Трасса высокогорной гонки на лодках-драконах проходила по материнской реке Лхасы — Джичу. Она берёт начало на южных склонах Ньенчен-Тангла, течёт через Лхасу и в конце концов впадает в Ярлунг-Цангпо.
На участке у Прибрежного парка по обоим берегам были устроены прогулочные дорожки и смотровые площадки. Просторный обзор позволял издалека видеть величественный дворец Потала и гряду снежных гор.
Организаторы выделили университету D комнату подготовки в административном здании парка.
Когда Линь Ичжи и Сяо Фэйгэ вошли в переговорную, проректор Цзян как раз ругал людей.
В общий чат Ли Цзинь прислал фотографию, где лежал в больнице и дышал кислородом, а рядом — картинку с жалким бездомным котом, умоляющим о пощаде.
— …В самый важный момент подвёл! Напился — и не один раз, а два! Ещё и не спал ночью. Если не ты схватишь горняшку, то кто?! Никакой организованности, никакой дисциплины, полная безответственность! Кто ещё в команде знает тибетский?!
Линь Ичжи посмотрел направо, налево и неуверенно поднял руку.
Голос проректора Цзяна мгновенно стал на восемь тонов тише.
— А письменный тибетский? Читать умеешь?
Линь Ичжи кивнул. Проректор хлопнул себя по бедру и радостно сказал:
— Хорошо, что Ли Цзинь свалился! Теперь на переводчике целиком сэкономим!
Линь Ичжи: ……
Он словно увидел, как Ли Цзинь выплёвывает три литра крови. Больно, старина Ли!
Сяо Фэйгэ как руководитель команды ещё с момента подтверждения участия организовал для спортсменов системные тренировки: занятия в условиях нехватки кислорода — с N95 на лице, развитие выносливости при гребле и имитацию высокогорья.
Он даже попросил своего старика изготовить на заказ облегчённый корпус лодки из углеволокна. Сяо Фэйгэ был человеком упрямым в делах и стремился к совершенству.
Сегодня задача была сложной, особенно испытание трассы и стратегия кислородной поддержки. Только способности Линь Ичжи позволяли точно определить все эти параметры.
Они с Сяо Фэйгэ переглянулись и сразу поняли друг друга.
Старина Цзян только с виду казался простоватым; человек, доросший до руководства университетом, глупцом быть не мог. Увидев, как один объясняет, а второй тут же чертит схему моделирования и как слаженно они работают, он махнул рукой:
— Без Линь Ичжи этой команде нельзя!
Группу обеспечения перевели в основной дискуссионный состав.
Днём прошёл полный пробный заезд по всей трассе. К двадцати двум участникам добавился один наблюдатель. Линь Ичжи ровно сидел позади барабанщика, прямой, как сосна. Пальцы летали над клавиатурой так быстро, что почти превращались в размытое пятно.
Кормовое весло было личным местом Сяо Фэйгэ. Он по праву считался технарём высшего уровня и вместе с рулевым контролировал направление.
Для этой позиции нужны были рост, длинные руки и хорошие физические данные.
Линь Ичжи сидел в носовой части и как раз находился напротив него.
Сяо Фэйгэ выдавал невероятную мощь. Мышцы напрягались, взгляд был острым.
Линь Ичжи словно летел над водой. В воздухе перед ним всплывали данные: изменения скорости ветра на разных участках, зоны быстрого течения, оптимальные точки для корректировки частоты гребков.
На компьютере в реальном времени отображалась сатурация спортсменов. После одного круга он уже составил ступенчатый план подачи кислорода. Например, ведущий гребец — пятнадцать секунд кислорода каждые двадцать минут, и так далее.
Сойдя с лодки, он узнал того самого мускулистого парня, о котором говорила Рыбка. Тот сидел на первом весле: широкие плечи, мощные руки — настоящий король взрывной силы.
Линь Ичжи подошёл и с улыбкой поздоровался:
— Ван Ли! Ты отлично взял ключевой разгон на старте!
Ван Ли вытер пот и немного застенчиво улыбнулся. Простоватый, добродушный парень из Шаньдуна.
Сяо Фэйгэ подошёл и снял верхнюю одежду.
— Линь Ичжи! Я весь мокрый. Где полотенце, которое я просил взять?
Ван Ли восхищённо сказал:
— Капитан Сяо, вот это мышцы, реально мощь! Мне так нельзя — слишком раздуюсь, потом одежда сидеть не будет.
Сяо Фэйгэ увидел, что Линь Ичжи подходит с полотенцем, и взял у него… ноутбук. Полотенце уже было поднято, убирать руку оказалось неловко, поэтому Линь Ичжи просто вытер ему пот.
Только тогда Сяо Фэйгэ слегка самодовольно усмехнулся:
— Просто не слушай тренера и не налегай слишком сильно на белок.
Линь Ичжи привёл данные в порядок, ясно отметил каждый параметр и передал проректору Цзяну.
Тот воскликнул:
— Вот это у Сяо Линя навык! В нашем университете D и правда скрытые драконы да затаившиеся тигры. В науке ведёт Сяо Линь, в бою — капитан Сяо, а вокруг ещё целая группа крепких богатырей! Если не привезём место, сама справедливость небес не простит!
На ужин группа обеспечения снова подготовила специальное предсоревновательное питание: обязательно углеводы и фосфат натрия.
После этого все разъехались по гостиницам отдыхать.
Когда человек сосредоточен на одном деле, чувства словно запечатываются. Но стоит расслабиться — и они возвращаются с новой силой.
Весь день Линь Ичжи старался держать настроение бодрым, и Сяо Фэйгэ, кажется, действительно заразился от него этой энергией и на время вышел из состояния, в которое его загнала вчерашняя новость.
В восемь вечера у Линь Ичжи зазвонил видеовызов. Увидев имя, он невольно улыбнулся.
— Папа, папа! Ты уже три осени меня не видел! Совсем не скучаешь?!
Как только связь установилась, лицо малыша почти вплотную прилипло к камере, а загнутые ресницы затрепетали, словно крылья испуганной бабочки.
— Папа! Ты уже три осени меня не видел!
На фоне раздался отчаянный голос телохранителя:
— Молодой господин! Нельзя так высоко залезать, быстрее спускайтесь!
— Я хочу показать папе дворец Потала, который собрал!
Линь Ичжи рассмеялся так, что едва не выронил телефон. Вдруг сверху в кадр вошла рука и помогла удержать его.
Он обернулся и увидел прямо перед глазами мокрый пресс Сяо Фэйгэ. Тот только вышел из ванной: капли стекали с волос по ключицам и исчезали в распахнутом вороте свободного халата.
Линь Ичжи сидел на диване и оказался будто полностью окружён высоким мужчиной. Когда Сяо Фэйгэ наклонился к камере, пояс халата едва коснулся его затылка.
Область девятиконечной звезды слегка нагрелась, а у носа появился слабый запах кедра и пихты. Линь Ичжи подсознательно отодвинулся вперёд, кончики ушей подозрительно покраснели.
— Папочка подглядывает! — увидев лицо Сяо Фэйгэ, Сяо Пу автоматически понизил голос и пробормотал.
Сяо Фэйгэ без всякого смущения повернул телефон к себе.
— Проверка. Почему один маленький человек, который обещал рано лечь, жуёт радужные конфеты?
— Это витамины! — малыш высоко поднял разноцветную обёртку и уверенно заявил: — Дядя Кеплер сказал: если каждый день съедать семь, можно вырасти до трёх метров!
Взгляд Сяо Фэйгэ мгновенно застыл.
— Когда он с тобой связался?! Ещё что-нибудь сказал?!
Поняв, что может напугать ребёнка, он тут же смягчил голос:
— Что он просил передать папочке?
Нервозность Сяо Фэйгэ была понятна: это оставалось единственной точкой связи между ним и планетой Кеплер.
Он знал лишь, что собеседника зовут Кеплер и он друг, а не враг. Причём эта точка связи открывалась односторонне и только для маленького Сяо Пу.
Время контакта было случайным.
Такое бессилие почти сводило Сяо Фэйгэ с ума.
После того как он нашёл Сяо Пу в Тибете, он немедленно и тайно собрал исследовательскую группу. Больше трёх месяцев они вычисляли, моделировали и проверяли по бессвязным детским обрывкам информации, пока наконец не определили якорную точку.
— Прямо только что! Он сказал, чтобы я быстрее рос большой! Я спросил как, и он сказал каждый день есть сладкие радужные конфеты! Ещё сказал, что скоро уйдёт и не знает, когда опять сможет услышать мой голос! И научил меня песне — сказал, спеть её вам!
Сердце Сяо Фэйгэ сжалось. Значит, якорная точка у вековой софоры рядом с Красным домиком больше не действует. Следующую точку не знает даже сам Кеплер. Но какие-то подсказки он даст.
Линь Ичжи понял, насколько это важно, быстро положил телефон на стол и включил запись.
— На высокой-высокой снежной горе цветёт прекрасный снежный лотос, а рядом с ним — одинокий снежный заяц.
Их аромат возжелал властелин Вселенной, прошу вас беречь их со всей заботой.
Снежный лотос унёс домой тот, кто его любит, а снежный заяц заблудился.
Снежный заяц не плачет: у него есть волшебная оболочка. Она выделяет яд и защищает его, как медуза защищает себя.
В глубине святой и одинокой снежной горы снежный заяц тихо ждёт времени цветения.
Воссоединению поможет судьба — в день пробуждения номера 2358!
Детский голос пел народную песню Кеплера, и Линь Ичжи увидел, как на лице Сяо Фэйгэ постепенно появляется безумная радость. Это было ликование человека, который в последнюю секунду нашёл выход из тупика и вернул то, что считал потерянным.
— Жив! Всё ещё жив! Сокровище моё, мы пришли забрать тебя домой!
http://bllate.org/book/22994/2638437
Готово:
