Очередной ослепительный всполох холода — мощное заклинание стихии льда в мгновение ока заморозило всё пространство тьмы. Монстры заледенели, раскололись и обратились в ледяную крошку, которая, словно сияние алмазных звезд, на миг вспыхнула в темном мире.
— Проклятье! Да им конца и края нет?! — злобно выругалась Гавриил, и этот жест совершенно не вязался с ее святым ликом.
Хотя она была Серафимом высшего ранга, из-за долгих боев и тяжелого гнета тьмы ее закаленное светом духовное тело начало уставать, из-за чего ей пришлось временно прекратить атаки.
Эффект заклинаний святой стихии в темном пространстве был недолгим: не прошло и минуты, как мерзлый грунт исчез, магия вновь собралась воедино, и из черной земли полезли новые чудовища.
— Осторожно! — серебряная стрела пронзила монстра, собиравшегося напасть на Гавриил.
Ангел, пустивший стрелу, обладал красотой, подобной лунному свету. Он снова натянул тетиву, и еще несколько темных тварей были поражены стрелами, обратившись в лужи черной грязи.
— Ты в порядке? — Сариил подлетел к Гавриил, не скрывая тревоги на лице. — Ты сражаешься уже так долго, может, отступишь в тыл немного передохнуть?
— Как такое возможно? В момент, когда жизнь висит на волоске, разве могу я прятаться и отлеживаться в одиночку? — Гавриил даже не задумываясь отвергла заботу товарища, но, не желая обижать добрые порывы Сариила, мягко произнесла: — Я еще могу продолжать, спасибо за беспокойство.
При этом она одарила его дружелюбной улыбкой.
— ?!.. — Сариилу показалось, что его сердце пропустило удар. Лицо его слегка покраснело, и он полностью погрузился в очарование улыбки богини.
— Эй, замечтался, очнись! — Азазель, срубив очередного монстра, увидел, как Сариил стоит с остекленевшим взором. Будучи закадычным другом Сариила, Азазель с огромным удовольствием воспользовался моментом, чтобы лишний раз поддеть его: — Надо же, тебя отвергли, а ты все стоишь и глупо лыбишься, со стороны аж тошно смотреть.
— Хочу и лыблюсь, тебе-то какое дело? — Сариил пришел в себя и отвесил вредному приятелю выразительный взгляд исподлобья. Затем его взор вновь обратился к удаляющейся фигуре Гавриил, а глаза наполнились сиянием звезд: — Ради улыбки богини я готов отдать за это даже жизнь~
— Ого, да ты крепко влип… — цыкнул Азазель, внезапно сообразив, что это скучно до зубовного скрежета.
— Вы и на поле боя способны так страстно о чем-то спорить… — бросил проходивший мимо Самаэль, попутно стряхивая с древка копья прилипшую черную слизь — «следы крови», оставшиеся после уничтожения монстров. — Хотите, я угощу вас чаю?
Самаэль сохранял абсолютно беспристрастное выражение лица.
Самаэль был тюремщиком Города Тартар — тюрьмы Небесного Царства, и приводил в исполнение законы и наказания Небес. Верой Небесного Царства был светлый Творец, а Семь Добродетелей являлись незыблемыми железными правилами, которые подданные Небес обязаны были блюсти всю жизнь. Будучи тюремщиком и Серафимом, он также обладал полномочиями карать ангелов, нарушающих эти правила.
Диалог двух вышеупомянутых ангелов затрагивал одну из Семи Добродетелей — «целомудрие», согласно которой ангелы должны были хранить чистоту тела и духа в вере в своего Владыку и не предаваться нечистым плотским утехам.
Слова тюремщика вызвали всеобщее презрение у обоих ангелов, и те незамедлительно прекратили взаимные подколки, принявшись выразительно переглядываться.
— … — Самаэль искоса глянул на них, подумав, что пока стерпит, но по возвращении задаст обоим хорошей взбучки.
Золотисто-красный всполох света опустился на другую сторону Бездны Тьмы. Прибывшим оказался шестикрылый Серафим с золотыми крыльями. Его длинные волосы шафранного оттенка походили на пылающее пламя и бросались в глаза даже в кромешной тьме.
— Владыка Михаил. — Ангел-предводитель стражей света, увидев возвращение товарища, обычно немногословный, не удержался и задал пару вопросов: — Как дела у владыки Рагуила?
— Владыка Уриил. — Главный ангел пламени кивнул Уриилу и ответил: — Владыка Рафаил и владыка Разиэль сейчас исцеляют его, должно быть, скоро поставят на ноги.
— …Вот как? — Уриил на мгновение умолк. Он от природы был молчалив, и даже переживая за товарища, не мог выдавить из себя лишних слов, поэтому лишь сухо бросил: — Что ж, хорошо.
Михаил давно привык к немногословности этого сослуживца. Воспользовавшись тем, что обстановка здесь стала чуточку спокойнее, он продолжил беседу:
— Монстров, способных ранить Первого Серафима, встретишь нечасто. Не ожидал, что в Мире Ада найдутся твари, равные по силе нам, Серафимам. В этой войне наша сторона потеряла много сородичей, и неизвестно, одержим ли мы победу…
— Владыка Разиэль не смог предсказать исход, — произнес Уриил.
— Э? — Услышав это, Михаил на миг изумился, но тут же понимающе кивнул: — Впрочем, верно. Схватка богов — не то, чей исход мы можем легко разглядеть.
— Излишние раздумья ни к чему, — сказал Уриил. — Все, чем мы можем управлять — это настоящее.
— Тоже верно… — Михаил с легким разочарованием опустил голову. Если даже Разиэль не в силах предвидеть будущее, сейчас думать о чем-либо бесполезно.
Раздумья Михаила продлились недолго: неподалеку раздались испуганные возгласы ангелов. По крикам низших ангелов, полным ужаса, он понял, что перед Армией Ангелов появился куда более грозный враг.
Кто же это? Сильнейший монстр уже был повержен Рагуилом, но из-за этого Рагуил был вынужден отступить в тыл для лечения. И вот теперь объявился враг еще сильнее… Неужели сами божества соизволили явиться лично?!
Михаил машинально перевел взгляд на Уриила и заметил, что тот смотрит на него в ответ. Всего одного взгляда хватило обоим ангелам, чтобы понять друг друга — сказывалась многолетняя слаженная работа.
Враг, повергший в страх Армию Ангелов, снова предстал перед ними.
Это был Тифон, сильнейший шестирукий гигант перед троном Бога Тьмы. Он обладал исполинским, с гору размером телом и шестью мощными, толщиной с колонны Святого Храма руками, каждая из которых сжимала несравненное по мощи оружие. Одного его дыхания было достаточно, чтобы заставитиь содрогнуться землю Ада. Столкновение с таким могучим противником уже само по себе внушало ангелам ужас, и Первому Серафиму почти пришлось прибегнуть к взаимоубийственному приему, чтобы совладать с ним.
И вот это чудовище вновь стояло перед ангелами. Какую же цену придется заплатить на этот раз, чтобы уничтожить его?
Армия Ангелов вновь увязла в тяжелом бою.
Поочередные бомбардировки крупномасштабными построениями не нанесли огромному монстру ни малейшего вреда. Огромный топор взметнулся и обрушился вниз, заставляя ангелов в панике уворачиваться. Те же, кто двигался медленно, тут же были разруплены надвое и пали.
— Чертовщина, в чем дело, почему наши заклинания больше на него не действуют? — Азазель раздраженно взъерошил волосы и зло сплюнул.
— Он уже не тот Тифон, что прежде. Бог Тьмы заново сконцентрировал силу тьмы и создал эту оболочку, наши заклинания против нее бессильны, — Уриил, обладавдший Божественным Оком, нашел применение своему дару и с первого взгляда раскусил суть происходящего.
— И что делать? Если магия не берет его, неужели придется утруждать самого нашего Бога? — Сариил при этих словах тоже цыкнул. — Неужели нам придется использовать боевой строй Троицы, чтобы справиться с ним?
Боевой строй Троицы, о котором упомянул Сариил, являлся вершиной тактического искусства Небесного Царства — Последним Судом. Он концентрировал в одной точке объединенную мощь трех Серафимов, возросшую до предельного уровня, и высвобождающаяся при этом энергия способна была даже на короткое время превзойти силу божеств. Однако из-за чудовищной разрушительной мощи и трудности контроля со стороны Серафимов, Бог Света запретил этот строй сразу же после его изобретения. И хотя Серафимам была дарована сама концепция построения, на практике ее не применяли ни разу.
— Сариил! Не смей нарушать божественный запрет! — Самаэль немедленно оборвал слова Сариила. Столь вопиющее упоминание запретной техники заставило лицо блюстителя закона мгновенно стать суровым, отчего Сариил испуганно съежился.
— Владыка Самаэль, вы… — брови Михаила сошлись на переносице. Он считал реакцию Самаэля чересчур резкой. Перед лицом великой битвы сеять разногласия было крайне нежелательно, и Михаил, вздохнув, приготовился взять на себя роль миротворца.
— О, если не использовать этот боевой строй Троицы, интересно, как почтенный блюститель закона собирается справиться с этой тварью? — некстати раздался весьма непринужденный голос.
Только вот в столь накаленной атмосфере этот голос прозвучал вопиюще дисгармонично.
— Кто здесь?! — услышав оклик, Самаэль мгновенно насторожился. В то же самое время копье санкций сорвалось с его руки и полетело вперед!
Копье санкций было божественным артефактом, дарованным Творцом света небесному блюстителю. Стоило блюстителю прицелиться в цель, как копье безошибочно пронзало ее, не оставляя ни единого шанса на спасение!
Разумеется, копье действительно с абсолютной точностью устремилось к своей цели, но в тот момент, когда его наконечник приблизился к черной фигуре, оно словно лишилось всей силы и с громким звяканьем упало на землю.
— ?!.. — Все присутствовавшие Серафимы были потрясены увиденным.
Артефакт, наделенный божественной силой Творца, неожиданно дал осечку?!
— Вы выглядите так, будто сильно удивлены, — черная фигура материализовалась среди сонма Серафимов. Черные одежды скрывали силуэт столь плотно, что разглядеть внешность гостя не представлялось возможным.
Кто он? Когда он появился? Почему никто из находившихся здесь Серафимов не почувствовал его приближения? Самаэль в упор глядел на Черного Мудреца, по его лбу катился холодный пот: этот персонаж вышел за рамки его понимания, и он даже не смел поднять упавшее на землю деревянное копье, страшно боясь, что малейшая потеря концентрации позволит противнику воспользоваться моментом.
— Меткость неплоха, да силы маловато, — Черный Мудрец ни капли не смутился бдительности Самаэля. Опустив голову, он словно рассматривал лежащее на земле копье, а затем произнес с игривыми нотками в голосе: — О, да и меткость-то не твоя, а этого копья.
— ?!.. — Услышав это, ангелы изумленно уставились на Черного Мудреца. Лицо же Самаэля в этот момент и вовсе стало хуже некуда.
— … — Михаил украдкой бросил взгляд на Самаэль и заметил, что тот находится на грани бешенства.
— Чего вылупились? Может, займетесь уже вон тем парнем? — Игнорируя сосредоточенные на нем взгляды целой ватаги ангелов, Черный Мудрец казался абсолютно невозмутимым и продолжал раздражающе нести свое. Он чуть шевельнул рукавом и указал на шестирукого гиганта, сражавшегося с низшими ангелами. Называть это сражением было явным преувеличением: на деле шло чистой воды одностороннее избиение ангелов могучим монстром.
— Уважаемый, у вас есть способ одолеть его? — первым подал голос Уриил. Обладая сокрушительной боевой мощью и крайне низким эмоциональным интеллектом, ангел-предводитель не умел считывать атмосферу — его волновал исключительно ход битвы, и он был полностью сосредоточен на ней.
— Разумеется, иначе бы я не пришел, — ответил Черный Мудрец, и его черные одежды затрепетали без ветра. Он легко оторвался от земли и в мгновение ока исчез там, где стоял.
Ангелы вновь остались переглядываться.
— Эй-эй, кто вообще этот напыщенный индюк? — Азазель наконец получил возможность задать этот вопрос. Честно говоря, в тот момент, когда человек в черном заговорил, он был глубоко очарован им. Сам он не понимал, какая именно черта незнакомца так притянула его.
Быть может, это можно было назвать… крутизной?
(Погодите-ка, я же даже не знаю, как он выглядит!)
Ни один ангел не обратил внимания на внутренние метания Азазеля, зато Михаил кое-что заподозрил:
— Он ведь не демон, верно?
— Определенно нет. Никакого запаха темных монстров от него не исходит, — ответил Уриил.
— Если не демон, то кто же он? — с изумлением спросила Гавриил.
— Хаос, — дал весьма официальное объяснение Уриил. — Нечто среднее между светом и тьмой, не принадлежащее ни к тем, ни к другим, не являющееся творением.
— Не творение? Тогда знает ли о его существовании наш Бог? О, я имею в виду… — Сариил потер затылок и наконец задал главный вопрос: — Раз он ни ангел, ни демон, какого рожна он сюда приперся?
— Не знаю, — предельно кратко ответил Уриил.
— … — Серафимы вновь погрузились в молчание.
Пока ангелы мешкали, Черный Мудрец уже спокойно вступил в бой.
В тот момент, когда огромный нож из расколотой скалы обрушился вниз, его путь преградил прозрачный длинный меч. По сравнению с дробящим скалы ножом, этот меч казался не больше клинка обычного ангела — разница была как между мошкой и огромным деревом. Но именно это оружие, похожее на беспомощную мошку, намертво сдержало гигантское лезвие, и как ни тужился великан, он не смог сдвинуть его ни на йоту.
— Сдержал?! — Самаэль вытаращил глаза, отказываясь верить собственным глазам: да этот человек в черном — просто монстр какой-то! При размерах, сопоставимых с ангельскими, он обладает силой, способной пошатнуть повелителя демонов?!
Одна рука гиганта была заблокирована, но оставались другие. Однако Черный Мудрец заранее предвидел этот маневр: за его спиной из ниоткуда возникли шесть магических кругов с высеченными на них символами Хаоса. Из них материализовались шесть точь-в-точь таких же рук, как у Короля Гигантов — хотя различия все же имелись: главное заключалось в том, что призванные конечности, казалось, все еще сохраняли слабые следы жизненной силы темных монстров, а на запястьях красовались разнообразные украшения из специфических для Ада металлов и драгоценных камней.
— Он что, снял их прямо с трупа Тифона?! — изумленно воскликнул Михаил. Он отлично помнил, что под величайшим святым светом, исторгнутым Первым Серафимом, то чудовище превратилось лишь в гигантский обугленный труп, еще не успев рассыпаться прахом. Кто бы мог подумать, что этот человек в черном выжмет пользу даже из этого остатка?
Призванные из пустоты руки сжались в кулаки и обрушились на Короля Гигантов. Под градом яростных ударов гигант не смог держать оборону и начал отступать. Раздался оглушительный грохот: мощнейший удар отбросил Короля Гигантов на десятки метров назад, и он рухнул на темную землю.
Но на этом победа над Королем Гигантов не завершилась. Стоило ему попытаться подняться для продолжения боя, как его намертво оплела возникшая из ниоткуда Гидра: сначала ноги, затем все шесть рук — каждое змеиное тело сковало конечности гиганта, а последняя, самая крупная змеиная голова намертво вцепилась ему в горло.
В то же время девять пастей Гидры распахнулись, изрыгая удушающий холод Ледяного Ада, который стремительно замораживал тело Короля Гигантов.
Ходили слухи, что Гидра обитает у истока реки Коцит в Ледяном Аду, леденящий ветер Коцита — ее дыхание, а изрыгаемый яд способен заморозить все живое, только вот ни у одного демона еще не выпадало шанса проверить эти слухи на практике. Никто не ожидал, что это легендарное чудовище и впрямь существует и подчиняется приказам Черного Мудреца.
Впрочем, мороз Ледяного Ада не мог полностью сковать Короля Гигантов, и тот продолжал отчаянную борьбу загнанного зверя.
Черный Мудрец тоже не терял времени даром: его прозрачный длинный меч превратился в трехзубую гигантскую косу, столь же прозрачную на вид. В миг, когда лезвие косы рассекло воздух, голова Короля Гигантов отделилась от плеч и под воздействием холода мгновенно заледенела и с грохотом разлетелась на куски.
— Благодарю за помощь, — Черный Мудрец кивнул гигантской змее в знак признательности. Змея ответила тем же поклоном, после чего обратилась в порыв ледяного ветра и растворилась в воздухе.
— И это… все? — До тех пор, пока Гидра не исчезла, Азазель никак не мог прийти в себя. Он неотрывно следил за боем Черного Мудреца — лаконичным, плавным и безупречно четким. Внезапно он подумал, что все эти вычурные заклинания, распеваемые ангелами магии, на фоне этого боя не стоили и ломаного гроша!
— До чего же круто… — восхищенно цыкнул Сариил.
Едва Черный Мудрец обернулся, собираясь заговорить с Серафимами, как издалека приплыл клочок черного тумана и окутал его со всех сторон.
— Опять ты… — раздался из клубов черного дыма скрипучий голос.
— Разумеется, я. Как я мог уйти, не прикончив тебя? — надменно бросил Черный Мудрец.
— Думаешь, уничтожив моего фамильяра, ты сможешь победить меня? — из дыма донесся презрительный хмык.
— Какая жалость, я как раз прихватил парочку вещиц с тела твоего фамильяра. Если добавить к ним Семь Смертных Грехов, эффект будет еще лучше, — Черный Мудрец ответил язвительной усмешкой, словно нарочно провоцируя противника.
— Не воображай, будто сможешь уцепиться за хвост Бога Света! Уж я-то уничтожу вас обоих! — Черный дым рассвирепел настолько, что даже не пытался сохранять невозмутимый вид.
— Жду не дождусь. Смотри только, чтобы меня самого не ободрали до нитки, оставив без одежды, — продолжал задираться Черный Мудрец и легким взмахом рукава разогнал раздражающий черный дым в два счета.
— У тебя остался лишь один не особо расторопный язык, чтобы пугать меня, — холодно усмехнулся Черный Мудрец, решив больше не тратить времени на столь бессмысленную перепалку.
— Эй, где ваш главный бог? — прямо спросил он.
В ответ воцарилась тишина — ни один Серафим не удостоил его ответа.
— Неужели ваш верховный бог не соизволит явиться даже на финальную битву между божествами? — не получив ответа, Черный Мудрец остался крайне недоволен, и в его голосе прорезались жесткие нотки.
Что на это могли ответить Серафимы? Ангелы были лишь передовым отрядом, сражавшимся с демонами, и бой с Богом Тьмы был не их умом дела. Что же касалось их собственного Бога… даже будучи Серафимами высшего ранга, они оставались лишь творениями перед троном божества и не имели ни малейшего права вмешиваться в действия Всевышнего.
(Верно, боги ведь столь высокомерны, что, конечно же, не станут заглядываться на неполноценного дикого зверя.)
Поняв это, Черный Мудрец прекратил бессмысленные расспросы, с легким разочарованием стряхнул пыль с рукава и собрался уходить.
— Эй, ты что, уходишь? — видя, что незнакомец собирается покинуть поле боя, Сариил не удержался от вопроса.
— Угу, — Черный Мудрец даже не удосужился отделаться вежливой отговоркой, небрежно взмахнув рукавом.
В этот самый момент тяжелые грозовые тучи на небе были разорваны в клочья мощнейшей вспышкой священного света, и ослепительно-белые лучи пролились на Бездну Тьмы, озаряя все вокруг. В то же время из сияния выпорхнуло множество шестикрылых ангелов с золотыми, синими и белыми крыльями. Они распевали гимны, прославляющие свет, приветствуя скорое прибытие Бога.
— Наш Бог нисходит!
— Наш Бог —
Серафимы, только что восхищавшиеся силой Черного Мудреца, на уровне инстинктов ощутили приближение Отца-Создателя и один за другим опустились на колени перед потоками света, выказывая благоговение перед божеством.
Фигура, окутанная серебряным сиянием, шагнула из света. Серебряный блеск затмевал даже сияние небес, и казалось, что в нем таится мощь целой бескрайней вселенной.
Бог Света чуть приподнял руку, и чистая волна энергии, подобная легким перьям, скользнула по телам небесных воинов. Ангелы искупались в этом сиянии, и их тела, мгновение назад согбенные под гнетом тьмы, тут же вновь обрели бодрость и силы.
http://bllate.org/book/23048/2462938
Готово:
