Вечером на ужин Линг Цзин позвал с собой нескольких друзей — избалованных богатеев из высшего общества Б., с которыми он дружил с самого детства. Чжан Нань полностью оправдал своё прошлое аппаратного работника: понимая, что эти господа пожаловали исключительно ради Линг Цзина, он искусно улавливал малейшие настроения за столом, проявлял такт во всём и блестяще контролировал обстановку. Вскоре застолье оживилось: тосты сменялись один за другим, а атмосфера ужина стала непринуждённой и приятной. Сам Линг Цзин пил весьма неплохо — сказывались годы посещений самых разных заграничных вечеринок и тусовок, к тому же все знали о его недавнем недомогании, поэтому и алкоголь предлагали умеренно, так что выпил он немного.
Впрочем, сейчас мысли Линг Цзина занимало вовсе не застолье — он неотрывно наблюдал за сидевшим напротив Ван Сяолу. Тот спиртного не пил, но при этом с удивительной заботливостью ухаживал за каждым гостем и даже ненароком запоминал предпочтения и вкусы всех сидящих за столом. Вот и сейчас: стоило ему вскользь обмолвиться, что имбиря в свиных ножках с имбирём чуть больше, чем нужно, как Сяолу тут же вышел, чтобы поторопить кухню, и все последующие блюда подавали уже без единого кусочка имбиря...
Толковый парень, — промелькнуло в голове у Линг Цзина. Интересно, в постели он такой же заботливый и покладистый?.. При этой мысли в груди словно кто-то царапнул, разливая по телу сладковатую истому. На миг он даже потерял счёт времени, но, опомнившись, поспешно мотнул головой, поднялся, взял бокал и посмотрел на Ван Сяолу, который тихонько сидел, потупившись и попивая суп.
— Сяолу.
Услышав голос Линг Цзина, все вокруг перевели взгляды на него и Сяолу. Тот торопливо поднял голову, а заметив, что Линг Цзин встал, поспешно вскочил следом, подхватил со стола свой бокал и отозвался:
— Господин Линг.
— Разве мы не договорились звать меня старшим братом Лингом? — Линг Цзин посмотрел на него, и его узкие, похожие на цветы персика глаза лучились улыбкой.
— Ох, старший брат Линг, — смущенно почесав в затылке, Сяолу поспешно исправился.
— Ого, А-Цзин, неужто у вас с этим пареньком есть какая-то история, о которой мы не знаем? — поддразнил его один из приятелей, сидевших рядом.
Линг Цзин с улыбкой хлопнул его по плечу, жестом призывая не болтать лишнего, поднял свой бокал и обратился к остальным:
— Сяолу спас мне жизнь, он — мой благодетель. Если у него когда-нибудь возникнут какие-то трудности, надеюсь, все присутствующие отнесутся к нему как к человеку из моего клана и непременно помогут.
С этими словами он осушил бокал до дна.
Остальные послушно выпили за компанию. Намёк Линг Цзина был более чем прозрачен; все его друзья собаку съели на таких делах, а потому, услышав его слова и взглянув на миловидную внешность Сяолу, они мгновенно всё поняли. Мастер Е озадаченно покосился на Чжан Наня, но тот исподтишка нажал на колено мастера Е, призывая молчать — поведение Линг Цзина по отношению к Сяолу казалось ему чересчур, подозрительно близким...
Чжан Нань повидал виды. Грязнину из жизни сынков богатых семейств из Б. ему видеть не доводилось, но наслышан он был предостаточно. Сяолу же — парень простой, и независимо от того, действительно ли у господина Линга на уме то, о чём все подумали, этому мальцу лучше держаться от подобных господ подальше. Чжан Нань тотчас улыбнулся и произвел тост:
— Господин Линг явно преувеличивает достоинства нашего Сяолу. Парень молодой, неразумный, так что прошу всех снисходительно к нему относиться. Но как же ему повезло встретить господина Линга! Благодаря дяде Е он успешно провернул эту сделку и сможет накопить денег, чтобы вернуться домой и жениться.
При этом он выразительным взглядом показал мастеру Е, чтобы тот поскорее поддержал тост и замял эту тему.
Мастер Е сразу всё понял и уже собирался поднять бокал, как вдруг один из друзей Линг Цзина перехватил его инициативу:
— Эй-эй, старина Е, давай не будем спешить со своими тостами. Раз уж А-Цзин записал братца Сяолу в свои люди, не должен ли сам Сяолу выпить за здоровье старшего брата Линга?
Его поддержали дружным хохотом и улюлюканьем остальные — было очевидно, что так просто эту тему они отпускать не намерены.
Чжан Нань уже собирался было вмешаться и оградить Сяолу от лишней рюмки, но сидевшие рядом принялись оживленно расспрашивать его и мастера Е, лишив всякой возможности вставить слово. Не желая ставить Чжан Наня в неловкое положение, Сяолу взял из рук предложившего его мужчины бокал, посмотрел на Линг Цзин и произнес:
— Старший брат Линг, я пью за вас. Спасибо, что заботитесь о нас.
Стиснув зубы и словно принимая тяжелое решение, он осушил бокал до дна. Крепкий алкоголь тут же обжёг горло, словно внутри полыхнул огонь; Сяолу не удержался и зашелся в кашле, глаза наполнились слезами, а лицо густо покраснело.
Увидев это, Линг Цзин поспешно подошел к Сяолу, легко похлопывая его по спине, чтобы помочь отдышаться, и бросил своим приятелям:
— Хватит заставлять парня пить, посмотрите, как ему плохо!
С этими словами он зачерпнул пиалу горячего супа и вложил её Сяолу в руку, жестом веля скорее выпить, чтобы унять жжение.
Один из приятелей тут же подколол его:
— Всё-всё, больше не будем! Мы и сами не думали, что этот братец такой слабонервный к выпивке. Глянь-ка, наш А-Цзин прямо извелся от жалости...
По столу вновь прокатился дружный смех. К этому моменту даже самый простодушный мастер Е начал догадываться, что здесь что-то не так. Что вообще на уме у этого господина Линга? Сяолу ведь нормальный парень, неужели... нет, быть того не может?
Пока мастер Е ломал над этим голову, Сяолу уже начало вести. В ушах шумело, словно туда набили ваты, а силуэты перед глазами расплывались и теряли чёткость... Боясь расплакаться прямо здесь, Сяолу торопливо оттолкнул стоявшего рядом Линг Цзина, бросив, что ему нужно умыться, и выбежал из отдельного кабинета. Мастер Е тут же вскочил, собираясь пойти следом, но Линг Цзин остановил его, сказав, что ему тоже нужно в уборную и заодно он присмотрит за Сяолу.
Услышав это, мастер Е заволновался еще сильнее и заупрямился, собираясь идти следом. Однако Линг Цзин лишь легко улыбнулся:
— Не беспокойтесь, мастер Е, я просто навещу его и сразу вернусь. Неужели вы мне не доверяете?
Видя такое отношение, мастер Е в нерешительности перевел взгляд на Чжан Наня. Заметив, что хотя на губах Линг Цзина и играла улыбка, в глазах ее не было и в помине — он явно был недоволен, — Чжан Нань удержал мастера Е за руку и обратился к Линг Цзину:
— Господин Линг, не сочтите за грубость, просто мой старший брат относится к Сяолу как к родному сыну, вот и переживает... Будьте добры, присмотрите за ним. Уборная близко, если что-то понадобится, мы тут же придем по первому зову.
В этих словах сквозила и забота о Сяолу, и тонкий намек на то, что уборная находится рядом и любой шум будет услышан, что помогло сгладить только что возникшую неловкость.
Вылетев из кабинета, Сяолу прямиком бросился в туалет и торопливо плеснул на лицо несколько пригоршней холодной воды, чуть уняв жжение. Опираясь руками о раковину, он тяжело и прерывисто выдохнул. До чего же паршиво, недаром братец Хун запрещал ему пить на людях... При мысли о Дуань Юньхуне на душе у Сяолу стало совсем тяжело: как обиженный ребенок, оказавшийся вдали от дома, он вдруг отчаянно захотел услышать голос братца Хуна, а потому в полумраке нащупал телефон и набрал его номер.
Стоило вызову пройти один раз, как дверь распахнулась и в туалет вошел Линг Цзин. Жаловаться постороннему человеку на жизнь при живом братце Хуне было как-то неуместно, и Сяолу поспешно сбросил вызов.
— Старший брат Линг, — пробормотал он, кладя телефон на край раковины, и снова зачерпнул пригоршню холодной воды, чтобы ополоснуть лицо.
Откатившийся было жар накатил с новой силой — всё-таки градус у этой водки был слишком высок, мысленно выругался Сяолу.
http://bllate.org/book/23000/2456571
Готово:
