Готовый перевод Quick Transmigration: Shhh, Pretty Host is Training Her Dog Again / Быстрое прохождение: Тсс, красавчик снова дрессирует своих псов: Глава 7

Притворившись больным, я полмесяца предавался лени. Такая жизнь — ешь да спи — настолько расслабила Хэ Синъаня, что он едва не забыл обо всём на свете.

Он подпёр подбородок рукой, с любопытством разглядывая преобразившегося юношу. Чу Хуэй опустил взгляд и теребил край одежды, заметно нервничая.

— Неплохо.

Получив одобрение, он наконец выдохнул.

Только он собрался что-то сказать, как из-за пределов двора донеслись слова дозорного:

— Ваше Высочество, господин Ло просит аудиенции.

Хэ Синъань приподнял бровь.

Надо же, как быстро заживает его стреляная рана.

Он стряхнул с рук крошки от лакомства и посмотрел на Чу Хуэя:

— Встань рядом со мной.

Чу Хуэй поджал губы, сделал шаг и послушно выполнил приказ. Хэ Синъань окинул его взглядом и остался доволен. В конце концов, нельзя же требовать всего и сразу.

Он откинулся на спинку кресла, прикрыл глаза, чтобы немного отдохнуть, и указал на свои плечи:

— Разомни мне плечи.

Чу Хуэй на мгновение замер, но поднял руки. Движения его были уверенными и мягкими.

Хэ Синъань дремал.

— Пусть войдет.

Именно такую картину увидел Ло Цзиньян, войдя во двор.

Юноша полулежал в кресле, прикрыв глаза. Его черты лица были изящными и утончёнными, а бледная кожа отдавала болезненной белизной. На губах, лишенных привычного алого цвета, проступила лёгкая синева, из-за чего он казался неземным созданием, хрупким фарфоровым сосудом — недосягаемой мечтой.

Сквозь густую листву деревьев пробивались лучи полуденного солнца, рассыпаясь на земле золотыми искрами, словно упавшее звёздное небо. В этом тёплом свете и зелени он выглядел как небожитель, спустившийся в мир смертных.

Картина была столь прекрасна, словно оживший свиток с живописью.

Ло Цзиньян остановился у арочных ворот, на мгновение потеряв дар речи. Его взгляд опустился и задержался на Чу Хуэе — в нём читалось придирчивое любопытство.

Однако на лице гостя сияла улыбка, и он уверенно зашагал вперёд:

— Чэнпин, этот человек рядом с тобой сегодня мне незнаком. Почему Юэмин не прислуживает тебе, как обычно?

С первых же слов он перешёл к допросу.

Хэ Синъань лениво приоткрыл глаза, подперев подбородок, словно только что проснулся. Он не стал отвечать, а вместо этого указал на каштаны, лежащие на столе:

— Чу Хуэй, я хочу каштанов.

Стоящий позади него юноша вздрогнул, сделал шаг вперёд и, расправив полы халата, уже было собрался опуститься на колени, но Хэ Синъань слегка пнул его:

— Чего встал на колени? Помнишь, что я тебе говорил?

Юноша замер, глухо ответив:

— Помню.

Он робко присел рядом со столом. Хэ Синъань подался вперёд и сгрёб горсть каштанов, высыпав их перед ним:

— Мне нужны целые каштаны. Не вздумай подсовывать мне ломаные.

Затем он, словно только заметив, скосил взгляд на его руку, обмотанную бинтами.

Ишь ты, каков герой — ранен, а всё туда же.

— Господин Ло, с чем пожаловали сегодня?

Ло Цзиньян поправил улыбку:

— Чэн...

— Ой, ну какой же ты неуклюжий! Опять разломил каштан, — Хэ Синъань постучал пальцем по голове Чу Хуэя и потянулся за золотыми ножницами. — Пользуйся этим. Так ты до скончания времён будешь их чистить.

— Слушаюсь.

Юноша опустил голову, выглядя предельно покорным.

Ло Цзиньян попытался вклиниться в разговор:

— Чэнпин, насчёт того, что мы обсуждали в прошлый раз...

— Сегодня ты должен очистить мне целую чашку каштанов, иначе останешься без ужина.

Он поставил перед Чу Хуэем позолоченную чашу. Хэ Синъань повернулся к Ло Цзиньяну:

— А? О чём ты? Что за прошлый раз?

Его лицо выражало полное недоумение.

Улыбка Ло Цзиньяна слегка померкла, но он сохранил самообладание:

— Ваше Высочество, дело важное, может быть, стоит попросить посторонних...

— Не забудь полить мёдом с цветами османтуса, — Хэ Синъань, подперев подбородок, продолжал отдавать распоряжения.

— Чэнпин!

Столь явное игнорирование вывело из себя даже такого выдержанного человека, как Ло Цзиньян, и его голос невольно стал строже.

Хэ Синъань медленно повернул голову. Его глаза, слегка прищуренные, манили, но взгляд был холодным:

— Господин Ло, вы пытаетесь учить меня, как мне поступать?

Его поза была высокомерной и небрежной, что мгновенно создало между ними непреодолимую дистанцию.

В груди Ло Цзиньяна кольнуло, во рту появился горький привкус. Он поднялся и отвесил формальный поклон:

— Не смею, Ваше Высочество!

Последние два слова он произнёс с нажимом, в его голосе невольно проскользнула обида.

Хэ Синъань пропустил это мимо ушей и снова позвал слугу, чтобы тот принёс мёд. Ло Цзиньян всё ещё стоял в поклоне.

Хэ Синъань взял тарелку и выбрал один из немногих уцелевших каштанов:

— Господин Ло, говорите прямо. Чу Хуэй — не чужой человек, при нём можно обсуждать что угодно.

После этих слов замерли оба: и Ло Цзиньян, и сам Чу Хуэй.

Ло Цзиньян впился взглядом в юношу, который покорно опустил глаза.

Послушный, слабый, красивый.

Совсем не такой, как он сам.

Неужели Юнь Синъань и вправду стал выделять кого-то другого? И к тому же — полную его противоположность?

Хотя... что значит «хотя»? Ло Цзиньян и сам не понимал.

Безымянный гнев опалил его разум, заставив выпалить:

— Тогда не соблаговолит ли Ваше Высочество открыть мне его личность? Как я могу продолжать разговор при человеке, чьё имя мне неизвестно?

Хэ Синъань не рассердился на дерзость, напротив, он улыбнулся:

— Чу Хуэй — не какой-то проходимец. Он младший брат заместителя военачальника Циня, мы знаем друг друга с детства.

Чу Хуэй резко поднял голову, в его глазах отразилось изумление.

— Это Цинь Чу Хуэй.

Хэ Синъань с улыбкой положил руку на плечо юноши, и в его глазах светилось нечто, готовое вот-вот выплеснуться наружу.

В сердце Ло Цзиньяна разлилась горечь, но возразить он не мог. Он выдавил из себя улыбку:

— Вот как? Раньше я его... никогда не видел.

На последних словах он сделал особый акцент, глядя на Чу Хуэя с нескрываемой ревностью.

Чу Хуэй молчал, опустив голову. Если бы Хэ Синъань не видел, как тот одними ножницами раздавил три каштана подряд, он бы и сам поверил в эту маску.

— Раз уж Ваше Высочество доверяет ему, я буду говорить прямо, — с трудом произнёс Ло Цзиньян.

Хэ Синъань лишь лениво кивнул, не отрывая нежного, ласкового взгляда от Чу Хуэя.

Ло Цзиньян глубоко вздохнул:

— Ваше Высочество, в прошлый раз князь Ань перехватил у вас дело о помощи пострадавшим от стихийного бедствия. Сейчас приближается время подношения дани, и делегации разных стран скоро прибудут в столицу. Есть ли у Вас какие-то планы?

— Приёмом иностранных делегаций занимается Ведомство ритуалов. Что я могу сделать?

Видя, что собеседник продолжает притворяться, Ло Цзиньян решил говорить прямо:

— Ваше Высочество, каждый раз на такие приёмы назначают одного из принцев в качестве представителя. Это прекрасная возможность укрепить свой авторитет. Неужели Вас это совсем не привлекает? Вы — законный наследник, рожденный императрицей, Вам пора задуматься о будущем.

Рука Чу Хуэя дрогнула, и он снова раздавил каштан.

Хэ Синъань в сердцах хлопнул его по голове:

— Чу Хуэй, ну что за дела? С такой скоростью я до ночи ничего не дождусь.

Юноша поджал губы и взял новый каштан.

Как только он очистил целый, Хэ Синъань, который уже давно хотел есть, без зазрения совести выхватил его.

— Я уже долгое время нездоров. И вдруг, как раз к прибытию делегаций, чудесным образом выздоравливаю, чтобы оттеснить братьев и покрасоваться перед всеми? Господин Ло, как вы считаете, это уместно?

Он жевал каштан, невнятно произнося слова, и равнодушно скользнул взглядом по Ло Цзиньяну.

Тот на мгновение замолчал:

— Я понял, Ваше Высочество.

Хэ Синъань кивнул, собираясь выпроводить гостя, но внезапно побледнел и зашёлся в приступе кашля.

Чу Хуэй засуетился, пытаясь поддержать его, но Ло Цзиньян оказался быстрее. Он бросился вперёд и начал поглаживать принца по спине:

— Ваше Высочество, почему вы так легко одеты? Вы же простудитесь! Вы и так после того случая на воде подорвали здоровье, вам холод противопоказан. Где лекарство, которое прописал лекарь Чжан? Всё там же, в старом месте?

Рука Чу Хуэя, которую он протянул было к принцу, замерла в воздухе, а затем медленно опустилась. Он поджал губы и снова взялся за ножницы.

Хэ Синъань, упёршись в край стола, сгибался в мучительном кашле.

Ло Цзиньян, чей взгляд потемнел, действовал всё нежнее. Дождавшись, пока дыхание принца выровняется, он убрал руку и со вздохом добавил:

— Вам стоит бережнее относиться к себе.

Хэ Синъань застыл. Не признаваться же, что он просто подавился каштаном. Он выдавил из себя улыбку:

— Господин Ло сам всё видит. С моим здоровьем я вряд ли на что-то гожусь, желание есть, да сил не хватает.

Сказав это, он сделал скорбное лицо, и на его бледных щеках проступил лёгкий румянец, а в глазах блеснули слёзы, вызывая невольную жалость.

Сердце Ло Цзиньяна дрогнуло:

— Тогда Вам обязательно нужно поберечься. Если Вы не будете появляться лично, может, стоит сделать какие-то распоряжения?

Его взгляд переместился на Чу Хуэя — в нём чувствовалось давление, и смысл был предельно ясен: не слишком ли этот человек лишний здесь?

Хэ Синъань, не проявляя особого интереса, мягко улыбнулся, глядя на Ло Цзиньяна:

— Чу Хуэй — всего лишь незначительный человек. Так что мне придётся побеспокоить вас, господин Ло.

Выражение лица последнего изменилось, он перевёл взгляд с Чу Хуэя на принца:

— Я не подведу Вашего доверия.

Свет в глазах Хэ Синъаня погас, он махнул рукой:

— Идите, занимайтесь.

Проводив гостя взглядом, он повернулся к юноше:

— Чу Хуэй, тебе разве нечего мне сказать?

http://bllate.org/book/22565/2384845