В кабинете директора было тепло и светло, воздух был пропитан ароматом старых книг и пергамента. Феникс Фоукс на своем насесте чистил перья, время от времени издавая мелодичные трели. Портреты бывших директоров на стенах с нескрываемым любопытством взирали на толпу студентов, заполнившую комнату до отказа. Профессор Макгонагалл привела целую ораву присмиревших «львят»; пришлось даже применить заклинание расширения пространства, чтобы все смогли войти. Альбус Дамблдор сидел за своим массивным столом. Его голубые глаза за очками-половинками лучились мягким светом, а длинная серебристо-белая борода чуть подрагивала, когда он добродушно улыбался.
— Минерва, и вы, дорогие дети, — голос Дамблдора звучал густо и тепло, почти медово; казалось, он совершенно не замечает витающего в воздухе напряжения. — Похоже, сегодня в коридорах Хогвартса было на редкость оживленно? Хотите по лимонному шербету? Или, может, тараканьих гроздьев? — Он с улыбкой пододвинул к ребятам вазочку со сладостями.
Цзян Фэнъюэ мог поклясться, что заметил, как профессор Макгонагалл метнула в директора испепеляющий взгляд.
— Альбус, в коридоре произошел возмутительный инцидент! Такого массового столкновения факультетов я не видела с тех пор, как сама была ученицей. Здесь все участники.
— О, дети, это не очень хорошо, — Дамблдор подмигнул. — Итак, кто из вас расскажет мне, почему обычный коридор внезапно превратился в финал Чемпионата мира по квиддичу?
Студенты тут же заговорили все разом, превращая кабинет в подобие птичьего базара.
— Тишина! — прикрикнула Макгонагалл. — Говорите по очереди!
Джеймс заговорил первым:
— Директор! Это все Малфой! Он напал на меня и Сириуса! А еще он подбил весь Слизерин угрожать нам!
Сириус, морщась от боли, подхватил:
— Точно. Малфой просто псих.
Остальные гриффиндорцы загалдели:
— Малфой первый собрал своих! Мы только поэтому и начали!
Снегг коротко и презрительно усмехнулся. Этот молчаливый мальчик впервые заговорил при таком скоплении людей, вскинув голову и цедя слова с горькой иронией:
— Поттер и Блэк напали на меня первыми. Я просто шел по коридору, когда они набросились на меня с боевыми заклятиями. Староста Малфой лишь защищал меня, из-за этого и начался конфликт.
Лили кивнула, подтверждая его слова:
— Да, это Поттер и Блэк начали первыми. Я свидетель.
— Лили! — выкрикнул Джеймс с обидой в голосе. Ему явно было больно слышать это от неё. — Как ты можешь защищать этого Нюни… Снегга!
— Я защищаю только тех, кто ни в чем не виноват, — отрезала Лили.
Дамблдор посмотрел на Снегга, затем на Лили, после чего вытянул шею, чтобы взглянуть на раскрасневшегося Джеймса, и тихо рассмеялся.
— Что ж, предыстория ясна. Мистер Малфой-младший, вам есть что добавить?
— Я лишь исправил ошибку, — спокойно ответил Цзян Фэнъюэ.
— А как же остальные слизеринцы? Почему их здесь нет?
— Они не использовали атакующих заклинаний. Они лишь выставили щиты, чтобы защитить товарищей. Вся ответственность за это противостояние лежит исключительно на мне, — сказал Цзян Фэнъюэ.
Гриффиндорцы недовольно заворчали, но возразить не смогли: он говорил правду – атаковал их один Малфой.
— И на мне тоже, — тихо добавил Снегг. — Всё началось из-за меня.
— Ну что же, дети, — голос Дамблдора звучал негромко, но в нем была сила, мгновенно успокоившая всех присутствующих. — Минерва, спасибо, что привела их. Даже Фоукс, кажется, удивлен сегодняшней энергичностью учеников. — Феникс отозвался негромким клекотом.
Макгонагалл оставалась непреклонной:
— Альбус, факты налицо. Поттер и Блэк использовали боевую магию в коридоре с явным намерением унизить и причинить вред. Мистер Малфой-младший… — она глянула на него, — ответил мощными невербальными и беспалочковыми чарами и собрал вокруг себя весь факультет, спровоцировав открытую вражду. Виноваты обе стороны, и все должны понести заслуженное наказание.
Дамблдор задумчиво кивнул и снова перевел взгляд на Цзян Фэнъюэ:
— Беспалочковая и невербальная магия… Идеальное исполнение. А также щиты, выдерживающие напор стольких противников. Ваши магические способности поразительны для ученика, мистер Малфой-младший. Они превосходят уровень некоторых профессоров.
— У меня до сих пор всё тело ноет, он меня чуть не убил, — буркнул Сириус.
— Уверен, лечение пойдет вам на пользу, мистер Блэк, но «намерения» и «результаты», — это разные вещи, — глаза Дамблдора блеснули. — Мистер Малфой-младший использовал в основном обезоруживающие и связывающие чары, не несущие серьезных разрушений. Думаю, вы сохраняли самообладание, не так ли?
Цзян Фэнъюэ наконец встретился взглядом с глубокими, мудрыми глазами Дамблдора. — Я лишь хотел остановить их и защитить слизеринцев, господин директор. Дамблдор улыбнулся. Он повернулся к остальным, и в его голосе зазвучала властность, не допускающая возражений:
— Итак, подведем итог. Мистер Поттер и мистер Блэк, вы первыми напали на товарища с целью публичного унижения. А затем гриффиндорцы массово атаковали мистера Малфоя. Гриффиндор теряет сто очков. Мистер Поттер и мистер Блэк в течение месяца будут помогать мистеру Филчу с уборкой замка по вечерам, а также должны принести официальные письменные извинения мистеру Снеггу. Надеюсь увидеть их завтра. — Он обернулся к остальным гриффиндорцам:
— Остальные участники назначаются на трехдневную отработку у профессора Стебль в теплицах.
— Что касается мистера Малфоя-младшего: хотя ваши действия были вызваны необходимостью, масштаб вашего вмешательства и привлечение всего факультета привели к хаосу. Слизерин теряет двадцать очков. Вам назначается неделя отработок: вы будете приводить в порядок зал наград. — Дамблдор пристально посмотрел на него.
— И наконец, я надеюсь, что сегодняшний день станет для всех вас уроком, — голос директора стал серьезным. — Хогвартс – не место для сведения личных счетов. Соперничество между факультетами должно быть честным и дружеским. Любые формы травли, насилия и унижения недопустимы!
Студенты согласно закивали. Профессор Макгонагалл сухо хмыкнула, обводя всех строгим взглядом.
— Всё ясно? С сегодняшнего дня все приступают к отработкам. Ступайте к своим преподавателям.
«Львята» гурьбой высыпали из кабинета. Лили помедлила, глядя вслед уходящим Джеймсу и Сириусу, помахала на прощание Снеггу и тоже ушла.
Цзян Фэнъюэ выходил последним. Перед тем как закрыть дверь, он оглянулся на Дамблдора, и старик снова подмигнул ему. Снегг ждал его у входа. Мальчик выглядел крайне виноватым и не смел поднять глаз. Цзян Фэнъюэ подбодрил его, велел возвращаться и сказать остальным, что всё в порядке, а сам в одиночестве направился в зал наград. В лучах света здесь отчетливо кружилась вековая пыль. Цзян Фэнъюэ спокойно намочил тряпку и принялся протирать кубки и витрины, тщательно вычищая щеткой грязь из старинной чеканки. На лбу выступили капельки пота. Он перевязал платиновые волосы лентой на затылке, оставив лишь пару прядей у лица. Почти закончив уборку, он наткнулся на ту самую «Награду за особые заслуги перед школой». Тщательно стерев с неё пыль, Цзян Фэнъюэ долго всматривался в выгравированное имя, после чего аккуратно поставил кубок повыше. Когда последняя витрина засияла чистотой, он наконец разогнулся. От долгой работы спина затекла, а в мышцах появилась тянущая боль. Осмотревшись, он вымыл тряпки и щетки, аккуратно отжал их, положил на место и покинул зал. В подземелья он вернулся уже глубокой ночью. Устало толкнув дверь спальни старосты, он с удивлением заметил, что магические светильники горят. Цзян Фэнъюэ устало моргнул и увидел Темного Лорда, которого не встречал уже несколько дней. Тот сидел в кресле у окна, а рядом на столике дымился чай, подогреваемый чарами. У ног хозяина спала Нагайна, но, услышав шум, она тут же вскинула голову. Мужчина грациозно скрестил ноги; его бледные пальцы небрежно перевернули страницу книги. И алые глаза обратились прямо на него.
http://bllate.org/book/22548/2440864
Готово:
