Такое ощущение было крайне неприятным, и именно оно позволило Курису Рюсэю мгновенно почувствовать исходящую от кого-то злобу.
Он считал, что ни жажду убийства, ни злой умысел невозможно скрыть полностью. Как бы тщательно человек ни старался, рано или поздно он проколется — ведь недаром говорят, что даже у самого осторожного найдется изъян. Если проявить терпение, всегда можно поймать преступника на ошибке.
Очевидно, только что был именно такой момент.
Однако Курису Рюсэй оказался не готов. Семь дней расслабленности и постоянные мысли о Мацуде Дзимпэе притупили его бдительность: он не начал сканировать обстановку сразу, как переступил порог.
Просчитался.
Он слишком расслабился, осознав, что Дзимпэй на мгновение тоже проявил к нему интерес.
Подумать только, Мацуда Дзимпэй — взрослый мужчина. Даже если он и медлителен в подобных делах, он вполне способен взять свои чувства под контроль. Да и как полицейский может позволить себе психологические проблемы, если работа этого не допускает?
Если не пройти психологический тест, последует отстранение от службы.
Курису Рюсэй коснулся кончиков волос, выражением лица и жестами изображая замешательство, словно его реакция была лишь следствием ошибки или неверного толкования. Он зашагал вперед, прекрасно понимая, что сейчас, даже если он обернется, никаких улик ему не найти.
В любом случае, нужно сохранять самообладание и действовать по ситуации.
Другого выхода у него всё равно не было.
— Доброе утро, с возвращением в строй, младший лейтенант Курису!
Услышав приветствие, Курису Рюсэй обернулся и, слегка опустив взгляд, увидел Хамаду Дайго. Он кивнул в ответ:
— Доброе утро, офицер Хамада.
Те, кто сдал государственный экзамен второго класса, при поступлении на службу сразу получают звание сержанта. Хотя это ниже, чем у карьерных офицеров, начинающих с младшего лейтенанта, они всё же стоят выше большинства рядовых полицейских. Хамада Дайго был сержантом, но, поскольку в полиции принято называть по званию только начиная с младшего лейтенанта, всех подчиненных ниже этого ранга называли просто офицерами.
Поэтому, встречая сотрудников из других отделов, Курису Рюсэй всегда обращался к ним по фамилии с приставкой офицер, и лишь своих коллег называл сэнсэями.
Это не мог быть Хамада Дайго, решил он и искренне ответил на приветствие.
Этот черноволосый и черноглазый офицер был в чем-то похож на Хагивару Кэндзи, но при этом удивительно соблюдал правила. Его легкомыслие было лишь внешней оболочкой, которая не мешала работе, поэтому он пользовался неплохой репутацией. Правда, с женщинами он вел себя не так уверенно и далеко не так успешно, как Хагивара.
Хамада Дайго сам как-то сказал: — Да мне и не нужно, чтобы они меня обожали.
Из-за подобных резких высказываний, несмотря на приятную внешность и характер, среди женщин-полицейских он котировался невысоко.
У него был на удивление прямолинейный характер. Офицер с темно-каштановыми волосами и темно-зелеными глазами бросил взгляд на Хамаду, прошел мимо и свернул в свой кабинет.
— Капитан Утикава, младший лейтенант Курису прибыл для возобновления службы, — доложил он. — Срок отстранения истек, прошу аннулировать его.
Утикава Итиро посмотрел на этого парня, от которого у него уже начинали редеть волосы, и небрежно махнул рукой:
— Приступай к работе.
Он знал, что Курису рано или поздно вернется, и возлагал на него большие надежды. Однако то безумие, которое тот устроил во внутренней сети, показало, что Курису не так послушен, как кажется. Кто знает, возможно, его скрытность даже глубже, чем у Хагивары Кэндзи или Айтоку Такумы.
Из трех новичков, которых удалось заполучить, Мацуда Дзимпэй был понятен с первого взгляда — он не из тех, кто будет плести сложные интриги. Хагивара Кэндзи не особо чтил правила, но внешне вел себя прилично. А вот Курису Рюсэй… Раньше Утикава считал его серьезным и ответственным, иногда даже мягким, но теперь видел, что и у него есть свои изъяны.
И правда, тех, кто происходит из семей потомственных полицейских, нельзя судить по обычным меркам.
Утикава Итиро по-своему симпатизировал парню, но его беспокоило психологическое состояние подчиненного. Может, отправить его на плановый осмотр к штатному психологу? Как раз сейчас рабочий день.
Подумав так, он тут же поднялся и окликнул Курису, который уже почти вышел:
— Курису!
Тот удивленно обернулся:
— Капитан Утикава?
Утикава вышел из своего кабинета, прошел вперед и, обернувшись, бросил:
— За мной.
Курису Рюсэй не знал, что задумал начальник, но послушно последовал за ним. А потом… а потом всё произошло как в тумане.
Его привели в кабинет психолога.
Оказавшись у двери, Курису глубоко вздохнул, пытаясь спасти ситуацию:
— Думаю, мне не нужна психологическая оценка.
В полицейской академии тоже проводили тесты, но большинство курсантов избегали их из гордости. Да и с обычными тестами у него никогда не было проблем — прошел всего месяц с начала службы, что могло измениться?
Даже понимая, что начальник действует из лучших побуждений, Курису хотел отказаться. Назовите это гордыней или сопротивлением, но он не желал, чтобы его психическое здоровье оценивали. Если он задержится здесь слишком долго, даже при идеальных результатах по отделу поползут слухи о его нестабильности.
Слухи в полиции не остановить, хорошо хоть он сам был младшим лейтенантом и начальником для большинства рядовых.
Утикава Итиро, конечно, не обращал внимания на такие мелочи. Он указал на дверь:
— Иди.
Видя, что Курису не спешит сдвинуться с места, Утикава сам открыл дверь:
— Заходи.
— Прошу прощения за беспокойство, — сказал Утикава мужчине в кабинете.
У того была идеально подстриженная щетина, белоснежная рубашка, галстук и белый халат поверх одежды — вид крайне опрятный, сразу видно, что человек следит за собой.
Мужчина кивнул:
— Не волнуйтесь, капитан Утикава.
В кабинете был не только он, но и женщина с длинными черными волосами. В строгой рубашке, юбке, в очках в золотой оправе и с помадой кораллового оттенка, она выглядела как настоящий профессионал:
— Приятно познакомиться, я новый ассистент, Ёкоэ Дзюри.
Как ассистент, она могла наблюдать за процессом, но психолог Департамента, Накасэ Кэнто, был её начальником. Он не хотел раскрывать психологическое состояние полицейских перед посторонним лицом, поэтому сказал:
— Ёкоэ, выйди пока.
Женщина на мгновение замерла, поправила очки и ответила:
— Хорошо, доктор Накасэ.
На её лице не было ни тени недовольства.
Как психолог, Накасэ Кэнто всегда следил за состоянием окружающих. Он был уверен, что у предыдущего ассистента не было проблем в семье — полиция проводит тщательную проверку, — да и образование с опытом у нее были отличные. Почему она внезапно уволилась? Никто не знал.
В Департаменте много людей, но большинство из них никогда не приходят к психологу добровольно, поэтому работы было мало. Редкие случаи служили лишь приправой к спокойной жизни.
Другими словами, отсутствие ассистента не было проблемой, но руководство решило иначе и тут же прислало новую.
Ёкоэ Дзюри, значит… Накасэ увидел, как она вышла вместе с Утикавой, и, будучи спокойным за то, что снаружи остался капитан, перевел взгляд на вошедшего.
Темно-каштановые волосы, темно-зеленые глаза, прямой нос, глубокие черты лица, высокий рост, светлая кожа, правильная осанка, от которой веяло сдержанной властностью. Учитывая, что он подчиненный Утикавы, Накасэ сразу узнал его — это тот самый младший лейтенант Курису, герой недавнего дела о десяти миллиардах иен.
Хотя подробностей он не знал, очевидно, парень обладал незаурядными способностями, раз Утикава так спешно притащил его на проверку.
Способности — на высоте, внешность и физические данные — тоже. Неудивительно, что Утикава так печется о нем. Накасэ достал тест и положил перед Курису.
Рюсэй, понимая, что деваться некуда, сел, взял ручку, вписал имя и приступил к ответам.
Но поскольку еще до входа в Департамент он почувствовал злобу и опасность, да еще и зная часть сюжета, он подозревал, что где-то здесь скрывается агент Черной организации. Впрочем, в Отряде по обезвреживанию взрывных устройств шпионов обычно не держали — здесь не было ценной информации. В отделе дорожной полиции было больше шансов помочь с удалением записей с камер, да и отделы связи и разведки были куда приоритетнее.
В любом случае, не стоит смотреть на всё через призму поиска врагов.
Однако тяжелые мысли не давали расслабиться. Даже сейчас он был напряжен, и даже сидя на стуле, он подсознательно держал ступни развернутыми наружу.
Накасэ Кэнто с интересом наблюдал за языком тела Курису. Он заметил, что даже уши парня словно были навострены — он постоянно находился в состоянии готовности.
Его поза казалась естественной, но на деле была оборонительной, готовой к контратаке. Накасэ был уверен: войдя в комнату, Курису уже продумал пути отступления А, Б и В. Младший лейтенант будто жил в условиях постоянного кризиса, и его мышцы привыкли к этому.
Такие черты не удивительны для спецназовца или агента по борьбе с наркотиками, но для недавнего выпускника академии? Не слишком ли странно?
Накасэ не мог понять, в чем причина такого диссонанса, и продолжал наблюдать. Он заметил, что Курису почти не опускает голову, словно боясь подставить затылок, и всегда контролирует безопасность пространства вокруг себя.
Неужели в этом наборе выпускников есть такой уникум? Накасэ отбросил эти размышления и терпеливо стал ждать окончания теста.
Хотя, судя по всему, парень был крайне дисциплинирован и умел контролировать себя, Накасэ всё же решил задать пару формальных вопросов для проформы.
…
Когда Курису Рюсэй вышел из кабинета, он был поражен, увидев у двери Ёкоэ Дзюри.
Это было удивительно: она не подслушивала, не уходила, просто стояла здесь на своих каблуках, затаив дыхание.
Курису, из-за своего напряжения, даже вздрогнул. Подобно коту, испугавшемуся внезапного предмета, он хотел широко распахнуть глаза, но усилием воли заставил себя моргнуть, скрывая эмоции.
Он коротко кивнул в знак приветствия и услышал, что капитан Утикава уже ушел по делам.
Молодой человек бесшумно зашагал к своему кабинету, стараясь как можно быстрее оказаться подальше от этой красивой и такой исполнительной женщины.
— Это просто возмутительно! — еще не дойдя до места, он услышал яростный крик Утикавы. Видимо, даже этот вспыльчивый капитан ничего не мог поделать. Курису услышал, как тот с грохотом бросил папку на стол.
Он вошел в кабинет Отряда:
— Что случилось?
Взгляд Утикавы тут же устремился на него. Мацуда Дзимпэй и Хагивара Кэндзи, находившиеся в глубине комнаты, тоже посмотрели в его сторону.
По знаку капитана Айтоку Такума ответил — серьезно и четко, словно робот:
— Только что получили факс. Это письмо с угрозой совершения преступления.
— Какая угроза? — у Курису Рюсэя возникло дурное предчувствие.
Айтоку Такума произнес:
— Это письмо с вызовом младшему лейтенанту Курису.
http://bllate.org/book/22951/2447373
Готово:
