Ся Юнь вслед за Янем вернулся под сень деревьев.
Под деревом лежал огромный плоский камень, похожий на столик. Было видно, что он стоит здесь уже очень давно: у основания скопилась многолетняя грязь, а на поверхности, изрытой ямками, после дождей оставались серые следы высохшей воды.
До ухода Ся Юня здесь лежали только два больших валуна, а теперь прибавилось ещё с десяток камней поменьше. Взглянув на острые обломки, Ся Юнь догадался об их предназначении.
И верно: Янь положил принесенный камень в углубление между валунами, затем поднял другой, поменьше, и со всей силы ударил по нему.
Раздался глухой стук.
Камни столкнулись, оболочка исходного валуна треснула, во все стороны полетели осколки. Несколько острых камешков оцарапали руку Ся Юня, и он невольно вздрогнул.
Янь обернулся:
— Задело? Отойди подальше. — Он помахал рукой, предлагая Ся Юню сесть поодаль, а затем, наклонившись над грудой обломков, просиял: — Есть кристалл!
Что?
Ся Юнь с сомнением посмотрел на него. Вот так просто нашел? Это казалось невероятным.
Янь разгреб каменную крошку и выудил два кристалла размером с арахис. Повернувшись к Ся Юню, он сказал:
— Пусть они не самые красивые, но то, что мы нашли их в первом же камне, — добрый знак. Сегодня мы точно найдем что-то получше.
Ся Юнь удивленно приоткрыл рот, принимая находку.
Кристаллы были желтоватыми, с примесями, и по качеству сильно уступали тому, что носил на шее Янь. Однако некоторые грани оставались прозрачными и чистыми — из них могли бы получиться неплохие мелкие бриллианты.
Ся Юнь, работавший в этой сфере, без труда распознал алмазы. В его рюкзаке лежал бинокль; если разобрать его и сфокусировать линзу на крошках, можно было бы проверить, не горят ли они в световом пятне. Но он решил поберечь снаряжение, а подлинность кристаллов проверить позже.
Заинтересовавшись, Ся Юнь подошел посмотреть на камни, которые принес Янь.
— Нравится? Меня зовут Янь, как и этот камень, — он поднял булыжник, показал его, а затем положил на импровизированный верстак.
Обычно Ся Юнь не обращал внимания на лепет дикаря, но сейчас слушал внимательно.
— Янь? — повторил он. Он уже слышал это слово, но только сейчас заметил, что оно звучит почти так же, как китайское слово «скала».
Сопоставив действия дикаря со звуками, Ся Юнь вдруг понял значение его имени.
Янь вздрогнул, энергично закивал, прижал руку к груди и взволнованно произнес:
— Да, я Янь, я Янь… А тебя как зовут?
Ся Юнь помолчал, хмыкнул. Увидев, что парень продолжает пристально смотреть на него, он негромко ответил:
— Ся Юнь.
Он колебался, стоит ли называть свое имя дикарю. Он ненавидел этого человека, но им предстояло жить вместе, а без имен было неудобно.
— А? — Янь не понял. Ся Юнь произнес два слога, и дикарь растерялся.
— Ся Юнь, — Ся Юнь прижал ладонь к груди и повторил медленно.
Янь наконец понял. Его губы беззвучно зашевелились, повторяя звуки, и, глядя Ся Юню в глаза, он выдал:
— Ся… Юй?
Ся Юнь холодно уставился на него. Янь поспешно поправился:
— Ся… Юй? Ся-юй?
Ся Юнь нахмурился. Дикарь произносил слоги четко, но разве это его имя?
Сдерживая раздражение, Ся Юнь отчеканил:
— Слушай еще раз: я — Ся! Юнь!
— Ся! И-и-и-ин! — Янь с трудом выговаривал звуки, его красивое лицо исказилось от усилий. Наконец он выдавил: — Ся-ин! — Поняв, что ошибся, он в панике забормотал: — Ся-юй, Ся-юй-ин, Ся…
Ся Юнь застыл с каменным лицом.
Заметив, что партнер теряет терпение, Янь прикусил язык, хотя внутри ликовал.
Партнер заговорил со мной! Как же я счастлив!
Янь довольно улыбался, продолжая колотить по камням и тихонько упражняясь в произношении. Ся Юнь сидел рядом и тоже пробовал отколоть кусочки породы своим камнем. Слушая бормотание Яня, он подумал, что дикарь учится довольно быстро.
Остальные камни оказались пустышками. Янь отправился за новой партией, а Ся Юнь принялся перебирать те, что выглядели многообещающе. Когда они вернулись, мимо них проковылял Сун, опираясь на трость из сахарного тростника.
Он то и дело откусывал кусок от своей трости. Вид у него был изможденный, но аппетит это не портило.
Ся Юнь затаил дыхание, испуганно озираясь — он боялся снова увидеть того дикаря, но, к счастью, обошлось.
Когда хромой удалился, Ся Юнь дернул Яня за мех на ноге и, указав на остатки тростника, сказал:
— Голоден.
Янь моргнул, переспрашивая:
— Что ты сказал?
Ся Юнь положил руку на живот и повторил по слогам:
— Го-лод-ен.
Янь замер на несколько секунд, а потом спросил:
— Ты хочешь есть или хочешь сладкого бамбука? — В душе он ликовал: Ся Юнь такой умный, просит у меня еды, это так мило!
Ся Юнь лишь догадывался о значении звуков, но, увидев, что Янь понял его, с облегчением выдохнул.
Янь без лишних слов подсадил Ся Юня на спину и побежал к бамбуковой роще.
Роща располагалась между каменистой горой и лесом. Там было много камней и мало деревьев, зато тростник рос высоким и толстым.
Ся Юнь, сияя от радости, спрыгнул на землю и, не обращая внимания на острые камни, подбежал к зарослям и сорвал крепкий стебель. Очистив его от листьев, он с жадностью вгрызся в мякоть.
Сезон еще не наступил, поэтому тростник был покрыт белым налетом, не очень сладкий, даже с кислинкой, но Ся Юнь ел его с огромным удовольствием, не обращая внимания на черные пятна от дождевой воды.
Ему было любопытно: он ел тростник, чтобы очистить зубы, а зачем это нужно тому хромому? Янь вот не ест. Неужели чтобы набить желудок? Это же еще хуже, чем питаться тем, чем питался он сам раньше.
Пока он размышлял, Янь неожиданно откусил кусок от его тростника, пожевал и нахмурился.
— Еще не созрел, — сказал Янь. — Любишь сладкое?
Ся Юнь, конечно, не ответил.
Вернувшись к горе, они продолжили работу: Янь дробил камни, а Ся Юнь жевал тростник. Когда Янь находил кристалл, Ся Юнь очищал его от остатков породы и прятал в свою «личную казну».
Весь остаток дня они провели у горы. Ся Юнь успел укоротить и подшить штаны (перед уходом Янь вернул ему кинжал), иначе ходить было бы не в чем.
Вокруг Яня выросла целая гора щебня, и хотя кристаллов набралось около десятка, Янь остался недоволен. Единственной удачей стала находка в самом конце: группа бледно-голубых кристаллов размером с апельсин. Из-за легкого оттенка они казались еще чище и белее обычных.
Янь потратил немало времени, чтобы аккуратно отделить самый крупный восьмигранный кристалл размером с голубиное яйцо и привязал его к ожерелью Ся Юня.
Ся Юнь удивленно приподнял бровь: восьмигранные кристаллы прочнее двенадцати- и шестигранных. У дикаря неплохой вкус.
Ожерелье стало тяжелым и теперь неприятно тянуло шею. Ся Юнь погладил гладкий камень, радуясь про себя: если получится вернуться, это будет стоить целое состояние.
Он убрал остальные камни в рюкзак, почувствовав его приятную тяжесть, и на лице Ся Юня впервые за день появилась довольная улыбка.
К тому времени, как они вернулись в пещеру, солнце уже клонилось к закату. Ся Юнь вспотел и, едва дойдя до места, сразу полез в реку.
— Почему он опять моется? — подошел Е, жуя пучок свежих листьев. — У него от таких частых купаний шерсть не вылезет?
Янь сидел у воды, толча в каменной ступке мыльные бобы, и бросил на него косой взгляд:
— Вот именно, так что тебе лучше вообще не мыться.
— А! Правда? — Е испуганно округлил глаза. — А я как раз собирался... Душно, скоро дождь будет. Ну ладно, не буду.
Янь усмехнулся и посмотрел на Ся Юня. Тот с интересом разглядывал листья в руках у Е. Янь спросил:
— Ся Юнь, хочешь поесть?
Ся Юнь перевел взгляд с пучка листьев на Яня и кивнул. Листья выглядели нежными, с синевато-фиолетовым оттенком. Ся Юнь уже устал от фруктов и мечтал о зелени, но знал слишком мало съедобных растений.
Янь попросил Е:
— Дашь немного?
— На, забирайте всё, я уже наелся, — Е с любопытством спросил: — Что ты там сказал? Ся… как-то там? Это его имя?
— Да, — Янь взял листья. — Он начал говорить. Его зовут Ся Юнь. Приходи как-нибудь поговорить с ним, я дам тебе фруктов.
— Хорошо! — Е восторженно закивал. — Ся… Юй? Длинное имя.
Ся Юнь, услышавший из их разговора нечто похожее на свое имя, промолчал.
Янь не сразу отдал листья Ся Юню, а спустился в воду со ступкой. Ся Юнь уже собирался выйти на берег, но мельком глянул на содержимое ступки.
Он думал, что это лекарство, но смесь была слишком жидкой и напоминала обычную кашицу из растертых растений.
Ся Юнь отвернулся и направился к берегу, но Янь остановил его и нанес зеленую массу ему на голову. Затем Янь намазал такой же смесью свою грудь.
Это для мытья шерсти?
Ся Юнь вспомнил школьный учебник, где рассказывалось о мыльном дереве, плоды которого заменяют стиральный порошок. Тогда это казалось чудом, а теперь…
— С этим чище, — улыбаясь, пояснил Янь, хотя понимал, что партнер его не понимает.
Ся Юнь кивнул. Он почесал голову и с удивлением обнаружил, что смесь пенится. Ся Юнь, не видевший шампуня целый месяц, с наслаждением принялся мыться.
Намылив Ся Юня, Янь отправился на берег, а Ся Юнь, взяв еще порцию из ступки, принялся тереть тело.
Янь, конечно, не удержался и начал помогать ему мыть голову, а потом потребовал, чтобы Ся Юнь помыл его. Ся Юнь не был глупцом и не стал оказывать бессмысленного сопротивления — после нескольких просьб он согласился потереть шерсть дикаря.
После купания Ся Юнь почувствовал себя словно заново родившимся. Липкость исчезла, тело и волосы стали свежими и легкими.
http://bllate.org/book/22953/2447655
Готово:
