Она сжала в кулаках простынь больничной койки, тихонько вскрикнула от боли, а её тело слегка задрожало, напоминая раненого оленёнка — отчего у волка возникло непреодолимое желание её проглотить.
Хань Е глубоко вздохнул, заставляя себя не обращать внимания на её нежный голосок, и устремил взгляд на её окровавленную рану.
Однако они сидели так близко, что он смутно уловил исходящий от неё фруктовый аромат…
— Ах…!
— Ещё пискнешь — и я тебя съем!
— Что? Мм…!
Нежный приглушённый стон затуманил его рассудок, и Хань Е резким движением прижал Цянь Инсинь к постели.
Его рука, обрабатывавшая рану на голени, скользнула на нежное бедро, и мягкое, словно шёлк, ощущение заставило его прищуриться.
Цянь Инсинь покраснела, её сердце от его прикосновений забилось ещё быстрее. Где… где это эта паршивая вонючка лапает?!
— Эй… чёрт побери! У меня бедро не ранено!
Её слова заставили его прийти в себя, и только тогда он понял, что его рука всё ещё блуждает по её бедру…
Чёрт… что он творит?!
— Я же говорил: не ори.
Глубоко вздохнув и мысленно выругавшись, Хань Е посмотрел на прижатую к постели Цянь Инсинь и холодно предостерёг:
— Но ведь больно!
— Сама виновата, кто просил тебя рисковать жизнью ради какой-то собаки?!
— Но это же живое существо!
Такой милый А Цю, как она могла позволить ему пострадать?!
— А твоя собственная жизнь — не жизнь?!
Эта женщина… она тупая или просто наивная?! Разве можно сравнивать её жизнь с животным?!
— Я… больше так не буду… Не злись, м?
Оказывается, сердце этого мужчины всё-таки было очень тёплым — он даже переживал за её безопасность и злился из-за её безрассудства…
— Я… не злюсь.
Внезапно осознав, как сильно колеблется его настроение, Хань Е снова мысленно выругался, напустил на себя суровый вид и вернул прежнее ледяное и надменное выражение лица.
— Хи-хи, спасибо!
Заразившись её сияющей улыбкой, Хань Е чуть смягчился, и даже самый потаенный уголок его сердца потеплел…
— Бах…!!
— Инсинь!!
Внезапно, под звуки с грохотом распахнутой двери, на пороге медкабинета раздался встревоженный и испуганный голос.
— Юй Чэньи?
— Ты… в порядке?!
Одним махом преодолев расстояние до неё, он принялся с ног до головы осматривать её, словно смертельно боясь, что она где-то пострадала.
— Ты почему здесь?
— Я услышал от Жолинь, что ты попала в аварию, и ты…
— Да меня не сбивали! Просто пару раз кувыркнулась на земле!
Видя перепуганное и взволнованное лицо Юй Чэньи, Цянь Инсинь почувствовала тепло на душе и мягко улыбнулась, чтобы успокоить его панику.
— Кхм-кхм.
Эта проклятая парочка совершенно про него забыла!
Прерванный покашливанием Хань Е, Юй Чэньи наконец вспомнил, что именно Хань Е привёл её сюда.
— Спасибо, что позаботился о моей женщине.
Моей… женщине…?!
— Спасибо, что позаботился о моей женщине.
Моей… женщине…?!
Цянь Инсинь тут же потрясённо замерла, а лицо Хань Е стало ещё более ледяным и мрачным.
— Заботиться о ней — моя обязанность.
Он — её жених, и спасти её было его долгом. Разве чужие люди должны говорить ему спасибо?
— Ха, обязанность? С какой стати?
Холодная усмешка не оставляла сомнений в его насмешке и сарказме, а глубокие чёрные глаза мгновенно заволокло непривычным холодом.
— Я её…
В тот момент, когда Хань Е собирался выпалить я же её жених, он вдруг запнулся, ошеломлённо задавшись вопросом, что он вообще творит.
Он сошёл с ума? Зачем ему понадобилось произносить эти слова? Правду о том, что он её жених, нельзя ей раскрывать!
К чему этот порыв?..
— Её кто?
Глаза Юй Чэньи сузились, во взгляде промелькнуло убийственное намерение, и он холодно повторил слова Хань Е, требуя ответа.
— Её классный руководитель.
Подавив внутренний порыв и напомнив себе, что говорить нельзя, Хань Е бросил фразу про классного руководителя, от которой всё сразу встало на свои места.
— Какая ответственность.
Неужели он принёс её в медкабинет и лично обрабатывал ей раны только потому, что он её классный руководитель?
Он что, знаком с ним первый день, чтобы в это поверить?
— Только сейчас дошло?
Уловив сарказм в голосе Юй Чэньи, Хань Е холодно усмехнулся в ответ:
— Я в этом сомневался.
Будь у него хоть капля ответственности, он бы тогда не…!
— Раз уж пришёл тв-о-й м-у-ж-ж-и-к, я откланиваюсь.
Бросив на Цянь Инсинь лишённый всяких чувств взгляд, он метнул косой взор на помрачневшего Юй Чэньи и зашагал прочь…
Цянь Инсинь посмотрела вслед удаляющемуся Хань Е, перевела взгляд на Юй Чэньи и невольно задумалась…
Неужели между ними… когда-то была вражда?
И из-за чего эта ненависть?.. Или, может быть, из-за кого-то?..
— Чэньи…
— Инсинь, ты точно в порядке?
Услышав полный беспокойства голос Цянь Инсинь, Юй Чэньи тут же вынырнул из пучины гнева.
— Правда в порядке!
— Дай-ка я на тебя посмотрю.
Тревожно сжав хрупкие плечи Цянь Инсинь, он окинул её взглядом с макушки до пят, страшно боясь пропустить какую-нибудь скрытую рану.
— Ай! Ой…!
— Больно?
— Мм… плечо немного ссадило…
Виновато глядя на скривившуюся от боли Цянь Инсинь, Юй Чэньи смотрел уже не с привычным спокойствием, а с примесью вины и сердечной боли, заставив Цянь Инсинь мгновенно забыть обо всех ушибах.
— Прости, во всём моя вина.
Если бы он тогда не поцеловал её, она бы не бросилась бежать сломя голову, а значит, не встретила бы А Цю и не пострадала бы…
Пусть А Цю и был его любимым питомцем, но она — любимая женщина!
Он бы предпочёл, чтобы пострадал А Цю, лишь бы не видеть её всю в ранах!
— Чэньи…
Да как это может быть его виной! Это она бросилась бежать, не думая о последствиях… Это она сама виновата!
— Когда я услышал, что ты попала в аварию, моё сердце чуть не остановилось!
Юй Чэньи заключил её в объятия, прижимая к себе так крепко, словно чего-то боялся, и в этом жесте было столько хрупкости, что замирало сердце.
Чэньи…
Его тело в его объятиях едва заметно дрожало, он… боялся, что с ней что-то случится…!
— Вообще-то…
Вообще-то он задел её рану, от резкой боли заныло всё тело, но… она не могла этого сказать.
— Мм?
— Я правда в порядке.
Проехали, его объятия были слишком теплыми, чтобы заставлять её оттолкнуть его… Его нежность была слишком пленительной, чтобы ей сопротивляться…
Боль не имеет значения. Его редкая забота и нежность заставляли её желать, чтобы это мгновение длилось вечно!
— Инсинь.
— Инсинь.
— Мм.
Наслаждаясь бешеным стуком его сердца, Цянь Инсинь блаженно прижалась к его груди.
— Больше не калечься.
— Угу, больше никогда. Прости, что заставила тебя волноваться!
Она и не думала, что он будет так сильно переживать за неё. Значит, он… дорожит ею?
От одной только мысли об этом ей становилось так хорошо, будто она могла трижды облететь вокруг земного шара.
— Инсинь.
— Мм.
— Ты мне нравишься.
— Мм… мм…м-м-м?!!
Сначала она сонно промычала в ответ, но, сообразив, что именно он только что сказал, вытаращила глаза пуговицами и недоверчиво подняла на него взгляд. Подумав сначала, что он шутит, она тут же осеклась, заметив его серьезное и сосредоточенное лицо…
Чэньи… она ему нравится?..
Да как такое возможно!
— Чего?!
— Не заставляй меня повторяться.
Он так и знал, что на его признание эта женщина отреагирует именно так. Разве стоит так удивляться тому, что она ему нравится?
— Ты… я… я тебе нравлюсь…?!
— Угу.
Отвернув голову и выглядя при этом жутко неестественно, он кивнул. Цянь Инсинь с забавным удивлением заметила, что уши её парня покраснели.
Оказывается, этот парень вовсе не каменный, просто за него краснеют его уши!
— Правда?
— Эй!
Вернув себе образ ледяного принца, Юй Чэньи с лёгким неудовольствием уставился на Цянь Инсинь, которая всё ещё не верила в его искреннее признание, но, увидев её радостное и счастливое лицо, смягчился, и все слова застряли у него в горле.
— Я так рада!
Короткая фраза говорила сама за себя. Уголки губ Юй Чэньи чуть приподнялись, вырисовывая очаровательную линию, которая окончательно лишила её рассудка и заставила погрузиться в пучину чувств…
Нежный поцелуй опустился на её лоб, глаза, перешёл на нос и наконец медленно коснулся губ…
Нежный поцелуй опустился на её лоб, глаза, перешёл на нос и наконец медленно коснулся её губ…
— Бах!!
— Инсинь!
Совершенно некстати раздался испортивший всю атмосферу голос, и в поле зрения пары ворвалась демоническая фигура Лин Си.
Атмосфера казалась какой-то… странной… неужели…
Прервав парочке весь кайф, они помрачнели так сильно, что были готовы разорвать его на куски.
— Э… сорян! Я сваливаю, продолжайте!
Сообразив, ворвался не вовремя, Лин Си выдал дьявольски-хитрую ухмылку, с напускной девственной «застенчивостью» закрыл глаза ладонями и собрался ретироваться тем же путём.
— Вернись!
Продолжайте вашу мать!
Мысленно выругались оба, отстраняясь друг от друга на почтительное расстояние и не забывая при этом отвесить свирепый взгляд заговорщицки ухмыляющемуся Лин Си.
— Ой-ой-ой~~ Слышал я, что ты попала в аварию, так испугался, что даже девок бросил и примчался сюда едва штаны успел натянуть! Инсинь, ты жива-здорова?!
Твою ж… Да если бы она была при смерти, разве смогла бы сейчас сверлить его презрительным взглядом?!
И вообще, что значит «даже девок бросил и примчался едва штаны успел натянуть»?! Ах ты ж паразит ветреный! Как бы СПИД не подхватить!
— Ого! Неужто такой стресс? Глаза вон какие блюдца, обратно не закроются?
— Сам ты стресс! И вся твоя семейка со стрессом!
Тьфу ты! Ну и гад, умеет же оскорбить без единого матерного слова!
— Быстро-быстро, дай-ка дед посмотрит, где ты ещё пострадала!
С этими словами его лапища потянулась к ней…
Цянь Инсинь живо скрестила руки на груди крест-накрест, вжавшись в постель с лицом на тему «трогать извращенцам запрещено».
Тем временем Юй Чэньи отвесил Лин Си увесистый подзатыльник, отчего тот взвыл от боли.
— Какого хрена! Я же всего лишь хотел проверить состояние Инсинь! Вы чё оба взъелись-то?!
— Какого хрена ты там собрался проверять, дед престарелый! Я что, на медосмотре?!
Этот безумец… просто слов нет!
— Угу… Если Инсинь захочет пройти медосмотр, я с радостью побуду доктором!
— Хрясь!!
— Ой блин! Юй Чэньи, ты чё, зарезать меня надумал?!
Беспощадная ладонь снова врезалась ему в затылок, заставив Лин Си затанцевать на месте от злости.
— Если хочешь, чтобы тебя зарезали всерьёз, я с радостью побуду хирургом.
Вот же жестокий тип, взял и слово в слово вернул его же недавнюю шутку! Настоящий Юй Чэньи!
— Спасибо, обойдусь!
Бросив на Юй Чэньи сердитый взгляд, Лин Си снова расплылся вхлынь в улыбке. Демонически обаятельный — ну что за чудной мужик!
— Побудь с ней, я за портфелем.
— Окей!
— Смотри мне, лапать её не смей.
Вспомнив что-то, тот обернулся и пригрозил сильным кулаком расплывшемуся в улыбке Лин Си.
— Да иди ты, Юй Чэньи!
Мать твою, этот гад Юй Чэньи до сих пор не доверяет такому «невинному» человеку, как он!
Тц, променял друга на бабу!!
— Я же чист как стеклышко, правда, Инсинь?
— Эхе-хе, хе-хе-хе…
Столшись с его сверкающими глазами, Цянь Инсинь не осмелилась сказать «нет» и могла лишь неловко хихикать, прикрывая неловкость.
— Тц, неблагодарная парочка. Знал бы — доразвлекался с девчонками, прежде чем ехать!
— Не возражаю, можешь сбегать обратно штаны донатянуть.
— Пока я обратно сгоняю, весь настрой пропадет! Любимая, может, ты заменишь?
— Да пошел ты! Заменю твою сестру! Проваливай!
Проклятый мужик, ни капли стыда!
— Ай, сестру заменить не могу, это же инцест~
Тьфу… да она сейчас сдохнет! Давление растёт, злость кипит!!
Этот Лин Си… противный козёл!!
— Паршивый извращенец! Проваливай в ад!
— Ай! Ой…
Втянув нос, из комнаты раздался мягкий, жалобный стон.
— Детка, ну как тебя угораздило так отделаться?
Госпожа Цянь с болью в сердце разглядывала все эти синяки и ссадины на теле дочки, стараясь касаться нежнее, чтобы случайно не причинить ей боль.
Когда Юй Чэньи принёс её на руках, госпожа Цянь едва в обморок не упала — это же её сокровище, её кровинушка!
— Мам, Чэньи же тебе всё рассказал!
— Мама просто не укладывается в голове, что ты чуть не погибла ради какой-то собаки! Как ты могла быть такой глупой! Разве можно сравнивать жизнь какой-то псины со своей собственной!
У неё ведь всего одна дочка, если бы с ней что-то случилось, как бы она дальше жила?!
— Мам…
Ласково обняв маму за руку, Цянь Инсинь сладко улыбнулась, отчего госпожа Цянь одновременно и рассердилась, и умилилась.
— Ах ты ж… Эх…
Слегка ущипнув дочку за аккуратный носик, госпожа Цянь посмотрела на неё с нескрываемым баловством.
— Кстати, у тебя же есть жених, откуда тогда взялся другой парень?
— Ну… и что тут такого!
— Глупышка, если Молодой господин Хань узнает — он же разозлится!
Да пусть злится сколько влезет! Она своего жениха и в грош не ставит, подумаешь, испугала!
— Ну… мам, мне обязательно выходить за него? Да сколько мне лет вообще!
— Доченька, никто же не заставляет тебя выходить замуж прямо сейчас, ну самое раннее — после окончания института!
Но она вообще не хочет замуж! Она хочет наслаждаться молодостью, крутить романтические романы и выйти замуж за человека, которого любит по-настоящему!
— Эх… Молодой господин Хань партийный… то есть, парень весьма неплохой, иначе бы мама ни за что не согласилась.
Заметив нежелание дочери, госпожа Цянь тихо вздохнула и мягко погладила её по волосам.
— Ну… раз он такой замечательный, мама, выходи за него сама…
Бормоча себе под нос жалобы, Цянь Инсинь уткнулась лицом в подушку, предпочитая не видеть мамино выражение лица.
Молодой господин Хань… ей от него никуда не деться?
Нет уж! Она не станет покорно ждать замужества! Ха, Молодой господин Хань, держись!
— За нас!
— За нас!
— За нас!
В полумраке трое ярко сиявших молодых людей устроились за круглым столом, полностью игнорируя жгучие взгляды окружающих и весело поднимая бокалы.
— Поздравляем Инсинь с возвращением в строй! Ой, только мои уши опять пострадают!
Лин Си трагически вздохнул, с таким обиженным видом, будто она и впрямь над ним издевалась, отчего нежные взгляды сидевших вокруг девушек мгновенно превратились в острые мечи, нацеленные прямо в её сторону.
— Ха, да кто над кем еще издевается!
И этот паршивец Лин Си ещё смеет прибедняться! Каждая их встреча заканчивалась его подкатами, ежу понятно, кто здесь тиран!
— Но я лучше потерплю мозоли на ушах, только в следующий раз больше не будь такой безрассудной!
— Си…
Стоило Цянь Инсинь растрогаться от мысли, что Лин Си искренне за неё переживает, как его следующая фраза заставила её натурально изблювать кровь!
— А то ведь мне пришлось бросить охмурение девчонок и нестись к тебе!
Ах он, ах он, ах он, сволочь! Стервец, вечно думает только о бабах! Как бы СПИД не подхватил!
— Лично даю разрешение больше не нестись ко мне!
Она его развлечениям не препятствовала! И пусть потом не сваливает вину на неё!
— Эх, как такой сострадательный мужчина, как я, мог остаться в стороне?
Притворяется! Опять притворяется! Волк в овечьей шкуре!
— Ты просто не смог бросить девушку, что была у тебя на ручках.
Невпопад бросил фразу Юй Чэньи. Лица обоих тут же переменились: Цянь Инсинь торжествующе расхохоталась, а Лин Си злобно зыркнул на невозмутимого Юй Чэньи.
— Пить не смей.
Бестактно сбив рукой тянущуюся к бокалу руку Цянь Инсинь, Юй Чэньи пригубил из своего стакана, вызвав у неё бурю праведного гнева.
— Эй! Почему мне снова только сок?!
Она вообще-то тоже хотела попробовать коктейль! Кое-как выбралась расслабиться, а ей даже пригубить не дают!
— Ты ребёнок.
— Чушь собачья! Видел ты ребёнка с такой фигурой?!
— Ты ребёнок.
— Чушь собачья! Видел ты ребёнка с такой фигурой?!
Грудь — во, бёдра — во! Не хвастовства ради, но видал ли он где-нибудь ещё ребёнка с такими аппетитными формами?
Проклятый Юй Чэньи, вечно пытается её воспитывать!
— Фигура и вправду отпад!
Дьявольски-чарующий голос — чьим еще он мог быть? И гадать не надо, тут и с закрытыми глазами ясно — Лин Си!
— Паршивец, куда пялишься?!
Этот гад бесстыдно пялится ей прямо на грудь и попу! Жить надоело?!
— Бам!
— Бам!
— Ой мать! Вы чо, сговорились меня убить?!
Два громких шлепающих звука раздались одновременно: Лин Си, схватившись за затылок, уставился на них обоих, подпрыгивая на месте от боли.
Не сговариваясь, те переглянулись и обменялись понимающими улыбками, отчего Лин Си за топотал ножками от бешенства.
— Офигеть! Прямо передо мной глазами голубями перемигиваются! Совести у вас ни капли нет!
Он тут одинокий волк, а они посмели перед ним амурами крутить?!
— Ревнуешь? Давай тогда ты с кем-нибудь глазами постреляй~
Коварно хихикнула Цянь Инсинь. Лин Си и Юй Чэньи переглянулись, скривились в синхронном отвращении и передернули плечами.
— С ним — увольте!
— Пф! Ха-ха-ха!
http://bllate.org/book/21939/2279323
Готово:
