Добравшись до Тихой комнаты, Вэй Усянь велел принести воды, чтобы смыть кровь и тщательно перевязать раны Лань Ванцзи. На руках и ногах Лань Ванцзи виднелись глубокие порезы — результат того, как отчаянно он бился и сопротивлялся.
Закончив с перевязкой, Вэй Усянь внимательно проверил пульс Лань Ванцзи. Яд колдовских чар еще не до конца отступил из его тела.
Лань Ванцзи послушно сидел на краю кровати, не отрывая взгляда от Вэй Усяня. Куда бы ни направлялся Вэй Усянь, его глаза следовали за ним повсюду.
Лекарь Лань Ванцзи по имени Чжугэ ждал снаружи. Закончив диагностику, Вэй Усянь достал из-за пазухи фарфоровый пузырек, вынул оттуда пилюлю и заставил Лань Ванцзи принять ее, после чего повернулся, намереваясь выйти и расспросить Чжугэ о том, что же происходит с этим черным ядом.
В конце концов, представители племени колдунов к настоящему времени почти вымерли, и Вэй Усянь мало что смыслил в подобных проклятиях.
Стоило Вэй Усяню подняться, как Лань Ванцзи схватил его за руку.
— Куда? — хрипло спросил Лань Ванцзи.
— Я пойду приготовлю тебе отвар, а ты пока отдохни, — обернувшись к Лань Ванцзи, мягко произнес Вэй Усянь.
Лань Ванцзи опустил взгляд, но пальцев не разжал — казалось, он совсем не хочет отпускать Вэй Усяня.
Вэй Усянь повернулся, присел на корточки перед Лань Ванцзи и заглянул в его глаза, в глубине которых все еще алели кровавые всполохи.
— Я быстро вернусь, хорошо? — ласково уговаривал он.
Лань Ванцзи поднял на него глаза, словно взвешивая в уме, правду ли говорит Вэй Усянь, и наконец медленно разжал пальцы.
На лице Вэй Усяня появилась улыбка, он легко потрепал Лань Ванцзи по макушке:
— Умница.
Чжугэ стоял у входа в Тихую комнату. Услышав шаги, он обернулся, увидел выходящего Вэй Усяня и поспешил навстречу.
— Молодой господин Вэй.
— Господин Чжугэ.
Вэй Усянь подробно расспросил о яде колдовских чар, от которого страдал Лань Ванцзи. Чжугэ провел рядом с Лань Ванцзи немало времени и во всех подробностях поведал Вэй Усяню об этой отраве.
Выслушав его, Вэй Усянь запрокинул голову и в отчаянии воззвал к небесам: неужели тот, кто создал этот яд, изначально не планировал оставлять способ исцеления?
Подумать только, какими редкими ингредиентами полнился рецепт противоядия: здесь тебе и плод ночного кошмара из мира демонов, и цветок муму из мира духов, и лотос сбора душ из мира призраков, а еще лазурный темный духовный камень да водяная жемчужина.
Все эти сокровища были столь редкими, что многие не смогли бы отыскать их и за всю жизнь, — добыть хотя бы одно составляло огромный труд, что уж говорить о таком количестве.
Вэй Усянь только и делал, что вздыхал — вздох за вздохом. Заметив выражение его лица, Чжугэ и сам тяжело вздохнул, прекрасно понимая мысли собеседника.
— Столько лет мы искали повсюду, но смогли раздобыть лишь лазурный темный духовный камень да водяную жемчужину... Однако приступы колдовского яда у господина становятся все чаще и протекают все тяжелее, — сокрушенно качая головой, говорил Чжугэ. Будучи искусным целителем, он все же был бессилен что-либо поделать.
Вэй Усянь опустил голову и нахмурился, погрузившись в раздумья. Хотя все эти компоненты и являлись величайшими сокровищами, это еще не значит, что достать их было абсолютно невозможно.
Вспомнив, что в Тихой комнате его ждет Лань Ванцзи, Вэй Усянь решил не терять времени зря. Он распрощался с Чжугэ и отправился варить лекарство.
Когда отвар был готов, Вэй Усянь с пиалой в руках вернулся в Тихую комнату. Лань Ванцзи по-прежнему сидел на краю кровати. Окинув его взглядом, Вэй Усянь почувствовал, что что-то изменилось, хотя и не мог сходу понять что именно, а потому просто подошел ближе с лекарством в руках.
Только приблизившись, он заметил, что от Лань Ванцзи исходит легкий пар. Вэй Усянь остолбенел, перевел взгляд в сторону и увидел на полу снятую одежду.
— Ты что, мылся?! — процедил сквозь зубы Вэй Усянь.
— Мм, — тихо отозвался Лань Ванцзи, опуская голову.
И точно: повязки, которые Вэй Усянь совсем недавно с таким трудом наложил, оказались сорваны. От контакта с водой края ран разбухли и побелели, все они покраснели, вздулись и вновь закровоточили.
Увидев это, Вэй Усянь глубоко вздохнул: мальчишка ранен, в его теле гуляет яд, бить его нельзя!
— Да ты понимаешь, что твоим ранам нельзя мокнуть! — свирепо прошипел Вэй Усянь.
— Грязно, — ответил Лань Ванцзи.
Вэй Усянь закрыл глаза и глубоко вздохнул. Не злиться, не злиться... Верно, от него разило кровью, а Лань Ванцзи с самого детства отличался чистоплотностью и, конечно же, не мог этого вынести. Ладно, пускай так, нужно просто перевязать всё заново.
Убедив себя, Вэй Усянь открыл глаза, отставил отвар в сторону и принялся за новую перевязку, правда, на этот раз действовал куда более жестко.
Лань Ванцзи слегка поморщился, глядя на усердно трудившегося над его ранами человека, но не произнес ни слова. Напротив, в его глазах таилась мягкая улыбка.
Подняв голову и заметив эту улыбку, Вэй Усянь злобно бросил:
— Чего лыбишься?! Тебе что, не больно?!
Лань Ванцзи посмотрел на него и тихо произнес:
— Сянь-сянь беспокоится обо мне.
Лань Ванцзи рано лишился родителей, страдал от яда колдовских чар, а вокруг вилось немало тех, кто точил зубы на клан Лань. Можно сказать, с малых лет он привык жить настороже, и любое проявление доброты со стороны окружающих неизменно таило в себе скрытый умысел. Но Вэй Усянь был другим: еще при первой встрече в пещере Сюаньу он не задумываясь рисковал жизнью ради него, так искренне о нем заботился... Лань Ванцзи до безумия жаждал этой нежности и отчаянно хотел присвоить ее себе.
Вэй Усянь сердито зыркнул на него, взял чашу с лекарством и проверил температуру. Так, в самый раз.
— Пей давай! — Вэй Усянь протянул ему отвар с таким видом, будто собирался насильно влить его в горло, вздумай тот отказаться.
Лань Ванцзи принял пиалу, сделал глоток и сморщился:
— Горько.
— Лекарство оттого и горькое, что лечит, терпи и пей, — с железобетонной серьезностью заявил Вэй Усянь.
— Тогда... можешь дать мне засахаренных фруктов? — глядя в лицо Вэй Усяню, спросил Лань Ванцзи.
— А? Засахаренных фруктов? Ладно, сейчас велю кому-нибудь принести. — Вэй Усянь уже повернулся, собираясь выйти за дверь и позвать слуг.
Но Лань Ванцзи резко перехватил его за руку, и Вэй Усянь, не успев опомниться, рухнул прямо рядом с ним на край постели.
— Зачем звать? Вот же они, — произнес Лань Ванцзи.
— Что? Где здесь они? — опешил Вэй Усянь.
Не отвечая, Лань Ванцзи залпом допил остатки лекарства, притянул Вэй Усяня к себе и, склонившись, накрыл его губы поцелуем.— Мм... — Вэй Усянь широко распахнул глаза, глядя на внезапно приблизилось красивое лицо.
Этот поцелуй Лао Ванцзи был на редкость властным. Воспользовавшись тем, что Вэй Усянь растерялся, он приоткрыл тонкие губы и беззастенчиво вторгся внутрь, захватывая все его существо.
Вэй Усянь попытался оттолкнуть Лань Ванцзи, но тот крепко перехватил его за запястье и, настойчиво сплетаясь языком с его языком, принялся играть и дразнить.
Лишь спустя долгое время Лань Ванцзи наконец отпустил Вэй Усяня. Тот тяжело и часто дышал, а Лань Ванцзи, не в силах оторваться, всё легко прикусывал и целовал его губы.
Лицо Вэй Усяня раскраснелось, в глазах блестели слёзы, а губы слегка припухли и покраснели от поцелуев. Лань Ванцзи смотрел на него взглядом потемневшим, глубоким и хищным.
Затем Лань Ванцзи опустил голову и принялся осыпать поцелуями шею Вэй Усяня. Его горячее дыхание щекотало кожу, вызывая легкий зуд и жар, отчего Вэй Усянь невольно попытался отпрянуть назад.
— Лань Чжань!
— Мм, — невнятно отозвался Лань Ванцзи.
Ощутив на шее мягкое тепло, Вэй Усянь в испуге принялся отталкивать его обеими руками.
Лань Ванцзи недовольно приподнял голову и посмотрел на него. Этот взгляд полный претензий заставил Вэй Усяня одновременно разозлиться и рассмеяться: бессовестно домогались вообще-то его, а недоволен ещё и Лань Ванцзи!
Слегка порозовев лицом, Вэй Усянь поднялся на ноги.
— Тебе лучше нормально отдохнуть, — бросил он и уже собирался повернуться и уйти.
Однако Лань Ванцзи удержал его за руку, не отпуская:
— Без Сянь-сяня я не усну.
Вэй Усянь обернулся и посмотрел на него. Заметив, что рука Лань Ванцзи, удерживающая его, всё ещё замотана в бинты, и вспомнив, как тот обнимал его и стоя засыпал на ходу, он почувствовал, как сердце смягчается.
— Тогда спи. Я посижу здесь и уйду, только когда ты уснёшь.
Лань Ванцзи лишь опустил взгляд и послушно лег на постель. Вэй Усянь перешагнул через него, намереваясь стащить одеяло, чтобы укрыть Лань Ванцзи, как вдруг почувствовал, что его обхватили за талию. В следующее мгновение мир перевернулся, и Вэй Усянь рухнул на ложе.
— Лань Чжань! — сквозь зубы процедил Вэй Усянь.
Лань Ванцзи тут же притянул одеяло, накрывая их обоих с головой, крепко обнял Вэй Усяня и легко потёрся подбородком о его макушку.
— Сянь-сянь так долго трудился, ему тоже нужен отдых.
— Отпусти меня, я пойду спать в свою комнату, — в отчаянии дёргался Вэй Усянь.
Лань Ванцзи лишь сильнее затянул кольцо рук:
— Без Сянь-сяня я не смогу нормально уснуть. Я ничего не буду делать, веди себя смирно, Сянь-сянь.
— ...
Вскоре над ухом Вэй Усяня раздалось размеренное дыхание. Вэй Усянь приподнял голову и взглянул на него: после всех пережитых потрясений под глазами Лань Ванцзи залегли тени усталости. Вэй Усянь больше не сопротивлялся — простояв несколько часов кряду в объятиях Лань Ванцзи, он и сам устал, поэтому просто закрыл глаза и погрузился в сон.
Тем временем за пределами Клауд Лепс сторонники Вэнь Чао вовсю агитировали за то, чтобы провозгласить его главой заклинателей. Те же ордена, что были против, немедленно подвергались давлению и угрозам со стороны Вэнь Чао.
Орден Циньхэ Не и орден Юньмэн Цзян, будучи двумя из пяти великих орденов, разумеется, отказались признать тирана Вэнь Чао главой заклинателей. Тогда старейшины клана Вэнь лично повели людей в атаку на Не и Цзян. Неизвестно, какую уловку применили Вэнь, но в битве против них орден Не понёс тяжелейшие потери, а половина резиденции ордена Цзян была сожжена, к тому же множество людей получили серьезные ранения.
Услыхав об этом, Цансе Санжэнь из ордена Илин Вэй отправилась в орден Не, а Вэй Чанцзэ — в орден Цзян, чтобы исцелять пострадавших и оказывать медицинскую помощь.
Орден Ланьлин Цзинь же вёл себя как флюгер на ветру, превыше всего ценя собственную безопасность.
Остальные мелкие ордена, видя, что даже великие ордена Не и Цзян не смогли противостоять нападению клана Вэнь, а орден Гусу Лань закрыл врата и уединился в горах, предпочли молча проглотить обиду.
Так, под одобрительные крики собственных приспешников и всеобщее молчание остальных семей, Вэнь Чао взошел на пост главы заклинателей.
Но стоило ему занять эту должность, как его истинная натура проявилась во всей красе. Он принялся давить на сотни кланов заклинателей, требуя дань и подношения, а также взял под прямой контроль территории многих мелких орденов, учредив повсюду множество надзорных баաշнь, чтобы тешить собственные эгоистичные желания.
Из-за беззаконных и безрассудных действий Вэнь Чао большинство заклинателей кипело от гнева, но не смело пикнуть. Кто-то из окружения Вэнь Чао даже пытался предостеречь его, мол, не стоит заходить слишком далеко, иначе сотни кланов поднимут восстание. Однако Вэнь Чао лишь презрительно отмахнулся:
— Ха! Мой отец сейчас сильнейший заклинатель среди всех кланов, к тому же у нашего ордена Вэнь есть секретное оружие! Нам никто ничего не сможет сделать! Чего тут бояться?!
Вэнь Чао громко расхохотался, зажав с обеих сторон по красавице, и, прихлёбывая вино из их рук, предавался полнейшему разгулу.
В то время как мир заклинателей охватил хаос, в Облачных Глубинах царил полный мир и покой.
Каждый день Вэй Усянь лично заваривал лекарство и приносил его Лань Ванцзи. На сей раз он проявил сообразительность: прихватив пиалу с отваром, он захватил с собой ещё и целую тарелочку засахаренных фруктов.
Лань Ванцзи бросил взгляд на цукаты, приподнял брови и посмотрел на Вэй Усяня.
Вэй Усянь тут же протянул ему лекарство, но Лань Ванцзи не спешил его брать.
Вэй Усянь недоумённо заморгал:
— ???
— Сянь-сянь, у меня болит рука, — произнёс Лань Ванцзи.
Вэй Усянь моргнул ещё раз. Что это значит? Рука болит? Это он намекает, чтобы его покормили с ложечки?
— Прошло уже сколько дней, раны на твоих руках практически зажили, — не поверил Вэй Усянь.
— Правда, очень болит, — с предельной искренностью ответил Лань Ванцзи.
Глядя на серьёзное лицо Лань Ванцзи, Вэй Усянь заколебался. Неужели и впрямь болит? Может, у него есть ещё какие-то скрытые раны, о которых он не знает?
Вэй Усянь тут же перехватил запястье Лань Ванцзи — внешне ничего особенного, затем проверил пульс: хм, да всё вроде в порядке! С чего бы ему болеть?
— И вправду болит? — уточнил Вэй Усянь.
— Угу, — кивнул Лань Ванцзи.
Тяжело вздохнув, Вэй Усянь взял ложку и принялся покорно черпать лекарство, поднося ко рту Лань Ванцзи.
— Сянь-сянь, горько, — поморщился тот.
Вэй Усянь подцепил цукат и сунул ему в рот. Дождавшись, пока Лань Ванцзи прожует, он зачерпнул еще ложку.
— После сладкого лекарство покажется ещё горше.
Вэй Усянь: «...»
— И чего же ты хочешь? — склонив голову набок, спросил Вэй Усянь.
http://bllate.org/book/22816/2422363
Готово:
