Жуань Ли, которому зажали рот, не мог сдержать слёз. Они катились градом, размывая черты его миловидного лица. В глазах, подобных абрикосовым косточкам, застыл первобытный ужас. Последние силы покинули его, сопротивление стало вялым и беспомощным, и лишь слёзы продолжали непрерывно течь по щекам.
— Гость, — официант, заметив эту сцену, испугался, но, встретившись взглядом с Жуань Ли, не смог остаться в стороне.
В конце концов, перед ним омега. Если его действительно уведут эти люди, последствия будут немыслимы.
— Ты смеешь преграждать путь тому, кого потребовал молодой господин Бай?
Главарь телохранителей ответил холодно. Одной этой фразы хватило, чтобы заставить официанта отступить. Хотя клан Бай занимал лишь второе место в Жунчэне, Бай Юя боялись больше всех — те, кто переходил ему дорогу, никогда не заканчивали хорошо.
Официант видел, как в глазах Жуань Ли гас последний огонек надежды, и чувствовал собственное бессилие. Что поделать, если на пути встал Бай Юй?
Они беспомощно смотрели, как Жуань Ли уводят прочь. Окружающие делали вид, что их это не касается, и уже через мгновение в зале снова воцарилось веселье, словно ничего и не произошло.
*
Жуань Ли охватило отчаяние. Тело горело, в голове стоял туман, но он понимал, что находится в смертельной опасности, и обязан сохранить остатки сознания.
Как только его втолкнули на заднее сиденье машины, салон мгновенно наполнился приторным ароматом мангового крема. Все телохранители были альфами, и этот сладкий запах едва не лишил их рассудка — глаза у всех покраснели, каждый боролся с нарастающим желанием.
Омеги сами по себе притягательны для альф, а омега в период течки — это искушение, перед которым невозможно устоять.
Однако никто из них не смел и пальцем пошевелить. Ведь если тронешь того, на кого положил глаз Бай Юй, смерть покажется милосердным избавлением — жизнь превратится в сущий ад.
Жуань Ли тихо стонал от мучительного жара, и эти тягучие, вязкие звуки, срывавшиеся с его губ, разжигали в слушателях настоящий пожар.
Черт возьми, настоящий омега, ничего не скажешь.
Лу Синь уже ушел — он не любил подобные сцены с «любовными играми». Пусть молодежь развлекается, ему достаточно будет увидеть итоговый результат.
Ли Тун, сидя на пассажирском сиденье, хладнокровно отдавал приказы:
— Не отставай от той машины.
— Старший, кажется, за нами кто-то следит.
— Оторвись от него.
Получив точные сведения, Линь Шуян не стал садиться в одну машину с Ли Туном. Он просто швырнул пачку денег первому попавшемуся парню с крашеными волосами и, отобрав у того мотоцикл, рванул в погоню.
Паренек смотрел, как его байк уносится вдаль, и глаза его светились восторгом — он даже не подумал поднять деньги.
— Эй, а этот парень водит по-настоящему круто!
(Конечно круто, он ведь за своей суженой гонится!)
Руки были связаны, запястья саднило от тугих веревок, рот заткнут. Перед глазами — непроглядная тьма, скорее всего, на него надели повязку. Машина продолжала движение. Острая волна жара немного спала, первая фаза течки, вероятно, прошла.
Но сил по-прежнему не было. Телефон он успел набрать, но знал ли Линь Шуян, что он в беде? Нужно было уговорить главного героя пойти в туалет вместе.
Вот и доигрался, теперь лежит, связанный узлом. У-у-у…
— Сяо У, когда ты вернешься? Твой носитель сейчас откинет коньки.
Жуань Ли было очень страшно. Задание ведь казалось таким простым, почему же сложность так резко подскочила? Здесь какой-то извращенец…
— Главарь, не можем оторваться, — доложил телохранитель, сидевший за рулем, косясь на преследователя.
— Бездари, прибавьте газу.
Машина резко рванула вперед, Жуань Ли едва не вылетел с сиденья. Поясницей он ударился о спинку, отчего сжался от боли. Машина неслась вперед, неизвестно куда.
Ли Тун, видя, как впереди идущий автомобиль ускоряется, жестом приказал своим людям сбавить ход:
— Выйдите из их поля зрения, позвоните Сяо Ху, пусть садится на хвост. Любыми способами узнайте их местоположение.
— Есть.
Машина замедлила ход и припарковалась у обочины, а водитель набрал номер «Сяо Ху».
*
Тем временем Линь Шуян на мотоцикле неотступно следовал за машиной Ли Туна. Увидев, что те остановились, он не стал тормозить, а просто пролетел мимо.
Вскоре от Сяо Ху пришли новости.
Ли Тун немедленно переслал их Линь Шуяну. Телефон завибрировал, привлекая внимание. Линь Шуян, не сводя глаз с дороги, выхватил смартфон. Сообщение было коротким и ясным: Отель Хунчэн!
Эти четыре слова стали как масло, подлитое в огонь. Линь Шуян яростно выкрутил ручку газа, безумным вихрем проносясь по улицам.
— Эй, здесь нельзя парковаться!
Линь Шуян долетел до входа в отель и, даже не дождавшись полной остановки, бросил мотоцикл. Охранник закричал, требуя убрать транспорт, но Линь Шуян его не слышал. Его грозный вид напугал охранника — он выглядел так, будто пришел устраивать разборки с неверной женой.
— Кто-то увел моего омегу. Если кто-то посмеет меня остановить, пеняйте на себя.
Охранник подумал: «Ого», — и правда, пришел разбираться. Он для вида попытался преградить путь, но затем пропустил его и даже по доброте душевной переставил мотоцикл.
Линь Шуян ворвался в холл. Дежурный менеджер, увидев его лицо, полное убийственной ярости, тут же вскочил, пытаясь преградить путь.
— Господин, у вас есть бронь?
— В какой номер увели омегу, которого только что привезли?
Линь Шуян, не сбавляя шага, направился к стойке с компьютером. Его выражение лица заставило менеджера задрожать.
— Ка… какие телохранители? Это противозаконно, я вызову полицию!
— Вызывай. Посмотрим, кого арестуют — меня или того, кто похитил омегу.
Линь Шуян просмотрел список бронирований за последние три дня, отбросил обычные номера и переключился на VIP-люксы. Вскоре он выделил два варианта, схватил пачку карт-ключей и, доверившись интуиции, выбрал нужные номера, а остальные швырнул в опешившего менеджера.
Тот, вытирая пот со лба, судорожно собирал карты. «Конец, теперь точно конец. Если я помешал делам того человека, мне и сотни жизней не хватит, чтобы расплатиться».
*
Жуань Ли чувствовал, что его внесли в номер и положили на кровать. Руки по-прежнему были связаны, но рот больше не затыкали.
Жар накатил с новой силой. Концентрированный аромат мангового крема стал для него самого приторным. Как только рот освободили, из горла вырвался непроизвольный стон.
Бай Юй, выйдя из душа, предстал перед этой картиной: комната была пропитана сладким ароматом феромонов. Он с наслаждением вдохнул воздух, словно заядлый наркоман.
— Малыш, как же вкусно ты пахнешь…
Он опустился на колени на край кровати и правой рукой откинул со лба Жуань Ли прилипшие от пота пряди волос. Даже от пота исходил молочный аромат.
— Уйди…
Почувствовав прикосновение, Жуань Ли вздрогнул, его затошнило. Вдруг грудь обдало прохладой — пуговицы рубашки начали расстегиваться одна за другой.
Жуань Ли был в ужасе, он непрерывно звал:
— Не надо, Ян-гэ… У-у, уйди…
— Зачем ты его зовешь? Он не придет тебя спасать. Лучше зови своего мужа, может, тогда я буду с тобой чуточку нежнее.
Ослепленный белизной кожи, Бай Юй по доброте душевной развязал веревки на запястьях Жуань Ли. В конце концов, раз уж наступил особый период, маленькие игры в побег только добавят остроты…
…
…
Нет —
*
Линь Шуян не стал дожидаться лифта и решил подняться на пятнадцатый этаж пешком. На третьем этаже как раз открылись двери лифта, и он, не раздумывая, влетел внутрь. Чем сильнее была тревога в душе, тем холоднее становилось лицо. Нельзя паниковать, Ли-бао ждет его.
Динь. Лифт остановился. Линь Шуян сжал в руке две карты-ключа.
— Пик-пик.
— Щелк. Первый номер.
— Черт, кто там еще приперся?
Перед глазами предстала неприглядная картина: густой запах персиковых феромонов. Это не Ли-бао.
— Ты кто такой, мать твою? Как ты сюда попал? Жалобу на тебя напишу, всё удовольствие испортил…
Мужчина начал орать, но Линь Шуяну было плевать. Он бросился к следующему номеру. Ладони вспотели. Он боялся даже представить, что будет, если Ли-бао не окажется внутри, но он должен был проверить.
Ли Тун уже подоспел с охраной, ожидая, пока Линь Шуян откроет дверь…
— Пик-пик.
Звук электронного замка прозвучал четко и резко, словно луч света, прорезавший тьму. Дверь распахнулась, и наружу вырвалась волна горячего, влажного воздуха. Альфы, стоявшие в коридоре, мгновенно переменились в лице, особенно Линь Шуян — этот приторный запах мангового крема он знал слишком хорошо.
Сцена, представшая перед ними, заставила всех затаить дыхание. Бай Юй в белом халате стоял на коленях у кровати, наполовину нависая над человеком, чье лицо пылало от жара. Кожа, нежная, как фарфор, под светом ламп отливала розоватым румянцем, а взгляд был затуманенным и манящим.
Бай Юй собирался совершить непотребство с отчаянно сопротивляющимся Жуань Ли. Маленькая фигурка на кровати выглядела такой беспомощной, словно прекрасная бабочка, чьи крылья сковали невидимые цепи.
Линь Шуян одним прыжком преодолел расстояние, сбив Бай Юя с ног. Движение было точным, резким и жестоким. Кулак Линь Шуяна со свистом врезался в щеку Бай Юя, и тот, застигнутый врасплох, пошатнулся и отлетел назад.
— Черт, вы кто такие? Как вы сюда попали? — Бай Юй, шокированный внезапным поворотом событий, прикрывая тело, настороженно уставился на вошедших. Его голос дрожал от ярости — он был взбешен тем, что эти люди сорвали его планы.
Линь Шуян больше не смотрел на Бай Юя. Он повернулся, бережно подхватил на руки Жуань Ли, который плакал, уже не осознавая происходящего. Голос Линь Шуяна стал нежным, как никогда:
— Ли-бао, не бойся, Ян-гэ здесь. Прости, я больше никогда не оставлю тебя одного. Тише, хороший мой…
Он продолжал утешать Жуань Ли, стараясь согреть его своим теплом и подарить чувство безопасности.
Жуань Ли сейчас напоминал маленького зверька, ищущего защиты. Его тело продолжало дрожать, он все сильнее прижимался к Линь Шуяну. Только в его объятиях и вдыхая его запах, он чувствовал хоть каплю покоя.
Глядя на Жуань Ли, Линь Шуян чувствовал, как сердце обливается кровью. Его взгляд был полон нежности, но, когда он перевел глаза на Бай Юя, они стали ледяными, словно он смотрел на покойника.
Бай Юй, сбитый с толку внезапной атакой, пытался подняться, но в одиночку не мог ничего противопоставить. Он яростно зарычал:
— Отпустите меня! Вы хоть знаете, кто я такой? Убирайтесь… — в его голосе смешались бессильная злоба и страх.
Спустя мгновение он, кажется, узнал Линь Шуяна:
— Опять ты! Сколько раз ты портил мне дела? Жди, я заставлю тебя пожалеть, что ты родился на свет.
*
Линь Шуян передал Бай Юя охране и унес Жуань Ли. Ему нужно было сначала успокоить его, а уж потом разобраться с Бай Юем. Этот человек уже второй раз перешел его границы, прощать его он не собирался.
Линь Шуян вернулся в свою съемную квартиру — знакомая обстановка должна была помочь Жуань Ли прийти в себя.
— У-у… Ян-гэ… ты… ты даже не представляешь, как мне было страшно, — Жуань Ли всхлипывал, икая от слез.
Он вцепился маленькими ручками в одежду Линь Шуяна, словно это была единственная ниточка, связывающая его с безопасным миром. Его голос был полон отчаяния, каждое слово звучало как мольба — он боялся, что если хоть на секунду ослабит хватку, Линь Шуян исчезнет.
Люди в этом мире были такими страшными. Он больше не хотел выполнять задания. Он… нет, все-таки придется. Он хотел быть как нормальный человек, здоровым и счастливым.
— Тише, не бойся, я здесь. Ну же, открой ротик.
Линь Шуян откуда-то достал шоколадку, отломил кусочек и, уговаривая, вложил Жуань Ли в рот.
Шоколад мгновенно растаял, приторно сладкий вкус начал исцелять израненную душу Жуань Ли. Это был обычный коричневый шоколад, не самый дорогой, но с насыщенным вкусом и ароматом дробленых орехов.
— Вкусно? — Линь Шуян смотрел, как Жуань Ли, надув щеки, медленно рассасывает лакомство, и в его глазах светилась бесконечная нежность и боль.
Жуань Ли кивнул и притих. Его темные глаза неотрывно следили за Линь Шуяном, словно в них отражался только он один, а еще в них читалось глубокое доверие. Он выглядел таким послушным, что его хотелось… затискать.
Заметив, что Линь Шуян не сводит с него глаз, Жуань Ли взял остаток шоколадки, отломил кусочек и протянул Линь Шуяну. Тот, улыбнувшись, принял угощение. Шоколад был слишком сладким, совсем не то, что он любил, но сейчас этот вкус казался ему прекрасным.
Эмоции Жуань Ли наконец стабилизировались, хотя он продолжал периодически икать, что вызывало у Линь Шуяна странное волнение.
Он не удержался и, легонько ущипнув Жуань Ли за щеку, прошептал:
— Ли-бао такой послушный, прямо как котенок.
Несмотря на мягкость движения, на коже остался отчетливый красный след.
«Какая же неженка», — подумал Линь Шуян, глядя на него с обожанием.
*
Когда они оказались совсем близко, запах мангового крема стал еще гуще.
Линь Шуян наконец осознал, что происходит, и спросил:
— Ли-бао, у тебя… течка?
Жуань Ли, чей разум, казалось, окончательно затуманился от жара, лишь спустя долгое время медленно кивнул.
— Давай я переодену тебя, хорошо?
Неизвестно почему, но мальчик, только что успокоившийся, вдруг снова пришел в возбуждение.
— Нет! Не надо, не трогай меня!
Он замахал руками, пытаясь оттолкнуть Линь Шуяна, а другой рукой судорожно вцепился в воротник.
Линь Шуян нахмурился, с болью в сердце успокаивая его. Он представил, что было бы, если бы он опоздал хоть на минуту.
— Ли-бао, хороший мой, это я, Ян-гэ. Я здесь, это не кто-то другой, не бойся…
— Ян-гэ… у-у…
Жуань Ли уткнулся лицом в грудь Линь Шуяна, жадно вдыхая его запах, как будто это было единственным спасением.
— Тише, ты вспотел, давай снимем это, хорошо?
Линь Шуян проявлял чудеса терпения, хотя это мало помогало. Жуань Ли перестал отбиваться, но одежду не отпускал. Линь Шуян начал поглаживать его, выпуская феромоны, чтобы успокоить, и это сработало.
Хотя это было совсем некстати, но Жуань Ли сейчас выглядел таким жалким, что у Линь Шуяна перехватило дыхание…
…
…
Подумав об этом, он так и сделал, и эффект был поразительным.
Он укрыл Жуань Ли тонким одеялом, под которым зашевелился маленький комочек.
— Ли-бао, подожди немного, я поищу тебе одежду.
— Злой… ты злой, обижаешь меня…
Мягкий голос, полный обиды, донесся из-под одеяла. Линь Шуян тихо усмехнулся.
Жуань Ли, слушая его, крепче сжал одеяло. В душе поднялась странная обида. Почему он такой? Как он мог так поступить? У него даже губы распухли и горели от боли.
Размышляя об этом, Жуань Ли уснул, даже не заметив, как Линь Шуян переодел его.
Линь Шуян смотрел на спящего Жуань Ли, чувствуя полное удовлетворение, но, вспомнив, что нужно еще кое-что сделать, мгновенно изменился в лице.
Бай Юй… он не позволит ему уйти безнаказанным.
*
Тем временем Лян Чао, узнав о похищении, был вне себя от ярости. Он хотел скрыть это от родителей Жуань Ли, но тот не вернулся домой, а телефоны молчали (на самом деле, они были заняты кое-чем другим…).
С трудом дозвонившись до старосты группы, он услышал, что Жуань Ли ушел домой еще днем и о похищении никто не знает. Родители Жуань Ли были в ужасе, и только когда они расспросили всех знакомых и узнали, что с сыном все в порядке, смогли наконец выдохнуть.
Линь Шуян тоже заметил пропущенные и перезвонил.
— Алло, тетя, с Ли-бао все хорошо. Я отвез его в его квартиру, он спит. Да…
Положив трубку, Линь Шуян направился к выходу. Нужно было закончить дела, чтобы вернуться и побыть с Жуань Ли. Его течка еще не закончилась, и впереди будут самые тяжелые часы — он должен быть рядом.
*
— Черт, вы все еще не отпустили меня? Я старший молодой господин клана Бай! Вы хоть понимаете, что вам за это будет?
Бай Юй кричал и вопил, от былого лоска не осталось и следа.
Линь Шуян вошел в комнату, выпустив мощную ауру альфы. Бай Юй тут же замолчал, в голове зазвенело, а к горлу подступила тошнота.
— Ты…
— Я знаю, что ты старший господин клана Бай, второй в Жунчэне. Мне не нужно это повторять, — Линь Шуян сел на стул, глядя на Бай Юя сверху вниз.
Бай Юй с трудом перевел дыхание и приподнял голову:
— Ты, выходец из детского дома, какое право имеешь сидеть здесь и поучать меня? Твой омега такой распутный, небось только для развлечений и годится, а-а…
Линь Шуян ударил его ногой в живот, заставив корчиться от боли.
— Что, великому господину Бай так не хватает любви? Ни один омега не хочет быть с тобой, поэтому ты любишь красть чужих? И раз уж ты навел обо мне справки, неужели не узнал, кто я на самом деле? Раз уж я, Линь Шуян, здесь, то клан Бай отныне не второй в Жунчэне… Ой, нет, скоро он вообще перестанет существовать. Я покажу тебе, что бывает, когда переходишь мне дорогу и заришься на моего омегу.
Линь Шуян бросил через плечо:
— Калечьте его, — и вышел из комнаты.
— Линь Шуян, ты не посмеешь!
Оставшиеся телохранители переглянулись. В конце концов, они решили подчиниться. Кто платит, тот и заказывает музыку. К тому же Линь Шуян был прав: как бы ни был силен клан Бай, они лишь вторые, а методы молодого господина корпорации Лу были куда жестче.
http://bllate.org/book/22885/2434249
Готово:
