Видя происходящее, Дуань Циюй понял, что медлить больше нельзя.
Он проявился из пустоты, без труда вырвал палку из рук нападавшего и с ненавистью ударил его по голове. Брызнула кровь, и свирепый громила рухнул на землю, словно подкошенный, — казалось, он был мертв.
Убедившись, что противник обезврежен, Дуань Циюй отбросил палку и зашелся в приступе кашля. Лишь немного придя в себя, он направился к своему подопечному, который до сих пор сидел в углу, обхватив голову руками и дрожа.
Дуань Циюй склонился над ним и мягко, стараясь утешить, произнес:
— Чжун Чэн, все кончено. Не бойся.
Холодный, внезапно раздавшийся голос заставил Чжун Чэна, который от страха ждал новых ударов, в смятении поднять голову. Ему показалось, что он услышал свое имя. Пять лет прошло с тех пор, как кто-то обращался к нему так — Чжун Чэн, а не «помойное ведро», «дурак» или «тупая скотина».
Чжун Чэн тупо уставился на незнакомца. Яркий свет тусклой лампы падал на его фигуру. На нем были лишь простая белая рубашка и черные брюки, но в глазах Чжун Чэна он выглядел как божество в сияющих одеждах, сошедшее к нему из самого света. Даже когда глаза начало жечь от резкого света, он не смел моргнуть — боялся, что если закроет глаза, видение исчезнет.
Дуань Циюй, глядя на молчащего подопечного, вздохнул, вспоминая его тяжелую судьбу. Он наклонился, сохраняя спокойное выражение лица, и протянул руку:
— Чжун Чэн, все позади.
Он кивком указал на землю справа от себя. Чжун Чэн быстро бросил взгляд туда и снова уставился на Дуань Циюя, словно пытаясь убедиться, что тот не галлюцинация. Лишь когда он увидел спокойный блеск темных глаз Дуань Циюя, его собственное дыхание немного выровнялось.
Убедившись в реальности происходящего, он снова посмотрел на то место, куда указывал спаситель, и в следующую секунду узнал лежащего на полу мужчину. Выражение его лица сменилось недоверием. Он хотел протянуть руку, но испугался, что его грязные, покрытые землей ладони испачкают эту тонкую, изящную кисть. Поэтому он лишь покачал головой и поднялся на ноги сам.
Внезапно что-то вспомнив, он указал на лежащего человека и сбивчиво зашептал:
— Уходим! Скорее! Если он очнется, мы не сможем сбежать.
— Не бойся, он без сознания, — ответил Дуань Циюй и исчез из поля зрения Чжун Чэна.
Не успел тот снова впасть в панику, как голос Дуань Циюя прозвучал у него прямо в голове:
— Чжун Чэн, не бойся. Слушай меня: я сейчас в твоем сознании. Представлюсь: я Система 0177, можешь называть меня Цици. Я помогу тебе выбраться из этой беды и снова стать самим собой. Но взамен ты должен будешь завоевать доверие «сына удачи» этого мира и стать его самым преданным подчиненным. Ты согласен?
Едва Дуань Циюй закончил, Чжун Чэн, не раздумывая, закивал:
— Согласен, я согласен! Ты спас меня, ты мой благодетель. Что бы ты ни попросил, я сделаю, не раздумывая!
Говоря это, Чжун Чэн плакал и смеялся одновременно. Прислонившись к облупившейся стене, он закрыл лицо руками и зарыдал в голос. Этот шум вызвал гневные крики снаружи свинарника. Послышались шаги — сначала вдалеке, но вскоре один из них направился прямо к ним.
Чжун Чэн тут же замолчал, изо всех сил прижимая ладони ко рту, в его глазах отразились ужас и самобичевание. Дуань Циюй успокаивающе покачал головой:
— Подопечный, не бойся. Теперь я с тобой, они не причинят тебе вреда. И кстати, в будущем, когда захочешь поговорить со мной, просто мысленно произноси слова, не нужно говорить вслух.
Чжун Чэн с облегчением выдохнул и немного успокоился.
— Я понял, Цици. В следующий раз буду осторожен, чтобы никто не узнал о твоем существовании.
Раздался грохот — дверь свинарника с силой распахнули. В проеме показался тощий, желтозубый и отталкивающий на вид мужчина с бутылкой спиртного в руке. Он осыпал их отборной бранью:
— Твою мать, Цян-цзы, ты чего там возишься? Шевелись, тащи этого болвана на пахоту!
Не успел он войти и толком разглядеть, кто находится внутри, как тут же лишился сознания и рухнул на землю. Дуань Циюй взглянул на мужчину и разбитую бутылку, затем невозмутимо отбросил подобранную палку. Он заранее почувствовал, что остальные обитатели этого места либо спят, либо ушли работать, поэтому позволил себе действовать так шумно.
Увидев, как легко Дуань Циюй расправился с очередным врагом, Чжун Чэн снова выразил свою благодарность. Дуань Циюй немного подумал, поднял палку и протянул её Чжун Чэну, жестом предлагая взять. Тот, не понимая зачем, послушно принял её и замер, глядя на спасителя.
Дуань Циюй, заметив, что его подопечный не уловил сути, подсказал:
— Ты можешь отомстить. Я прикрою.
Сказав это, он перевел взгляд на двоих мужчин, лежащих без чувств. Чжун Чэн понял его слова, еще раз поблагодарил и, полный ненависти, направился к первому из них.
Дуань Циюй проводил его взглядом и еще раз внимательно изучил досье:
Имя: Чжун Чэн.
Возраст: 30 лет.
Образование: магистр статистики и управления, столичный университет Лунго.
Характер: добродушный, честный, отзывчивый.
Личная история: 5 лет назад был обманут, когда пытался помочь людям, и продан в деревню Синин, где использовался как рабочая сила на полях, постоянно подвергаясь избиениям. Три попытки побега провалились. В последний раз спас других пленников, но поплатился сам: разгневанные селяне стали использовать его вместо вола.
Дуань Циюй вздохнул. Из всех его подопечных этот был одним из самых несчастных. Вернувшись в реальность, он заметил неладное: глухих ударов палки по телу так и не последовало, а Чжун Чэн просто стоял, согнувшись.
Дуань Циюй подошел к нему и негромко спросил:
— Почему не бьешь?
— Он… он… — Чжун Чэн поспешно вытер слезы и неуверенно посмотрел на свою Систему.
— М?
Встретившись с вопрошающим взглядом Дуань Циюя, он спросил:
— Если я ударю еще раз, он не умрет?
— Возможно. Но если что — я предупрежу, — Дуань Циюй сразу понял, о чем тот беспокоится.
Услышав это, Чжун Чэн вдруг ударил себя по лицу. В его глазах читалась мука, он с отвращением к себе произнес:
— Спасибо, Цици. Я ненавижу их. Они никогда не считали меня человеком. Еду бросали на землю, заставляли таскать плуг, как вола. У меня не было сил, я же человек… но им было плевать. Они били меня, если я не мог подняться.
Он горько усмехнулся:
— Даже после всего этого… я не смел убить их в отместку. Цици, ты считаешь меня никчемным и трусливым?
— Нет, это лишь доказывает, что ты по своей природе слишком добр, — утешил его Дуань Циюй.
Эти слова заставили Чжун Чэна расплакаться еще сильнее, слезы градом покатились по его грязным щекам. Наконец, собравшись с духом, он опустился на колени и нанес несколько ударов по лежащему мужчине. После каждого удара он дрожащей рукой проверял дыхание — убеждаясь, что человек жив, он продолжал бить. Он бил только по конечностям, то же самое он проделал и со вторым мужчиной.
Лишь когда Дуань Циюй предупредил, что еще немного — и будет труп, Чжун Чэн тяжело дыша остановился. Только после этого ему стало легче. Он повернулся к Дуань Циюю:
— Достаточно. Пойдем отсюда.
На самом деле в сердце Чжун Чэна все еще жила ненависть, но он не хотел больше обременять своего спасителя. Дуань Циюй понял его мысли, покачал головой и закрыл глаза. Его подопечный не должен оставлять ничего недоделанным.
Снова открыв глаза, Дуань Циюй произнес:
— Иди. Все в этом месте уже спят. Если хочешь отомстить — делай это, включая тех, кто уже ушел из этой зоны.
Сказав это, Дуань Циюй исчез, вернувшись в сознание Чжун Чэна.
http://bllate.org/book/22569/2385794
Готово:
