Гу Чэн медленно перевел взгляд на мужчину, стоявшего рядом с Цзи Бочэнем. Глядя на исполненного энергии Цзи Линьчуаня, он испытал целую бурю чувств. Если бы его собственный двоюродный брат был хоть капельку похож на этого простака, Гу Чэну не пришлось бы терпеть насмешки окружающих.
Неуспеваемость Цзи Линьчуаня объяснялась лишь отсутствием интереса к бизнесу. Он был фехтовальщиком, и это нельзя было назвать бездельем — просто его путь шел вразрез с семейными планами. Гу Чэн видел его выступления на соревнованиях, и, надо признать, парень был хорош.
Гу Чэн опустил голову и усмехнулся: у каждого своя судьба.
Хиллс был человеком расчетливым. Он оставил свои контакты секретарям и Цзи Бочэня, и Гу Чэна, желая посмотреть, кто предложит более выгодные условия.
После завершения выставки Цзи Бочэн велел водителю ехать в ближайший торговый центр.
Заметив, что дядя выглядит утомленным, Цзи Линьчуань предложил:
— Дядя, если вам что-то нужно, просто скажите мне. Я сам куплю, а вы возвращайтесь в отель отдыхать.
— Не нужно.
Цзи Бочэн вошел в торговый центр и выбрал галстук в бутике роскошных товаров. Пока продавец упаковывала покупку, Цзи Линьчуань тоже купил себе галстук. Нужно было загладить вину перед Сюй Кэ за то, что в прошлый раз он его подвел.
Вернувшись в отель, Цзи Линьчуань прикинул время в стране, убедился, что Сюй Кэ не в полете, и, обдумывая слова, набрал его номер. Сюй Кэ только сошел с трапа и ответил почти сразу.
Цзи Линьчуань поспешно начал оправдываться:
— Сюй Кэ, прости, что в прошлый раз не пришел, мне правда очень неловко...
Тогда ситуация была критической: у Цзи Бочэня начался период повышенной чувствительности, он был в ярости и мог причинить вред окружающим. Секретарь позвонил среди ночи, и Цзи Линьчуань немедленно помчался туда с лекарствами и врачом. Но все было тщетно — никто не мог приблизиться к альфе уровня S4.
Лишь когда гормональный сбой привел к шоковому состоянию, врачам удалось ввести препарат. Цзи Бочэн не позволял никому оставаться в своем доме на ночь, поэтому Цзи Линьчуань уехал, а по возвращении домой позвонил старшим, чтобы доложить о случившемся. Если бы не чрезвычайные обстоятельства, он бы ни за что не нарушил обещание, данное Сюй Кэ.
Только он начал объяснять причины, как раздался дверной звонок.
— Я обязательно заглажу свою вину, когда вернусь в столицу, только не отказывайся, — проговорил Цзи Линьчуань, направляясь к двери.
Он распахнул ее и замер:
— Э? Дядя... ты как здесь оказался?
На пороге стоял Цзи Бочэн в темно-синем костюме. Пряди волос падали на брови, а в темных глазах застыло холодное спокойствие. Он молча протянул племяннику телефон.
Цзи Линьчуань взглянул на экран: звонила его мать. Вероятно, не сумев дозвониться до него, она решила попытать счастья через телефон Цзи Бочэня.
— Сюй Кэ, — сказал Цзи Линьчуань в трубку, — мне мама звонит, давай прервемся. Будь осторожен по пути домой, я вернусь в столицу — обязательно поужинаем. Я кладу трубку.
Сбросив вызов, он взял телефон дяди. Но Цзи Бочэн не спешил уходить — он протянул руку за смартфоном самого Линьчуаня.
— Я велел секретарю прислать документы.
— Хорошо.
Цзи Линьчуань отдал свой телефон и отошел вглубь коридора, чтобы ответить матери. Когда он вернулся, в комнате было пусто. Цзи Бочэн уже ушел, а телефон лежал на столе. Линьчуань мельком глянул на журнал вызовов: последним номером, на который звонили с его телефона, был Сюй Кэ. Вызов длился пять секунд, но был сброшен.
Зачем дядя звонил Сюй Кэ? Ошибся номером?
Цзи Линьчуань не стал ломать над этим голову, постучал в дверь Цзи Бочэня и вернул телефон.
***
Сюй Кэ, повесив трубку, направился с летным чемоданом в раздевалку. Там его ждал Цяо Юэ. Он сидел в подавленном состоянии, с пятнами крови на лбу и отчетливым запахом алкоголя. Увидев Сюй Кэ, он тут же вскочил.
— Брат...
— Соблюдай дисциплину, — холодно одернул его Сюй Кэ.
В раздевалке летного состава запрещено курить и пить. Цяо Юэ только недавно получил звание командира корабля, и вокруг него и так много пересудов. Если он добавит к этому нарушение дисциплины, сплетен не избежать.
Цяо Юэ опустил голову, закусив губу. Казалось, он хотел что-то сказать. Сюй Кэ вышел из раздевалки, перекинув через руку рубашку, и обернулся к парню:
— Тебя подвезти или вызвать такси?
Цяо Юэ отмахнулся, показывая, что помощь не нужна. Сюй Кэ смотрел на его шаткую фигуру: если оставить его здесь, он, чего доброго, проспит всю ночь прямо на полу. Сюй Кэ догадывался, почему Цяо Юэ напился. Его повышение было огромной удачей, о которой многие лишь мечтают, но Цяо Юэ был слишком честным и никак не мог переступить через себя. К таким простодушным людям Сюй Кэ всегда относился с долей участия, но это было лишь отношение старшего к младшему.
— Где ты живешь? — спросил Сюй Кэ.
Из-за двери показался Фан Тяньяо. Увидев пьяного Цяо Юэ, он нахмурился, но, не снимая летной формы, накинул сверху куртку и подхватил коллегу под локоть.
— Я отвезу его.
Когда Фан Тяньяо выводил Цяо Юэ, тот, словно ноги стали ватными, обернулся к Сюй Кэ:
— Брат, прости меня...
— Сначала сдай экзамен на командира, тогда и будешь просить прощения.
Сюй Кэ вернулся домой, принял душ и только собрался сушить волосы, как зазвонил телефон, а вслед за ним — дверной звонок. Взглянув на экран и услышав настойчивый трезвон, он открыл приложение с камеры наблюдения. Как и ожидалось, там стоял тот самый человек — Ли Хайлун.
Сюй Кэ не собирался открывать. На мониторе было видно, как на решительном лице Ли Хайлуна проступил румянец. Он был пьян, опирался на косяк двери, одной рукой прижимая телефон к уху, а другой продолжая давить на кнопку звонка.
Сюй Кэ не открывал двери пьяницам по ночам и не хотел выслушивать их бред. Игнорировать звонки было самым верным решением. Он отложил телефон и, как ни в чем не бывало, продолжил сушить волосы.
Ли Хайлун знал, что Сюй Кэ не спит. Он прождал полчаса, но дверь так и не открылась. Хмель под действием ночного ветра отступил, сменившись холодным осознанием. Он прислонился спиной к двери и закурил. Когда он окончательно протрезвел, то понял, насколько нелепо выглядел, колотясь в дверь посреди ночи.
Впрочем, какая уже разница?
Ли Хайлун, пошатываясь, вошел в квартиру напротив. Закрыв дверь, он прислонился к стене и принялся смотреть в камеру наблюдения, направленную на закрытую дверь Сюй Кэ. Спустя десять минут он отправил сообщение:
Прости, что потревожил. Я просто хотел поговорить о Чжуан Цинцзяне. Отдыхай, обсудим в другой раз.
Ли Хайлун был жадным человеком — впрочем, как и любой мужчина. Он ждал Сюй Кэ много лет и получил право на некие молчаливые привилегии. Он всегда считал, что в сердце Сюй Кэ они с Фан Тяньяо занимают разные места. Но реальность была такова, что между ними не было никакой разницы.
Когда у Сюй Кэ возникали проблемы, он никогда не вспоминал о нем и даже не хотел использовать его в своих целях. А ведь стоило Сюй Кэ лишь попросить или просто показать свою печаль, как Ли Хайлун был готов пойти напролом, бросить вызов самому Гу Чэну, лишь бы добиться справедливости для Сюй Кэ.
Но в реальности у него не было даже права знать правду. О назначении на должность командира и доносах он узнал лишь из слухов в авиакомпании.
Он вовсе не был особенным.
Если бы никто не был особенным, Ли Хайлун не стал бы действовать так опрометчиво. Но теперь, когда у Сюй Кэ появился альфа, он просто не мог сохранять спокойствие.
http://bllate.org/book/22596/2390656
Готово:
