Матушка Шэнь взяла Шэнь Цзюньли за руку и тихо произнесла:
— Этот парень и правда очень хорош собой.
Брат Шэнь Цзюньли тоже подшутил:
— Мо Юньцин, в будущем обязательно как следует заботься о моем младшем брате.
Перед ужином отец Шэнь позвал Мо Юньцина с собой в кабинет. Там Мо Юньцин призналась ему в своем истинном поле и пообещала всю жизнь заботиться о Шэнь Цзюньли, а также пообещала, что в будущем все заработанные деньги станет отдавать Шэнь Цзюньли.
Это заставило отца Шэнь слегка смягчиться — оставалось лишь посмотреть на ее поступки в будущем.
Затем они вернулись за обеденный стол, где все смеялись, а атмосфера была теплой и гармоничной.
После ужина Шэнь Цзюньли и Мо Юньцин прогуливались по саду, и Шэнь Цзюньли с чувством произнес:
— Не ожидал, что все пройдет так гладко.
Мо Юньцин с улыбкой ответила:
— Конечно. Мы так любим друг друга, и родители с обеих сторон определенно хотят нашего счастья.
Они переглянулись и улыбнулись, переплетя пальцы.
Путь впереди, возможно, еще долог, но они твердо верили, что с поддержкой друг друга и благословением родных они обязательно будут счастливы всегда.
Ванье подвергся неповиновению со стороны скрытного стража-шпиона 1
[Идет сбор душ...]
[Сбор успешно завершен.]
[Оценка задания: S. (Первоначальный владелец: я очень доволен концовкой Чжоу Е)]
[Господин Источник, желаете отдохнуть?]
[Не нужно, 01. Сразу отправляйся в следующий мир.][Да, мир десятый: ван подвергся дерзкому нападению со стороны тайного стражника, бывшего у него в подчинении.]
[Личность первоначального владельца тела: глава павильона убийц, который отправился на прогулку от нечего делать и был отравлен червями гу самым доверенным лицом — Юй Линем.]
[Ради своего любимого, нынешнего наследного престола.]
[Вынужден отправиться в резиденцию третьего вана и стать внедренным тайным стражником.]
[В конце концов личность тайного стражника раскрыта.]
[Наследный принц приказывает ему соблазнить и убить третьего вана.]
[Погибнуть с третьим ваном в один день — первоначального владельца пронзает насквозь мечом, а третий ван оказывается отравлен им до смерти.]
[Желание первоначального владельца: убить Юй Линя и наследного принца Шэнь Тана.]
[Личность объекта прохождения скорби: Шэнь Цзюньли, в нынешней династии Си.]
[Третий ван.]
[Праздный ван, который не любит бороться за власть и влияние, рожден от одной матери со вторым ваном, они живут в согласии и любви.]
[Любимец правящего императора.]
[Двадцать новобранцев-тайных стражников, через месяц погибнет в своей комнате вместе с одним из новобранцев-тайных стражников.]
[С момента, как вас отравили гу, прошло ровно сутки.]
[Передаю вам воспоминания первоначального владельца...]
Завершив передачу информации и диалог, время возобновило свой ход.
Мо Юньцин прислонился к кушетке, его взгляд был холоден, а в голове, подобно приливноиу волнению, хлынули воспоминания прежнего владельца тела.Он сжал кулаки, и в его сердце поднялась жгучая ненависть прежнего владельца тела к Юй Линю и наследному принцу Шэнь Тану.
В этот момент дверь тихо приотворилась, и Юй Линь вошел в комнату, держа чашку чаю с почтительной улыбкой на лице:
— Глава павильона, выпейте глоточек чая, смочите горло.
Мо Юньцин посмотрел на него, и в душе у него закипела жажда убийства, однако внешне он остался совершенно невозмутим. Приняв чааку, он сделал небольшой глоток:
— Юй Линь, ты ведь со мной уже столько времени. Как я к тебе отношусь?
Юй Линь слегка растерялся, но тут же ответил:
— Глава, разумеется, относится к подчиненному крайне хорошо. Без вас не было бы и меня сегодняшнего.
Что на самом деле думал Юй Линь под своей лицемерной маской, знал только он сам.
Мо Юньцин холодно усмехнулся, подумав про себя: ну и лицемер же ты, пока что я тебя не трону.
— А есть ли у тебя какое-нибудь заветное желание?
— Отвечая главе павильона: подчиненный желает лишь всю жизнь хранить верность вам.
Мо Юньцин посмотрел на Юй Линя, испытывая сильнейшее отвращение, но всё же изобразил участливую заботу:
— Как трогательно, что ты так предан. Если в будущем тебе что-то понадобится, просто скажи мне.
В глазах Юй Линя мелькнуло едва заметное торжество, и он спешно поклонился в знак благодарности:
— Благодарю главу! Подчиненный разобьет ради вас голову и истощит силы.
Мо Юньцин опустил чашку, поднялся, подошел к окну и, стоя к Юй Линю спиной, произнес:
— Завтра я планирую прогуляться. Приготовь мне в дорогу сухой паек.
Юй Линь вздрогнул от неожиданности: он подумал, что это прекрасная возможность подбросить паразита-гу, однако внешне сохранил полное спокойствие:
— Слушаюсь, глава.
Он размышлял о том, что доверие главы павильона к нему поможет быстрее выполнить поручение наследного принца.
Он и не подозревал, что Мо Юньцин давно раскусил его замысел, а о предстоящей прогулке упомянул лишь для того, чтобы подготовиться к завтрашнему разоблачению.
На следующий день Юй Линь собрал сухой паек — подсыпать гу в еду он не стал, ведь в таком случае обман вскрылся бы при первой же проверке.
Полагаясь на доверие главы павильона и уверенность в недавно полученном насекомом-гу, он просто подбросил гу прямо в чашку с чаем и подал её главе.
Прежний хозяин тела действительно ничего не заметил, но разве Мо Юньцин мог этого не заметить?
Мо Юньцин посмотрел на чашку, уголки его губ слегка приподнялись. Сделав вид, что ничего не подозревает, он взял её, а затем резко взмахнул запястьем и плеснул чай прямо на Юй Линя.
Юй Линь смертельно испугался и попытался уклониться, но было уже поздно.Юй Линь побелел от ужаса и попытался увернуться, но было уже поздно. Черепной червь вместе с брызгами чая попал на него и мгновенно впился в кожу. Юй Линь испуганно посмотрел на Мо Юньцина:
— Глава, вы...
Мо Юньцин холодно произнес:
— Юй Линь, неужели ты думал, что я ничего не замечаю? С того самого момента, как на твоем лице промелькнуло торжество, я понял, что ты замышляешь недоброе. Говори, кто приказал тебе это?
Юй Линь сквозь зубы выдавил:
— Я просто завидовал твоему положению.
Мо Юньцин презрительно усмехнулся:
— Ради этого ты предал меня? Сегодня я заставлю тебя заплатить за содеянное. Впрочем, даже если ты будешь молчать, я знаю, что ты старался ради нынешнего наследного принца. Неужели ты думал, что за исполнение этого поручения тебе найдется место подле него? У наследного принца бесчисленное множество женщин, чего ради ему сдался какой-то мужлан?
С этими словами он применил тайную технику Павильона Убийц и в несколько движений обездвижил Юй Линя, а затем извлек из его тела червя.
— Тратить такого червя на Юй Линя — просто глупость, на наследном принце он будет куда уместнее.
Юй Линь осел на пол, в его глазах читалось полное отчаяние.
Мо Юньцин посмотрел на него с откровенным отвращением:
— Я оставлю тебе жизнь, чтобы ты собственными глазами увидел конец наследного принца. Когда придет время, я отправлю его составить тебе компанию.
Он приказал бросить Юй Линя в темницу под строгую охрану.
Кроме того, он собрал доказательства того, как за последние годы наследный принц губил невинных людей, угнетал простой народ, занимался вымогательством и брал взятки — с тем чтобы однажды передать их императору.
Все упоминания, касавшиеся Павильона Убийц, Мо Юньцин тщательно вымарал, чтобы не марать собственную репутацию.
Он также велел доверенным подчиненным распустить слухи о предательстве и двуличности Юй Линя, дабы смыть с себя любые подозрения.
Прежде никто ничего не замечал лишь потому, что Юй Линь прикрывался влиянием Павильона Убийц, помогая наследному принцу. Но без покровительства Павильона все преступления наследника рано или поздно выплывут наружу.
После этого Мо Юньцин начал разрабатывать план, как подбросить червя наследному принцу Шень Тану.
Узнав, что в ближайшие дни наследник собирается посетить большую соколиную охоту, он понял, что это идеальная возможность.
В день охоты Мо Юньцин переоделся стражником и затесался в свиту.
Во время привала принца он выждал подходящий момент и незаметно подбросил червя в винный кувшин наследника.
Ничего не подозревающий принц выпил вино с червем.
Мо Юньцин спокойно удалился, но перед уходом оставил фальшивые улики — чтобы в будущем причину смерти наследного принца списали исключительно на месть кого-то из сильных мира сего, пострадавших от его рук.
Дальнейшая судьба наследника его больше не волновала.
Вскоре после этого он начал тайком наблюдать за жизнью Шень Цзюньлиня.
Скрытно наблюдая за Шень Цзюньлинем, Мо Юньцин обнаружил, что этот третий принц лишь напускным образом беззаботен, а на самом деле обладает острым и проницательным умом.
В то же время Мо Юньцин готовился к отбору телохранителей в поместье третьего принца.
Через подчиненных он устроил себе безупречную легенду, в которой невозможно было найти изъян.
Самого же его забрали люди из поместья третьего принца, рыскавшие по окрестностям в поисках сирот, чтобы отобрать кандидатов в личные стражи.
Проникнув в поместье третьего принца для участия в отборе, Мо Юньцин благодаря собственным выдающимся навыкам и воспоминаниям прежнего владельца тела с легкостью преодолел все испытания.
Вскоре он официально стал телохранителем в поместье третьего принца.
При их первой встрече Шень Цзюньлинь сидел за столом и читал книгу, а Мо Юньцин с прямой осанкой и опущенной головой стоял неподалеку.
Шень Цзюньлинь отложил книгу, поднял голову и окинул его оценивающим взглядом — глубоким, мягким, но в то же время пытливым.
— Он раздумывал о происхождении этого новоявленного телохранителя: представленная подчиненными легенда выглядела безупречно, но интуиция подсказывала им, что это не настоящее прошлое нового стража...
Впрочем, в глубине души почему-то зародилось странное предчувствие, что этот человек не причинит ему вреда. [Уровень благосклонности: 30.]
— Как тебя зовут?
Голос прозвучал низко и приятно.
— Отвечая Вашему Высочеству, подчиненный зовется Мо Юньцинь.
Голос Мо Юньциня звучал ровно. Он слегка приподнял голову, и их взгляды на миг встретились.
Уголки губ Шень Цзюньлиня тронула легкая улыбка.
— Хорошее имя.
При этом он мысленно перебирал в памяти всех известных ему мастеров боевых искусств по фамилии Мо, но в ту же секунду ничего не вспомнил.
[Уровень благосклонности: +5, итого: 35.]
В последующие дни Мо Юньцин исправно и добросовестно выполнял обязанности телохранителя.
Шень Цзюньлинь же постепенно привык к этому молчаливому, но невероятно искусному в бою стражу и несколько ослабил бдительность.
Уровень благосклонности поднялся до 45.
Однажды, когда Шень Цзюньлинь находился вне поместья, на него совершили покушение. Мо Юньцин без малейших колебаний заслонил его собой, приняв на себя смертельный удар, и получил ранение.
Глядя на раненого Мо Юньциня, Шень Цзюньлинь почувствовал легкое волнение: хотя и раньше находились люди, готовые пострадать ради него, рана Мо Юньциня почему-то заставила его сердце сжаться от боли.Ночью Шэнь Цзюньли пришел в комнату Мо Юньцина навестить его.
Свечи покачивались, они молча смотрели друг на друга, а в воздухе разливалась какая-то неуловимая атмосфера.
В полумгле тусклого света черты лица Шэнь Цзюньли казались мягкими и размытыми.
Мо Юньцин, лежавший на кровати лицом вниз, заставлял его сердце трепетать от смутного зуда. Взгляд Шэнь Цзюньли был полон заботы, и он тихо произвел:
— На этот раз я многим обязан тебе.
Мо Юньцин посмотрел на него, и в его груди что-то дрогнуло:
— Защищать Вашего Высочество — долг вашего подчиненного.
Шэнь Цзюньли присел на край кровати, взял со стола мазь и стал бережно обрабатывать раны Мо Юньцина.
Ощущая тепло его кончиков пальцев, Мо Юньцин чувствовал, как его сердце начинает биться чаще помимо его воли.
Их взгляды встретились. Расстояние между ними было ничтожно малым, и атмосфера становилась все более двусмысленной.
В этот момент за окном внезапно раздалось стрекотание цикады. Мо Юньцин тут же насторожился и вскочил, Шэнь Цзюньли поднялся следом за ним.
Они молча подошли к окну, чтобы всё осмотреть, но не нашли ничего необычного.
Когда они вернулись в комнату, та нежная атмосфера уже рассеялась.
Шэнь Цзюньли слегка кашлянул:
— Как следует залечивай раны.
После этого он торопливо удалился.
Мо Юньцин проводил взглядом его спину, погрузившись в самые разные мысли.
А Шэнь Цзюньли, вернувшись в собственные покои, все продолжал и продолжал представлять в голове образ Мо Юньцина, и это странное чувство тихонько разливалось на самом дне его сердца.
Его показатель благосклонности тоже резко подскочил до шестидесяти.
Шло время, Мо Юньцина и Шэнь Цзюньли связывало все больше контактов, и парень понял, что Шэнь Цзюньли вовсе не такой праздный, каким кажется на первый взгляд — на самом деле у него были свои амбиции и твердые принципы.
Шэнь Цзюньли тоже заметил, что в Мо Юньцине таится множество секретов, но не стал их разоблачать, а напротив, проникся к нему еще большим доверием.
Он уже понял, что истинная сила Мо Юньцина идет ни в какое сравнение с возможностями его самого и его окружения; если бы Мо Юньцин замышлял против него недоброе, то расправился бы с ним уже давным-давно.
По мере укрепления доверия росла и благосклонность: непонятные чувства подняли уровень расположения Шэнь Цзюньли к Мо Юньцину до семидесяти пяти.
Тем временем у наследного принца Шэнь Тана стали проявляться последствия действия червей-гу, его физическое состояние ухудшалось с каждым днем, а в поместье наследника воцарился хаос.
Сам же Мо Юньцин продолжал оставаться в резиденции третьего принца под личиной тайного стража, выжидая удобного момента.
При дворе начали раздаваться голоса с требованием импичмента наследного принца. Мо Юньцин искусно слил собранные улики, и на какое-то время преступления наследника стали у всех на устах.
Император пришел в ярость и приказал провести тщательное расследование.
В один из дней Шэнь Цзюньли разбирал дела в своем кабинете.
Вдруг снаружи послышался шум и гам.
Слегка нахмурившись, он только поднялся с места, как в комнату стремительно вошел Мо Юньцин с мрачным выражением лица.
— Ваше Высочество, люди наследного принца явились сюда с претензиями, заявляют, что это вы плетете интриги за спиной, и привели с собой немало людей, которые бушуют у ворот поместья.
Шэнь Цзюньли холодно усмехнулся:
— А он суетится.
С этими словами он вместе с Мо Юньцином направился к выходу.
Добравшись до ворот, они увидели, что доверенное лицо наследного принца с напыщенным видом стоит там в окружении целой толпы.
— Третий принц, зачем вы оклеветали Его Высочество наследного принца?! — громко вопросил этот приближенный.
Шэнь Цзюньли сохранял полное спокойствие:
— Улики неоспоримы, о какой клевете речь?
Приближенный уже хотел было возразить, но Мо Юньцин шагнул вперед, и взгляд его был ледяным:
— Если ты посмеешь и дальше устраивать здесь балаган, не взыщи за мою грубость.
Приближенный глянул на Мо Юньцина и почувствовал легкую робость, но все же попытался держаться уверенно:
— Ты всего лишь ничтожный тайный страж, как смеешь мне угрожать?
Прежде чем Мо Юньцин успел ответить, Шэнь Цзюньли мягко опустил руку ему на плечо:
— Пока я здесь, гневаться не стоит.
В этот момент показатель благосклонности Шэнь Цзюньли к Мо Юньцину снова незаметно подрос, достигнув восьмидесяти.
Посмотрев на приближенного принца, он одарил того властным взглядом:
— Возвращайся к наследному принцу и передай: тот, кто творит много беззакония, неизбежно накликает на себя гибель.
Заметив такое, приближенный не осмелился сказать больше ни слова и со стыдом увел своих людей прочь.
Прошло всего несколько дней, как вина наследного принца была доказана. Разгневанный император выкорчевал партию приспешников наследника с корнем, благодаря чему авторитет Шэнь Цзюньли при дворе резко возрос.
Однако у великого дерева крона широкая — ветер сильнее дует; в тени вновь зашевелились новые силы.
Этой же ночью подчиненные Мо Юньцина оставили тайную весть:
«Глава, только что получили известие: некто назначил в павильоне убийц награду за голову нынешнего третьего принца. Беремся ли за заказ?»
Мо Юньцин решительно ответил отказом и одновременно приказал подчиненным выяснить личность заказчика. Получив донесение, он тут же направился в кабинет Шэнь Цзюньли.
— Ваше Высочество, в павильоне убийц назначили награду за вашу голову. Заказчик уже схвачен, как вы желаете с ним поступить?
Шэнь Цзюньли отложил кисть, прищурив глаза:
— Веди, я хочу взглянуть на этого человека.
В то же время в глубине души его росло любопытство к личности Мо Юньцина.
Кем же нужно быть в павильоне убийц, чтобы знать личность нанимателя
и даже иметь возможность выдать ее посторонним, не опасаясь при этом наказания?
Добравшись до места заключения, Шэнь Цзюньли посмотрел на дрожащего человека и холодно произнес:
— Говори, кто тебя подговорил?
Тот опустил голову, не смея смотреть в глаза Шэнь Цзюньли, и бормотал что-то невнятное, отказываясь говорить.
Мо Юньцин шагнул вперед и холодно бросил:
— Если ты не заговоришь, у нас найдется тысяча способов развязать тебе язык.
Человек задрожал всем телом и наконец выдал имя главного зачинщика — им оказался один из сановников при дворе, состоявший в давних дружеских отношениях с наследным принцем.
В глазах Шэнь Цзюньли мелькнул свирепый огонек:
— Смеют творить такое, судя по всему, им нужно преподать урок.
Мо Юньцин посмотрел на Шэнь Цзюньли твердым взглядом:
— Ваше Высочество, будьте спокойны, я с этим разберусь.
Шэнь Цзюньли повернулся к нему, а в его глазах читалось полное доверие. Уровень благосклонности поднялся еще на несколько пунктов, достигнув восьми55.
— Раз ты здесь, я, разумеется, спокоен.
Вернувшись в кабинет, Шэнь Цзюньли устало помассировал переносицу, и Мо Юньцин молча налил ему чашку чая, протянув его господину.
Шэнь Цзюньли принял чашку, сделал маленький глоток:
— Спасибо тебе, на этот раз выручил.
Мо Юньцин слегка опустил голову:
— Это прямой долг вашего подчиненного.
Однако на сердце у Шэнь Цзюньли разлилось какое-то особенное тепло.
В этот самый момент раздался настойчивый стук в дверь.
В этот самый момент раздался настойчивый стук в дверь. Мо Юньцин мгновенно заслонил собой Шэнь Цзюньли, настороженно глядя на вход.
Шэнь Цзюньли знаком велел ему сохранять спокойствие:
— Войдите.
Один из стражников торопливо вошел внутрь и опустился на одно колено:
— Ваше Высочество, тот сановник объединился с несколькими другими чиновниками и подал петицию в императорский совет, обвиняя вас в том, что уничтожение партии наследника было лишь предлогом для узурпации власти.
Лицо Шэнь Цзюньли помрачнело, а Мо Юньцин нахмурился:
— Ваше Высочество, с этим нельзя затягивать.
Шэнь Цзюньли немного подумал:
— Завтра на утреннем докладе я сам всему дам отпор.
Мо Юньцин с беспокойством посмотрел на него:
— Ваше Высочество, их много, боюсь, это опасно.
Шэнь Цзюньли похлопал его по плечу:
— Пока ты со мной, мне ничего не страшно.
Этой ночью Шэнь Цзюньли и Мо Юньцин обсуждали контрмеры до самого позднего часа.
Глядя на то, как Мо Юньцин сосредоточено анализирует обстановку, Шэнь Цзюньли почувствовал, как его благосклонность снова поползла вверх, достигнув девяноста.
В конце концов Шэнь Цзюньли решил сам попросить у императора титул удельного князя и отправиться в свои владения жить мирной праздной жизнью, а если представится возможность — попутешествовать по свету.
Шэнь Цзюньли думал про себя: что же касается борьбы за престол наследника, пусть за нее берется второй брат; если потребуется, он всегда сможет оказать ему содействие.
На следующее утро во время аудиенции Шэнь Цзюньли вышел из рядов чиновников и заявил императору о своем желании добровольно испросить княжеский титул и отправиться в удельные земли. При дворе поднялся невообразимый переполох: обвинявшие его сановники никак не ожидали от него такого хода и какое-то время просто не знали, как реагировать.
Император тоже выглядел несколько удивленным, но, поразмыслив долгое время, в конце концов удовлетворил его просьбу.
После окончания аудиенции Мо Юньцин шел рядом с Шэнь Цзюньли:
— Ваше Высочество, вы действительно решили уехать в удел?
Шэнь Цзюньли кивнул:
— При дворе слишком много смут, уехать в удел — тоже неплохо.
Мо Юньцин помолчал немного:
— Ваше Высочество, куда бы вы ни направились, я пойду следом за вами.
На сердце у Шэнь Цзюньли потеплело. Он посмотрел на Мо Юньцина, и уровень благосклонности достиг своего абсолютного предела.
Вскоре Шэнь Цзюньли вместе с Мо Юньцином и прочими верными людьми отправился в путь к своему уделу. В дороге они ехали плечом к плечу, любуясь пейзажами за окном: Шэнь Цзюньли смотрел на красоты вокруг, а Мо Юньцин — на Шэнь Цзюньли.
Внезапно Шэнь Цзюньли повернул голову и с беспомощной улыбкой посмотрел на него:
— На что это ты уставился?
— Отвечаю Вашему Высочеству: смотрю на Ваше Высочество.
С совершенно невозмутимым видом ответил Мо Юньцин.
— Теперь, когда мы покинули столицу, перестань звать меня Вашим Высочеством за ее пределами.
Шэнь Цзюньли на миг опешил, встретившись с палящим и искренним взглядом Мо Юньцина, и ответил.
— Хорошо, молодой господин.
Шэнь Цзюньли собирался было спросить что-то еще, но в конце концов так и не решился озвучить вопрос.
Они молча смотрели друг на друга до самого прибытия в новое жилище в уделе.
По иронии судьбы это богатое и прекрасное удельное владение как раз и являлось главным штабом павильона убийц.
Они добрались сюда тихо и незаметно, не привлекая местных чиновников и не устраивая торжественных встреч с пирами. Управленцы в этих краях поддерживали порядок довольно неплохо, здесь не было царивших вдали от императорского взора поборов и притеснений.
Расположившись в особняке, они разобрались с лазутчиками, засланными в усадьбу другими силами. Тех же, что крутились снаружи, трогать не стали — в конце концов, врагам нужно было дать повод вздохнуть спокойно.
Все дела внутри поместья также были приведены в порядок.
http://bllate.org/book/22555/2383209
Готово:
