Цюань Янь находился уже в нескольких секторах от Кату. Ему оставалось лететь еще около семи дней, чтобы покинуть территорию зергов.
Когда раздался звонок от Эльхандры, он немало удивился. Чтобы отец-самец сам вышел с ним на связь? Да еще и по голографической видеосвязи? Это было нечто из ряда вон.
Теряясь в догадках, он всё же ответил. И первое, что он увидел — заплаканное, красное от слез личико Виана, сидевшего на руках у Эльхандры.
Малыш, который провожал его с милой улыбкой, жмуря глазки и махая ручкой на прощание, сейчас выглядел воплощением вселенской скорби. Его лазурные глаза были полны слез, намокшие реснички жалобно слиплись, а пухлые младенческие щечки мелко дрожали от всхлипов. Зрелище было до боли жалким.
В груди Цюань Яня мгновенно вспыхнул гнев, смешанный с острой болью, и его всегда мягкое, безмятежное лицо на миг исказилось.
Его темно-зеленые глаза потемнели и стали холодными, как промерзшее до дна озеро.
Стараясь изо всех сил взять себя в руки, он смягчил голос:
— Что случилось? Почему мой маленький братик плачет?
Услышав голос брата, Виан, всё еще роняя слезы, поднял голову. Убедившись, что это действительно он, малыш тут же рванулся из объятий отца и бросился вперед.
Естественно, он пролетел сквозь голограмму и едва не упал.
Эльхандра вовремя поймал его. Виан удивленно заморгал и растерянно уставился на брата. Его заплаканный мозг соображал туго, и лишь спустя пару секунд он понял: этот брат — ненастоящий. Он точно такой же, как раньше другой брат — его видно, но нельзя потрогать.
От этой мысли слезы полились с новой силой. Обиженному Виану сейчас как никогда хотелось, чтобы все его родные были рядом.
Он снова забрался на руки к отцу и, словно вспомнив о самом важном, поспешно достал сломанный деревянный клинок, чтобы показать брату:
— Блат~ клиноцек цломался~
Глядя на этот несчастный комочек, Цюань Янь почувствовал, как у него щемит сердце.
— Ничего страшного. Сломался — и ладно. Брат купит тебе новый. Куплю много-много таких же, хорошо?
— Угу, — кивнул Виан, с тоской глядя на сломанную игрушку в своих руках. — Это блатик купил~ цломался~ как залко~
Это же был его самый любимый подарок от брата!
Неужели малыш так убивается только потому, что сломалась именно его подаренная игрушка?
Осознав это, Цюань Янь почувствовал, как его сердце окончательно превращается в лужицу. От первоначальной ярости не осталось и следа.
— Брат попросит кое-кого его починить. Обещаю, будет как новенький, ты даже не заметишь, что он ломался.
Глаза Виана мгновенно вспыхнули надеждой:
— Плавда мозьно поцинить?~
— Правда.
Слепо доверяя брату, Виан прижал к груди сломанный клинок и радостно сощурился:
— Блатик самый холоший~
Цюань Янь невольно рассмеялся, полностью игнорируя сидящего рядом Эльхандру, который бросал на него холодные, полные ревности взгляды.
— Тогда Виан больше не будет плакать, хорошо? Когда брат видит, как Виан плачет, ему становится очень грустно.
Виан смущенно зарылся личиком в грудь отца-самца. Потеревшись как следует, чтобы вытереть все слезы, он поднял голову. Быстро-быстро замотав головой и стреляя по сторонам виноватым взглядом, он пискнул:
— Виан не плакал~
Ого, да этот кроха уже заботится о своей репутации!
Все присутствующие самцы изо всех сил кусали губы, чтобы не рассмеяться. Они боялись, что если они сейчас засмеются, этот слезливый комочек, которого они только что с таким трудом успокоили, снова разревется.
Шан Ин просто подошел и зажал рот Шан Ю, который уже открыл было рот, чтобы разоблачить врунишку.
“Этого паршивца по возвращении домой ждет хорошая взбучка. Совсем разбаловали ребенка!”
Утешенный братом, Виан смирно сидел на руках у отца, но всё равно выглядел вялым и совершенно не хотел идти играть с Лочуанем и остальными.
Глядя на него, Эльхандра только вздыхал, потирая виски. Вся эта затея с выходом в свет пошла прахом. Малыш не только не завел друзей, но и, возможно, получил душевную травму, из-за которой в будущем вообще откажется с кем-либо общаться.
Его Виан и так был слишком тихим и послушным, а ему хотелось, чтобы малыш рос живым и непоседливым.
Цюань Чу, закончив свои дела, всё время думал о маленьком Виане. Поколебавшись, он всё же решил последовать зову сердца и поднялся к ним. Первое, что он увидел — это поникший Виан на руках у Эльхандры.
Едва заметив его, Виан тут же сполз с колен отца и бросился к нему:
— Папа~
Цюань Чу поздоровался с друзьями своего Господина, а затем опустился на колено и подхватил прильнувшего к его ноге малыша:
— Ты расстроен.
Он внимательно посмотрел на лицо Виана и выдал безошибочный вердикт.
Виан поднял сломанный деревянный клинок и снова пожаловался:
— Клиноцек цломался~
Цюань Чу взял деревяшку и осмотрел ее. На удивление хрупкая безделушка. Если бы Виан не берег ее как зеницу ока, в руках других она бы и дня не прожила.
“Плакать из-за такой ерунды? Слишком уж он нежный”, — подумал Цюань Чу и уже собирался прочитать малышу небольшую нотацию, как вдруг встретился с полным обиды и надежды взглядом этих огромных лазурных глаз.
Он немного помедлил, а затем легонько похлопал малыша по крошечной спинке, которая была немногим больше его ладони:
— Папа купит тебе новый.
Ладно, он еще маленький. Вырастет — тогда и поговорим.
Эльхандра, немного подумав, решил вызвать Цюань Фаня прямо с занятий, чтобы тот помог Виану наладить отношения с другими детьми.
Тем временем Цюань Янь, перед которым сгорающий от ревности отец-самец бесцеремонно оборвал связь, набрал номер Жуань Хэ и поручил ему срочно отправиться в комплекс «Ветреная гора», забрать сломанный клинок и починить его. Причем так, чтобы был как новый.
Услышав это, Жуань Хэ лишился дара речи, но, купившись на обещание коллекционного алкоголя, обреченно поплелся в комплекс «Ветреная гора»
Приехав и увидев огромные, полные надежды глаза малыша-самца, Жуань Хэ мгновенно забыл обо всех своих недовольствах. Он расплылся в улыбке и поклялся, что починит всё в лучшем виде.
И ушел оттуда с легкой, парящей походкой, купаясь в лучах восхищенного взгляда Виана.
“Да уж, малышам-самцам много не надо. Починил какую-то деревяшку, а он смотрит на тебя как на божество. От такого и впрямь можно голову потерять!”
Цюань Фань, которого сорвали с уроков в детском саду, невозмутимо собрал свои вещи и поехал вместе с присланным за ним самкой.
И только когда он приехал и увидел расстроенного Виана, он понял причину столь срочного вызова.
Четырехлетний Цюань Фань, спросив разрешения у Цюань Чу, взял Виана на руки и понес его в детскую зону.
Всё это время Виан послушно обнимал его за шею здоровой ручкой, а когда они сели, захлопал своими блестящими от слез глазками и спросил:
— Блатик, ты как тут оцутилця?~
Цюань Фань посмотрел на него и поправил ему воротничок:
— Приехал составить тебе компанию. Ты что, плакал?
Виан покосился в сторону Шан Ю и смущенно пробормотал:
— Он обижал Виана, но Виан не плакал~
Цюань Фань проследил за его взглядом и увидел самца лет двух. В глубине души он посетовал:” Была бы это самка — я бы уже набил ему морду.”
Погладив Виана по голове, он ровным голосом произнес:
— Он самец. Я не смогу побить его за тебя.
Если самка посмеет поднять руку на самца, это клеймо останется с ним на всю жизнь, разрушив его будущее и карьеру.
Виан покачал головой и уже открыл было рот, чтобы ответить, как вдруг Шан Ю, подслушивавший их разговор, выскочил вперед и упер руки в бока:
— Вранье! Я тебя не обижал! Я просто хотел поиграть, а твоя игрушка оказалась хлипкой. И вообще, ты плакал!
Виан, даже не дослушав его, резко вскочил и заслонил собой Цюань Фаня, раскинув здоровую ручку в стороны, словно защищая брата.
Услышав только последнюю фразу и поняв, что его разоблачили, Виан покраснел и сердито зыркнул на Шан Ю:
— Не смей обижать моего блатика~
Шан Ю, которому с первой секунды понравился Виан и который отчаянно хотел с ним подружиться, от возмущения запрыгал на месте:
— Кто тут обижает твоего брата?! Он самка, я на него даже смотреть не хочу! Зачем мне его обижать?!
Виан задрал носик, и его личико озарилось гордостью:
— Хм! Мой блатик самый холоший~
— Ну хороший, и что мне с того? — искренне не понял Шан Ю.
Желание похвастаться братом накрыло Виана с головой, и он уже не мог остановиться. Выпятив грудку, он с торжествующим видом выдал:
— У Виана ецть блатик, а у тебя нету~
Повисла тишина...
Шан Ю перевел взгляд с Виана на стоящего позади него Цюань Фаня, резко развернулся и убежал.
Через пару минут он примчался обратно, задыхаясь от бега, и, волоча за собой Шан Яня, поставил его прямо перед Вианом:
— Отец-самец сказал, что он — мой брат!
Избалованный с самого рождения Шан Ю даже не подозревал, что Шан Янь — его родной брат, потому что никто и никогда не утруждал себя тем, чтобы объяснить ему это. Только когда Виан похвастался братом, Шан Ю побежал к отцу выяснять, почему он обделен.
Шан Янь был поражен. Он никак не ожидал, что этот заносчивый самец притащит его сюда только для того, чтобы назвать братом!
Виан внимательно оглядел Шан Яня и выдал:
— Мой блатик выше твоего блатика~
Шан Ю сравнил их рост. Прикинув в уме, он понял, что Виан говорит правду, и тут же недовольно уставился на брата:
— Почему ты такой низкий?!
Шан Янь опустил голову и тихо ответил:
— Я младше его.
Получив ответ, Шан Ю упер руки в бока и с вызовом заявил:
— Мой брат всё равно вырастет выше твоего!
— Влуниска! Мой блатик будет самым выцоким~ — Виан смешно сморщил нос, не собираясь сдавать позиции.
— Мой брат всё равно перерастет твоего!
— А мой блатик лучший уценик в детцком саду~ — Виан, вспомнив еще одно достоинство Цюань Фаня, тоже упер руки в бока.
Не зная, первый ли ученик Шан Янь, Шан Ю тут же повернулся к нему за подтверждением.
Шан Янь покачал головой — на последних экзаменах он заболел и сдал их не очень хорошо.
Шан Ю брезгливо поморщился, но, не желая уступать, закричал во всё горло:
— В следующий раз мой брат точно будет первым!
Привлеченные их криками, Эльхандра и остальные подошли поближе. С бокалами в руках они с нескрываемым интересом наблюдали за этой сценой.
Такого уровня «конфликта» не видели даже эти умудренные жизнью зерги. Это больше походило на то, как два пушистых комочка по очереди щекочут друг друга.
Даже Цюань Чу, повидавший немало, стоял в изумлении. В мире самок любой спор решался кровавой дракой, даже если спорщикам было от роду пара дней.
Виан не остался в долгу и тоже повысил свой молочный голосок:
— Мой блатик будет цитать мне книзки на луцках~
— Мой брат тоже будет читать мне книжки!
— А мой блатик уцит меня буквам, собилает со мной флукты, покупает конфеты и иглает в иглуцки~
Ничего из этого Шан Ю со своим братом никогда не делал. Он сжал кулаки и в отчаянии выкрикнул:
— Мой брат тоже всё это будет делать!
Пока малыши ругались, Цюань Фань не отрывал глаз от хрупкой спинки Виана. Он смотрел не моргая и сам не понимал, почему не может отвести взгляд.
Иногда он переводил глаза на Шан Яня и замечал в его взгляде жгучую зависть.
“Он завидует мне?”
Цюань Фань не понимал. Чему тут завидовать?
Он снова посмотрел на эту крошечную спинку. В голове раз за разом прокручивался момент, когда Виан, увидев приближающегося Шан Ю, вскочил и заслонил его собой.
Тем временем Виан, продолжая спор, вдруг посмотрел на Шан Ю с искренней жалостью. Бедняжка, его брат с ним совсем не играет! Как его жаль.
Взбешенный этим сочувственным взглядом, Шан Ю в бессильной ярости топнул ногой и убежал.
Одержав свою первую в жизни победу в словесном поединке, Виан развернулся и втиснулся в объятия Цюань Фаня. Встретившись с его взглядом, он счастливо рассмеялся, обнажив два молочных зубика.
Цюань Фань невольно погладил его по щеке.
Внезапно он осознал: а ведь иметь братика-самца — это действительно здорово!
………………
Узнав, что Виан рыдал из-за сломанного клинка, старший брат отца, Эльхан Цзанши, отложил все дела. Сидя в своем кабинете с невероятно суровым и внушительным видом, он принялся скупать в звездной сети все игрушечные клинки всевозможных цветов и форм, отправляя их на Кату, в поместье Эльхан.
Цюань Цы же, едва услышав эту новость, встал и направился к горе позади академии.
Если ему не изменяет память, там росла рощица железного дерева — идеального материала для клинка, который невозможно сломать.
Чу Юань и Цзянь Фэн, застав Цюань Цы за вырезанием клинка, не на шутку удивились. Но, узнав, что это подарок для маленького самца, тут же взяли ножи и присоединились.
День спустя в поместье Эльхан Виан, сидящий посреди горы игрушечных клинков, круглыми глазами смотрел на это великолепие:
— Отец~ клиноцки~ как много клиноцков~
Эльхандра поднял его на руки:
— Это подарки от твоего папы, дяди и братьев. Но моих, конечно же, больше всего. Доволен?
Виан звонко чмокнул его в щеку и просиял:
— Доволен!
— Тогда обещай, что не будешь плакать, когда мы пойдем снимать швы. — Эльхандра осторожно погладил его больную ручку, всё еще с ужасом вспоминая тот фонтан слез.
Его маленький Виан был идеален всем, кроме одного — он слишком любил поплакать. Эти слезы стали для Эльхандры настоящим кошмаром.
— Будет бо-бо? — наклонив головку, спросил малыш.
— Совсем чуть-чуть.
Доктор Цяо Сун предупредил, что обезболивающие конфеты — это всё-таки лекарство, и давать их слабому организму Виана слишком часто нельзя. А поскольку Эльхандра был не в силах выносить его слезы, ему оставалось только надеяться на чудо.
Услышав, что будет не больно, Виан погладил нахмуренные брови отца:
— Виан не будет плакать, Виан цильный~
— Прибыла посылка от молодого господина Цюань Цы для маленького господина, — доложил подошедший дворецкий.
Заметив, с каким любопытством Виан смотрит на посылку, Эльхандра мягко предложил:
— Давай сначала откроем, а потом пойдем к доктору Цяо, идет?
Виан быстро-быстро закивал:
— Идет!
Внутри, как и ожидалось, оказался деревянный клинок. Но, в отличие от остальных, он был абсолютно черным, с белоснежной рукоятью. Тонкие белые нити спускались от рукояти к лезвию, сплетаясь в замысловатый, мистический узор.
Это была точная копия клинка, который Цюань Цы видел у того полупрозрачного Виана в своем общежитии.
При виде этого клинка Виан надолго замер. Его сердечко бешено застучало. Где-то в самых глубоких недрах его сущности точно такой же клинок, до этого бывший лишь призрачной тенью, начал стремительно вращаться. И только когда Виан прижал игрушку к груди, это странное чувство связи отпустило его.
Обнимая клинок, он поднял на отца сияющие глаза:
— Нлавится~ клиноцек нлавится~
— Ну, тогда идем снимать швы?
— Идем~
Обещавший не плакать Виан в итоге вышел из кабинета врача, заливаясь горючими слезами. Ему было так стыдно, что он закрыл лицо здоровой ручкой:
— Отец, не цмотли~
Эльхандре, чье сердце разрывалось от этого плача, не оставалось ничего, кроме как усмехнуться:
— Уже поздно. Я запомнил, как ты плакал, во всех подробностях. Я даже записал это на видео и отправил твоим братьям и папе.
Пусть все страдают. Разделенная боль переносится легче.
Более того, Эльхандра планировал надежно сохранить эту запись, чтобы, когда Виан вырастет, заставить его смотреть ее со всех возможных ракурсов.
http://bllate.org/book/22482/2625610
