Готовый перевод The Tenth Exile of Experimental Subject No. 2358 / Десятая ссылка экспериментального субъекта №2358: Глава 005. Две планеты, две планеты, быстро-быстро вертятся…

Линь Ичжи в третий раз вежливо поблагодарил профессора Сяо, когда тот снова долил ему свежезаваренного кофе. Надо успокоиться.

Он, между прочим, студент второго курса магистратуры первоклассного университета, взрослый парень ростом метр восемь. А перед ним всего лишь шестилетний ребёнок. Что тут сложного? Легко справится. Справится.

Кажется, не очень легко.

Он украдкой посмотрел на настоящего папу, который уже полностью оделся и переобувался у входа, и подбодрил себя: мы оба папы, значит, я тоже смогу! Даже если интеллектом не возьму, доберу эмоциональным интеллектом!

Как там говорили старики: хм, я соли съел больше, чем он риса, и мостов прошёл больше, чем он дорог!

— Сяо Пу, алгоритм обсудим завтра! Сегодня старший братик поиграет с тобой в игру: я спрашиваю — ты отвечаешь, и за правильный ответ получаешь фрукт!

В алгоритме у него ещё оставались пробелы. Днём надо расспросить наставника Лю, вечером срочно дочитать материал, а уж потом обсуждать, ладно? Не надо так безумно соревноваться, дорогой.

В конце концов, задача — развивать речь ребёнка. Главное, чтобы побольше говорил.

— А где твоя мама?

…Малыш растерянно смотрел на него, будто завис.

— Мамы нет!

Линь Ичжи почувствовал укол вины. Ну зачем травмировать ребёнка? Бедная маленькая капуста, жёлтая в поле, в два-три года без мамы~ У-у.

— Тогда кто такой дядя Кеплер? — он бросил в рот ягодку черники и поспешил сменить тему.

— А! Дядя Кеплер очень хороший, у него много радужных конфет! Он очень-очень высокий, вот до туда! — малыш показал на потолок.

Не слишком ли преувеличивает? Метра два шестьдесят? Два восемьдесят?

Было видно, что дядю Кеплера он очень любит.

— Он сказал, что и папочка, и папа находятся здесь! Он посадил нас в очень-очень высокий цветок и велел папочке нас найти, ха-ха-ха! А вчера сказал мне ждать папу в цветах софоры! Дядя Кеплер очень сильный, он герой планеты Кеплер!

Неплохо, даже заключительная фраза имеется. В его речи всё ещё чувствовалась какая-то детская роботизированность. Сяо Пу с гордостью съел ягодку черники.

Линь Ичжи ухватил главное:

— А что такое планета Кеплер?

— Это наша родная планета, в шестистах тридцати восьми световых годах отсюда. Голубая планета Кеплер-22b.

И Сяо Пу своим чистым детским голосом запел:

В далёком краю небес,

за глубиной белых облаков,

в направлении девятиконечной звезды

есть дом, где всегда весна.

Там цветут цветы,

там чисты реки,

там радуга целует росу,

там бабочки танцуют с сиянием,

там тихо качается озёрная вода,

там безбрежно высокое небо.

Странник голубой планеты,

я обниму тебя

в направлении девятиконечной звезды…

Мелодия была спокойной, словно стихотворная картина, а ритм обладал какой-то странной магией. Линь Ичжи невольно начал тихо подпевать, всё сильнее погружаясь в музыку, будто и вправду оказался на прекрасной голубой планете.

…

Продолжая петь, Сяо Пу встал со стула и бросился в объятия Линь Ичжи.

— Папа, мы снова вместе с папой поём!

Он обнял Линь Ичжи за шею и поцеловал в левую щёку. В тот же миг девятиконечная звезда на его правой ладони вдруг совпала со звездой на затылке Линь Ичжи.

Послышалось лёгкое «клац» — словно сомкнулись два звена. Мягко вспыхнул свет. Линь Ичжи слегка закружило голову, а в сознании будто медленно запустилась какая-то программа.

Он обнял ребёнка в ответ, посадил рядом с собой и мысленно вывел слова: «планета Кеплер-22b».

В пустоте перед глазами мгновенно возникла голубая планета.

Они вдвоём уставились в воздух.

· Кеплер-22b (Kepler-22b)

• Открыта: в 2011 году (космическим телескопом NASA «Кеплер»).

• Родительская звезда: Кеплер-22 (Kepler-22), звезда главной последовательности класса G — похожа на Солнце, но немного меньше и холоднее.

• Орбитальный период: около 260 земных суток.

• Радиус: около 2,4 радиуса Земли; возможно, относится к типу «суперземля» или «мини-Нептун».

◦ При наличии атмосферы, сходной с земной, средняя температура могла бы составлять около 23 °C.

• Положение в обитаемой зоне: Кеплер-22b — одна из первых подтверждённых экзопланет, расположенных в обитаемой зоне.

…

— Папочка очень сильный! У него тоже есть «Кеплер» — телескоп! Он сказал, что сможет нас увидеть! — маленький болтун Сяо Пу никак не мог остановиться. — Даже когда он очень далеко, он может увидеть Красный домик и большую софору!

Эм… можно было и не признаваться настолько честно. Линь Ичжи внезапно почувствовал неприятное ощущение, будто за ним подглядывают.

Изображение исчезло, а он ещё некоторое время смотрел в пустоту, не двигаясь.

— У нас в спальне тоже есть голубые планеты! — Сяо Пу нетерпеливо потянул его за собой и распахнул дверь главной спальни.

Вся комната была оформлена как космос. В центре стояла огромная круглая кровать, покрытая идеально ровной тёмно-синей простынёй. Над ней в воздухе словно висели две голубые планеты.

На самом деле это была детская кровать из особой экологичной смолы. На поверхности одного шара рельефно выступали контуры семи материков; складки Евразии удобно служили ручками для лазания. Поверхность второй, более крупной «планеты» покрывали размытые холмы и горные хребты.

Когда солнечный свет проходил сквозь полупрозрачный корпус кровати, на деревянном полу дрожали отблески, похожие на движение океана.

Весь потолок представлял собой гибкий OLED-экран со звёздным небом; сейчас на нём отображалась карта летнего неба Северного полушария. В углу стоял голографический проектор: нажмёшь кнопку — и в центре комнаты начинает вращаться объёмная модель Солнечной системы.

Сильнее всего взгляд притягивал астрономический телескоп у окна. Карбоновая стойка автоматически сопровождала заданные координаты, а на окуляре была приклеена записка: «Расписание метеорных потоков».

Дверцы шкафа были оформлены под панели центра управления NASA: прикоснёшься — загораются голубые кнопки.

Сяо Пу нажал какой-то выключатель, и две планеты медленно закрутились.

— Две планеты, две планеты, быстро-быстро вертятся… — малыш сияя запел.

…Прости, братишка, но, кажется, эту песенку я тоже знаю.

Линь Ичжи стоял посреди бескрайней вселенной, слушал такую «музыку сопровождения» и ощущал какой-то абсурдный комизм.

Но всё-таки без разрешения входить в чужое личное пространство было невежливо, поэтому он поспешил выйти.

Зазвонил телефон. Это был Сяо Фэйгэ.

— Студент Линь, спасибо за труд. Я вызвал людей приготовить обед. Поешьте, а потом уже идите на занятия.

— Хорошо. А вы вернётесь? Я волнуюсь: ребёнку одному дома небезопасно.

Гениальный красавчик-малыш, да ещё после вчерашнего публичного появления — вдруг кто-то положит на него глаз? В наши дни похищений детей хватает!

— У меня дела, вернуться не смогу. Ничего страшного. Когда будете уходить, просто впустите двух телохранителей, которые стоят у двери.

Когда успели поставить телохранителей?! Тогда зачем вообще нужен он? Мир богатых людей был Линь Ичжи совершенно непонятен.

Раздался стук. Он открыл дверь и увидел, как внутрь один за другим входят шесть поваров в форме звёздной команды ресторана Michelin.

Они молча и слаженно приступили к профессиональной работе. Даже посуду и ингредиенты принесли с собой, чтобы условия приготовления ничем не отличались от ресторанных.

Шеф, су-шеф, кондитер и дворецкий-официант заняли свои места. Через сорок минут на столе стоял семейный набор «родитель и ребёнок». Дворецкий расставил цветы, обернул бутылку белой салфеткой и налил им домашнюю лимонно-медовую воду.

От всей этой церемониальности у Линь Ичжи рябило в глазах.

Закуска: в прозрачной стеклянной банке скрывалась «почва» из картофельного пюре с чёрным трюфелем. Сяо Пу миниатюрной лопаткой выкапывал спрятанные внутри хрустящие шарики из обжаренной киноа и макал их в соус из шпината и сыра.

У Линь Ичжи на дне банки лежали хрустящие ломтики пармской ветчины, а в соус было добавлено трюфельное масло.

Главное блюдо Сяо Пу называлось «Пиратское сокровище»: серебристая треска была приготовлена в форме золотых «монет», рядом лежала паста из свёклы, похожая на кораллы. Карта сокровищ была напечатана на съедобной рисовой бумаге, а под ней после еды обнаруживался шоколадный «драгоценный камень».

У Линь Ичжи была та же треска, но в версии для взрослых: медленно обжаренная в сливочном масле с травами, с пеной из икры и ризотто с шафраном.

На десерт — чизкейк-конструктор. Кусочки разного вкуса — классический, клубничный, матча — можно было складывать как кубики, склеивая «цементом» из белого шоколадного соуса, а сверху посыпать шипучей «волшебной пылью».

После самого роскошного обеда в своей жизни Линь Ичжи, слегка ошалевший, взял с собой коробочку чизкейка и отправился на занятия.

Рыбка поднялась со скамейки у дороги и побежала навстречу:

— Линьчик!.. Профессор к тебе сегодня нормально относился? У него такая холодная физиономия и такая аура, что я даже не решилась подойти к тебе. Голова сегодня не кружилась?

Близкая подруга всегда так о нём беспокоилась. Линь Ичжи протянул ей коробку.

— Всё нормально. А у тебя ужасные круги под глазами. Вчера всю ночь играла?

Они сели на скамейку. Рыбка яростно откусила кусок торта.

— Не напоминай! Вчера до ночи ругалась с людьми в интернете. Какой-то придурок собрал целую толпу и начал тебя чернить: выдумывали про тебя и профессора, ещё выложили фото, где профессор несёт тебя из кабинета! Эти сумасшедшие шипперы совсем с ума сошли! Меня и ребёнка, хотя мы такие заметные, специально вырезали из кадра!

— Ух, какой вкусный торт! Где купил? — она перевела дух. — Я пыталась объяснять, но никто не слушал. Другие ещё начали разгонять волну. До сих пор ненавижу себя за то, что не сняла видео в доказательство! Правда, потом все посты удалили!

Она сердито фыркнула:

— Не думай, будто я не знаю, кто на тебя нацелился!

Линь Ичжи открыл форум. И правда: все темы о вчерашнем происшествии, о нём самом, Сяо Фэйгэ и Сяо Пу исчезли подчистую. Он тоже понял: это мог быть только профессор Сяо, снова применивший силу денег.

— Кто на меня нацелился? — насторожился он.

— Чжан Цзычжоу! Тот вечный второй номер из вашей группы! Любимый ученик наставника Лю!

http://bllate.org/book/22994/2638430