Готовый перевод After the Contract Marriage, the Cannon Fodder Was Doted On by the Big Shot / После договорного брака я, пушечное мясо, стал любимчиком большого босса: Глава 015. Завтра же разорю их

Ань Юй не страдал от привычки к своей кровати, поэтому на незнакомом месте не испытывал ни малейшего дискомфорта. Более того, лёжа под одеялом и листая страницу покупок, он то и дело начинал улыбаться.

Это была самая спокойная и сладкая ночь с тех пор, как он попал в книгу.

На следующий день будильник поднял Ань Юя в девять. Он умылся, оделся, сунул в карман полностью заряженный телефон и спустился искать завтрак. В самом деле, не ехать же к семье Се в десять утра и ещё просить там покормить — невежливо.

Студенты были на каникулах, поэтому у Цинда работало не так много уличных завтраков, зато вокруг хватало постоянных кафе. Ань Юй прогулялся, выбрал самое людное и заказал миску лапши баньчуань с печенью.

Печень была нежной, совсем не горчила, зелёный перец приятно хрустел и был ровно настолько острым, сколько нужно. Немного чесночного лука ярко добавляло аромата, а лапша оставалась упругой, но не жёсткой. Ань Юй подчистил большую миску до последней крошки. С выпирающим от сытости животом он встал у ворот жилого комплекса и ровно в десять дождался машины.

Сев внутрь, он увидел только дядю Хая — Се Мяня не было. Ань Юя это не удивило. У Се Мяня дел по горло, совершенно незачем каждый день самому ездить за ним, так что водителя он ни о чём не спросил. Но некоторое время спустя, когда Ань Юй уже выбрал на телефоне расцветку покрывала для дивана и оформил заказ, поднял голову и вдруг понял, что вокруг совсем незнакомый район.

Сначала он решил, что маршрут просто изменился из-за переезда. Поэтому убрал телефон и стал смотреть в окно. Но спустя полчаса машина остановилась у больницы.

— Дядя Хай, это...?

— Господин Се-старший теперь лежит в больнице, поэтому в дом Се сегодня не едем. — Дядя Хай терпел всю дорогу. Он был уверен, что Ань Юй сразу спросит, почему господина Се нет, но тот так ничего и не спросил, а они уже до больницы доехали.

Ань Юй хотел ещё кое-что уточнить, но у входа было много машин и людей, сзади уже сигналили, торопя их. Пришлось сначала выйти. Он ещё не успел спросить, на каком этаже лежит старик, как дядя Хай уже уехал.

Ань Юй как раз собирался написать Се Мяню, когда до него донёсся сладкий запах печёного батата.

— Свежий, только из печи. Будешь? — Чу Чоуцзэ бесшумно появился рядом с тремя бататами в руках и слегка толкнул Ань Юя плечом.

— Младший дядя примерно рассчитал, когда ты приедешь, и отправил меня встретить. Я увидел, что тут продают печёный батат, купил несколько — и как раз ты появился. Вот это я попал по времени! — Говоря, Чу Чоуцзэ уже сунул один Ань Юю.

— Я на завтрак объелся, пока не хочу. — Все три батата лежали в отдельных прозрачных пакетах. Ань Юй попытался вернуть свой, но Чу Чоуцзэ увернулся.

— Потом переваришь и съешь. Я уже попробовал — очень сладкий и мягкий.

У входа располагалось амбулаторное отделение, а Чу Чоуцзэ сразу повёл Ань Юя в стационар. Старик Се лежал в VIP-палате.

— Дедушка внезапно решил всё-таки оперироваться, поэтому его перевели сюда. Младший дядя сейчас связывается с лучшими кардиохирургами.

Когда старик Се что-то решал, окружающим редко удавалось его переубедить. По словам Чу Чоуцзэ, вчера вечером, после того как Се Мянь отвёз Ань Юя домой, старик вызвал его к себе и объявил о решении. Уже той же ночью его перевезли в больницу. Ань Юй прикинул время и понял: Се Мянь, вероятно, устроил отца в палату и только после этого написал, что перенесёт встречу на десять.

После перевода утром старику сделали множество обследований. Когда Ань Юя привели на VIP-этаж, тот ещё отдыхал. У двери палаты стояли два широкоплечих охранника, и Ань Юй с любопытством задержал на них взгляд.

— Дома проще, а в больнице людей много, слух о госпитализации дедушки, скорее всего, скрыть не получится. Поэтому младший дядя нанял охрану, чтобы посторонние его не беспокоили, — пояснил Чу Чоуцзэ, заметив взгляд Ань Юя.

Больница была не домом Се, где могли разместиться сколько угодно родственников и круглосуточно находиться рядом со стариком. Сейчас из семьи Се в больнице оставались только Се Мянь и Се Цун.

— А Се Цюй не придёт? — небрежно спросил Ань Юй.

— Вообще-то должен был приехать утром. Но с утра заявил, что нога стала хуже, поэтому решил сначала сходить на физиотерапию, а потом приедет днём.

Пока они разговаривали, Се Мянь закончил беседу с врачом. Он подошёл к ним и бросил взгляд на печёный батат.

— Дедушка любит, поэтому я специально купил для него, — сказал Чу Чоуцзэ, показывая два батата. — Твою порцию я отдал Ань Юю. Хочешь — проси у него!

С этими словами Чу Чоуцзэ убежал к палате, присел на корточки рядом с одним из охранников, один батат спрятал под куртку, чтобы не остыл, а второй начал есть прямо там. Ему даже в голову не пришло предложить кусочек стоявшему неподалёку старшему дяде Се Цуну, с которым он не слишком ладил.

Ань Юй всё равно не был голоден и без колебаний отдал Се Мяню весь батат. Тот взял его и сразу разломил пополам. Вместе с паром поднялся густой сладкий аромат. Большую половину Се Мянь протянул Ань Юю.

— Спасибо. — Решив, что немного ещё влезет, Ань Юй улыбнулся так, что глаза изогнулись. — Ты завтракал?

Се Мянь вдруг заметил, что Ань Юй стал немного другим. Будто исчезла постоянно натянутая внутри струна, и весь человек наконец расслабился. Его глаза и раньше были ясными, но теперь, когда он улыбался, в них появилось что-то невольно притягательное.

— Да. Дома повар сделал лапшу даосяо с говядиной. — Се Мянь отвёл взгляд и медленно начал снимать с батата обуглившуюся кожуру тонкими пальцами с чётко очерченными суставами.

Батат купили в обычной уличной лавке и положили в прозрачный пакет. Се Мянь отдал Ань Юю половину вместе с пакетом, поэтому тот снимал кожуру через пластик. Откусив большой кусок, Ань Юй хотел спросить, вкусно ли Се Мяню, но заметил на его пальцах чёрную сажу.

Эх, всё-таки плохой из него сотрудник. Как можно заставлять начальника терпеть такие лишения!

Когда Се Мянь доел свою небольшую половину и уже собирался пойти помыть руки, перед ним появилась влажная салфетка с резким запахом спирта.

— Я попросил у медсестры на посту. — Ань Юй внимательно проследил, как Се Мянь спиртовой салфеткой полностью вытер грязь с пальцев, удовлетворённо забрал мусор от них обоих и пошёл искать урну.

— Ань Юй, мне тоже салфетку возьми! — Чу Чоуцзэ непонятно как умудрился испачкать бататом даже лицо.

— Тебе лучше в туалет и умыться. — Ань Юй имел в виду, что Чу Чоуцзэ надо посмотреться в зеркало и привести себя в порядок, но тот понял фразу иначе.

— Вот оно как. Я всего лишь младший родственник, мнепривилегии бойфренда не положено, — обиженно пробормотал Чу Чоуцзэ и отправился искать туалет.

Старик Се проснулся к полудню. Обед привезли из дома Се. За едой старик увидел их и даже из уважения попробовал пару кусочков уже остывшего печёного батата.

После обеда ему предстояли новые обследования. Се Мянь был занят разговорами с врачами из страны и из-за границы, а после обеда ожидались ещё несколько родственников из боковых ветвей семьи Се. Поэтому он велел Чу Чоуцзэ отвезти Ань Юя домой.

Сегодня Ань Юй закончил «работу» раньше. Свободное время он решил потратить на супермаркет: купить овощи и приправы. Теперь еду можно будет готовить самому.

Он ехал на машине Чу Чоуцзэ. Не доезжая несколько сотен метров до жилого комплекса, заметил большой супермаркет и попросил высадить его у дороги.

Помахав Чу Чоуцзэ на прощание, Ань Юй сначала купил стакан горячего чая с молоком. Днём у кафе было много заказов на доставку, а внутри ждали всего три-четыре человека. Ань Юй сел на свободное место и, пока готовили напиток, открыл заметки в телефоне, чтобы составить список покупок.

【Богатенький даритель: Уже дома?】

Неожиданно получив сообщение от Се Мяня, Ань Юй открыл чат, сфотографировал интерьер кафе и отчитался, где находится. Се Мянь ответил одним «угу» и больше ничего не прислал. Ань Юй вернулся к списку.

— Неплохо живётся на содержании?

Голос нежданного гостя раздался прямо над головой. Тот нарочно говорил достаточно громко, чтобы услышало всё кафе. Ань Юй мгновенно почувствовал на себе любопытные взгляды окружающих.

Подняв голову, он увидел Се Цюя. На том был чёрный плащ, одна рука засунута в карман, а на лице — откровенно недобрая ухмылка.

— Ревнуешь? Ничего не поделать, у тебя слишком маленький, вот я и выбрал вариант получше. — Ань Юй намеренно опустил взгляд ниже пояса Се Цюя и усмехнулся.

Все взгляды, прежде направленные на Ань Юя, тут же переместились на Се Цюя.

— Чего уставились?! — рявкнул Се Цюй. Он был крепким, ростом больше метра восьмидесяти. Большинство посетителей кафе были девушками; испугавшись, что мужчина может полезть в драку, они поспешно отвели глаза. Правда, по тому, как пальцы бешено застучали по телефонам, было ясно: сейчас каждая подробно пересказывает всё подругам.

— Вчера из-за тебя Сяо Ци попал в больницу. А ты сегодня как ни в чём не бывало ещё смеешь ходить в больницу и подлизываться к дедушке. — Се Цюй оттащил стул напротив Ань Юя, специально приложив побольше силы. Он рассчитывал, что противный скрежет ножек по полу напугает Ань Юя. Но кафе было хорошо отделано и мебель оказалась качественной — не раздалось ни звука.

Лицо Се Цюя на мгновение застыло. Он сделал вид, будто ничего не произошло, сел и снова применил силу: толкнул небольшой круглый столик, желая ударить им Ань Юя по ногам.

Толкнул — столик не сдвинулся. Что-то не так. Толкнул ещё раз — по-прежнему ни на миллиметр. Се Цюй резко опустил голову и посмотрел на основание.

Чёрт! Он приварен к полу! Что за дурацкое кафе?! Завтра же разорю их!

http://bllate.org/book/23004/2542358