Глядя на то, как малыш крепко заснул и всё ещё продолжал что-то бормотать во сне, Чу Фэн мягко улыбнулся и протянул руку, чтобы аккуратно убрать со лба Сы Ци влажные от потá прядки волос.
Как его любимый кролыш мог быть настолько милым?
Такой страстный, такой ревнивый и с таким сильным чувством собственничества.
Как он мог хоть за что-то в мире отпустить его?
Сейчас в доме ничего не было, поэтому Чу Фэн укрыл Сы Ци своей верхней одеждой, поднялся, взял в прихожей ключи от машины Сы Ци и пару сотен сотенных купюр из его кармана, после чего вышел наружу за покупками.
Когда Сы Ци проснулся, перед его глазами предстало неожиданно появившееся на нём одеяло и стоявший на тумбочке стакан чистой воды, который был ему сейчас так необходим.
В горле пересохло, саднило, и вдобавок ощущалось странное послевкусие недавних слёз. Сы Ци протянул руку, чтобы достать стакан, и на его предплечье тут же отчётливо заалел след от неосторожного пальцевого нажима.
В голове мгновенно всплыли воспоминания о прошлой ночи, и густой румянец стремительно залил всё его лицо. Сы Ци приподнялся и медленно сел.
Ожидаемого жуткого дискомфорта или сильной боли не было и в помине — лишь в боку ощущалось лёгкое перенапряжение и ломота от избытка движения, а сам он чувствовал себя чистым и на редкость свежим.
Сжимаго в руке стеклянный стакан, Сы Ци понимал: Чу Фэн позаботился о нём на славу.
Но... когда о тебе заботятся *настолько* хорошо, это невольно начинает вызывать зависть.
Сы Ци уставился на стоящий перед ним стакан покрасневшими глазами и почему-то почувствовал, что снова готов заплакать.
Вчера он, кажется, выплакал слезинки на всю оставшуюся жизнь.
Какая позорища.
Сы Ци с усилием потёр лицо и глубоко вздохнул.
Как бы то ни было, внакладе остался он.
Такой молодой и блестящий талант, как Чу Фэн, был куплен им всего за миллион — сплошная выгода!
Запив таблетки, лежавшие на прикроватной тумбочке, заготовленной водой, Сы Ци одновременно вовсю мысленно пилил Чу Фэна, тайком дуясь на пустой воздух: ну точно старый пройдоха, даже то, какие лекарства нужно принимать после подобного, знает от и до.
Заметив аккуратно сложенную у края одежду, Сы Ци переоделся и поднялся с постели, направляясь к выходу из комнаты.
Повернув на звуки доносившейся из кухни возни, Сы Ци увидел стоящего там Чу Фэна.
На том была надета простая белая рубашка, облегающая изящную и соблазнительную линию спины и талии. Тайком попялившись какое-то время на упругие ягодицы, Сы Ци перевёл взгляд на длинные, прямые ноги в классических брюках.
Приходилось признать: внешне Чу Фэн выглядел поистине элегантно и чопорно, совершенно не выдавая в себе того дикого бунтаря, что бушевал в постели.
Ну, ладно, бунтарем главным образом был сам Сы Ци, который умудрился довести до потери самоконтроля даже сдержанного Чу Фэна, пробудив в нём зверя.
Все прежние обиды и упрёки моментально улетучились. Сы Ци с изумлением обнаружил, что он неисправимый слабак до чужой красоты: стоило ему увидеть любимого человека, как всякое здравомыслие испарялось, словно Чу Фэн мог творить всё что угодно, и он всё равно бы ему всё простил.
...Впрочем, вода, лекарства и та особая нежность и забота, благодаря которой у него ничего не болело, — всё это само по себе не могло быть недостатком Чу Фэна. Он просто со зла срывал на нём свою мелочную досаду.
Чу Фэн почувствовал приближение кого-то за спиной и, ещё не успев повернуться, уже озарил лицо улыбкой, обращаясь к Сы Ци:
— Проснулся? Ступай посиди вон на том диване, отдохни немного, я скоро закончу.
Сы Ци не ушёл, а подошёл ближе и заглянул в кастрюлю:
— Что варишь?
— Кашу, которая пойдёт на пользу твоему организму, — ответил Чу Фэн.
—…………
Сы Ци не хотел признаваться, что снова ревнует. Мысленно он фыркал и возмущался, но внешне сохранял вид беззаботного золотого мальчишки-мажора: задрав нос, он заявил Чу Фэну:
— Отлично, просто прекрасно. Ухаживай за этим юным господином как следует, и я обеспечу тебе сытную и сладкую жизнь!
Чу Фэн не удержался и тихо рассмеялся, глядя на Сы Ци взглядом, каким смотрят на требующего баловства ребёнка.
— Хорошо-хорошо, мой щедрый папик, как скажешь.
Только тогда Сы Ци остался доволен.
Каша, сваренная Чу Фэном, оказалась невероятно вкусной.
Густая, насыщенная, с кусочками упругого и плотного мяса морепродуктов. Стоило откусить кусочек, как во рту взрывался потрясающий вкус — в тысячу раз лучше всего того, что Сы Ци доводилось пробовать в элитнейших ресторанах.
Сы Ци решил быть беззаботным человеком и больше не думать о том, на ком именно Чу Фэн нарабатывал все эти кулинарные навыки. По крайней мере, сейчас Чу Фэн принадлежал ему, и всё, что он делал, делалось ради него — этого было более чем достаточно.
Купить бывшего президента корпорации за один миллион... Как ни крути, а сделка вышла выгодной для него.
Видя, как Чу Фэн смотрит на него с улыбкой и в точности угадывает момент, когда ему хочется попробовать чего-нибудь еще, подавая палочками ту или иную закуску, Сы Ци подумал: неудивительно, что родители и старшие в один голос твердили о деловой хватке Чу Фэна. Только посмотрите на него: в школе — круглый отличник, в обществе — элита. И даже скатившись до столь плачевного положения, он выглядел на голову выше тех продажных шлюшек, что умели лишь заигрывать и торговать лицом, пользуясь чужой милостью.
Под этим мягким, сосредоточенным взглядом Сы Ци почувствовал, что должен относиться к Чу Фэну ещё лучше и ни в коем случае не обижать. А то вдруг Чу Фэн решит, что он всего лишь избалованный богатый мажор, с которым у него нет будущего, — что тогда делать?
Поэтому он ненавязчиво подбросил Чу Фэну компромат:
— Я знаю обо всём, что произошло, и в курсе, что твой главный враг — Чжан Мао.
Чу Фэн лишь улыбнулся, кивнул и ничего не ответил.
Сы Ци мысленно похвалил его за выдержку: сохранять невозмутимость, когда у тебя увели невесту и разорили компанию! Он сказал Чу Фэну:
— Я не позволю обижать тебя даром. Ты — мой человек, и издеваться над тобой могу только я.
Уголки губ Чу Фэна дернулись. Он в очередной раз посмотрел на него с тем странным выражением, словно в следующую секунду собирался расхохотаться, но под гневным, полным смущения взглядом Сы Ци с деланной серьёзностью кивнул:
— Верно, я твой человек, и издеваться над мной можешь только ты.
Сы Ци: «…………»
То ли его сердце сделало предательский кульбит, то ли он разучился трезво мыслить, но любое слово в устах Чу Фэна теперь казалось ему двусмысленным. Само слово «издеваться» прозвучало из его уст так нежно и тягуче, что у Сы Ци даже уши запылали.
— Правильно! Так что не думай, что раз я тебя теперь спонсирую, то ты подвергся какому-то унижению — я всё ещё очень уважаю тебя! — выпалил Сы Ци.
Чу Фэн кивнул:
— Угу, верно, именно так.
Если это называется «неуважением», то вряд ли найдётся хоть один спонсор, который платит деньги просто ради того, чтобы делить с кем-то постель.
Сы Ци понятия не имел, как над ним в душе подшучивает Чу Фэн, и вовсю упивался собственной крутизной и властностью:
— Я всё расскажу родителям, пусть они помогут тебе. Конечно, я и сам...
На этом месте Сы Ци запнулся.
Он вдруг сообразил, что, кроме как подраться с друзьями Чу Фэна и обругать Чжан Мао при посторонних, он ровным счётом ничего не умеет и не может.
Он всё-таки чертовски сильно отставал от Чу Фэна.
Если бы только не то обстоятельство, что павшему тигру сейчас и собаки досаждают... тьфу, он же не собака!
Сы Ци поднял голову и посмотрел на Чу Фэна:
— Я тоже тебе помогу.
Пусть он пока и сам не представлял, в чём именно будет заключаться эта помощь, но был готов выложиться на все сто!
Не только ради Чу Фэна, но и ради матери, и ради собственной спасённой в прошлой жизни шкуры!
Улыбка Чу Фэна стала невероятно мягкой:
— Конечно, я верю тебе.
Ослеплённый этой улыбкой, Сы Ци почувствовал, как сердце заколотилось вдвое быстрее, и мысленно обозвал себя бесхребетным. Впрочем, поступив в полном соответствии с принципом «язык против воли», он подбросил Чу Фэну маринованный огурчик со словами:
— Ладно, раз знаешь, что я к тебе хорошо отношусь, с меня хватит. Смотри мне, больше никому не улыбайся так — слишком уж красиво получается.
услышав это, Чу Фэн расплылся в ещё более очаровательной улыбке.
У Сы Ци от этого зрелища зачесалось в горле, да и тело приятно закололо. Он заёрзал на стуле и пробормотал:
— Это... короче говоря, у тебя сейчас совсем нет денег. А банковская карта ещё работает? Её не заморозили?
Чу Фэн:
— Работает.
Сы Ци:
— Тогда я сейчас скину тебе немного деньжат, купишь себе что-нибудь.
Чу Фэн окинул взглядом пустующее жилище — здесь действительно следовало всё обустроить, иначе Сы Ци попросту не сможет здесь жить с комфортом:
— Хорошо.
Сы Ци остался доволен.
Ему нравилось тратить деньги на Чу Фэна. Раз Чу Фэн соглашался их брать, значит, хотел быть с ним; а если бы не брал — он бы ещё переживал, что тот сбежит.
— Позже я отвезу тебя выбрать машину, — заявил Сы Ци, — а то без транспорта ужасно неудобно. Не бойся, раз ты теперь со мной, я тебя в обиду не дам!
Чу Фэну безумно нравился такой Сы Ци. Сначала он опасался, что из-за давнего отвергнутого признания Сы Ци будет держаться на расстоянии, и ломал голову над тем, как заставить его поверить в свою внезапную любовь. Но теперь виделось, что его обожаемый малыш обладал врождённым боевым характером: вместо того чтобы прятаться по углам, как в прошлой жизни, он не только сам пошел на сближение и начал одаривать его беспричинной заботой, но и раз за разом давал понять, как сильно хочет тратить на него деньги... Наверняка переживал, что после разорения у него развился комплекс неполноценности, вот и старался окружить вниманием.
Его Сяо Ци и впрямь любил его до безумия: в каком бы мире они ни встретились, он всегда влюблялся с первого взгляда, шёл напролом и при любых трудностях в первую очередь вспоминал о нём.
Чу Фэн чувствовал лёгкую гордость.
Поэтому он принимал от Сы Ци подарки всё более непринужденно, не испытывая ни малейшего смущения.
Увидев это, Сы Ци успокоился — по крайней мере, Чу Фэн не испарится сразу после его ухода. Он бросил напоследок:
— О том, что ты здесь, я расскажу родителям.
Боясь, как бы Чу Фэн чего не надумал, Сы Ци изобразил надменного хозяйчика жизни и небрежно бросил:
— Не переживай, я не стану говорить им, что ты у меня на содержании. Просто скажу, что считаю тебя... о-очень способным, и я хочу поучиться у тебя уму-разуму.
Слово «жалким» он благополучно проглотил.
Чу Фэн улыбался с видом человека, который согласен со всем, что бы ни сказал его партнер, и всецело доверяет ему.
Сы Ци стало еще неловко. Кое-как допив кашу, он вытер рот и поднялся на ноги:
— Ладно, отдыхай тут как следует, покупай всё, что заблагорассудится, я загляну к тебе через пару дней.
Чу Фэн приподнял бровь:
— Через пару дней?
Сы Ци изобразил человека, с которым просто невозможно сладить, и деланно закатил глаза:
— Ой, ладно, какой же ты прилипчивый. Если сегодня вечером освобожусь, приеду составить тебе компанию.
Насквозь видя истинные намерения Сы Ци, тот с улыбкой отозвался:
— Хорошо, буду ждать тебя дома к вечеру.
Сы Ци забормотал:
— Я вообще-то сказал, *если* освобожусь...
Ворча себе под нос, он никак не мог остановить расплывающуюся на лице улыбку.
Покинув виллу бодрым шагом, он уселся в машину и всю дорогу до дома напевал под нос песенку.
Набрав родителей, он застал их врасплох столь ранним звонком. Отец сразу же возмутился:
— Ты чего это в такую рань ещё не спишь?
Оценив утреннее небо за окном, Сы Ци оскорбился:
— Какая рань! Я вообще-то уже выспался!
Мать Сы весело рассмеялась:
— Ого, неужто солнце взошло на западе? Наш ночной котёнок вдруг увидел солнце в семь утра.
— Мама! — уныло протянул Сы Ци. — Если вы будете так шутить, я обижусь и брошу трубку!
— Ладно-ладно, — встрял отец. — Целыми днями бездельничаешь, только и умеешь, что к матери ластиться.
— Да вы просто завидуете, что у нас с мамой такие теплые отношения! — Сы Ци скривил губы. — Короче, у меня к вам серьезный разговор, так что никуда из дома не уходите, я сейчас приеду!
Родители отнеслись к этому без особого трепета, но согласились. Отец напутствовал:
— Веди машину аккуратнее. Говорю тебе, если не сомкнул глаз за всю ночь, не геройствуй за рулем.
Сы Ци едва не лопнул от злости:
— Я же сказал, что спал!
Он сбросил вызов. Отец на том конце посмотрел на изменившийся экран телефона и с абсолютно невинным видом повернулся к жене:
— Ты посмотри на этого ребенка. Я ведь просто слово сказал, а он уже обиделся.
Мать Сы добродушно улыбнулась:
— Разве плохо, что у ребенка живой характер?
— Ты вечно его балуешь... — в голосе отца послышалась ревность.
Мать Сы бросила на него взгляд прекрасных глаз, подцепила кусочек собственноручно приготовленного мини-сэндвича с кетчупом и сунула мужу в рот:
— Ешь давай, а то твой рот не заткнуть.
Жуя завтрак, отец мгновенно расплылся в довольной улыбке.
Супруги сидели друг напротив друга, наслаждаясь прекрасным завтраком, когда Сы Ци припарковал машину на газон перед домом и вихрем выскочил наружу.
Стоило отцу увидеть растрёпанную шевелюру сына, как он тут же завёл пластинку с упрёками:
— Твой шум за версту слышен. Когда ты уже наконец повзрослеешь?
Мать Сы тем временем придвинула тарелку с завтраком и окликнула сына:
— Ты ел? Иди сюда, попробуй мамин сэндвич.
Сы Ци был сыт, но, увидев улыбающуюся маму и вспомнив её растрёпанную, убитую горем фигуру из своих кошмарных воспоминаний, почувствовал, как защипало в носу. Он кивнул, присел за стол и принялся в спешке запихивать в рот еду.
— Потише, потише, — с беспокойством предостерегла мать Сы и встала, чтобы налить ему стакан молока.
Отец с недовольством зыркнул на него:
— Сколько дней ты голодал, а?
Сы Ци промолчал. Быстро расправившись с маленьким сэндвичем и выпив половину молока, он уставился на сидевших перед ним родителей:
— Пам, мам, я...
Начав фразу и собираясь выложить всё о своём перерождении двум самым близким людям, Сы Ци вдруг почувствовал, как слова застряли в горле.
Как он должен был это преподнести? Сказать отцу, что его компания едва не рухнула из-за его выходок? Сказать матери, что её публично унизили и наделали кучу компрометирующих фото? Сказать, что их любимый сынок погиб под колёсами грузовика, пытаясь спасти человека?..
Сы Ци понял, что просто не сможет произнести это вслух.
Помедлив пару секунд под изучающими взглядами родителей, он сделал вид, будто просто прихлёбывает молоко, и продолжил:
— Вчера я встретил Чу Фэна.
Вспомнив, кто такой Чу Фэн, и сопоставив это с недавними громкими событиями в бизнес-кругах, родители покачали головой:
— Ты встретил его? Как он поживает?
— Всё нормально, просто из-за банкротства суд конфисковал виллу, и он остался на улице.
Сы Ци продолжил:
— Когда я увидел его, то вдруг вспомнил, что он мой одноклассник по старшей школе, и подошёл поздороваться.
Родители удивились:
— Оказывается, вы знакомы.
Сы Ци кивнул:
— Угу. Ну, а потом... мне показалось, что вести его домой неудобно — вы бы оба смутились, — так что я поселил его в одной из своих пустующих квартир.
Родители одобрительно кивнули:
— И правильно сделал.
Чу Фэн парень толковый, молодой, у него впереди ещё масса возможностей подняться.
Протянуть руку помощи в трудный час — кто знает, возможно, это станет для их семьи началом удачного союза, ведь человеческие отношения дороже любых денег.
Они даже подумали, что их сын наконец-то поумнел, перестал вести себя как конченый бунтарь и больше не закатывает скандалов со словами: «Раз он вам так нравится, усыновите его сами!» — стоит им только похвалить при нём какого-нибудь перспективного молодого человека.
А теперь он не только догадался воспользоваться моментом, чтобы заработать очки расположения у Чу Фэна, но и проявил деликатность, не приведя незнакомца в семейный дом, а предоставив ему отдельное жилье — просто загляденье, а не забота.
Отец не удержался и похвалил Сы Ци. Требования любящего отца к поумневшему сыну были на редкость невысокими, и Сы Ци самодовольно задрал нос, дважды фыркнув:
— А ещё, глядя на то, что у него в кармане ни гроша и ему банально нечего есть, я выписал ему чек... Ой, да копейки, примерно столько же, сколько я оставляю за пару визитов в клуб.
Отец, разумеется, зацепился вовсе не за то, что сын дал Чу Фэну денег, а яростно хлопнул ладоью по столу:
— Ты снова шлялся по клубам?!
Мать Сы с грустью вздохнула:
— Сынок, поменьше бы ты бывал в таких местах, для здоровья вредно.
Сы Ци сморщился:
— Ой, всё, я же просто для примера сказал, какие вы нудные.
Отец взорвался:
— Что ты сказал? Неблагодарный сорванец!
Сы Ци демонстративно отвернулся, бубня себе под нос:
— В общем, так всё и было! Я помог Чу Фэну, совершил великое дело, так что с вас причитается награда.
— Какая тебе награда, чёрт побери! — возмутился отец. — Уж лучше я эти деньги Чу Фэну отдам, чем тебе! Он хоть сможет подняться с колен, а ты — одни убытки!
Сы Ци оскалился:
— С чего это я убытки? Вы что, не для меня зарабатываете?
Мать Сы поспешила сгладить углы:
— Ладно-ладно, сына нельзя ругать, давайте всё обсудим спокойно.
— Да он нарывается! — отец зыркнул на Сы Ци. — Тебе бы поучиться у того же Чу Фэна!
Сы Ци упёрся рогом:
— Чему учиться? Тому, как пустить собственную компанию по миру? Пусть я не смыслю в управлении бизнесом, но по крайней мере не довел наш дом до такого состояния, как он!
Отец разъярился еще сильнее:
— Да его подставили завистники! Иначе у его компании были колоссальные перспективы!
Сы Ци нахмурился:
— А? Какие еще завистники?
Отец махнул рукой:
— Да эта его невеста спуталась на стороне с посторонними...
Услышав слово «невеста», Сы Ци почувствовал лёгкий укол в сердце. Кое-как дослушав отцовские объяснения, он от всей души выругался:
— Да они просто твари! Какая гадость!
— То-то и оно.
Все так считали.
Сы Ци хитро блеснул глазами:
— Получается, раз мы помогли Чу Фэну, этот подлый гад Чжан Мао не станет теперь злиться на нашу семью?
Родители замерли, а мгновение спустя неуверенно протянули:
— Вряд ли...
Сы Ци изобразил мелочную подозрительность:
— С чего это «вряд ли»? Мы же не можем переоценивать широту души подобных подонков, а вдруг они решат до нас докопаться? Разве мы не пострадаем ни за что ни про что?
Отец засомневался:
— И что ты предлагаешь? Ты ведь не собираешься выгонять Чу Фэна?
Мать Сы жалостливо произвела:
— Сынок, не надо перегибать палку.
Сы Ци скривил губы и забормотал:
— Вы просто хотите, чтобы такой человек, как Чу Фэн, был вашим сыном... Предвзятые...
Отец хмыкнул:
— Да, мы предвзято относимся к Чу Фэну, и что с того? А ты — сплошное разочарование.
Мать Сы мягко коснулась руки мужа и ласково уговорила Сы Ци:
— Сяo Ци, конечно же, мы любим тебя больше всех. Просто тот парень и правда попал в полосу невезения, к тому же мы хотели воспользоваться случаем и сделать ему добрый жест. Ты же понимаешь маму с папой?
Сы Ци фыркнул:
— Знаю я, я же не говорил, что собираюсь его выгонять, чего вы так всполошились...
Мать Сы рассмеялась, а отец добавил:
— В конце концов, мы можем просто не афишировать это, чтобы Чжан Мао ничего не узнал.
Хотя ему казалось, что излишняя осторожность тут ни к чему, хвастаться подобным тоже не стоило: меньше хлопот — меньше врагов.
Убедившись, что родители осознали всю серьезность ситуации и проявили хоть капельку бдительности по отношению к Чжан Мао, Сы Ци немного успокоился.
Затем он выдал:
— Но нельзя же позволять Чу Фэну жить и харчеваться за наш счёт просто так!
Родители посмотрели на своего прижимистого сына взглядом, полным глубокого сочувствия.
Сы Ци с малых лет терпеть не мог всех этих «детей маминой подруги». Стоило ему завидеть их, как он, подобно лисе, заприметившей кролика, норовил задирать их, пакостить и всячески цеплять, лишь бы устроить какую-нибудь пакость.
И его компашка тунеядцев туда же — думали, они, взрослые, ничего не знают? Кучка бездельников собиралась вместе от нечего делать и только и знала, что злословила о таких «ботаниках», как Чу Фэн, которые гнули спину ради карьеры, и заводилой в этом деле неизменно выступал их драгоценный предводитель-мажор.
— И что ты задумал? Предупреждаю, тебе запрещено задирать Чу Фэна! — пригрозил отец.
Иначе это будет уже не услуга, а кровная обида.
Мать Сы тоже впервые за долгое время заговорила строгим тоном, наставляя сына:
— Сяо Ци, плохие поступки совершать нельзя.
Сы Ци скорчил недовольную гримасу:
— Я же говорю, вы предвзяты. Что бы ни сделал Чу Фэн — всё правильно, а я вечно всех настраиваю против себя.
— Мы совсем не это имели в виду...
Сы Ци решил больше не слушать, хлопнул ладонью по столу:
— Ладно уж! Я сам погляжу, чем этот Чу Фэн так хорош, что вы от него без ума!
Отец вскинул бровь:
— И что ты намерен делать?
Скрестив руки на груди, Сы Ци горделиво задрал нос:
— Ничего особенного, просто явлюсь к нему в образе спасителя, чтобы содрать проценты! Научусь у него, как правильно лизать родителям задницу, чтобы вы потом сквозь зубы, но всё же хвалили меня за деловитость.
Отец нервно хохотнул:
— Да какая это лесть, у него реальные мозги!
— Ну так я научусь у него реальным мозгам, нельзя что ли?! Не верю я, что он станет отсиживаться без дела и откажется меня учить — в конце концов, ест-то и одевается он на мои деньги, посмотрим, удобно ли ему будет от меня отмахиваться...
Отец: «…………»
Этот непутёвый сын просто доводил его до белого каления!
Сы Ци поднялся:
— Ладно, я поехал к нему...
Тут он резко замер и виновато посмотрел на мать:
— Мам, я же все деньги отдал Чу Фэну, у меня пусто в кармане~~
Отец взревел:
— Да я тебе только в прошлом месяце скинул миллион!
Сы Ци не растерялся:
— Ну так мне же теперь нужно содержать Чу Фэна!
Да, будучи избалованным богатым мажором, он умел заявлять о содержании фаворита с таким наглым и непробиваемым лицом.
Мать Сы неизменно баловала сына — раз уж Сы Ци не творит ничего противозаконного, разве заработанные ими с мужем деньги не должны идти на его удовольствия? Утешая раскрасневшегося от гнева мужа, она ласково перебросила пару слов Сы Ци, пообещала тут же перевести средства и принялась выпроваживать его за дверь:
— Всё-все, уже поздно, отцу с мамой пора на работу, а ты поезжай куда хочешь.
Сы Ци поправил её:
— Я вовсе не гулять, я к Чу Фэну!
Отец бросил вслед:
— Да ты не к нему, ты к нему с проверкой!
— Врёте! Я к Чу Фэну со всей душой!
Отец закатил глаза, окончательно решив больше не тратить нервы на этого крольчонка — от дальнейших споров давление только росло.
Сы Ци еще немного поластился к матери, жалуясь на вечно недовольного отца.
Мать Сы терпеливо успокоила сына, проводила до калитки и, махая рукой, с улыбкой проводила взглядом уезжающую машину.
Как только рёв мотора окончательно стих в округе, мать Сы обернулась к мужу и произнесла:
— А мне кажется, сегодня наш Сяо Ци и впрямь поумнел.
Отец помолчал пару секунд и кивнул:
— У этого парня что-то на уме.
Едва сын переступил порог, он почувствовал, что тот скрывает тайну, а в глазах читалась куда большая серьёзность, чем обычно.
Вот только Сы Ци ничего не сказал и старался держаться развязно. У отца с сыном были несколько натянутые отношения, лезть в душу первыми они не любили, поэтому решили просто плыть по течению.
В конце концов, они прекрасно знали характер своего сына — каким бы бездельником он ни был, на противозаконные поступки тот не способен.
Пусть будет так.
Сы Ци вёл машину, как вдруг телефон звякнул уведомлением о банковском переводе. Он весело ухмыльнулся, мысленно пользуясь моментом:
— Стоило упомянуть имя Чу Фэна, как сумма выросла в несколько раз, а ещё говорят, что не предвзяты.
Тут же в его голове закружились радужные планы о том, какую именно машину купить Чу Фэну — такую, чтобы та наверняка растопила его сердце и заставила улыбаться ему почаще...
http://bllate.org/book/22860/2429750
Готово:
