлопывая по плечу, чтобы успокоить, а затем перевел взгляд на стоявшего рядом Се Жуму и с легкой извиняющейся улыбкой произнес:

— Прошу прощения, что заставил вас это видеть.

Се Жуму встретился с ним взглядом и тепло улыбнулся. Родные брат и сестра, долгое время не видевшиеся — так и должно быть. Увы, в его ветви рода детей было мало, и у него не было ни братьев, ни сестер. Он невольно вздохнул:

— Как же это прекрасно.

Се Сю распорядился, чтобы они ехали в отдельной карете, а сам отправился вместе с великой тетей и матушкой. Се Фэн не смог приехать из-за службы, а Се Ин перед самым отъездом заболела и осталась в Сучжоу поправляться. Оглядываясь назад, понимаешь: от огромного дома Се остались лишь считанные люди, словно тени, бродящие в пустом зале.

Се Сю разместил гостей в усадьбе напротив дома Се. Это здание когда-то подарил ему император, и хотя сам Се Сю не хотел принимать такой дар, государь настоял на своем. Теперь усадьба пришлась кстати. Се Сю заранее приказал убрать комнаты, но оставил главные покои нетронутыми — на то у него были свои причины.

Ночью ему не спалось.

Се Сю распахнул окно и смотрел, как беззвучно падает снег. Снежинки опускались на ладонь, тая, словно слезы тоски.

Се Сю замер, вспомнив снежную ночь, когда Ван Бинь вернулся в столицу. Они держались за руки и открывали друг другу сердца — это было так прекрасно и нежно, но так мимолетно, будто сон.

Несколько снежинок влетело под навес и осело на его волосах. Се Сю долго стоял неподвижно, позволяя холодному ветру окрасить кончик носа в красный цвет. Внезапно он запел — тихо, по слову, выводя мелодию песни, которую так любил Ван Бинь. Голос его звучал печально и тягуче.

Холод трех тысяч летящих снегов,

Скрыл в тишине небесный лик.

http://bllate.org/book/23090/2469959

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода